- -
- 100%
- +
В начале Пелопоннесской войны Демокрит посетил Афины, повидал всех прославленных там мудрецов, используя «каждую минуту для того, чтобы научиться мудрости», хотя сам держался скромно. «Я прибыл в Афины, и никто меня здесь не знал», – вспоминал он потом. Философ из Абдер вызвал у Цицерона, несмотря на пренебрежение того к материалистической философии, уважение: «Вот твердый и уверенный в себе человек, который гордится тем, что чужд стремлению к славе!»
Однако Демокрит не сошелся с афинскими мудрецами. Он не любил устраивать шумные философские баталии, к тому же с каждым из них расходился в главном – в выборе философской системы. Да и как мог материалист, пытавшийся движением неведомых неделимых частиц атомов объяснить мироздание, сойтись с идеалистом Анаксагором, моралистом Сократом, которого вопросы мироздания вообще не интересовали, или земляком Протагором, что видел смысл философствования в том, чтобы загнать мысль в тупик, за что и был прозван Демокритом «спорщиком» и «заковырщиком»?
И Демокрит принял решение – возвратиться домой, он убедился, что афинские мудрецы не менее, но и не более мудрецы, чем он сам, и ему по плечу самостоятельный путь в философии. А уверенность в себе, как известно, и есть основа будущих успехов.
Демокрит поселился в небольшом домике на краю Абдеры. Ничто не отвлекало теперь мыслителя от главного дела жизни – философской мысли. За свою долгую жизнь – а прожил он 107 лет – философ написал около семидесяти трактатов. Поражает и разнообразие тем: естественно-научные произведения – «Большой мирострой», «Малый мирострой», «Космография», «О планетах», «О природе»; математические сочинения – «О касании круга и шара», «О геометрии», «О числах»; трактаты по истории искусств – «О ритмах и гармонии», «О поэзии», «О красоте слов», «О живописи»; этические работы – «О душевном настроении мудреца», «О мужестве или о добродетели», «О ровном настроении духа»; биографическое – «Пифагор»; медицинское – «Врачебная наука»; военные – «Тактика», «Военное дело» и так далее. Одним словом, вряд ли было что-то существенное в античной философской мысли, чем бы специально ни занимался, что бы ни изучал, над чем бы ни раздумывал Демокрит, и что так или иначе не повлияло бы на возникновение его концепции.
Увы! Ни одно из произведений Демокрита не сохранилось. Неизвестно, когда они были утрачены. Есть основания подозревать в этом самого Платона. Диоген Лаэртский явно указывает на то, что «Платон хотел сжечь все сочинения Демокрита…», ибо «…он знает, что ему пришлось бы спорить с лучшим из философов».
Конечно, за долгую жизнь Демокрит нажил себе немало врагов и не только в стане философов. Да и кому из простых смертных мог понравиться «смеющийся» старик, который без устали бичевал стяжательские страстишки сограждан: «Как из ран самая худшая болезнь есть рак, так при обладании деньгами самое худшее – желание постоянно прибавлять к ним». И то, например, что впервые в этике философа моральные нормы определялись не внешним, а внутренним содержанием: «Телесная красота человека, – согласно Демокриту, – есть нечто скотоподобное, если под ней не скрывается ум». Источник морали философ видел в земной жизни, цель которой есть счастье, но которое не должно сводиться к наслаждениям и должно знать меру и в личных, и в общественных делах. Не знающих меры Демокрит называет глупцами. Сам же философ бывал настолько погружен в свои занятия, что иногда совершенно забывая о людях, обдумывая какие-то идеи, вдруг разражался смехом.
В конце концов обозленные сограждане объявили Демокрита сумасшедшим и пригласили для его освидетельствования знаменитого врача Гиппократа. Гиппократ не только не подтвердил диагноз, но и устыдил абдеритов тем, что не его вина, что они не понимают своего соотечественника, а их беда. Причуды Демокрита, заметил Гиппократ, – это причуды великого человека, гения. И все же, когда Демокрит посмеялся и над ним, и над его житейскими заботами, укорил его: «Для тебя нет различия между добром и злом!» – «Ты думаешь, – ответил на это Демокрит, – что имеются две причины моего смеха: добро и зло, но на самом деле причиной моего смеха является только один предмет, именно человек, полный безрассудства, не совершающий правых дел, глупый во всех своих замыслах, страдающий без всякой пользы от безмерных трудов, человек, влекомый своими ненасытными желаниями…» Смех философа всегда был вызван несерьезностью всего того, что люди делают вполне серьезно. Он же полагал наиболее серьезным делом занятие наукой, считал, что «одно причинное объяснение предпочитает обладанию персидским престолом». И оба великих эти человека, к изумлению абдеритов, не просто поняли друг друга, но и подружились.
Вскоре Демокрит прислал Гиппократу свой труд о безумии, объяснив его нарушением функций мозга, куда поступает избыток желчи или слизи, и описал симптомы этой болезни. В ответ Гиппократ отправил ему трактат о лечении безумия эллебором. Демокрит ответил письмом «О природе человека», где высказал мнение, что «философское исследование есть сестра врачебной науки», и изложил анатомию и физиологию. Переписка длилась много лет.
О старости и смерти Демокрита сложены легенды. В конце жизни он потерял зрение. Говорили, будто философ сам преднамеренно лишил себя зрения, сконцентрировав в вогнутом медном зеркале луч солнца, и, направив его на свои глаза, выжег их. Цицерон полагал: «Демокрит сам себя лишил зрения, так как считал, что раздумья и размышления разума при созерцании и осмысливании природы будут более оживленными, когда освободятся от развлечений зрения и препятствия глаз». Говорили и такое: «Демокрит ослепил себя, так как не мог смотреть на женщин без вожделения». Это в глубокой-то старости! Сам факт появления подобной легенды именно о Демокрите свидетельствует о глубочайшей преданности великого эллина единственной женщине, которую он боготворил всю жизнь, – Философии. Нет, аскетизма он не проповедовал, и среди предметов его научных изысканий были и вопросы эмбриологии. А все эти вымыслы основаны были, видимо, на теории Демокрита о ясном и темном познании, а также о его учении о зажигательных зеркалах.
Важнейшей научной заслугой Демокрита являются введение в философию и естествознание понятия атома и разработка на его основе учения о дискретном (прерывистом) строении материи – атомизма, или атомистики. Эти идеи Демокрита стали основой грандиозной трансэпохальной естественно-научной программы, разработка которой интенсивно продолжается и сегодня.
Атом по-гречески означает «неделимый». Атомы – это неделимые, а потому неизменные, вечные сущности, составляющие основу бытия. Один из античных комментаторов Демокрита говорит следующее: «Демокрит полагал, что вечные атомы по своей природе суть маленькие сущности, бесконечно многие по числу. Кроме них он предполагает сущим еще другое – место, бесконечно большое по величине. Называет это место следующими именами: „пустой“, „ничем“, „беспредельным“… Он полагает, что сущности настолько малы, что недоступны восприятию наших органов чувств. У них разнообразные формы и разнообразные фигуры, и они различны по величине. И вот из них, как из элементов, возникают вследствие их соединения видимые и ощущаемые массы. Вследствие несходства и прочих указанных различий они пребывают в беспорядочном движении и носятся в пустоте, носясь же, встречаются и переплетаются друг с другом, так что приходят в соприкосновение и располагаются рядом». Интересно, что через 2000 лет это описание почти дословно повторяет Ньютон.
Идея бесконечного количества миров во Вселенной связана с именем Джордано Бруно. Однако она явилась лишь возрождением идей Левкиппа и Демокрита, которые утверждали, что во Вселенной одновременно существует множество различных и одинаковых миров. Они расположены на различных расстояниях друг от друга, находятся на различных стадиях развития, некоторые безжизненны и лишены влаги.
Духовные явления философ пытался объяснить, также исходя из единой атомистической основы мироздания. Душа, по Демокриту, состоит из атомов, причем из наиболее «подвижных», шарообразных, из которых состоит, кстати, и огонь. Но человек – это не только душа и тело, и, проводя аналогию между устройством человеческого организма и космосом, Демокрит впервые употребил термин «микрокосм». Внешне мы знаем человека, однако должны понять то, что в нем не ясно. В поиске ответа на этот вопрос и есть смысл жизни любого философа.
Одним из первых в Древней Греции Демокрит создал логическое учение, суть которого заключается в том, что критериями истины являются «совершенное ощущение», «совершенный разум», чувственная практика. Выступая против чистого дедуктивного метода, он стал основоположником индуктивной логики. Часто пользовался он и методом аналогии.
Целью жизни философ из Абдер считал хорошее расположение духа, безмятежное и счастливое состояние, когда человек не подвержен действию страстей и страха, а наивысшей добродетелью – безмятежную мудрость. Что ж, поучительно…
* * *– Благоразумен тот, кто не печалится о том, чего не имеет, но радуется тому, что имеет.
– Богат тот, кто беден желаниями.
– Бывает болезнь дома и имущества, точно так же как и болезнь тела.
– Бедность и богатство суть слова для обозначения нужды и изобилия. Следовательно, кто нуждается, тот не богат, а кто не нуждается, тот не беден.
– Добро не в том, чтобы не делать несправедливости, а в том, чтобы даже не желать этого.
– Должно препятствовать совершению несправедливого поступка. Если же мы этого сделать не в состоянии, то, по крайней мере, не должны содействовать несправедливости.
– Дурные люди дают клятвы богам, когда попадают в безвыходное положение. Когда же они от него избавляются, все равно клятв не исполняют.
– Если даже ты наедине с собой, не говори и не делай ничего дурного. Учись гораздо более стыдиться самого себя, чем других.
– Желать чрезмерного подобает ребенку, но не мужу.
– Желающий быть в хорошем расположении духа не должен браться за много дел ни в своей частной жизни, ни в общественной, и что бы он ни делал, он не должен стремиться свыше своих сил и своей природы.
– Жизнь без праздников – это длинный путь без заезжего двора.
– Жить дурно, неразумно, невоздержанно значит не плохо жить, но медленно умирать.
– Законы – дурная выдумка. Законы создаются людьми, а от природы – атомы и пустота.
– Кому попался хороший зять, тот приобрел сына, а кому дурной, тот потерял и дочь.
– Кто сам не любит никого, того, мне кажется, тоже никто не любит.
– Многие совершающие постыднейшие поступки говорят прекрасные речи.
– Мудрец – мера всех вещей. При помощи чувств он – мера чувственно воспринимаемых вещей, а при помощи разума – мера умопостигаемых вещей.
– Мудрому человеку вся земля открыта. Ибо для хорошей души отечество – весь мир.
– Мужествен не только тот, кто побеждает врагов, но и тот, кто господствует над своими удовольствиями. Некоторые же царствуют над городами и в то же время являются рабами женщин.
– Мужество делает ничтожными удары судьбы.
– Надо стремиться к умению мыслить, а не к многознанию.
– Найти одно научное доказательство для меня лучше, чем овладеть всем персидским царством.
– Напрасный труд увещевать человека, полагающего, что он умен.
– Не делать никаких уступок жизни есть признак безрассудства.
– Не слово, а несчастье есть учитель глупцов.
– Не стремись все знать, чтобы не оказаться во всем невеждой.
– Не телесные силы и не деньги делают людей счастливыми, но правота и многосторонняя мудрость.
– Ни одна вещь не возникает беспричинно, но все возникает на каком-нибудь основании и в силу необходимости.
– Откровенная речь – свойство свободного духа, однако опасно выбрать для нее неподходящий момент.
– Привычки отцов, и дурные и хорошие, превращаются в пороки детей.
– Прекрасна во всем середина: мне не по душе ни избыток, ни недостаток.
– Прекрасное постигается путем изучения и ценой больших усилий, дурное усваивается само собой, без труда.
– Подобно тому, как существует болезнь тела, существует также и болезнь образа жизни.
– Разуму учит не время, а надлежащее воспитание и природа.
– Слово – тень дела.
– Смелость – начало дела, но случай – хозяин конца.
– Счастье – это хорошее расположение духа, благосостояние, гармония, симметрия и невозмутимость.
– Те, кому доставляют удовольствие несчастья ближних, не понимают, что перемены судьбы могут коснуться всех.
– Тому, кто будет властвовать над другими, надлежит сначала властвовать над собой.
– Увидев человека, говорившего много невежественных вещей, Демокрит сказал: «Он не говорить не умеет, он не умеет молчать».
– Удовольствие и страдание служат критериями решений относительно того, к чему следует стремиться и чего избегать.
– Узнав секрет от друга, не выдавай его, сделавшись врагом: ты нанесешь удар не врагу, а дружбе.
– Умеренность умножает радости жизни и делает удовольствие еще большим.
– Честный и бесчестный человек познаются не только из того, что они делают, но и из того, чего они желают.
Анаксагор:
«Чувства ограничены, разум слаб, жизнь коротка…»
Древнегреческого философа Анаксагора считают «отцом афинской философии». Занимался он и наукой: математикой, астрономией, метеорологией. За свое учение был обвинен в непочитании богов и приговорен к смертной казни.
Анаксагор не был коренным афинянином. Он родился около 500 года до нашей эры в Клазоменах – уютном и процветающем полисе малоазийской Ионии. Отец Анаксагора Гегесибул был зажиточным человеком и оставил значительное состояние. Однако юный наследник не питал страсти к приумножению отцовского капитала, а когда родственники упрекнули его в нерадении, уступил им свои земли. Но праздным повесой он не был и знал, что жить надо «для того, чтобы наблюдать небо и на нем звезды, Луну и Солнце».
Прибыв в Афины, без промедлений юный клазоменец окунулся в бурлящую афинскую жизнь и вскоре стал в ней заметной фигурой. Афины, бывшие до этого родиной государственных деятелей, законодателей, полководцев, обрели, наконец, первого крупного философа. Небольшая разница в возрасте – около десяти лет – позволила выходцу из просвещенной Ионии стать не просто наставником юного Перикла – будущего главы государства, но и другом на целых полвека. По свидетельству Плутарха, стал он «самым близким Периклу человеком, который вдохнул в него величественный образ мыслей, возвышавший его над уровнем обыкновенного вожака народа, и вообще придал его характеру высокое достоинство».
Жена Перикла Аспасия не была простой гетерой, умная и образованная, увлекалась философией, и выдающиеся афинские мудрецы, такие, как Сократ, со своими учениками приходили к Аспасии, чтобы послушать ее речи. Дом ее стал подлинным афинским Парнасом для трагика Еврипида и Софокла, «отца истории» Геродота, прославленного скульптора Фидия и многих других. Был среди них и Анаксагор, прозванный современниками «Разумом».
За сорок лет своего правления Перикл для Афин сделал немало: помимо государственного строительства, развернул грандиозные работы по возрождению Афин и прежде всего по реконструкции Афинского акрополя, который мыслил превратить в символ величия и славы Афин. Замыслы воплощал в мраморе его друг Фидий. Масштабы строительства поражали, но титанический этот труд ждала «благодарность» афинского демоса. Каждый афинянин мог выступить на суде против всякого гражданина или государственного деятеля и потребовать любой меры наказания, вплоть до смертной казни. При всех достоинствах этой демократии, очевидно, что популярные в Афинах личности становились ее заложниками. Началась кампания и против кружка Аспасии. Первым в списке оказался Фидий. Отпущенный под залог жителей Олимпии, хотя и измученный бесконечными разбирательствами, великий скульптор творил в неистовом упоении и завершил свой последний шедевр – гигантскую семнадцатиметровую статую Зевса – одно из чудес света. Аспасию защищал на суде сам Перикл, она была оправдана, но стратег был унижен и сломлен морально, что и требовалось сделать. Пробил час и Анаксагора. Опытный политик, Перикл, трезво оценив ситуацию и поняв, что на этот раз красноречие не спасет, помог другу бежать из Афин. И вот от Пирейской гавани к берегам Малой Азии отбыл корабль, увозивший Анаксагора. Воображение рисовало берега родной Ионии – круг жизни замыкался. «Не я теряю Афины, а Афины меня», – произнес с горечью изгнанник.
Поселился Анаксагор в небольшом городке Лампсаке на берегах Геллеспонтского пролива. Принятый с почетом, опальный мудрец остаток жизни посвятил обучению юношества. Но, увы, жить ему оставалось совсем немного. Эпитафия на его могильном камне гласила: «Здесь лежит Анаксагор, проникший до крайнего предела истины в познании небесного космоса».
Перикл и Анаксагор. Художник Ж.-Ш. Перрин
Космос поражал Анаксагора совершенной разумной организацией, которая, как ему представлялось, не могла быть результатом действия слепых, беспорядочных сил. В мире должно существовать некое организующее и упорядочивающее начало, которое приводит в действие весь ход мирового процесса и определяет устройство космоса как единого развивающегося целого. Впоследствии он обозначил это начало термином «нус», то есть Разум.
В своем сочинении «О природе» ученый сумел показать, как из мельчайших частиц материи образовались земля, моря и даже звезды, которые, по мнению суеверных греков, появлялись тогда, когда боги брали на небо какого-либо отличившегося на Земле героя. Чтобы понять природу звезд, Анаксагор изучал метеориты и пришел к выводу, что свечение звезд связано с тем, что быстро летящие «куски камня» раскаляются при полете. Солнце же, по мнению Анаксагора, вовсе не божество, а тоже просто «горящий камень». Вследствие отдаленности оно кажется нам небольшим, на самом деле оно больше Пелопоннеса. То, что мы считаем светом Луны, – это лишь отраженный свет Солнца. Поскольку Луна не раскаленный шар, значит, она подобна Земле, на ней есть горы и, возможно, предполагал философ, на ней также живут люди.
Выходит, Анаксагор допускал одновременное существование многих миров. В свою очередь наш космос представляет собой, возможно, лишь пылинку в некоем космосе более высокого порядка. Каждый космос определяется Анаксагором лишь как частичка какого-то целого, во всех отношениях подобная этому целому; с другой стороны, любой космос состоит из бесконечного числа микрокосмосов, из которых каждый является его подобием.
Анаксагор понял, что солнечные затмения происходят лишь во время новолуния и только, когда луна оказывается на прямой, соединяющей Солнце и земного наблюдателя. Отсюда легко было сделать шаг к правильному объяснению лунных затмений. Это объяснение и было дано Анаксагором, чему не помешали его неверные представления о форме Земли.
Как полагал Анаксагор, некоторые количества горячего эфира иногда попадают в более холодные воздушные области; при этом мы наблюдаем сначала блеск огня (молнии), а затем шум и шипение, сопровождающие его потухание (гром). Малые количества эфира являются причиной зарниц; в этом случае звук до нас не доходит.
Таким образом, книга Анаксагора не оставляла места учению о богах… Падение же метеорита в 467–466 гг. до нашей эры оказалось блестящим подтверждением его концепции небесных тел как раскаленных каменных глыб, удерживаемых в высоте силой круговращательного движения.
Был ли великий эллин, приговоренный к смертной казни за безбожие, таковым на самом деле? Пожалуй, нет. Напротив, он первый из мыслителей, кому с особой остротой присуще чувство религиозного восхищения красотой и совершенством мироздания. Анаксагор стал первым, кто пришел к идее мирового разума.
Основой всех вещей философ считал бесконечное множество мельчайших материальных частичек, которые не рождаются и не гибнут, но лишь соединяются и разъединяются в различных комбинациях, охватывая все многообразие мироздания. Анаксагор называл их «семенами», а с легкой руки Аристотеля их стали называть «гомеомериями», то есть «себеподобными». Их бесконечно много – столько, сколько существует в природе веществ. Отдельные вещи представляют собой то, чего в них содержится больше всего. Так, в кости имеются различные семена, но преобладают косточки, в мясе тоже имеются всевозможные вещества, но больше кусочков мяса. Остальные вещества, которые тоже в них присутствуют, просто ненаблюдаемы. «Во всем есть часть всего» – гласит основной принцип Анаксагора. Первое важнейшее положение теории материи Анаксагора, что все «существующие вещи» не возникают и не уничтожаются, а существуют всегда в одном и том же количестве. Для краткости называют это положение «принципом сохранения материи».
Но что или кто приводит первородный Хаос в порядок, смешивает и расставляет гомеомерии по местам? Эту почетную роль Анаксагор отводит Нусу – мировому Разуму. Это он определяет пропорции, в которых комбинируются гомеомерии, задает их структуру, он вершит прошлое, настоящее и будущее, он создает порядок, красоту и совершенство мироздания. «Разум же беспределен и самодержавен и не смешан ни с одной вещью, но один он существует сам по себе».
В сочинении Анаксагора имеется, кстати, любопытное место: «Если все обстоит, таким образом, то следует полагать, что во всех соединениях содержится многое и разнообразное, в том числе и семена всех вещей, обладающие всевозможными формами, цветами, вкусами и запахами. И люди были составлены, и другие живые существа, которые имеют душу. И у этих людей, как у нас, имеются населенные города и искусно выполненные творения, и есть у них Солнце, Луна и прочие светила, как у нас, и земля у них порождает многое и разнообразное, из чего наиболее полезное они сносят в дома и употребляют в пищу. Это вот сказано мной об отделении, потому что не только у нас стало бы отделяться, но и в другом месте».
Об Анаксагоре ходили многочисленные рассказы, образовавшие устойчивую, прошедшую через века легенду, которая, прежде всего, рисует его как человека, целиком посвятившего себя науке. Быт Анаксагора, ведущего умеренный, «созерцательный» образ жизни, отличался скромностью и простотой. Поражала и твердость духа философа в самых тяжелых для него ситуациях. Даже известие о смерти сына он принял философски: «Я знал, что родил его смертным». А узнав о вынесении ему в Афинах смертного приговора, будто бы спокойно сказал: «Природа давно присудила (к смерти) и меня, и их (судей)».
Весьма необычным, с точки зрения греков того времени, было отсутствие у Анаксагора узкого патриотизма, приверженности к родному полису. Как сообщает Диоген Лаэртский, на вопрос: «Неужели родина тебя нисколько не интересует?» философ, указав на небо, возразил: «Помилуй бог! Родина даже очень интересует меня». А согласно другому рассказу, когда умирающего в Лампсаке Анаксагора друзья спросили, не желает ли он быть перевезенным на родину в Клазомены, ответил: «Совсем этого не нужно: ведь путь в подземное царство отовсюду одинаково длинен». Подобный космополитизм, осознание себя гражданином вселенной отнюдь не был типичен для пятого века и предвосхищал мироощущение философов эллинистической эпохи.
…Он жил в Афинах два с половиной тысячелетия назад. В учении его афиняне совершенно справедливо разглядели угрозу их привычным религиозным представлениям. Он создал систему взглядов, которые и сейчас поражают воображение. Система Анаксагора была отвергнута, но не опровергнута, и люди могут к ней вернуться…
* * *– Все содержится во всем.
– Есть два урока смерти: время до рождения и сон.
– На вопрос, станут ли когда-нибудь морем лампсакийские холмы, он ответил: «Да – хватило бы только времени».
– На вопрос, для чего он родился на свет, он ответил: «Для наблюдения солнца, луны и неба».
– В конце концов, отказавшись от всего, Анаксагор занялся умозрением природы, не тревожась ни о каких делах государственных. Его спросили: «И тебе нет дела до отечества?» Он ответил: «Отнюдь нет, мне очень даже есть дело до отечества!» – и указал на небо.
– Анаксагор, потеряв сына, сказал: «Я знал, что породил смертного».