Будь, птица Феникс… Избранное. Произведения 2018—2021 гг.

© Анастасия Николаевна Киприна, 2022

ISBN 978-5-0059-3274-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Как ты рисуешь…

Ты не представляешь, до какой степени

Утром легко просыпаться

Если предстоит идти туда

Где не возникает желания пить до дна

И вообще не приходит в голову напиваться…

Где не происходит ничего ровным счётом

Где нет ни богов, ни идиотов

Где есть время и каждый день разный!

Ты не представляешь! Это и есть вечный праздник!

Идти туда – как плыть к берегу не обитаемого острова…

Там есть лишь ты…

И минут двадцать, чтоб висками достать высоты…

А в высоте шпиля коснуться острого…

А потом падать замедленными кадрами

Этакое немое кино без поцелуев…

Тяжело дыша …глотать дым костров

И не помнить дня, имени, ничего…

Только падать с тобой и…

Наслаждаться тем, как ты рисуешь…

Года четыре…

А нужно всего лишь года четыре

Терпения тонну да корку хлеба

Немного солнца, да утра с небом

И колею в черноземе шире

Догнать мечту и схватить за плечи

Боясь в глаза ей смотреть, пригнуться

И от её неземной улыбки

Упасть без чувств и в раю проснуться

И нужно страху сказать :– да чёрт с ним!

Еще одна мне нужна попытка!

А страх в ответ мне :– что будет после?

С ним будет каждая осень – пытка!

А я смеюсь :– без него не легче

Все пресно, сумрачно, безысходно…

И он меня повернет за плечи

– Моя душа для тебя свободна…

– И если ты не боишься вовсе

В меня поверь, так, как сам не верю!

И я поверю. И я по следу

Пойду за ним. До последней двери.

И эта дверь не открывшись в полночь

И будет в конце мне помощь.

Дай воды…

И обрушить бы на тебя камней

Да залить бы тебя вином в века

Чтоб потом, после тысяч и тысяч дней

Стал ты крепче и выдержаней …а пока

только так, как есть, и держись за край

Скользки поручни… Страх – он живых живей

Вот поэтому ты меня не пугай!

Я от страха смелей становлюсь, сильней…

Не ругай меня всячески, не жалей

Не смотри устало в глаза, в них дым

Мне шампанского розового не лей.

Дай мне просто воды.

Воды…

Не бойся!

Не бойся, видишь – я еще сильна

Вполне здорова и жизнилюбива

И то, что их я выращу одна

Не испугало и не изменило

Моих желаний и моей мечты..

Я не боюсь – не бойся же и ты!

Не бойся, слышишь – хлопает крылом

Мой ангел, он со мною бродит рядом…

Я не одна! Пусть будет тяжело

Но это» тяжело» мне очень надо!

Не бойся! Ни дождя, ни снегопада!

Я с ними, обещаю, буду рядом!

И всю свою любовь им поделю

Как мать моя на нас, детей, делила

И, знаешь ли, любви её большой

Как минимум на пятерых хватило!

А я? Ну что же я? Я не смогу?

Да что ты уговариваешь, полно!

Я подожду тебя на берегу

И ты придёшь в какую нибудь полночь…

Поймёшь, захочешь сам перевернуть

В обычной жизни чистую страницу

Ты можешь выбрать мой нелёгкий путь

А можешь просто здесь остановиться.

Но все же, я еще один разок

Попытки вымолить его у образов

Поверь, я не оставлю! Он так близко!

Мой маленький, Артем или Дениска…

А может это девочка моя…

Еще одна красавица, в отца!

Не бойся! Видишь – я же не боюсь!

Давай шагнем вдвоём и до конца!

А после …ничего, ни слов, ни звуков,

Ни даже просто моего лица…

Не бойся! Ты рожден творцом небесным

С дарованной возможностью творца!

Ну что же ты отрекся от меня?

Ну что же ты отрекся от меня

Тебе ли не по силам испытанье?

И голос мой, и тень во мрак гоня

На выдохе мне шепчешь не признанье…

Проклятья сыпятся из перегретых уст

И голос твой мне чужд и неприятен.

А взгляд как будто мёртв, устал и пуст

И на паркете сто кровавых пятен

А у меня во взгляде благодать…

Покой и, мне измученной, смиренность…

Торчит в груди из дуба рукоять

Я знаю, то не ты …То твоя ревность.

А завтра ты вернёшься в повседневность

Там будешь пить и Тополя читать

А перед сном устало, изможденно

За синей шторой будешь ночь искать.

Ты будешь здоров

Я тебе обещаю, ты будешь как прежде здоров!

Это лечится. Я принесу чудотворное зелье.

И не слушай ты этих всезнаек» светил-докторов»

Все у них от отсутствия сна и питанья и все от похмелья.

Вот у нас, у поэтов, болезнь, знаешь ты, отчего?

От всенощной тоски? От обид? От нехватки веселья?

Нет. У нас, у поэтов, болезнь от нехватки любви.

У иных – от нехватки. У оных- от переизбытка.

Для одних без пожара в груди – то не жизнь, то безумная пытка!

Для оставшихся – мрак и погибель! Поди, проживи…

Брат наш часто побит ей, любовью, как пёс в подворотне

И гневит ее, суку, и денно, и нощно клянет.

А в отствуе ей он, пожалуй, не стал благородней

Без любви он болезнен и слеп. И мечтает, и ждёт.

Чтобы завтра кночи или утром субботы

Непременно пришла и, вуалью прикрывши лицо,

Села скромно на мытое верной женою крыльцо

И с собой поманила украдкой…

Уж как им охота!

У поэтов от дури любовной в висках седина

(даже если снаружи она не видна)

Ну а ты? Ты имеешь ли право, болезный, лечиться?

Не познав её, даже не пробуя в жизни влюбиться!

Не изведовав вовсе ни боли, ни адского зла

Не держа против ветра в дырявою лодке весла

Разве есть тебе, глупому, право Больным притворяться?

А в душевных потемках над братом – поэтом смеяться?

Я тебе обещаю! Ты будешь как прежде здоров!

И пройдёшь сто ненастий один и «две тыщи» ветров

А в конце той дороги ты, все таки, мной заболеешь!

И тогда лишь поймёшь,

Что любить ты еще не умеешь!

Коль жива буду – может возьмусь я тебя научить

Как других перестать ненавидеть…

Как меня перестать не любить…

Ночь темна

Ночь темна и звуки еле слышны

Недвижимы в доме зеркала

Стол, диван и шторы неподвижны

Не звенят в двери колокола

Ни шагов в парадной. Ни намека.

Не приложен к домофону ключ

Стук колёс трамвайных лишь далеко

Гулок, строг, устал и не певуч.

Я приду, ты спи не беспокоясь.

Ты не спишь. Бесседуешь с дождём

Ты ему свою читаешь повесть

От чего же грустно вам вдвоём?

Ночь темна, а каблуки так громко

Выдают всю радость на душе

Вот уж ключ приложен к домофону

И к двери все ближе я уже

Вот вошла. И на пороге стоя

Прячу руки, что коснулись пороха.

Только мне не спрятать синих глаз-

В них огня чарующие всполохи

Ночь темна и звуки еле слышны.

Ты ложись! Я, все же, выпью чай.

Зеркала застыли неподвижно.

В них рассвет и счастье через край.

Мне они зеркалят солнца светом

А тебе зеркалят лишь беду

Завтра я вернусь после рассвета.

В августе – я больше не приду.

Безумный мой

Приходи

Я немного тоскую…

Какая беда…

Хабардову Н. Желаю вам взаимной лишь любви!

Банальных слов я, лучше, не скажу

Здоровья, счастья, долгих лет желали

Но в жизни как :– оно придёт само

И то, что ждём, и то, чего не ждали…

И то, о чем не думали всерьёз

И то, о чем так искренне мечтали

Ведь жизнь как зебра из цветных полос

В ней есть моря и берега и дали

В ней будет все, жалаем или нет

Закономерность – данная нам свыше

И лишь одно – любви сердечной свет

И звук любви не всем дано услышать.

И лишь любви я пожелаю вам!

Любви такой, чтоб только окрыляла!

В счастливый час чтоб свет её слепил…

А в трудный час чтоб мягко заземляла…

Любви без боли и ненужных слов

Без суеты и» стройки отношений»

Любви высокой, чистой, неземной

И вместе с ней чудеснейших свершений!

Проходит все: печали и года

И счастья дни, и осени прохлада

А человеку нужно лишь одно:

Любовь нужна. И большего не надо.

Но есть поправка в пожеланьи к вам:

Нет, не поправка, только уточненье:

Желаю вам взаимной лишь любви!

А от любой другой одно мучение..

Я – всего лишь женщина!

По Русски

На каком мне с тобой говорить языке?

На французском – тебя не целую…

На арабском тебе я, увы, не спою…

На испанском, увы, не станцую…

На немецком хочу – с поволокою взгляд

Однозначными будут ответы…

На цыганском хочу говорить невпопад

Пить вино у костра до рассвета

Для тебя и с тобой на любом языке

Я хочу, но, увы, не умею!

Даже русским, родным я при встрече с тобой

Оказалось, постольку владею…

На каком мне с тобой говорить языке?

В словаре у меня пусто- пусто…

И сказать тебе» нет»

И сказать тебе» да»

Лишь глазами – такое искусство!

И когда о любви мне охота кричать —

Я на всех языках

Постараюсь

Молчать…

Все во мне через край и не в меру…

Я молчу.

Вот «по русски» наверно…

Хабардову Н О твоём приближении узнаю

О твоём приближеньи узнаю по звону ключей

И по стуку победному сердца, упавшего в пятки

И лицо моё станет впервые тумана бледней

Я и рада тебе, и хочу убежать без оглядки…

Потому, что тебя, как огня я безумно боюсь…

И люблю.

И сама на себя из за этого злюсь.

Безразличной к тебе не умею совсем притворяться.

Не дрожать не умею, в глазах твоих не растворяться.

Не умею. И сердца чумного предательский стук

Выдаёт беспощадно все тайны души окаянной

И теперь только нежность твоих неприрученных рук

Успокоит меня или временно сделает пьяной.

О твоём приближении узнаю по звону ключей

И по стуку глухому ожившего сердца в груди

Но не смей убивать меня! Хватит с меня палачей …!

Если сердце молчит – я не стану держать.

Уходи…

Все привиделось

Измена

Не умоляя ее достоинств

Он уважал ее и любил

И каждый раз перед новым задом

Прощенья он у нее просил

Он про себя повторял: родная!

Не ради страсти! Не ради благ!

Для сохраненья семьи, ты знаешь

Я пронесу над изменой флаг.

И изменяя ей с новой силой

Шли годы, так вот он жил и жил…

Семья хранилась. А в тихом доме

Все не тупели ее ножи.

И выстоять. И выждать. И зачать

Хабардову Н Ты – мой страшнейший порок

Ты не в аду…

Однажды, нагулявшись, я приду

И собственным глазам тогда поверю

Что есть он, ад, но ты – ты не в аду

И не в раю. ты за закрытой дверью

Ты непременно ждёшь. и в этом суть

Однажды* происходит непременно

Мне не сгореть и – нет, не утонуть

И даже не упасть с горы наверно

Но я к тебе приду. Ты только жди

Ворот небесных сам не открывая

У нас опять плюс семь, идут дожди…

А как у вас погода возле рая?

Как там сегодня? Утро или ночь?

Тебе там одному совсем не страшно?

А может там, как и в миру, точь в точь…

Все хрупкое, стеклянное, бумажное…

Все эфимерное и не имеет дна

И нет конца событий и начала…

Однажды * все узнаю я сама

Когда услышишь рядом: -" Я скучала

Хабардову Н Пи… дец…

Я не леди «Марго», не ношу шерстяного в полоску манто

И перчаток из шелка не прячу в кармане пальто

Не читаю в вечернем тумане я розовых книжек

И в постель не кладу себе на ночь я плюшевых мишек…

Я не девочка – пай! Не стучу каблуками в прогнивший паркет

Не пою про любовь. И стихов за вечерним столом не читаю.

Я ночами не сплю. Я – всего лишь слепой и глухой рас****яй

И свои недостатки достатками в силу отстутсивия мозга считаю.

Я не женщина – вамп …Не ношу» Живанши», не приемлю «ко-ко»

Мне милей аромат, что оставит лимон на озябшей ладони…

Ненавижу людей. Но чертовски люблю среди них мужиков…

Жаль, но их почти нет. Лишь один.

Да подобий на них миллионы.

Я не ангел с небес! Я не чья-то чужая жена.

Я не друг вопреки и не враг, не союзник и нет – не соперник.

Я тебе вот никто! Я уставший от жизни мудак

В мегаполисе я отупевший от блага мирского отшельник.

Ты – не мой идеал. Но когда улыбаешься мне —

Я не помню ни дня, ни фамилии, ни алфавита…

Я еще никогда и ещё никому на земле

Своего не давала касаться руками магнита…

Я – не твой идеал. И наверное, ты не влюблен

А я бесстрашно ползу по канату твоих перетянутых жил

И в ладони твои я кладу осторожно магнит

И теперь ты поймёшь, как спокойно до этого жил.

Всю себя – отдаю. Хоть ты даже не сказочный принц на коне.

Ты жестокий и властный, бесчувственный альфасамец…

Мне страшнее всего осознать, что тебя я люблю..

И что мне без тебя непременно настанет ****ец…

Отец

И скажи мне, папочка, почему

Любят всех – не любят меня одну

Обещают, папочка, только врут

За муж меня, глупую, не берут.

Все-то меня пробуют – не едят…

И со мною к Батюшке не хотят.

И зачем такую меня жена твоя родила…

Вот такие, папочка, у меня дела…

Пусть не будет мне среди всех мужчин

Никогда такого – такой один.

Ты, отец – один меня и любил.

Если б видел слёзы мои – ты бы их убил.

Ты бы их за шкирку бы, да об дверь.

И меня любил бы одну теперь

Вот такие, папочка, у меня дела.

Я не стала женщиной.

Не смогла.

Стала я еще одним мужиком

И стучу я постолу кулаком.

Шпалы на хребту я сама несу

И опять я верю, что всех спасу.

Пусть не будет правды мне да беды

Пусть не будет суши мне и воды

Пусть остынет сердце с утра в груди.

Только на часок, отец, приходи.

Посмотри украткой как я живу.

Как ночами длинными в гул реву

Пожалей, отец, посиди в ногах…

Проходи, отец, да не стой в дверях.

Посиди, отец, и скажи, как мне стать сильней

Чтоб никто не сделал мне впредь больней.

Отчего я плачу

Отчего я плачу дважды в день …?

Холодно и грустно… отчего?

Ты свою набрасываешь тень

В сторону проспекта моего…

Отчего твой голос так не мил

И в твоих руках мне как в огне

Ведь еще вчера так близок был

И безумно дорог был ты мне

А сегодня чужд и опостыл

Что же ты, не видишь что ли, дядя

Ту, которую еще вчера любил

Ты в болоте утопил неглядя…

Что ж ты, дядя, газу и вперёд

После жрать, да спать твоя забота

Жизнь, как дождь на Искровском, пройдёт

А тебе и верить не охота..

Но поверь, за поворотом лет

Встану перед зеркалом с улыбкой

И скажу сама себе:" нет нет!

Дядя этот просто был ошибкой!»

Да возьму я в зубы узелок

Скромные поэтовы пожитки

Хватит, дядя, кончилось, дружок

Стала жизнь с тобою адской пыткой.

Я от счастья плачу дважды в день

Мне твой любви хватило, дядя…

Я уйду. В ближайшую весну

Я уйду назад теперь не глядя.

Время, все же, совсем не лечит

Я тебя, говорит, не воспринимаю…

Я тебя, говорит, не воспринимаю

Мне, таких вот дурочек, сто на рубь

А тебя, говорит, и бесплатно не забираю

Ты пуста, инертна и глядя в глубь

Я скажу, хоть будешь потом кривляться

И рядится в девочку, слёзы лить.

Ты, давай как, глупая, брось смеяться

И давай как прежде мы будем жить.

Ты давай, будь бабой, и лучше тихой

Мне твои вопросы вот ни к чему

Я у черта выпросил столько Лиха

И в долгах поныне еще ему

А тебе какой то любви – да счастья.

У тебя же мозг, если есть, то где?

Все поешь и пишешь, да рвешь на части

Все дорогу ищешь в обход воде

Я тебя, говорит, не воспринимаю

У тебя ни имени, ни лица.

И зачем ты ищешь во мне не знаю

Своим детям будущего отца

У тебя, говорит, что ни день – то праздник

И чему ты рада, когда в миру

Мне нужны другие, красотки разные

А в твою мне дико играть игру

Я таких как ты обходил краями

Ничего – ни кожи, ни рожи нет

И горело прошлое за мостами

Предвещая будущего рассвет.

Я скажу, хоть будешь потом проклятья

Сыпать в спину мне, все равно скажу

Я тебя, говорит, не воспринимаю

И в твою я сторону, говорит, не гляжу

Не стирай рисованных мной дистанций

Ты не сможешь выжить в моём аду

Я не стану впредь с тобой целоваться

И к тебе на помощь, говорит, не приду

Ты мила не мне, мне тебя не надо

Не люблю, как азбуку это знай!

Об одном прошу, убежав из ада

От меня, пожалуйста, не сбегай…

Я узнала двенадцатого в четверг

Говорил мне батя – не суйся вверх

И свербит железом и ртутью нёбо

Я узнала двенадцатого в четверг

Что я не принцесса, что я уебок.

Что мой фейс ни в профиль и ни в анфас

Не похож на царский, как ни крути

И что вот таких вот как я полно

Их бросают пачками по пути

Я узнала, что седина в висках

И формат зубов, и движенье в танце

Все тебе не мило и все не так

Для тебя, начищенного засранца!

У меня то ведь от ногтей до плеч

Деревенский вид, деревенский вкус

Ты по трезвому мне повторить бы смог?

Нет конечно, ты же влюбленный трус!

Эх, говорил мне батя – не суйся вверх

И свербит железом и ртутью небо

Я узнала двенадцатого в четверг

Что не я, а всё-таки ты – уебок!.

Мне циганка нагадала в осень

Я тебя терять, увы, боюсь…

Мне цыганка нагадала в осень

Что полынью горькой отравлюсь

И умру двенадцатого в восемь.

Только что там делать без тебя?

Мне не надо врат забвенных рая!

Лучше пусть я буду долго жить

Раз уж не везучая такая

Пусть я лучше буду наблюдать

За тобой без права на надежду

Буду улыбаться, встречи ждать

И прощаться до утра как прежде

Пусть же будет все – и боль, и зло

Слезы и разбитые колени…

Нам с тобой, увы, не повезло

Мы с тобой, увы, не осмелели

Я тебя ничем не омрачу

Все, что хочешь у меня проси

Только об одном тебя прошу

Мне полыни горькой не неси…

В той полыни губ чужих беда

Горечь смерти, но не жизни мёд

Мне полыни только не неси

Что в саду соперницы растёт

Батя

Говорил мне батя:" дают -бери, бьют- беги

Но ничего не дают, батя! Все последнее тащат и друзья и враги

все мне врут – воруют и господи помоги,

Всех найду, покуда скоплю себе на мозги

А когда меня бьют – не умею, батя, в кусты бежать

Не умею, батя, ножи за спиной держать

Не умею верить. И вообщем-то, не хочу

И когда ****ят мне в лицо – я, батя, не промолчу

Говорила мать: в жизни главное замуж выйти удачно

И если даст тебе муж ****ы – дай

ему, дочка, сдачи!

Говорила мать: никогда не смей ничего ни у кого просить

Даже если жрать будет нечего и зимой носить

Говорил мне батя – реже рот на улице открывай

Будут ****ить кучей – молча сьебывайся но каждого запоминай

Но я не научилась вовремя сваливать, и опять поуши в дерьме