Странное убийство

– Так и зовите меня просто Виктория, как понимаю, мы с вами приблизительно ровесницы.

Продавщица обрадованно протянула руку:

– А я – Наташа.

Вика судорожно искала деликатный предлог, как бы поскорее покинуть магазин, но ничего путного на ум не приходило. К счастью девушки, в магазин вошли сразу несколько местных покупателей, и вопрос сам собой разрешился. Машинально Вика отметила, что мужчина, который толокся рядом во время разговора с продавщицей, вышел из магазина чуть раньше, так ничего и не купив.

На обратном пути Вика стала вспоминать, что действительно, когда в детстве приезжала с мамой на дачу, за ней из-за соседнего забора всегда наблюдала курносая девчонка с торчащими косичками. Выходит, теперь эта Наташа работает в местном магазине.

– Интересно, а где она живет? Ведь, на прежнем месте их маленького дома высится огромный особняк. Хотя, какое мне собственно дело, может, они так отстроились.

Виктория только на обратном пути обратила внимание, что за ней бредет здоровый пес, причем без намордника. Собака породистая, а хозяина нигде поблизости не наблюдается.

– Может, пес, как и я, сделал заказ в «Перекрестке», а теперь бредет домой, доложить хозяину, что поручение выполнил? Интересно, а собака кусачая, вдруг меня тяпнет? Странно, с какого перепугу я вдруг стала такая боязливая, то мужик меня насторожил, теперь собаки испугалась?

Так, все же опасливо озираясь на пса, Вика, наконец-то, добрела до дома. Собака, как ей показалась, вошла в приоткрытую калитку в ограде Шатрова.

– Может, Шатров на меня пса натравил, чтобы отомстить за статью? А собака не захотела со мной связываться. Господи, и что всякая дурь в голову лезет. Мне не об этом надо думать, а о том, что я не сообразила хотя бы один пакет с едой самой взять. А теперь жди, когда они заказ доставят! Так и голодной смертью пасть недолго.

Однако, не успела Вика закрыть за собой калитку, как увидела юношу на велосипеде с огромным баулом за спиной (ну, точно, как в Москве).

– Нью-Васюки – не иначе! – воскликнула девушка, пропуская в калитку курьера.

Курьером оказался совсем молоденький симпатичный парнишка. Он стал извиняться, что не смог вместить весь заказ в свой довольно объемный контейнер, а служебная машина, как назло, сломалась. Но, сказал, что может сейчас же довести остаток заказа на велосипеде, или чуть позже, когда мастер отремонтирует машину.

– Не торопитесь, если вы мне привезли, чем можно прямо сейчас перекусить. Кстати, как вас зовут?

– Илья. Бекон, яйца, йогурт, молоко, овощи и фрукты, чай, кофе я привез. Осталось довезти спагетти, крупы, стиральные, моющие средства и еще что-то не первой необходимости. Мне так посоветовала Наталья Сергеевна.

– Отлично, Илья! Наташа вам дала замечательный совет. Остальное довезете, когда вам будет удобно. Я собираюсь к соседу на шашлык, поэтому, если меня не будет, дверь оставлю открытой. Пакеты можете оставить в коридоре, прямо у двери.

Одноклассник, по-прежнему, сидел в той же позе, не реагируя на девушку. Когда Вика приготовила незамысловатый перекус, она пыталась уговорить Сергея разделить с ней трапезу. Но он буквально врос в стул перед ноутбуком, только что-то нечленораздельное промычал в ответ, типа, у него мало времени.

– Сереж, я тебя уговаривать не буду, надумаешь, еда на кухне.

Вика, наконец, осталась одна, поднявшись на второй этаж в маленькую спальню. Она весь день мечтала о том, что уединится в тиши, приведет в порядок свои мысли, выстроит план по крайней мере на ближайшие две недели. Но так вышло, что осуществить мечту удалось только ближе к вечеру – вон за окном уж темнеет.

– Надеюсь, сегодня не надо будет больше спасать мужчин, падающих в обмороки и выслушивать исповеди неудавшихся шпионов.

Вика прям, как была в джинсах и свитере, растянулась на кровати, аккуратно застеленной покрывалом. Но вместо долгожданного умиротворения и спокойного размышления о том, как обустроить свою жизнь дальше, на нее обрушилось какое-то непонятное, незнакомое ранее чувство. Она даже не сразу поняла, что это за чувство – что-то вроде тоски, неудовлетворенности. Девушке стало казаться, будто она заблудилась в лесу, никак не может найти, как из него выбраться.

Действительно, Вика была девушкой, уверенной в себе, самодостаточной. Решения она всегда принимала не сгоряча, а хорошо обдумав. И уж если, что решила, то никогда потом не жалела о содеянном. А сейчас, наверно, впервые она почувствовала некую неуверенность. Совсем по-другому представляла она новую жизнь. Вика считала себя девушкой с характером, поэтому постаралась взять себя в руки.

– Будем рассуждать логически, чего мне не хватает?

– Не хватает работы, редакционной суеты вокруг, постоянных звонков, историй коллег.

– Но, я же давно хотела остаться в тишине, осуществить заветную мечту – написать книгу. Сегодня день вышел сумбурным, но, может, завтра все наладится?

– Как ни странно, мне не хватает Виталия, его постоянной заботы. Еще мне не хватает комфорта, которым он меня окружал.

– Получается, ты в нем видела не мужика, а няньку, без которой тебе приходится самой о себе заботится.

Неожиданно споры девушки самой с собой прервал звонок телефона. Рингтон телефона был незнакомый (Вика еще не настроила новый смартфон на свой вкус). Незнакомый звук, непривычная обстановка вокруг – такая новая жизнь.

– Господи, кто мне может звонить, ведь, я новый номер телефона дала только маме под строгим запретом: не давать его даже моим подругам? Проверю, может, мама не выдержала, сама звонит мне.

К своему удивлению, взяв телефон, Вика увидела высветился Шатров. Вспомнила о договоренности насчет шашлыка.

– Алло, Артем, что-то вам не спится? Я думала вы забудетесь мертвецким сном, и плакал «мой отравленный шашлык».

– Виктория, именно возможность отравить вас не дала мне долго спать, хочется как можно быстрее осуществить задуманное. Приходите, жду вас вместе с одноклассником. Шашлык уже готов.

Как ни странно, Вика очень обрадовалась тому, что долгожданное одиночество опять было нарушено.

– Хорошо, что Шатров приготовил шашлык раньше назначенного времени – нет времени на рефлексию.

Не понравилось беглянке непонятно откуда-то закравшееся сомнение в правильности своего выбора. И вообще Вика не могла припомнить, когда раньше занималась «разбором полетов», самокопание уж точно – не ее метод.

Спустившись на первый этаж, Вика объявила Сергею, что сосед ждет их на шашлык. Но, неудавшийся шпион спешил завершить свои научные изыскания, он сказал, что ему сейчас не до шашлыка.

– Ладно, Сереж, уговаривать тебя, чувствую, бесполезно, пойду одна. Не пугайся, дверь специально оставляю открытой, чтобы, не дай бог, не спугнуть твое научное озарение, когда приедет курьер с доставкой.

Вика стала было напяливать свое белоснежное кашемировое пальто, но поняла, что идти в нем на шашлык, довольно нелепо. Рядом на вешалке болтались две куртки великого ученого, которые для пикника на природе подходили гораздо больше.

– Сереж, не возражаешь, если я воспользуюсь одной из твоих курток, а то мое белое длинное пальто явно не подходит для затеи с шашлыком.

– Вика, бери хоть обе куртки, мне они за ноутбуком явно не пригодятся.

Шатров ждал гостей у калитки.

– Виктория, а где ваш одноклассник? Проходите, не пугайтесь, собаку я на всякий случай посадил на цепь.

– Одноклассник не придет, сказал, что у него творческое озарение, которое надо спешно зафиксировать, пока научная мысль не убежала. На самом деле, я думаю, это – отговорка, Сережа просто не хочет быть свидетелем при моем отравлении. Вместо себя он прислал куртку, которую мне одолжил. Кстати, о собаках, ваш пес со мной знаком, он провожал меня от магазина до дома. В отличие от вас, Артем, у собаки ко мне претензий не было. Как зовут вашего пса, познакомьте меня, а то невежливо получается, мы до сих пор не представлены друг другу.

– Если не боитесь, я тогда с цепи освобожу Филимона. Ладно, иди знакомься с Викторией, Фил.

Пес немедленно подбежал к Виктории, сначала обнюхал ее, потом устроился у ее ног.

– Фил, ты чего расселся, веди гостью в шашлычную зону, будем угощать Викторию фирменным шашлыком.

– Необычное для собаки имя Филимон, но мне кажется вашему псу очень подходит.

– Фил достался мне по наследству вместе с кличкой. Мой близкий друг на несколько лет уехал в командировку в Венесуэлу, просил приютить собаку. Через год Андрюха должен вернуться, но я так прикипел к Филу, что ни за что не отдам его хозяину, теперь пес мой.

– Странно у вас, Артем, получается: то Фил самостоятельно разгуливает по поселку, то вы его сажаете на цепь, будто он кусачий.

– Фил, очень воспитанный пес, Андрей его щенком отдал хорошему дрессировщику, поэтому он четко выполняет все команды. Днем я Фила специально послал охранять вас. А на цепь посадил просто, чтобы гостям было комфортно, потому что некоторые люди очень боятся больших собак. В вас я был почти уверен, а вот ваш одноклассник мог испугаться (такое он произвел на меня впечатление).

– Рассуждаете, как профессиональный психолог. Оказывается, вы уже давно проснулись, если видели, как я бродила по поселку.

– Да, мне пары часов вполне хватило, чтобы полностью восстановиться.

Шашлычная зона была устроена очень просто, но находиться в ней оказалось весьма комфортно и уютно. Под навесом располагался большой добротный стол, вокруг которого вместо стульев стояли деревяные лавки. Стол и лавки были сделаны из хорошей древесины, покрытой лаком. Здесь же под навесом находился мангал. Обворожительные запахи запеченного мяса и тлеющих древесных углей моментально вызвали у Вики реакцию, которая называется – «потекли слюнки».

– Артем, а вы посылали Фила оберегать меня, чтобы потом самому со мной расправиться?

– Виктория, если честно, в процессе нашего общения вся моя злость на журналистку Градову улетучилась. Вы не вписались в образ противной журналюги, который у меня сформировался. Оказалось, с вами даже очень приятно беседовать. Может, вы меня околдовали, потому что я уже практически забыл все неприятности, которые со мной происходили последние дни после вашей статьи.

Артем разложил шашлык по тарелкам, разлил вино по бокалам и предложил тост:

– Пусть всегда все плохое также быстро улетучивается из нашей памяти, а все хорошее оседает в ней навсегда.

Так они, как добрые старые знакомые, сидели болтали о всяких пустяках, пили красное вино «Кьянти» (кстати, Викино любимое), ели вкусный шашлык. На улице припустил дождь, но под навесом было хорошо, напротив шум дождя создавал уютный фон. Прошло не меньше двух часов прежде, чем Артем спохватился, видя, как Вика поеживается от холода. Хозяин предложил пройти в дом, выпить горячего чаю.

Когда вошли в дом, девушка осмотрелась придирчивым взглядом, ожидая, что интерьер будет вычурным, под стать внешней архитектуре. Но, помещение внутри отличалось умеренностью и было оформлено со строгим вкусом с упором на комфорт.

– Артем, у вас здесь уютно, такое впечатление, будто вы обитаете постоянно, не похоже на дачу, которую навещают изредка.

– Так и есть, я здесь живу постоянно, вот в московской квартире бываю крайне редко. Виктория, предлагаю, чай пить по-домашнему в кухне. Не возражаете?

– Нет, конечно, я тоже люблю чаевничать на кухне.

Артем достал из бара ром и предложил гостье добавить его в чай, чтобы уж точно согреться. Вика не употребляла крепких напитков, но решила, что чуть-чуть в чай не страшно, к тому же не удобно было выламываться. И, кстати, не пожалела, мало того, что чай получился очень вкусный, сразу сделав несколько глотков, почувствовала, как по всему телу разлилось приятное тепло. Стало очень легко и хорошо, появилась раскованность, которая помогла, наконец, Вике задать вопрос, мучавший ее весь вечер:

Артем, а к нам, случайно не нагрянет ваша жена? Увидит «картину маслом»: супруг проводит время с молодой женщиной поздним вечером. Она, ведь, может подумать бог знает что. Не боитесь?

– Нет, вовсе не боюсь, уверяю вас, ко мне никто не нагрянет. Это скорее вам надо опасаться, Виктория.

– Не поняла, почему мне?

– Мне же в редакции объяснили, что у вас есть всемогущий любовник, а сегодняшний одноклассник сообщил о наличии еще и мужа. Наверняка, хотя бы один из этой компании ищет вас, вот он и может нагрянуть.

– Нет, меня сегодня никто не сможет найти, я очень искусно засекретила свое местоположение.

Вика по натуре была очень скрытной особой, и не любила распространяться о своей личной жизни. Даже близкие подруги жаловались, что всю информации приходится тянуть из нее клещами, буквально под пытками. А тут случилось невообразимое – Вика почувствовала, как у нее каким-то волшебным образом развязался язык: она совершенно постороннему мужчине, с которым познакомилась несколько часов назад, начала выкладывать:

– Артем, все не так страшно, у меня муж и любовник «в одном флаконе», и от этого «флакона» я сегодня сбежала.

– Теперь не понял я, как это – в одном флаконе?

– Что тут непонятного? Был только любовник. Просто, мама присвоила любовнику статус мужа. Я подозреваю, маме было неловко говорить знакомым, что ее дочь живет с мужчиной без штампа в паспорте.

– Уже легче, с одним как-нибудь справлюсь!

– Артем, я же сказала, что меня никто не найдет здесь. Вижу, вы испугались – мол, придется оправдываться, объяснять, что мы с вами ничем, кроме моей ужасной статьи, не связаны.

Едва Вика успела произнесла последнюю фразу, раздался звонок, похожий на колокольчик.

– Вика, как я и предсказывал, пришел ваш «флакон».

– Почему вы так решили?

– Кто-то рвется в дом, звонок от калитки в ограде. Слышите, Фил подал голос, чует чужака.

– Гарантирую, что не по мою душеньку. А, может, Сережа, наконец, сделал все открытия и пришел перекусить?

– Ладно, пойду открою. Только скажите мне, Виктория, заранее, впускать вашего «флакона» или сказать, что вас здесь нет?

– Поскольку я точно знаю, что меня здесь никто не найдет, можете впускать кого угодно. Уверена на сто процентов: пришел ваш гость.

Когда за Артемом захлопнулась дверь, расхрабрившаяся от рома Вика вслед ему горестно пробормотала:

– Ничего вы мужчины не понимаете в тонкой душевной конструкции женщин!

Девушка налила себе еще чаю с ромом. Она огляделась по сторонам, ее слегка затуманенный от рома взгляд упал на кресло-качалку с шерстяным английским пледом (прям, как в кино). Ей показалось, что кресло слегка покачивается, как бы зазывая ее.

– Интересный расклад получается: и вино у Артема мое любимое «Кьянти», а тут еще и кресло-качалка. Неужели Шатров знает, что я обожаю отдыхать, как старушка, именно в таком кресле. Понять бы, он подбивает под меня клинья, или просто у нас вкусы совпадают?

Вика пересела в кресло, удобно в нем примостилась, накрыв ноги пледом. Она сделала еще пару глотков чая, но быстро поставила чашку на рядом стоящий журнальный столик, чувствуя, что еще чуть-чуть и она уронит ее. Раздавшийся шум голосов в гостиной девушка уже не слышала. Молодой здоровый организм требовал отдыха от треволнений сегодняшнего дня, поэтому самостоятельно переключился на режим сна.

Когда Вика наконец проснулась за окном уже брезжил рассвет. Девушке пришлось поднапрячься, чтобы вспомнить, как она оказалась в чужой кухне, и почему уснула в кресле. Когда память восстановила события вчерашнего вечера, Вике стало ужасно стыдно, что она уснула, как подзаборный пьянчуга.

– Делать нечего, репутация окончательно подмочена, надо как-то по-тихому, пока хозяин не проснулся, выбираться на свою дачу.

Так отчаянно соображала Вика, на цыпочках пробираясь к выходу. Внутренний навигатор подсказывал, что надо пройти коридор, за ним будет гостиная, потом прихожая, одна стена в ней сплошь стеклянная, вроде, там и есть выход на улицу. Но все надежды девушки рухнули, когда в гостиной ей преградил путь Филимон.

– Доброе утро, Фил! Как ты оказался в доме? Вчера же хозяин держал тебя во дворе, велел охранять дом.

Фил три раза отрывисто тявкнул.

– Какой же ты умный, Фил, отвечаешь мне что-то, а я тебя не понимаю. Давай, попробую отгадать. Наверно, хозяин приказал тебе не выпускать меня без досмотра, кабы я не прихватила бутылку чудесного рома. Точно, не мешало бы ром, и правда, утащить. Вчера у меня был трудный день, а пиратское спиртное отвело все мои печали и тревоги. Надо же, ром подействовал получше сильнодействующего снотворного, я спала, как убитая. Представляешь, Фил, уснула, как алкашка сразу после распития. Канавы, подходящей, рядом не было, пришлось забыться в кресле. Скажи, ты меня уважаешь после такого ужасного поступка? Вот молчишь, а если б уважал, тявкнул бы.

Вика так увлеклась диалогом с Филимоном, что не обратила внимание, что «хозяин», про которого шел разговор спускается по лестнице со второго этажа.

– Доброе утро, Виктория! Я Филу велел сообщить, когда вы проснетесь, поэтому он подал голос и не выпускает вас.

– Я уж догадалась, что сейчас будет таможенный досмотр. Обыскивать будете, раздеваться или так осмотрите?

– Упаси боже, какой обыск? Надеюсь, вы пошутили.

– А, почему меня Фил не пропускает? Я хочу к себе на дачу, мне надо, извините за прозу, в туалет в конце концов.

– Виктория, у нас туалет имеется. Он находится недалеко от кухни, я вам специально оставил дверь открытой, чтобы не шарили спросонья. Я очень прошу, вернитесь, проверьте, правильно ли я говорю? А потом поговорим, я обещал передать вам некие новости.

– Господи, какие еще новости? Откуда новости взялись ночью? А догадываюсь, они вам приснились?

Артем понял, что по-хорошему не получается, поэтому строгим голосом отдал приказ:

– Вика, прекратите препираться, идите, наконец, в туалет, потом все объясню.

Девушка слегка было опешила – с какой вдруг стати с ней так разговаривают, но тем не менее послушно поплелась в указанном направлении, бормоча:

– Интересно, что возомнил о себе этот противный тип? Домой не пускает, и еще командует: направо шагом марш…. Хотя, что я удивляюсь, жду от Артема элементарного уважения? Все закономерно: какое уважение может быть к женщине, которая перебрала спиртного и завалилась спать в чужой кухне.

Вика нарочно долго возилась, оттягивала момент выслушивания якобы срочных новостей. Она долго, как хирург, мыла руки, затем начала рассматривать себя в зеркале.

– Странно, бурная ночь, кажется, не отразилась на внешности, лицо вовсе не помятое, такое впечатление, что я прекрасно выспалась.

Вика машинально распустила волосы, которые были забраны в строгий пучок. Золотая волна рассыпалась по плечам. Девушка прекрасно знала, что волосы у нее чудо, как хороши. Но обычно Вика специально прятала свое главное украшение в пучок, понимая, что с распущенными она – просто вылитая красотка с обложки модного глянцевого журнала. А быть похожей на «этих дур» ей вовсе не хотелось. Сейчас же, видимо, интуиция подсказала девушке: когда нет веских аргументов, оправдывающих ее ночное поведение, можно в ход бросить и этот жалкий трюк (так она сама считала).

Девушке поначалу показалось, что фокус с волосами удался на славу. Артем даже зажмурился, не веря своим глазам – перед ним стояла Златовласка из сказки.

– Виктория, что вы с собой сделали? Вас просто не узнать!

Но мужчина быстро справился с эмоциями, понимая, что нельзя отвлекаться, надо выполнить не очень приятную миссию, которою он зачем-то на себя взвалил.

Вика самонадеянно уже сделала несколько шагов к выходу, надеясь, что внешний вид поможет ей избежать утренних новостей, когда услышала окрик:

– Виктория, вы куда? Садитесь в кресло, я же вас предупредил: я должен вам сообщить срочную информацию.

Недовольная тем, что трюк сорвался, Вика уселась в кресло, шутливо бормоча:

– Говорит и показывает Москва, работают все радиостанции России, лучший ученик Левитана сообщает нам последние новости дачного поселка….

Артем невежливо перебил девушку:

– Виктория, не надо шутить, новости весьма печальные. Вчера перед тем, как вы уснули (если вы помните), к нам пришел гость, я пошел открывать.

Вика разозлилась, она решила, что Артем проверяет ее на степень опьянения. Иначе зачем, он вспоминает эти позорные подробности? Она решила доказать ему, что прекрасно все помнит:

– Конечно, я помню в мельчайших подробностях наш спор о том, кто звонит в дверь. Я утверждала, что гость пришел к вам, а вы выдвигали дурацкую версию, мол, рвется мой «флакон». Подтвердите, Артем, я была права? Гость пришел к вам?

Вика торжествовала, она почти дословно воспроизвела последний разговор, состоявшийся вчерашним вечером. Даже ухитрилась использовать шуточную идиому с «флаконом», чтобы доказать – она была «как стеклышко» перед засыпанием.

– Нет, Виктория, гость искал именно вас. Это был ваш «флакон», причем он решил, что вы от него сбежали ко мне. Я не стал оправдываться, потому что расскажи я про обстоятельства нашего знакомства, он бы точно решил, что я – сказочник. Потом, если сочтете нужным, объясните ему все сами.

– Не верю, такого быть не может, Виталий не знал адрес моего убежища. Я даже своим подругам не сообщила, где я собираюсь отсидеться.

– Виктория, не изображайте из себя Станиславского. Лучше подумайте хорошенько, зачем мне вас обманывать?

Девушка уперлась и решила подловить собеседника на дополнительном вопросе:

– А почему он к вам пришел меня искать?

– Не знаю, наверно, ваш одноклассник его направил. Виктория, давайте не терять время на пустую болтовню, слушайте меня, и вы все поймете. Кстати, вот его визитка, гость зачем-то сразу мне ее вручил, как только я открыл калитку.

Виктория, которая по-прежнему не верила Артему, думала он ее разыгрывает (хотя никак не могла взять в толк зачем?), с удивлением взяла визитку.

– Да, точно, это визитка Виталия.

Теперь мысли девушки совсем запутались – случилось совершенно невообразимое. От полной растерянности Вика глупо пошутила:

– Как же вам удалось меня отвоевать?

– Да, собственно, и отвоевывать не пришлось. Я пошел позвать вас, чтобы вы сами разбирались с гостем. Но когда увидел, как вы сладко спите, жалко было будить. Поэтому сообщил «флакону», что Виктория утомилась и уже отдыхает. Он, по-моему, все неправильно интерпретировал. В сердцах назвал себя «ослом», сокрушаясь, что сам не догадался о причине, по которой вы его бросили. Еще он горестно посетовал, почему Виктория сама не сообщила ему, что уходит к другому. Скажу честно, я ничего оспаривать не стал. Зачем мне лезть в чужие отношения, о которых я понятия не имею? Сами объясните ему, если захотите.

Артем сделал небольшую паузу, втайне наблюдая, как девушка переваривает первую порцию, свалившейся на нее информации. Артем опасался, вдруг Виктория устроит скандальчик из-за того, что он не опроверг выводы ее любовника. Но, как ни странно, девушка даже обрадовалась:

– Артем, спасибо вам большое.

Артем удивленно вскинул брови:

– Не понял, за что «спасибо»?

– За то, что не стали отнекиваться от меня, доказывать, что вы ко мне не имеете никакого отношения. Пусть Виталий думает, будто я ушла к другому мужчине. Теперь мне можно и не прятаться, высокая самооценка не позволит главному редактору бегать за мной в такой ситуации.

– Виктория, вы меня отвлекаете, я никак не могу перейти к новостям. Сейчас самое важное вовсе не в путанице, кто, чей любовник и к кому ушел. Это только присказка, сказка будет впереди. У меня для вас новости и не очень приятные, вернее совсем неприятные.

– Как, неужели ко мне еще кто-то приходил? – кокетливо произнесла Вика.

– Нет, новых персонажей больше не было, да и мизансцена не менялась. Сгоряча ваш Виталий, «рыдая» покинул мой дом. Буквально через несколько минут вернулся – я уж думал: сейчас будет драка. Но ваш «флакон» оказался нормальным мужиком, он попросил передать вам следующее сообщение:

Артем вдохнул полной грудью и, как ученик, скороговоркой выпалил:

– Дело в том, что у вашей мамы случился сердечный приступ, и Виталий отвез ее в больницу. Вот «флакон» написал, в какой клинике находится ваша мама. Именно эту печальную новость я обещал вам передать.

Артем протянул листок с координатами больницы. Вика отбросила визитку на пол и практически вырвала бумажку.

– Почему вы меня не разбудили, узнав это? Мне срочно надо ехать в клинику. Пустите же меня, я сейчас же еду.

– Виктория, я вас не держу, мне самому неприятно сообщать такие новости. И вообще не путайте меня в свои любовные дела.

– Не понимаю, почему мама не позвонила мне, я же ей оставила свой номер телефона на такой случай?

– Мне ночной гость объяснил, что ваша мама, когда почувствовала себя плохо, не могла найти листок, где записан номер телефона, который вы сменили. Возможно, она была не в курсе ваших коллизий, поэтому позвонила «названному мужу», он сразу приехал, вызвал «Скорую помощь». Я полагаю (но это только догадка), мама сообщила ему, где вы скрываетесь. Так «флакон» нашел вас, Виктория. Еще Виталий предупредил, что ночью к маме ехать не надо, вас к ней все равно не пустят. Поэтому будить вас не имело смысла тем более, что вам нельзя было вечером садиться за руль.