- -
- 100%
- +
Пролог
– Ребенку нужен отец! – жестко и c непонятной болью в голосе выдыхает Денис.
Я коротко и отрешенно киваю. К горлу подступает тошнота, но вовсе не из-за отвратительного токсикоза. Мне тошно от самой себя! И от того, что дала слабину, разоткровенничалась со старым другом о своей неожиданно поломанной жизни, разболтав о беременности. Внеплановой, залетной беременности.
Мы сидим за столом в малюсенькой однокомнатной квартирке, где я живу вместе со старенькой мамой и пожилой шестнадцатилетней кошкой Марфой. Эту рыжую фифу в знак уважения к возрасту я часто зову Марфой Васильевной.
Чайник уже просвистел, вода начала остывать, но я не могу найти в себе сил встать, чтобы разлить по чашкам кипяток. Чувствую, что меня намертво прибили к стулу гвоздями. Острые стальные стержни из боли и отчаяния не дают пошевелиться.
– Но не ты его отец, Денис! – наконец, выдавливаю я, понуро опустив голову. – Спасибо, что зашел. И за торт спасибо!
Слова даются мне с трудом. Подаренный медовик лежит перед глазами в картонной коробке, романтично перевязанной красной ажурной лентой.
– Помню, что это твой любимый, Леся. С малиной! Давай поухаживаю за тобой, как всегда раньше, – последние слова Денис произносит с воодушевленной, торжественной интонацией, будто стоит на сцене и зачитывает вызубренный текст.
Откидываюсь на спинку стула, и в голове всплывают картинки наших проверенных временем, но изматывающих меня вдрызг отношений.
Когда в паре любит только один – это всегда тяжело. Особенно, если любишь не ты, а партнер напирает, давит, не понимает, почему ты играешь в динамо с таким хорошим парнем, и все вокруг, включая твоих подруг и родную маму, ежедневно убеждают присмотреться к этому мужчине получше и дать ему новый шанс.
– Ты уже знаешь пол ребенка? – прерывает размышления Денис.
Он достает из коробки торт, аккуратно отрезает ножом три ровных кусочка, затем разворачивается к шкафу с чашками и блюдцами и хозяйничает, совсем как у себя дома. В последний раз моя мама так и сказала ему, выразительно взглянув на меня: «Лично я вашему выбору полностью доверяю, Денис! Если эти чашки лучше подходят под чай, доставайте их! Мне бы такого заботливого мужчину, Олеся!»
– Девочка, – отвечаю, собравшись с силами.
Встаю, придерживаясь за край стола, и, сделав неловкий шаг, оказываюсь перед Денисом вплотную. В нос ударяет кислый запах его туалетной воды, и лицо на автомате искажает гримаса отвращения, словно мне дали попробовать забористых щей....
Ненавижу этот аромат! И говорила ему в прошлом.
– Значит, у меня будет еще одна такая красавица, как ты, – щебечет Денис и, не спросив разрешения, с напором прикладывает ладонь к моему животу. – Блондиночка, с пепельными глазами!
Я инстинктивно вздрагиваю и делаю шаг назад. Прячу, закрываю живот двумя руками и бегу обратно за стол, точно хочу поставить между нами хоть какую-то ощутимую преграду.
– Слушай, я сейчас не хочу есть торт, – произношу то, зачем, собственно, встала. – Мама скоро вернется со смены. Не хочу, чтобы мы начали обсуждать эту ситуацию вместе.
– Она не знает?! – Денис слишком быстро догадывается, о чем я утаиваю на самом деле. – Ты не сказала ей, что беременна, Леся?
Вместо ответа я устало прикрываю глаза.
– У девочки должен быть отец, – повторяет Денис то, с чего мы начали разговор, и с грохотом ставит передо мной стул, настаивая, чтобы я села. – Ты сама всегда повторяла, насколько важен отец в жизни девочки, а теперь хочешь для своей родной дочери жизнь в безденежье, в тесной однушке, где ни один мужчина не задерживается?! Как ты сама называла эти семьи, Леся? Где мужчин «выдавливают» из семьи? Они уходят или погибают, спиваются… «Бабья яма»?! Как окрестила их твоя психология?!
– Не надо избыточной драмы, не выношу её, – с шумом выдыхаю и все-таки плюхаюсь на злополучный стул.
Мой красный диплом семейного психолога в связи с последними событиями можно использовать разве что только в качестве подставки под чашку или мухобойки. Умница и отличница, гордость психфака залетела после месяца отношений и вот-вот пополнит ряды матерей-одиночек!
– Я никогда не попрекну тебя этим ребенком, Леся. Стану растить девочку как свою. Биологический отец не предъявит на нее права? – неожиданно произносит Денис. – Он же знает о твоей беременности?
– Конечно, знает, – моментально вру в ответ, тараторя: – Он узнал и сразу меня бросил!
На самом деле, «миллионер и завидный холостяк», как его окрестили СМИ, Лев Бояров бросил меня три месяца назад и ничего не знает о ребенке. И никогда не узнает! Хватило того, что этот козёл разрушил мне жизнь один раз.
Если бы знала, чем для меня закончится безобидный комментарий на ролик о нем, то, увидев начало записи с его породистым мужественным лицом и теплым голосом, сразу бы закрыла страницу.
Ладно, возможно, мой экспертный комментарий психолога был не таким уж и безобидным…
ГЛАВА 1. Правда
Три месяца назад
– У современных женщин ботокс вместо мозгов, кассовый аппарат в районе сердца, – слушаю первые слова интервью с молодым московским миллионером и, хихикнув, ставлю запись на паузу.
Торможу видео как раз на моменте, когда оператор ловит брутальное лицо мужчины крупном планом. С приоткрытым ртом рассматриваю его каштановые волосы, двухдневную щетину, волевой подбородок, дразнящие губы и утомленный, настороженный и несколько ироничный взгляд.
Темно-синие проницательные глаза выдают в нем человека начитанного, умного, а вот дерзкий, я бы даже сказала, нахальный прищур, наоборот, настораживает. У таких мужчин обычно жесткая картина мира. Если не сумеешь вписаться в его требования, выдавать по запросу все 100% и работать на износ, тебя вышвырнут, заменив следующим.
Хмурю лоб и одергиваю сама себя. Вообще-то я не обязана разбирать по косточкам этот атлетический профиль! От меня нужен только комментарий психолога на его интервью. Преподавательница по физиогномике, с которой мы сдружились на последнем курсе универа, неделю назад посоветовала сайт, где можно оставить экспертные комментарии к различным журналистским материалам и тем самым постоянно мелькать в СМИ.
При высокой активности так и имя себе можно сделать! Постоянную работу психологом я пока не нашла. Консультировала клиентов «по сарафану»1, искала бесплатные методы продвижения, часто консультировала «страдающих» от тяжелых сессий и безответных влюбленностей первокурсников нашего же университета. Денег у тех было немного, зато практика шла реальная. Сразу на серьезную должность меня в штат все равно никто бы не взял.
Теплый, проникновенный голос синеглазого миллионера, пусть и высказавшего резкость, буквально вынуждает продолжить и нажать «Play».
– Моя идеальная женщина не такая. Она мудрая, светлая, настоящая. Без накладных ресниц, нарисованных бровей и жутких когтей, как у тираннозавра!
Я снова торможу запись. Чувствую, как к щекам приливает горячий румянец, а сердце наливается теплом. Боже мой! Да я словно примериваюсь на эту роль!
Ну, да! Прямо с меня списал!
Я никогда не понимала женщин, повернутых на «ноготочках», у которых нет тысячи рублей, чтобы купить билет на электричку и начать путешествовать, хотя бы в другой город, но зато они всегда найдутся деньги на новый маникюр.
Читаю описание к интервью Боярова и насмешливо улыбаюсь. Пафосный мажор – в тридцать три года уже генеральный директор и основатель крутой it-платформы, соединяющей рассылку писем и онлайн-звонки. Снимает для трехсот сотрудников целый этаж в одной из башен Москва-Сити и может купить себе все, что угодно, кроме счастливой личной жизни. Миллионер помешан на работе и проводит на ней почти все время.
«У настоящего дельца всегда на первом месте будет его бизнес. Умной женщине придется смириться с этой бесспорной истиной, – запускаю интервью снова. – Если бы я столько не работал, не достиг бы и сотой доли своего успеха. Знаете, что?! У меня было самое обычное детство. Я родился в непримечательном городке на окраине России, вырос без отца. Мы жили вдвоём с мамой в однокомнатной квартире, пока в восемнадцать я не решил, что должен взять ответственность за жизнь на себя и работать, не покладая рук, пока не добьюсь всего сам».
Выходит, родители миллионера вовсе не богачи, а так и не скажешь… Может, врёт?! По виду 100%-мажор!
Камера отъезжает, и я, наконец, вижу мужчину целиком. Лев Бояров расслабленно сидит в бархатном кресле цвета топленого молока, затем не спеша нагибается к изящной фарфоровой чашке кофе перед собой, выливает в напиток порцию густых сливок и задумчиво помешивает.
«Ого, я тоже обожаю американо! – смеюсь про себя. – И тоже без сахара!»
– Я помешан на своем бизнесе. Прихожу раньше всех, ухожу самый последний, – продолжает мужчина. – И моя женщина должна понимать это, не выносить мозг, что ей не хватает заботы и внимания.
Миллионер поворачивает голову прямо в камеру, и я вздрагиваю, словно он смотрит на одну меня. Ловлю себя на том, что взволнованно приглаживаю растрепавшиеся к вечеру волосы и, покраснев еще глубже, отдираю с пижамы кусок прилипшей с утра овсянки. Ох, уж эта дурная привычка завтракать с утра в постели, когда мама ушла на смену и можно без зазрения совести устроить себе позднюю трапезу в полдень.
Дослушав интервью об идеальной женщине миллионера до конца, я громко вздыхаю. Делаю себе американо, подогреваю молоко (сливок дома нет!) и наливаю в простенькую керамическую чашку. Поразмыслив, что полезного могу дать человеку, как психолог, набиваю комментарий:
«Безусловно, женщина должна понимать и принимать позицию своего мужчины, – начинаю немного издалека. – Глава семьи ведет, жена следует за ним. Именно это часто и вкладывается в понятие «быть замужем». Однако важно помнить, что отношения – парная игра, и оба человека несут ответственность за счастье друг друга».
Делаю глоток обжигающего американо, не дождавшись пока тот достаточно остынет, и продолжаю более резко. В конце концов, миллионер позволял себе говорить в интервью все, что думает, без прикрас, тогда почему я не могу так же?!
«Однако наивно свалить всю ответственность за свое счастье в личных отношениях на одну женщину или искать какого-то идеального человека. В любом случае, вы вдвоем будете меняться в паре, идти на уступки и компромиссы, если решите, что отношения, действительно, для вас важны. И вообще, на мой взгляд, абсолютно дико гордиться тем, что проводишь все время на работе, будто в жизни нет никаких других увлекательных вещей! Вы будете принимать более взвешенные решения, когда все сферы жизни будут в балансе. Перекос в сторону одной работы на самом деле только мешает. Сегодня многие бизнесмены, наоборот, полностью отстраивают все системы бизнеса, чтобы вытащить себя из постоянной занятости и больше сосредоточиться на других ценных вещах: здоровье, семье и удовольствии не от новых денег или достижений, а от воодушевляющих, счастливых моментов».
Ставлю точку, перечитываю набранный текст и угрюмо сжимаю губы. Не слишком ли заумно и нагло звучит?!
А впрочем, чем больнее правда, тем быстрее дойдет! Пускай не до Льва Боярова, вряд ли он когда-либо увидит мое послание, так хотя бы до тех мужчин, кто узнает себя в его ситуации!
Знала бы я в том момент, чем в итоге обернется для меня эта правда!
ГЛАВА 2. Выстрел
Неделю спустя
– Добрый день! С вами говорит главный секретарь Кристина, сеть офисов Льва Боярова, – слышу в трубке звонкий женский голос с острыми, стервозными нотками, и внутри все сжимается в комок. – Олеся Данилова, верно?
Девушка делает паузу, но мои мысли больше заняты шумом только что подъехавшего поезда. Я в метро, с трудом успеваю заскочить в вагон из-за вечерней давки. Люди как раз разъезжаются после окончания трудового дня, а я возвращаюсь домой после неудачного собеседования.
Хотела устроиться психологом в солидную частную клинику, но не вышло. Вакансия выглядела заманчиво с интересным спектром обязанностей, но в реальность оказалась не столь красочной. В клинику искали скорее продажника, который станет на приеме рекомендовать клиентам пройти разные дополнительные обследования, чем специалиста, готового по-настоящему решать проблемы. Мне были неинтересны грязные методы навязывания услуг. Я училась, чтобы помогать, а не вымогать деньги.
– Осторожно, двери закрываются, – слышу я вместе с настойчивым повторением последнего вопроса. – Олеся Данилова, верно?!
– Да, это я! Что вы хотели? – недовольно ворчу.
Звучит не слишком вежливо, но время для звонка, действительно, не самое удачное. Я героически пытаюсь пробраться к противоположным дверям, чтобы толпа не вынесла меня силой на следующей остановке.
– Вы могли бы, – начинаю, чтобы попросить перезвонить попозже, но не успеваю продолжить мысль.
– Олеся, Лев Олегович попросил записать его к вам на прием, – бодро выдает секретарша. – Завтра у него есть окно с 12 до 13, а послезавтра с 18 до 19. Когда вам будет удобнее?
«Никогда!», – хочу закричать в голос. Какой-то чудак только заехал мне по локтю громоздким рюкзаком. На глазах выступают слезы от яркой стреляющей боли.
– Завтра и послезавтра у меня полная запись, – вру, добавив в голос твердости. – Смогу в пятницу. Любое время после обеда!
Не хватало еще, чтобы клиент уже с порога навязывал свои условия. Нас учили, что психолог сразу должен выставить границы: оговаривать время, место, оплату. Если с клиентом возникают проблемы уже на подготовительном этапе, то проще от него сразу отказаться. Никакой полноценной работы не выйдет!
На секунду одергиваю сама себя. Выходит, что?! Я реально решила, что миллионер Лев Бояров решил записаться ко мне на консультацию?! С чего бы это вдруг? После того комментария на его интервью?!
Самой становится сначала смешно, а потом и неловко. Надо же, какая у меня самооценка! Наверняка, богатенький мажор из Москва-Сити просто хочет дать свой ответ на мой комментарий.
Ну, конечно! Мои слова зацепили его за живое, и он не может просто так пройти мимо. Если я ответила последний, значит победа за мной! Ему не терпится взять реванш и доказать глупенькой психологине, «в чём правда, брат»2.
– В пятницу у Льва Олеговича встреча в Министерстве на целый день, – оживает в трубке звонкий голос секретарши. – На вашем месте, девушка, я бы не ломалась. Таких клиентов, как Лев Бояров, у нас наверняка, никогда не было и больше не будет! Он готов оплатить ваш двойной тариф. Подвиньте того, кто у вас записан на завтра, и вопрос решён.
Дослушав предложение, я плотно сжимаю губы. Ненавижу ни манипуляции, ни хамство!
– Отлично! – продолжаю с нотами сарказма. – Лев Олегович может оплатить двойной тариф любому другому психологу!
Рука тянется к клавише, чтобы сбросить навязчивый и неуместный звонок, но я, не понимая до конца саму себя, почему-то в итоге медлю. Делаю слишком длинную паузу, словно жду еще несколько встречных, более уважительных к моей персоне предложений, и тяну время.
– Тройной тариф, – секретарша бесстыже повышает тон.
Я мысленно чертыхаюсь и нажимаю «отбой». Неуклюже (со всех сторон по-прежнему давят посторонние люди!) прижимаю телефон к грохочущему сердцу и сбивчиво дышу. Кажется, только что пробежала марафон, и надо хорошенько отдышаться, чтобы окончательно прийти в себя.
Проезжаю четыре остановки. В зале наконец-то становится свободнее. Я нахожу место, сажусь, буравлю взглядом молчащий телефон, как вдруг он буквально подпрыгивает у меня в ладонях и разрывается новым звонком.
Похоже, я заранее знаю, чей голос сейчас услышу.
– В субботу вы сможете? – без лишних сантиментов металлическим тоном продолжает секретарша.
– В субботу же выходной, – улыбаюсь. – И в воскресенье тоже. На выходных я отдыхаю вообще-то! Чего и вам желаю, Кристина!
Девушка в трубке отчетливо охает и шипит по-змеиному:
– Повесите на линии, я уточню! Актуально ли будет Льву Олеговичу на следующей неделе.
Я весело пожимаю плечами. Ситуация начинает меня забавлять. Неужели мы, правда, встретимся? Сама не верю, что это по–настоящему, а не какой-то розыгрыш.
– Пятница, девять вечера, – слышу в трубке уставший голос секретарши, девушка быстро добавляет: – Девять вечера – это как раз после обеда, как вы и хотели. Надеюсь, мы договорились?
Не дав мне ответить, Кристина скорее продолжает:
– Надо будет подъехать к нам в Москва-Сити. Башня Федерация. Семидесятый этаж. Вас встретят!
– Я не консультирую на территории клиентов, – произношу твердо, игриво улыбаясь.
Мысленно представляю, как у секретарши нервно дергается глаз. Чувствую, как моя легкая ухмылка разрастается до оскала Джокера из «Темного рыцаря».
Нет, я обычно совсем не вредная! Но если клиент навязывает свои условия, никакой качественной работы с ним не будет. Он попросту не услышит другую точку зрения.
– И вообще, – делаю контрольный выстрел в голову. – Если Лев Олегович так желает попасть ко мне на приём, пусть позвонит сам!
ГЛАВА 3. Приглашение
Не позволив секретарше продолжить, вновь завершаю вызов первой. Прячу телефон в сумочку, чтобы больше на него не отвлекаться. Наверняка, эта Кристина сейчас громко матерится и обдумывает новые ответы. От вежливого «Вы понимаете, что такие люди, как Лев Олегович, сами не звонят» до визгливого и стервозного «Да кто ты такая, девчонка?!».
Но продолжения беседы не выходит. Телефон молчит, я и сама мысленно замолкаю. Обрывки диалогов, как надо было ответить, утихают в голове, и мне приходится возвращаться к более насущным проблемам.
Я не нашла работу, и на этой неделе у меня только две консультации по тысяче рублей в столовой возле университета. Притом, одна из них еще под вопросом… Так что больше внимания пора сосредоточить на поиске вакансий и ежедневной отправке резюме. Найти на первое время хотя бы частичную занятость, чтобы продолжать набирать часы практики и одновременно зарабатывать деньги на жизнь. Пока училась, мне, как отличнице, платили повышенную стипендию.
Лев Бояров мне сам никогда не перезвонит, правда?!
Отчего-то вспоминаю его ироничный взгляд и с грустью вздыхаю. В сердце неприятно щемит, словно изнутри острыми когтями тираннозавра меня больно царапает совесть. Она бухтит, как старая бабка: «Надо было соглашаться с Кристиной, Леся! Хотя бы денег подзаработала!»
Я мгновенно понимаю, кому на самом деле принадлежат эти слова. Моя мама никогда бы не отказалась от такого заманчивого предложения. Она привыкла тяжело работать по сменам в швейном цеху, и легкие деньги всегда казались ей манной небесной. Я же понимала: не нужно бояться настаивать на уважительном отношении к себе. Если бы этому миллионеру, действительно, надо было со мной поговорить, то он бы перезвонил. Сам! Нет, значит, нет! Деньги ещё заработаю! Найду другие варианты.
Вернувшись домой, я завариваю крепкий чай и начинаю готовить ужин. Мама уже уехала на работу в ночную смену и вернется теперь только завтра к утру. Я мою болгарский перец, режу его вместе с имбирем и чесноком. Обжариваю небольшие кусочки курицы на подсолнечном масле до золотистой корочки. Добавляю на сковороду порезанные овощи и недолго тушу блюдо вместе с соевым соусом, перцем и солью. Под конец бросаю немного кунжута, чтобы любимое лакомство «Курица по-китайски в кисло-сладком соусе» выглядело почти, как в ресторане. С моими доходами настоящий ресторан мне в ближайшее время точно не грозит!
Поужинав, я в очередной раз основательно приступаю к вакансиям. Штудирую новые объявления (которых, к сожалению, не так много) и, вздохнув, просматриваю смежные должности: от секретарши до офисного сотрудника с непонятным кругом задач.
Звонит мобильный, и я, заметив краем глаза, что имя абонента не определилось, устало произношу, подчеркивая неуместность позднего беспокойства:
– Доброй ночи!
На часах уже больше девяти вечера. Вежливые люди в это время никогда не звонят.
– Олеся? – уточнят теплый мужской голос, и я моментально узнаю его. – Добрый вечер!
Не может быть! Или может? Вот же чёрт! Вот чёрт!
– Не слишком поздно звоню? – произносит Лев обволакивающим заботливым тембром.
Я прижимаю телефон ближе к губам и буквально сползаю на первую попавшуюся мягкую поверхность. Ей оказывается стул, на который я сунула резную конфетницу, чтобы та не мешалась на столе, пока все режу, и я громко взвизгиваю от испуга и боли. Острые края впиваются в кожу.
– Значит, поздно?! – мужской голос настолько приятно смеется, что мне начинает казаться, что мы знакомы уже много лет. – Когда удобно перезвонить?
– Я могу сейчас говорить! Могу сейчас! – сбивчиво выкрикиваю, как взволнованная школьница.
– Хорошо, с вами говорит Лев Бояров, – голос мужчины мгновенно становится серьезным и нарочито официальным. – Олеся, вы оставляли комментарий на мое интервью, все верно?
– Да, – смущенно выдавливаю, скидываю пустую конфетницу на пол, сажусь, глубоко дышу и стараюсь расслабиться. – Неужели вы прочитали?
– И хотел бы продолжить разговор, – договаривает мужчина. – Вы в эту пятницу в девять вечера свободны?
Услышав уже заданный сегодня вопрос, я бормочу что-то невразумительное.
– Моя секретарша немного напутала, – уверенно продолжает Лев, пропустив мимо ушей мои туманный ответ. – Мне не нужен полноценный сеанс психолога. Я хотел бы просто встретиться с вами, поговорить с глазу на глаз. Понимаю, что время стоит денег и готов оплатить вам этот час или два… Этажом ниже наших офисов есть неплохой ресторанчик. Что думаете о китайской кухне, Олеся?
Желудок выдает меня с потрохами. Беззастенчиво «поет», хотя я только что плотно поужинала. Если бы курочка была с лапшой, то конечно, вышло бы сытнее, но на нее банально не хватило денег.
– Как вам жареная лапша с морепродуктами в пикантном соево-цитрусовом соусе? Нежные баклажаны с хрустящей корочкой? Пельмени с креветками, крабом и сливочным сыром? Шашлычки из морепродуктов?
Я громко сглатываю слюну.
– Угощаю, – заправки соблазняет миллионер. – Кстати, рекомендую начать с курицы с ананасом в кисло-сладком соусе! Это их фирменное блюдо.
– Хорошо, – произношу в полубессознательном мечтательном состоянии. – Я подъеду к девяти.
– Назовите адрес, мой водитель вас привезет и отвезет обратно, – в голосе миллионера вновь звучат исключительно деловые требовательные ноты. – Возможно, итоговое время нашей встречи сдвинется.
ГЛАВА 4. Ожидание
Я будто нарочно пропускаю его последнюю фразу мимо ушей. Шепчу домашний адрес. Щеки полыхают румянцем, ладони липкие от пота. Чувствую, как губы сами складываются в мечтательную улыбку.
Нет, вовсе не потому, что я поем по-настоящему китайской курицы в кисло-сладком соусе! Ну, может, не только поэтому.
Я словно чувствую незримую связь между нами. Мы так похожи, у нас со Львом столько общего! Уверена, разговор пойдет легко, и я смогу разъяснить нюансы того, что имела в виду в оставленном комментарии. Надеюсь, он все-таки не счёл его слишком резким.
Сердце неистово пульсирует, аплодирует нашей договоренности. Я хочу поблагодарить, но простейшее слово «спасибо» застревает на языке. Тот словно онемел.
Мужской голос в трубке умолкает, не попрощавшись, и отключается. Я слышу только короткие гудки. Резкий обрыв разговора выглядит неожиданной звонкой пощечиной. Замираю, будто чувствую болезненный удар под дых и сразу убеждаю себя, что у деловых людей свои причуды. Время, действительно, позднее. Мы договорились о встрече, к чему пустые любезности.
Тем не менее я все равно не могу сразу отойти от нашего разговора. Ополаскиваю водой пылающие щеки и чувствую себя Золушкой, которая вот-вот попадет на бал к настоящему принцу. Притом даже о карете не нужно беспокоиться! В голову бегут обыкновенные женские мысли про «нечего надеть», и я зависаю в задумчивости перед окном. Приоткрываю створку пошире, впускаю на кухню пока еще теплый сентябрьский воздух и разглядываю полную луну.
Внезапно озарение «сбивает с ног». Да вообще-то я ничего не знаю про это Льва Боярова! Еду одна к чёрту на куличики в Москва-Сити ночью к незнакомцу. Непонятно, как и когда в итоге вернусь! О чем я вообще думала, когда соглашалась?!
Бегом запускаю на телефоне интернет и вбиваю имя миллионера в поисковик. На меня ворохом выпадает сотня публикаций: как тот ходил на шоу «Давай поженимся» и ушел, никого не выбрав, еще и обхамив одну из претенденток, интервью Льва из «Forbes», журналов «РБК», «Бизнес», «Генеральный директор» и куча пресс-релизов о его компании.
– Надеюсь, меня все-таки не убьют и не закатают в асфальт, – хмыкаю и вздрагиваю, прочитав заголовок годовой давности «Украла три миллиона и сбежала: главный бухгалтер миллионера Льва Боярова в розыске».