Режим безвизового въезда

Глава 20

Андрей смотрел мне в глаза, а я явно видела, как шевелятся его мозги. Ну-ну, придумай теперь какое-нибудь разумное объяснение.

– Хорошо, – наконец извлек супруг, – но это не означает, что к Марине кто-то залезал!

– Означает – означает! – подбодрила я Андрея.

– Хорошо, давай так, – пошел на компромисс муж, – тебе сказали, что дня через два можно будет прийти к Марине. Ну вот, подождем, а потом сами у нее спросим, просила она кого-нибудь заходить или нет?

Гений просто.

– А если не пустят, а если не очнется? – во мне вдруг проснулся скептик.

– Значит, начнем действовать! А пока, давай лучше где-нибудь поедим!

Я застонала. Почему у моего любимого мужа главный орган – желудок?!

Вечером, когда мы тихо-мирно смотрели телевизор (ну, может, не совсем тихо и не совсем мирно), в дверь постучали.

Я подорвалась с места и стрелой понеслась к двери. Надо бы было соседей предупредить, хорошо, что кто-то догадался ко мне прийти, а не милицию сразу вызвать.

Я открыла дверь. На пороге стояла Зинаида Петровна, бабулька, хорошо мне известная. Она жила здесь с незапамятных времен, по крайней мере, сколько я тусовалась у Маринки, столько я помнила ее. Всегда накрашенная, завитая, в нарядном платье – Зинаида Петровна производила очень милое впечатление. И мало кто знал, что эта скромная, добрая бабушка с ямочками на щеках 30 лет проработала следователем. Причем первоклассным.

– Добрый вечер, Зинаида Петровна!

– Настенька, – всплеснула руками соседка, – деточка! Куда же ты пропала?

– Так получилось, – уклончиво ответила я, – да вы проходите!

Зинаида Петровна вошла в дом, и ее меткий глаз сразу приметил Андрея, завладевшего пультом в мое отсутствие.

– Познакомьтесь, это Зинаида Петровна, – громко, чтобы перекричать какой-то излюбленный Андреем сериал про ментов, возвестила я, – а это Андрей, мой муж!

– Ты вышла замуж? – удивленно взглянула на меня соседка. Я прям смутилась, такое ощущение, что я кривая, косая и у меня изо рта плохо пахнет, раз вызываю такое удивление своим замужеством.

– Ну да, – скромно проблеяла я в ответ. Мой супруг, наконец-то, соизволил подойти ко мне, дабы его могли пощупать, чтобы убедиться, что это не глюк.

– Радость-то какая, деточка! – порадовалась за меня старушка. – А то ты со своей работой никого вокруг не видела! И как это вам удалось отвлечь ее на себя? – это уже было адресовано мужу.

– А я ей другой мир показал! – подмигнул мне Андрей.

– Давайте чаю попьем, – вспомнила я, наконец, правила приличия.

За чашечкой чая мы обсудили мою личную жизнь. Я, как шпион, уворачивалась от компрометирующих вопросов, типа, "где живешь", "где работаешь" и т.д.

Андрей лишь посмеивался, так как его особо не допрашивали. Да и он уже этому делу обученный, ему проще.

Когда тема моего существования иссякла, Зинаида Петровна как-то погрустнела.

– Ты же знаешь, что с Мариной случилось?

Я навострила уши. Если кто и успел все разузнать, то только эта бойкая бабуля.

– В общих чертах, – осторожно ответила я. – Дело в том, что мы приехали навестить подругу, прихожу, а ее дома нет. Думала на работе, звоню, а там говорят, что она в больнице. Но в палату нас не пустили, – грустно, давя на жалость, добавила я, – даже странно, вроде обычное отравление. Видимо, что-то серьезное!

– Серьезнее некуда, – заговорчески прошептала Зинаида Петровна. Видимо, бдительность она к старости начала терять, раз не раскусила мое любопытство. – Марину-то отравить до смерти пытались!

– Что вы говорите? – с изумлением воскликнула я. Может все-таки стоит попробовать в театральный?

Краем глаза я видела, как Андрей помешивает сахар в чае. Но прожив с ним три года, я прекрасно понимала, насколько он сконцентрирован, чтобы не упустить никакую информацию.

– Вот то и говорю, – довольная произведенным впечатлением продолжила старушка, – дело-то было вечером! Сижу, значит, я, смотрю сериал! Митька мой, совсем с ума сошел, купил мне плазму на всю стену, я каждый вечерь, теперь, как в кинотеатре! А тут, что-то, у меня каналы забарахлили, я и пошла в спальню смотреть, думаю, может получше будет! А в спальне-то окна как раз выходят на дом Мариночки. Смотрю, Батюшки! Скорая! Я быстренько оделась и вниз. А Марину-то на носилках выносят! Я к докторам, что, мол, случилось? А они мне "Отравилась, хорошо, что хоть скорую успела вызвать, будем надеяться, что довезем". Я еще тогда подумала, что все это как-то странно. Зная педантичность Марины очень удивительно, что она умудрилась отравиться. Но, чем черт не шутит! Вернулась домой, а заснуть не могу, сердцу тревожно! До утра и прокрутилась. А утром гляжу, у нее во дворе милиция ошивается. Ну, я быстренько по своим каналам-то разузнала, что да как. Оказывается, по всем признакам Мариночку пытались отравить мышьяком!

Я переглянулась с Андреем.

– А что, мышьяк можно выявить?

– Да, его обнаружили в крови. И по всем признакам, отравилась она буквально за пару часов до того, как приехала скорая.

– А почему в милиции решили, что Марину пытались отравить? – подал голос Андрей. – Может, она где-то поела, где травили крыс или еще кого-нибудь. Мышьяк, случайно, попал в пищу.

– Молодой человек, у Марины серьезный случай, она была на грани смерти, то есть, мышьяка не пожалели! Разве что повар перепутал его с какой-то приправой! Хорошо еще, что врач попался разбирающийся в симптомах токсических отравлений, а то пара дней и все!

Я поежилась. Жуть какая!

– Простите, а Марина не просила вас передать мне письмо?

– Нет, – старушка удивленно посмотрела на меня, – а разве она знала, что вы едете?

– Ну да, – выкрутилась я, – мы ее предупреждали, приехали, а ее нет!

– Нет, мне Марина ничего не передавала! Ну ладно, засиделась я у вас, – Зинаида Петровна направилась к двери, – пойду домой, а то мой сериал скоро начнется!

– До свидания, – я проводила старушку к выходу, – заходите в гости.

– Хорошо, – соседка вдруг обернулась, – ты Марину не бросай сейчас, после отравления такого рода долгий реабилитационный период, она будет уязвима. А я уверена, ее пытались убить, правда, не знаю почему.

Я кивнула головой.

– Ой, чуть не забыла спросить,– спохватилась я, – а вы не знаете, кто-нибудь приходил в дом, после того, как Марину увезли?

– Ну, милиционеры только.

Я погрустнела. Действительно, они особо не церемонятся при осмотре. И чек мог выпасть у кого-нибудь из них, они же тоже детей имеют.

– Я, правда, после них пришла, прибралась, чтоб все хорошо было, – продолжила старушка, – везде пропылесосила, в шкафу порядок навела.

Я сделала стойку, как собака, учуявшая лису.

Я несколько раз была в гостях у Зинаиды Петровны и каждый раз ужасалась! По сравнению с ней Марина неряха! Кто я по сравнению с ними – я лучше промолчу.

Если уж Зинаида Петровна наводила тут порядок, не то что лифчики из шкафа не будут торчать, они будут сложены чашечка в чашечку, причем по цвету: от темного к светлому!

– Зинаида Петровна, а после никого не было?

– Я не видела, – пожала плечами старушка, – да и мало кто знает, где лежит ключ!

Когда соседка удалилась, я вернулась к Андрею и устроилась у него под боком. Там мне легче всего думалось.

Что мы имеем? Марину пытались отравить, я дам на это 95%. Скорее всего к этому причастен человек, у которого маленький ребенок, по крайней мере, в доме. Я имею в виду, что это необязательно сын или дочка, это может быть брат, сестра, племянник – кто угодно под одной крышей! И третье, у Марины что-то искали.

Я вздохнула! Загадка на загадке! Тем более, зная свою подругу, я не представляю, что она могла куда-нибудь влезть.

Тем временем в голове, словно назойливая муха, крутилась мысль, что это может быть связано с "колоритом". Сразу же вспомнились ужасные события, происходившие три года назад. Тогда я чуть было не потеряла Андрея и Элину! До сих пор меня периодически мучают кошмары, что я на пару секунд замешкалась и не успела выстрелить. Бррр.

Андрей, видимо почувствовав мое напряжение, вынул меня откуда-то из подмышки и заглянул в глаза.

– Все в порядке?

Я, как китайский болванчик, интенсивно закивала головой.

– Думаешь о Марине?

– И о ней тоже.

– А о чем еще?

Вот, блин, следователь, не отстанет же!

– Еще вспоминая события трехлетней давности, – призналась я.

Андрей в удивлении приподнял бровь.

– Что это вдруг?

– Знаешь, – я как-то замялась, – я вдруг подумала, что события, произошедшие с моей подругой, могут быть связаны с "Колоритом".

Андрей призадумался.

– А чем увлекается Марина?

Теперь в раздумья впала я.

– Ну, насколько я знаю, ничем. То есть, – поправилась я, – ничем серьезным. Пару раз в неделю ходит на фитнесс, посещает курсы психологии, ну и все.

– А друзей – знакомых у нее много?

Я горько усмехнулась.

– В какой-то степени, мы с ней волки-одиночки. У нее, равно как и у меня, нет близких людей. Есть пара-тройка знакомых, с детства еще. Она с ними раз в полгода встречается, а так никого, про кого бы я знала.

– А мужчины?

– Мне она ничего в письмах про личную жизнь не рассказывала, но при мне у нее случались короткие романы, но не больше.

– Знаешь, малыш, – усмехнулся супруг, – она мне очень кого-то напоминает! Может, ее тоже в другой мир запихнуть?

Я стукнула развеселившегося супруга.

– Да, твой "колорит" проверить надо, – сразу став серьезным, вынес вердикт Андрей. – Только вначале все же не мешает поговорить с самой Мариной!

Я вздохнула. Ну, прав он, ну и что?

Проснулась я от звонка телефона. По привычке посмотрела на часы – 6 утра. Кому не спится?!

В трубке раздался бодрый голос:

– Анастасия?

Удивительно, кто меня разыскивает в доме подруги.

– Да, это я. А кто говорит?

– Это доктор Морозов. Ваша подруга очнулась и просила позвонить ей домой, видимо, знала, что вы приедете.

– Уже выезжаю, – крикнула я в трубку, пытаясь на ходу нацепить джинсы и кофту.

Я одним пинком растолкала любимого супруга, крикнув, практически в дверях:

– Я к Марине, она очнулась! Ты со мной?

Андрей перекатился с кровати в свои брюки и согласно кивнул.

Всю дорогу в такси я нервно елозила. Во-первых, я три года не видела подругу и было очень волнующим предвкушение встречи. Во-вторых, мне было банально страшно. Марина же с меня шкуру живьем спустит за то, что уехала! Читали бы вы ее первые письма ко мне!

Ну а в третьих, мне не терпелось узнать от Марины все подробности отравления!

Андрей, заметив мое ерзание, положил свою руку мне на коленку и прошептал:

– Если ты не успокоишься, водитель решит, что у тебя чесотка!

Вот скажите, а у вас мужья тоже так же в трудную минуту утешают?!

Но, как ни странно, такое напутствие от супруга меня слегка отвлекло, и уже оставшиеся 10 минут до больницы мы ехали относительно спокойно.

Возле палаты нас ждал тот самый доктор Морозов, впрочем, и тот самый, который не пустил нас в палату вчера.

– Кто такие?

Господи, как на засекреченный объект! Интересно, пароль будет спрашивать?

Хотя, с другой стороны, мне нравилось, что здесь все так тяжело. Я боялась, что предпримут еще попытку дисквалифицировать Марину из жизни!

– Меня зовут Анастасия, вы мне с утра звонили!

– А это кто? – кивнул в сторону супруга врач.

– Это мой муж.

– Ясно, проходите, у вас 10 минут.

Глава 21

Очень мило.

– Интересно, а он здесь всегда дежурит? – Прошептал мне Андрей, когда нас милостиво пропустили в палату. – Или у него телепорт из докторской: "Ага, кто-то пришел, щас как встану между ними и палатой!"

Я прыснула.

– Андрей!

Супруг сделал невинные глазки и прошел следом за мной.

Марина лежала на койке, окруженная всякой медицинской диковинкой.

Когда я зашла в палату, подруга подняла глаза и взвизгнула.

– Это ты?!

Я налетела Марину и обняла ее. Мы улыбались как дурочки, у обеих текли слезы из глаз. Как же мне ее не хватало!

Наконец Марина заметила, что я пришла не одна. Она вопросительно посмотрела на меня. Я утерла слезы тыльной стороной ладони и проявила чудеса вежливости.

– Это Марина, моя подруга, я тебе много о ней рассказывала, – представила я супругу свою подругу, так, как будто он не догадывался, к кому мы идем.

– А это Андрей, – я чуть помедлила, – мой муж.

Марина ошалевшими глазами смотрела то на меня, то на Андрея. Ну да, в письмах я не писала, что замужем, что у меня есть дочка. Просто это было бы еще сложнее объяснить. Я и так увиливала от вопросов: "Где ты?", "С кем ты?". Ну а как я ей скажу? Кто бы мне поверил?

– Рассказывай! – велела подруга громовым голосом, несмотря на то, что цвет лица у нее был бледно салатевенький.

– Марин, я бы с радостью, но твой доктор, тиран Морозов, выделил нам 10 минут, и мне хотелось бы уточнить у тебя все насчет отравления.

Полминуты Марина боролась с искушением выпотрошить у меня все про эти три года и рассказать про нападение на себя любимую. В итоге, эгоизм победил (наверное, вкупе со здравым смыслом), и подруга после вздоха продолжила.

– В общем так. Я целый день была в офисе. Знаешь, – Маринка вдруг оживилась, – у нас сейчас тендер на носу, такая возможность выйти на мировой рынок! В общем, я проторчала до вечера в офисе, обедала, но обедала я часов в 13, врачи сказали, что если бы отрава была в еде, мне бы стало плохо еще на работе. Ну, так вот, вечером я засобиралась домой. Попила кофе, мне Наташа сделала, правда делала с такой скоростью, будто сама уезжала в Бразилию, сама собрала кофейные зерна и потом сама же их молола, – не упустила возможности подруга пожаловаться на секретаршу.– Ну а потом я поехала домой. На дом заказала пиццу (еще по дороге позвонила им), они как раз приехали вместе со мной, поела и, буквально через минут 10, мне стало жутко плохо.

Настя! Ты не представляешь, как мне было плохо! Помнишь, мы объелись зеленых яблок?

Я захихикала. Еще бы не помнить, драться из-за того, кто сейчас идет в туалет – это сильно!

– Ну, так вот, – продолжила Марина, – в это раз мне было хуже в миллион раз! Еще во рту был привкус металла какой-то. Врачи сказали, что это признак отравления мышьяком.

– Да уж… Бедняжка! И что, – продолжила я допрос, – врачи сказали, что в пицце была отрава?

– Навряд ли, – подал голос мой муж, – быстро слишком подействовала. Скорее всего, если ты ничего действительно больше внутрь не употребляла, то отравить тебя пытались кофе. От офиса до дома как раз минут 20 на машине, и дома еще полчаса прошло в среднем.

Мы оба посмотрели на Андрея, как псих смотрит на психиатра: вроде и правду говорит, но поверить ой как тяжело!

– Ты хочешь сказать, – отмерла, наконец, подруга, – что меня пыталась отравить моя секретарша?!

– А ты со следователем разговаривала? – вдруг чисто по-еврейски, вопросом на вопрос ответил Андрей.

– Нет еще, я сначала велела позвонить ко мне домой, я так рассчитывала, что Настя приехала, – просияла Маринка. – Так что, они еще не успели приехать!

Вдруг подруга меня со всей цыплячьей силы, которая была сейчас в ней, стукнула меня по плечу.

– Эй! Ты что дерешься? – попыталась урезонить я больную.

– Значит, мне надо стоять на краю жизни, чтобы ты приехала?! Вот ты тварь!

Я замолчала. Ну а что, действительно тварь!

– Так, я вроде сказал 10 минут! Кыш из палаты! – раздался голос узурпатора.

Марина схватила меня за ворот кофты и прошептала на ухо:

– Только попробуй сбежать, пока я в больнице! Из-под земли достану!

Андрей попытался спрятать улыбку, за что и получил злобный взгляд от отравленной.

Я улыбнулась.

– Я тебя дождусь, обещаю!

Мы вышли из палаты, стараясь избежать гневного взгляда доктора Морозова.

– Андрюш, ты действительно думаешь, что отрава была в кофе?

Андрей утвердительно кивнул.

– Но, – тут же продолжил супруг, – это не означает, что отравить Марину пыталась секретарь. Но вот скажи, зачем ей так палиться? Сейчас менты устроят допрос, сделают такой же вывод, что и я и, первым делом, допросят секретаря. Их надо опередить.

Я сглотнула и нервно поправила ворот кофты.

– Это что, надо ехать в " Колорит"?

– Надо, – со вздохом подтвердил мои опасения Андрей, – еще как надо!

– Я придумала, а давай поговорим с Наташей во время обеда? Или после работы?

– Нет, мы едем в "Колорит" сейчас! Ты должна это сделать, хотя бы для того, чтобы я был спокоен, что однажды ночью ты не сбежишь из моих объятий в это логово маньяков-отравителей!

– Ну, знаешь! – надулась я.

Муж ласково дал мне пня для скорости, и я удручённо поползла в сторону маршрутки.

– Вот моя деревня, вот мой дом родной, – со вздохом констатировала я, глядя на уходящую в небеса многоэтажку.

Андрей хмыкнул, но ничего не сказал.

– Андрюш, я чей-то боюсь, – вцепилась я в супруга, – может ну его, это расследование, менты, в конце концов, на что?

– Настенька, солнышко, – как с ребенком засюсюкал со мной Андрей, – расследование годами может длиться, а ты же не хочешь уехать, зная, что твоя подруга в опасности?

Я попыталась выдавить из себя слезы, чтобы разжалобить вредного мужа, но глаза ни в какую плакать не хотели. Ну что ж, придется подчиниться!

Чем выше мы поднимались на лифте, тем сильнее я забивалась в угол. Конечно, Андрею легко думать, что я переигрываю. Посмотрим, как он заговорит, когда мне придется отбиваться от толпы подчиненных (бывших) и от их каверзных вопросов.

– Ну, Насть, хватит уже!

Ага, ему надоело, пусть и прекращает! А мне, может, нравиться трястись!

Выход из лифта упирался прямо в ресепшн.

Вот незадача, не успею спрятаться!

Я с гордо поднятой головой вышла из лифта, чтобы тут же споткнуться! Ну, я как всегда!

– Анастасия Дмитриевна!

Я подскочила к стойке с Наташей.

– Тихо!

Оббежала вокруг ресепшна, нашла укромный уголок, куда в случае чего можно нырнуть.

– Анастасия Дмитриевна, что с вами? – уже шепотом спросила моя бывшая секретарь.

– У нее болезнь зайца! – прорычал Андрей. – Волки повсюду мерещатся!

И вытащила меня из моего укрытия! Предатель!

– Наташенька, никому не говори, что я здесь, хорошо?

Наташа интенсивно закивала головой, а я вздохнула. Ну-ну, через полчаса весь этаж сюда сбежится, если я не удеру раньше!

– Наташ, нам надо с тобой поговорить!

– Здесь была милиция? – перебил меня супруг.

– Ну, только на следующий день, как Марина Геннадьевна отравилась.

– А сегодня?

Вот Андрей дотошный, ведь сказала уже, только в тот день, когда Маринка траванулась!

– Сегодня… – Наташа испуганно посмотрела на меня, – сегодня нет!

– Отлично, – потер руки бывший следователь.

– А что такое? – еще с большим ужасом спросила секретарь.

– Наташ, – я решила, что пора брать дело в свои руки, а то это чудовище сейчас совсем девочку запугает, – ты помнишь, что в день отравления ты, перед закрытием, приносила кофе Марине?

– Помню, – заикаясь и бледнея, ответила секретарь.

– Наташ, а ты сразу принесла кофе, как его сделала?

Наташа замялась, а потом подняла на меня виноватые глаза.

– Нет, – всхлипнув, ответила секретарь, – не сразу.

Как я и думала. Андрей, правда, скептически выслушал мой допрос, но он просто не знает Наташу.

Моя секретарь – блондинка! И если я просто светловолосая, то она – ходячий анекдот про блондинок. Не зря говорят, что это состояние души, а не цвет волос! Поэтому, слушая сейчас то, в чем каялась моя бывшая секретарша, я охотно ей верила.

– Анастасия Дмитриевна, просто был конец рабочего дня, а у меня мальчик новый! Я кофе сделала, а он как раз мне позвонил, что ждет меня у входа уже! Ну, я про кофе и забыла на радостях! Схватила косметичку и побежала в туалет подкрашиваться, ну вы сами знаете, там освещение лучше! А когда пришла, смотрю – кофе стоит! Я хотела его вылить и налить новый, но тут Марина Геннадьевна по громкой связи прокляла меня на чем свет стоит и пришлось в скором порядке нести этот! Правда, я его отлила слегка и долила горячей воды, чтоб он таким холодным не был! Вот!

– Не могу поверить, твое нежелание подать кофе остывшим можно сказать спасло жизнь твоему директору, – усмехнулся Андрей.

– В смысле? – спросила я.

– В прямом, Наташа вылила полчашки кофе и разбавила водой. Соответственно, отравы стало на порядок меньше.

Мы переглянулись. Все, оказывается, могло сложиться еще хуже.

– Сколько ты пробыла в туалете? – спросил Андрей.

– Где-то минут 15, – переводя взгляд с меня на Андрея, ответила Наташа.

– Кошмар, – пробубнил под нос муж.

Я пожала плечами: по мне так еще очень быстро!

– А кто мог зайти сюда? – продолжил допрос Андрей.

– Теоретически, – начала секретарша, – только сотрудники офиса!

– А практически? – въедливо уточнил супруг.

Я вздохнула.

– Андрей, ты много видел препятствий, пока мы сюда добирались?

Теперь вздохнул он.

Да, получается, подсыпать в чашечку с кофе отраву для крыс мог любой. Много чего выяснили, ничего не скажешь!

– Наташ, как вы вообще здесь? – задала я мучавший меня вопрос.

– Хорошо, – со вздохом ответила блондиночка, – только почему вы нас вот так вот бросили? Без предупреждений.

Что сказать, укор справедливый! Я руководитель и просто была обязана всех предупредить, дать возможность решить, хотят они и дальше работать под началом другого шефа или нет?

Я поступила по-свински, но у меня были обстоятельства, я спасала дорогих мне людей.

Андрей заметно напрягся, видя мои размышления.

– Наташ, – помедлив, ответила я, – у меня в жизни много что поменялась, я просто не могла сделать по-другому. Вопрос шел о жизни и смерти, причем, дорогих мне людей. И, – я искоса посмотрела на мужа, – я ни сколько не жалею, что так получилось! Значит, так должно было быть!

Андрей ласково посмотрел на меня! Да, дорогой муженек, верь – не верь, но ты мне дороже какой-то там работы!

Наташа вздохнула, а потом лукаво покосилась на Андрея. Я ей в ответ подмигнула. В общем, мы друг друга поняли!

– Ладно, Наташ, нам пора! Если вдруг что-то вспомнишь – позвони на домашний Марины Геннадьевны, хорошо?

– Обязательно!

Глава 22

Секретарша выбежала из-за стойки и обняла меня, а затем так же быстро шмыгнула обратно. Я ей улыбнулась, сдерживая слезы. Ну что ж, это мой выбор, я должна быть сильной! К тому же, приятный приз в виде красавца мужа и очаровашки дочери перевешивает прошлое!

На улице я закурила. Андрей молчал, видимо, не хотел лезть в душу. А я сейчас, как ни странно, думала не о бывшей работе. Меня что-то дергало внутри, что-то я упустила в разговоре! Только вот с кем: с Мариной или с Наташей?

– Настен… – не сдали нервы у Андрея.

– Андрюш, я вот что думаю, – решила я сразу сменить еще не начавшуюся тему, – тебя ничего не задело в разговоре?

Андрей призадумался, а потом пожал плечами.

– Да нет, вроде, а что?

– Ты знаешь, – я выбросила окурок, – такое ощущение, что я упустила что-то важное. Знаешь, такое чувство, как будто какая-то мысль пробегает, а я ее за хвост поймать не могу.

– Может, это просто из-за твоей бывшей работы? – въедливо спросил супруг.

Вот зануда, все равно поменяет разговор в нужную ему сторону.

– Нет, Андрюш, я поняла, что сделала тогда, три года назад, все правильно. Мне хорошо с тобой. Я тебя люблю!

Андрей прижал меня к себе крепко-крепко, поцеловал в затылок и прошептал:

– Я так тебя люблю!

Ночь. Руки, губы – все смешалось! Я давно не чувствовала этого. Это не просто занятие любовью, мы слились воедино и телами, и душами. Как будто, все вернулась к своим истокам, то незабываемое чувство любви и нежности! Я смотрела на засыпающего супруга и не могла наглядеться! Как я вообще могла думать, что в моей жизни что-то не так! У меня все настолько хорошо, что страшно подумать, дабы не сглазить! А еще, за эти два дня я так сильно соскучилась по своей дочке!

Уже засыпая в объятиях любимого мужа, я вдруг поняла, что меня терзало. Я подскочила на кровати.

– Насть, что случилось? – привстал Андрей следом за мной.

– Андрюш… Я, кажется, уловила, что за мысль устраивала марафон в моей голове!

– Ммм, а это не подождет до завтра? – спросил супруг, увлекая меня в постель.

– Подождет-подождет, – прошептала я, целуя Андрея в губы.

Как только муж стал подавать все признаки сна, я осторожно выползла из его цепких рук и устремилась на кухню.

Так, час ночи… Поздно, конечно, но я уже не усну, пока все не узнаю.

Я набрала номер, взятый из телефонной книги подруги.