- -
- 100%
- +
Старуха смолчала или проспала побег – удивительное везение.
На улице Лиза с разбегу налетела на сгорбившегося у лавки Сашку и тот требовательно вцепился в её влажные ладони обеими руками.
– Она прыгнула! Прямо из окна! – слёзы градом текли по его небритым щекам.
– Кто именно прыгнул? – механически переспросила Лиза, хотя уже знала ответ.
– Галя! Она сама, это не я! Я не виноват!
– Так, стой, а кто говорит, что ты виноват? – и, даже не задумываясь, вытерла дорожки из слёз большими пальцами.
– Ну… мы ругались…
– Ну и что, что вы ругались? Ты где был, когда это случилось?
– Как – где? В её палате.
– А что Галя?
Сашка истерично всхлипнул.
– Осталась внизу!
– Так, всё, я поняла. Она там… может быть…
– Нет. Слишком высоко.
– Уверен?
– Да! Я же не идиот.
– Звонил в полицию?
– Нет, – Сашкин голос задрожал, – конечно, нет, они решат, что это я её вытолкнул.
– Глупости, – уверенно заявила Лиза, хотя внутренне не была так уж категорична, – надо позвонить. Иначе хуже будет.
– Её уже нашли. То есть я так думаю, что нашли. Поздно.
– Ничего не поздно. Звонил ещё кому-нибудь? Родителям, брату? Адвокату?
– Нет, – он в ужасе помотал головой, – я сразу сюда приехал. Гнал, как ненормальный. Минут двадцать прошло, как она… – его плечи снова затряслись.
– Так, хватит. Успокойся. Мы же не можем обсуждать это здесь. Поднимешься? – с сомнением протянула Лиза, представив, как их встретят дома.
– Я могу, – бодро закивал Сашка, – ты же не против? – и направился к дверям.
– Хорошо, – она еле скрыла изумление. Раньше Сашка не рвался общаться с её матерью и вообще откровенно побаивался малейших намёков на саму возможность пересечь их порог.
Лиза вдавила кнопку лифта и уставилась на бледную копию того красавца, с которым она встречалась позапрошлой ночью. Весь лоск слетел, как и не было. В квартире он жалобно вытянул шею, пытаясь угадать, где комната матери, но Лиза завернула его на кухню и плотно прикрыла дверь.
– Умоляю, не разбуди её. Чудо, что она до сих пор не заметила суету, обычно просыпается на любой шорох.
– Ладно, – ей показалось, или он стал говорить ещё громче?
– Так что ты хотел? Совета? Потому что сбегать с места преступления… было дурацкой идеей.
– А нельзя как-нибудь всё исправить? Отменить? – в его зрачках полыхнула безумная надежда.
– Сдурел? Что тут можно исправить? Тебе нужен юрист, и очень срочно.
– Нет-нет-нет, – затараторил Сашка.
– По-моему, у тебя шок. Бегство можно списать на аффект, – Лиза потянулась к телефону.
– Кому ты звонишь? – Сашка перехватил её жест и она с досадой выронила разблокированный аппарат на стол.
– Не знаю. Да мне и некому. Лучше ты позвони Глебу.
– А давай ты? – отчаянно попросил Сашка и Лиза вскинула брови.
– Почему? Чего ты боишься?
– Так будет правильно, – он поднял её телефон и быстро набрал незнакомый номер, а после первого же гудка протянул ей трубку.
– Алло, – Лиза машинально выпалила приветствие.
– Да? – хмуро ответили с той стороны.
– Глеб, это ты?
– Да, а в чём дело? – довольно враждебно уточнил Глеб.
– У нас… у меня тут проблемы.
– Адрес? – раздражение как рукой сняло.
– Я дома, – Лиза вопросительно посмотрела на Сашку, и тот согласно дёрнул подбородком, – приедешь?
– Скоро буду, – разговор прервался.
Сашка немного поёрзал и выдавил:
– Может быть, стоило ему объяснить в двух словах?
– По телефону? – Лиза закатила глаза. – Так не делается.
– А как делается?
– Всё-таки зачем ты приехал именно ко мне? – Лиза налила стакан воды и Сашка выпил залпом.
– Может быть, твоя мама… ну… решит вопрос.
Лиза не глядя нащупала на подоконнике коробку с бумажными платками и сунула Сашке, с нарастающим негодованием изучая его покрасневшие глаза и перекошенную от животного страха физиономию. Почему-то ей хотелось хорошенько встряхнуть его, залепить пощёчину.
– Да возьми уже себя в руки! Ну что ты так раскис?
– Она мне поможет? – тупо повторил Сашка.
– Мама бросила колдовать много лет назад, ты же в курсе, я сто раз говорила тебе. Мы и переехали из-за этого. Ну, чтобы соседи… Короче, всё в прошлом.
– Но она же может сделать исключение для меня? Пойми, если всё оставить, как есть, то моя жизнь, считай, закончилась. Полный и окончательный финиш.
– Сомневаюсь, – Лиза прислушалась к звенящей тишине. Из спальни матери не доносилось ни звука.
– Сомневаешься, что мне конец или что она поможет? – громко шептал Сашка.
– И то и другое. Не думаю, что тебя всерьёз обвинят… да и мама… что ты так смотришь? Формально вы и не встречались ни разу. С чего ты взял, что она бросится спасать незнакомого человека?
– Незнакомого? – задохнулся Сашка. – Да я почти что её зять! Или жених дочери – уже никто? Так, пустое место?
– Не помню, что бы мы обсуждали свадьбу, – Лиза вздёрнула нос.
– Ну, намёки-то были, – с непонятным возмущением парировал он, – и я познакомил тебя с предками.
– Намёки на хлеб не намажешь, – рассеянно ответила Лиза и встала, чтобы прислушаться.
– Проснулась? Мы ей скажем? – Сашка тоже вскочил, но Лиза остановила его резким взмахом указательного пальца.
– Т-с-с-с, – её зрачки расширились.
– Что не так?
– Заткнись, – она не дышала, – ты её чуть не разбудил.
Лиза разозлилась даже сильнее, чем ожидала.
– Ну да, – он нетерпеливо облизал губы, – а иначе как мы её попросим? И если насчёт свадьбы засомневается, можем подать заявление хоть сегодня. Главное – убедить твою маму помочь нам.
– Не надо никаких заявлений, – выпалила Лиза и прикусила язык.
– Да? – пришёл его черёд удивляться. – Но почему? Передумала выходить за меня?
В поисках ответа она застыла с разинутым ртом и он вдруг добавил с нескрываемой горечью:
– Я понял. Ты не хочешь ввязываться в сомнительную историю, – Сашка неловко поднялся, – из-за меня. Извини, я дурак. Самонадеянный дурак. Я пойду, наверное…
– Ну что ты такое несёшь? – остановила, взъерошила его волосы, – Сашка, не говори глупостей. Я хочу помочь. Конечно. Давай дождёмся Глеба. Он что-нибудь придумает.
– Но почему не она? Не твоя мать? Она же ведьма. Неужели она не поможет дочери?
– Нельзя просить ведьму, – Лиза напряжённо ловила каждый шорох, – ни о чём.
– Иногда просто нет других вариантов, – он не обнимал её, а отчаянно цеплялся, и она дрогнула.
– Хорошо, пошли, – Лиза высвободилась и повела его за собой, – сам увидишь.
Старуха не спала. В искусственном свете её седая голова и заострённый профиль напоминали окаменевшую гарпию, и от её пронзительного взора Сашка позабыл заготовленную речь. Пересохшим горлом он сумел выдавить только:
– Здравствуйте.
Она даже не мигнула.
– Я Саша, приятно познакомиться.
Молчание.
– Мы с Лизой… Мы решили пожениться. Вчера с моими родителями встречались, а вот сегодня с вами.
Старуха не шевелилась и только смотрела.
– Лиза? – он обернулся на стоящую рядом девушку. – Она нас хоть слышит?
– Мам, ответь ему, – Лиза приблизилась к изножью кровати.
– Пускай мальчик выскажется, – старуха умудрялась говорить, почти не двигая мускулами.
– Да, спасибо. И так вышло, – он набрал побольше воздуха, – что сегодня я попал в передрягу. Боюсь, всё очень и очень серьёзно. Меня обвинят в убийстве.
– Чего хочешь?
– Защиту. Вы же можете защитить меня от любых преследований? От полиции и всех остальных, кто вздумает мстить.
– Хочешь избежать любого наказания?
– Д-да.
– Что предложишь взамен?
– Так я же… буду заботиться о Лизе. Смогу дать ей всё, что она попросит.
– С чего ты взял, что меня это заинтересует? – заносчиво процедила старуха.
– Так ведь она… ваша дочь… а мы с ней любим друг друга.
– Это ей. А что ты дашь мне? – её зрачки жадно блеснули.
– Э-э-э-э… А что вы хотите?
Старуха слишком долго испытывала его терпение. Сашка уже решил, что та не ответит вовсе, но всё равно не мог оторвать напряжённый взгляд от её плотно сомкнутого рта. Губы ведьмы так истончились от старости, что потерялись в глубоких складках, и когда она наконец прервала молчание, каркающие звуки её голоса проникли в каждую клетку.
– Подойди.
И хотя он твёрдо намеревался держаться на почтительном расстоянии от кровати, ватные ноги сами собой понесли его вперёд.
– Что ты видишь? – язвительно потребовала старуха.
– Вижу… – Сашка еле ворочал языком, – я вижу…
– Старость, – старуха подалась навстречу гостю, чуть оторвав плечи от подушки, – и слабость. Молодость ушла и мало чего осталось. Теперь ясно, какова цена?
– Не понимаю, – пробормотал Сашка, – о чём вы просите. Причём здесь я? Я же не доктор… Или вам нужны деньги? На какое-то крутое лечение? Пансионаты? Дома отдыха? – он мямлил и мямлил всё, что приходило в голову, лишь бы заглушить нарастающий звон в ушах. – А курорты? Хотите ездить на дорогие курорты, как звёзды? Можно устроить. Легко. Я с радостью…
– Заплатишь столько, сколько потребуется? Всю цену?
– Разумеется, устрою всё по высшему разряду, – Сашка сразу почувствовал себя увереннее, словно камень с горы упал. А вести дела с ведьмой не так тяжко, как он себе воображал. Дёшево отделался. Пару-тройку поездок в год для этой старой грымзы он с лихвой потянет, его Лиза будет довольна трогательной заботой о родне, ну а ездить всем втроём он не подписывался, пускай старуха кости одна проветривает, – так мы договорились? Я получу защиту? По рукам?
Он опустил взгляд на её сморщенные плети и вздрогнул от мысли, что придётся коснуться кожи, похожей на высушенный пергамент.
– Дай своё кольцо, – старуха вырвала его из странного забытья.
– К-какое кольцо? – Сашка похлопал по расстёгнутой куртке и вдруг хитро улыбнулся. – Как вы узнали? А-а, конечно. Вы же… ну… ясно.
Он торжественно достал из внутреннего кармана крохотную бархатную коробочку и с облегчением повернулся к Лизе.
– Это тебе, крошка. Хотел вручить в более подходящей обстановке, но теперь уже не до сантиментов. Открой.
Лиза протянула руку и послушно взяла подарок. Под крышкой пряталось изящное кольцо из белого золота, но с массивным камнем, посаженным в тончайшую паутину, как цветок с раскрытыми лепестками.
– Два карата, – с придыханием похвастался Сашка, цепко наблюдая за реакцией девушки, – шикарно, да?
Лиза задумчиво рассматривала искры в бриллиантовых гранях и с глухой тревогой выискивала в себе хоть какие-то признаки положенной радости, но там лишь саднило от тьмы, боли и обиды. Она не могла бы в точности назвать то, что мешало насладиться победой, и потому просто продолжала гипнотизировать кольцо.
– Что молчишь? – Сашка обнял девушку за талию. – Потеряла дар речи? Ты же догадывалась, зачем я возил тебя к родителям? Прости, что потом всё полетело кувырком, зато теперь всё у нас наладится, обещаю. Я люблю тебя, крошка.
Лиза взмахнула ресницами.
– Давно носишь его с собой?
– Неделю, наверное, – он деловито забрал коробочку и надел кольцо на её безымянный палец, – отлично подходит, кстати. Тебе нравится?
– Саша, оно прекрасное, – Лиза выставила ладонь перед собой, чтобы оценить украшение. Камень сильно утяжелял руку, но кольцо село на палец, как влитое.
– Прекрасное, как и ты, – Сашка легонько поцеловал её в губы и снова уставился на старуху, – ну вот и всё? Дело сделано?
Старуха будто задремала. Её веки опустились, а грудь мерно вздымалась и опускалась. Лиза вытолкала Сашку обратно на кухню и рухнула на табурет, звонко стукнув ободом кольца по столу.
– Ты что, крошка? Ты не рада?
– Что же ты наделал? – Лиза беззвучно заплакала.
– Ты не понимаешь, – горячо зашептал он, – все проблемы остались в прошлом! Мы теперь свободны, свободны, понимаешь? Мы сможем жить, как пожелаем! И плевать на чьё-то там мнение!
– О чём ты? – Лиза всхлипнула.
– Да о том, что я чуть не совершил жуткую ошибку, но оно вон как повернулось! Всё к лучшему, поверь.
– Под ошибкой ты подразумеваешь Галю, выпавшую из окна?
– И это тоже, – он сиял, – неважно. Подумай о нас! Вот что главное!
– И давно ты веришь в колдовство?
– Недавно, – он перебирал и целовал её пальцы, – кстати, у тебя шампанское не найдётся? Или нет, давай лучше ко мне поедем? Отметим, а?
Нелепо огромное помолвочное кольцо завораживало, но Лиза перестала глотать слёзы и с усилием улыбнулась новоявленному жениху.
– Саша, послушай меня, пожалуйста. Это как-то слишком, – она растопырила ладонь и бриллиант заиграл даже под их простеньким кухонным плафоном.
– Нет-нет, – он прервал девушку, – я знаю, что ты хочешь сказать! Медсестра не может таскать на работу этакий булыжник! Но я всё продумал, необязательно цепляться за свою ставку, бросай ты её, да и всё. Если ты хочешь поступать на врача – готовься, я только за, найму любых преподавателей, и мы возьмём твоей маме высококлассную сиделку – сама выберешь. Будут малейшие замечания – меняй хоть раз в неделю, я своё слово держу. Все будут довольны, а ты переедешь ко мне.
– Дело не только в кольце, – Лиза, повинуясь порыву, погладила его колючую щёку, а Сашка лихорадочно накрыл её пальцы своими, но сразу же отдёрнул руку и удивлённо-счастливо засмеялся – лепесток белого золота уколол подушечку большого пальца.
– Надо будет привыкнуть, – он будто нарочно не замечал её отчаяния и отстранённости, – что ты теперь с шипами, крошка. Помочь собрать вещи? Сильно не морочься, купим тебе всё новое.
Лиза собралась с духом для отказа, но её телефон некстати взорвался трелью – понадобилось пару секунд, чтобы сообразить, что звонит Глеб.
– Ты уже приехал? – она вопросительно уставилась на Сашку, но тот безучастно изучал сушку с перевёрнутыми чашками и тарелками.
– У подъезда. Спустишься или мне подняться? – Глеб был предельно скуп на реверансы.
– Сейчас спущусь, – решила за всех троих Лиза и дала отбой, – пошли, поговорим с твоим братом.
– А вещи? – недоуменно протянул Сашка. – Ты же в пижаме. Так и пойдёшь?
– Плевать, – она снова накинула плащ и Сашка покорно поплёлся следом.
В тот самый момент, когда Лиза захлопнула входную дверь, из спальни старухи донесся раскатистый храп и Сашка нервно передёрнулся от близости ведьмы, но девушка не обратила внимания на мать и легко побежала вниз.
Глеб подпирал фонарь во дворе и вскинул голову, когда парочка выскочила из подъезда. Он уже опознал тачку младшего и теперь шагнул им навстречу с мрачным выражением, не обещающем ничего хорошего.
– Что стряслось? – он переводил взгляд с одного на другую и вдруг остановил тяжёлый, почти ненавидящий взор на немаленьком кольце девушки, сжимающей стойку воротника. – Это то, что я думаю?
– Да, – с вызовом ответил Сашка, – мы поженимся.
– Поздравляю, – Глеб даже не пытался изображать вежливость, – и вы экстренно выдернули меня, чтобы обрадовать этим? – последнее слово было выделено с хлёстким презрением.
– Это не всё, – Сашка замялся, – случилось и ещё кое-что.
– Не тяни уже, – выплюнул Глеб.
– Галя. Она… там окно в палате… десятый этаж… это был несчастный случай, – Сашка сжался.
– Ты был там? – Глеб в ярости ринулся на брата и заграбастал того за грудки.
– Да, – хрипел Сашка, – но я не виноват… так получилось… клянусь…
Глеб рывком отпустил брата, а потом с размаху съездил в челюсть правой рукой. Тот схватился за нижнюю половину лица и завыл, а Лиза бросилась на нападающего.
– Ты что творишь? Зачем ты его ударил?
– Защищаешь жениха? – пробормотал Глеб, встряхивая раскрытым кулаком. – Молодец. И я так, слегка. Ничего не сломал твоему благоверному.
– Ты ненормальный? Он тебя позвал, чтобы ты помог, а не дрался, как псих!
За шторами первого этажа замелькали тени – соседи включились в игру, и Глеб опустил руки.
– А как ты тут оказался? – Глеб напирал, но кулаки держал при себе.
– Подумал, что её мать, – кивок на Лизу, – закроет все вопросы. А что?! Это единственный шанс оправдаться.
– Ты рехнулся?
– Она согласилась! – выкрикнул Сашка и пихнул ему под нос окольцованную руку невесты. – Видишь, она согласилась! И старуха тоже. Всё в ажуре!
– В ажуре, говоришь? – Глеб дышал яростно, как зверь, которого раздразнили перед броском. – А ты не заигрался? Думаешь, тебе всё сойдёт с рук? Да ты просто…
– Это ты виноват! – Сашка оторвал другую ладонь от ссадины. – Всё ты! Всё из-за тебя!
– Ясно, – Глеб заговорил неожиданно тише, – я поеду туда и всё улажу, – он качнулся к брату и тот съёжился, но удара не последовало, – а ты отправляйся домой.
Сашка весь кипел от перенесённого унижения, так что властно подтянул к себе хрупкую Лизу и раздражённо буркнул:
– Тебя спросить забыли! И поеду. Мы и так собирались ко мне.
Глеб без эмоций наблюдал, как его младший брат толкает девушку к пижонскому спортивному купе с куцым вторым рядом, но с любопытством остановился у двери своей заурядной тачки, когда Лиза вырвалась и сердито выпалила обоим братьям:
– Так, стоп! Я должна знать, что происходит. Либо вы оба рассказываете мне всю подноготную, либо я отключаю телефон и иду наверх отсыпаться. Меня достали ваши разборки.
– А невеста-то у тебя строптивая, даром что ведьмина дочка, – Глеб нагло скалился.
– Лиза, давай не будем устраивать скандал при нём, – Сашка открыл для неё пассажирскую дверь и картинно замер в полупоклоне, – дома я тебе всё-всё разложу по полочкам. Давай, крошка, ну же, садись.
– Нет, – Лиза стиснула зубы, – либо обсуждаем втроём, либо я пас.
– Ты не можешь меня кинуть, – взмолился Сашка, – только не сейчас. Чёрт, я отвалил за кольцо столько, что можно квартирку купить где-нибудь на окраине.
– Отлично, – Лиза сдёрнула с пальца злополучное украшение и сунула жениху в нагрудный карман, – тогда забирай. Ты ведь даже не спросил меня, хочу ли я за тебя замуж.
– Оп-ля! – Глеб откровенно ёрничал, глядя на мучения брата. – Вечер перестаёт быть томным, сейчас все окрестные бабули приготовились лузгать семечки.
– Отвали уже! – взвился Сашка и нащупал в куртке кольцо, словно не веря, что его вернули обратно. – Лиза! Что за глупости? Мы же договорились?! Твоя мама пообещала! Поехали ко мне, пожалуйста, там разберёмся.
– Переживаешь за договор с мамой? – Лиза разошлась не на шутку. – Не переживай, обратно не откатить, это так не работает. Ты получишь, что хотел. И она тоже получит.
– Но как же тогда? А свадьба и всё остальное? Я же должен…
– Езжай домой, Саша. Я тебе больше не нужна.
Лиза стояла на тротуаре в пижаме и наспех накинутом плаще и не сводила глаз с остолбеневшего Сашки. Тот с недоумением оглядел пустое пассажирское кресло, словно не мог осознать отсутствие там девушки, как в тумане обошёл капот, чтобы сесть за руль, и умчал со двора, ни разу больше не оглянувшись.
Глеб дождался, когда юз колёс растворился в привычном городском шуме, и окликнул Лизу:
– Ты можешь послушать меня.
– Что, прости? – Лиза подумала, что ослышалась.
– Не захотела слушать его версию, но что насчёт моей?
– Тебе разве не надо торопиться? Подтирать за братом?
– Почему ты его послала?
– Не твоё дело.
– И всё-таки?
– У вас какое-то соревнование? Я сошла с дистанции, выбирайте уже другую игрушку.
– А ты меня удивила. Нет, серьёзно, полгода терпеть Сашу, чтобы вот так развернуть в финале? В чём смысл?
– Спроси соседей, – она махнула на окна, – вдруг у них есть соображения.
– Спрошу, – хладнокровно пообещал Глеб и наконец сел в машину, до предела опустив водительское стекло, – обязательно спрошу. Ещё увидимся, Лиза.
Он тоже уехал, а Лиза села на скамейку и обхватила себя руками. Идти домой не хотелось, внутри всё разъедала пустота и ещё нарастало тошнотворное ощущение, что ничего уже не поправить. Через пятнадцать минут стало зябко и Лиза поднялась в квартиру, чтобы не давать прохожим повода жалеть себя.
Мать мирно похрапывала, но Лиза коснулась её шеи и осторожно погладила обвисшую кожу. Старуха разомкнула челюсть и со свистом втянула воздух, а потом вперилась в палец, на котором не было кольца.
– Мам, он ушёл.
– Вернула кольцо?
– Да, мам. Вернула.
– Хорошо.
– Зачем ты это сделала?
– Он сам попросил. Тебе его жалко?
– Жалко. Он мне нравился. По-настоящему. Он был такой… заботливый. И весёлый.
– Трус, – старуха сонно заворочалась, – жалкий трус. Не о ком беспокоиться.
– Не знаю, мам. У меня плохое предчувствие.
– В этот раз проблем не будет.
– Я не хочу снова переезжать, у нас только всё наладилось. Нормальная жизнь, нормальная работа.
– И не придётся, – старуха шептала сквозь дрёму, – не придётся.
– Ты обещаешь мне? – Лиза стиснула отворот материнской ночной рубашки.
– Постараюсь, милая. Как следует постараюсь. Слушай меня и не глупи…
– Ладно, – Лиза залезла на матрас и обняла старуху, закинув на тщедушное тело руку и ногу и уткнувшись носом в костлявое плечо, – я люблю тебя, мам.
– Спи, – шепнула та и ночь навалилась окончательно.
Её разбудил абсолютно неуместный, непостижимый звук включённого телевизора. Лиза пощупала простыню рядом с собой и обмерла – кровать была пуста и давно остыла. Старуха-мать не вставала уже полгода и таяла с каждым днём, а теперь кто-то чадил на их кухне? Не иначе, ведьма обрела молодость? Пряный запах разогретого масла и свежей сдобы напомнил о позабытых воскресных завтраках, когда она ещё девчонкой упрашивала маму напечь пирожков, и неверящая в чудо Лиза прыжком преодолела расстояние до порога.
Старуха ловким движением вскинула сковороду, тонкий блин эффектно взвился и перевернулся в воздухе, чтобы попасть точно по центру раскалённого чугунного круга. Мать небрежно водрузила сковороду обратно и обернулась, вытирая испачканные в муке руки о фартук.
– Проснулась, милая? – старушка приятно порозовела и, судя по округлившимся предплечьям и локтям, сбросила лет десять по сравнению со вчерашним.
– Что… что с тобой? Ты ходишь? – Лиза для равновесия оперлась о спинку стула, а мать мимоходом чмокнула её куда-то между щекой и подбородком.
– Как видишь.
– И голова не кружится? Ноги, ноги-то как?
– Знаешь, – старушка вывалила блин на верхушку стопки, – я сто лет себя такой молодой и здоровой не чувствовала. Прямо шикарно.
– Но… неужели всё так просто?
– А ты как хотела? Р-раз и готово, колдовство никогда не подводит. Подай чистую тарелку.
Лиза очнулась и принялась накрывать на стол, заодно любуясь выверенными движениями хозяйки, соскучившейся по простейшим вещам, недоступным из-за болезни. Мать любила и умела готовить, но сейчас так расцвела и похорошела, что Лиза впервые за долгие месяцы наслаждалась вторыми ролями, а не отбывала тяжкую семейную повинность.
– Как думаешь, что там с Сашей? – Лиза нехотя провела ногтем по гладкой поверхности телефона. Она ещё не проверяла пропущенные, надеясь подольше сохранить счастливое наваждение утра.
Старушка присела на край табурета и очень тщательно выгребла остатки варенья из литровой банки, распределяя по розеткам, потом отложила грязную банку в раковину и только тогда ответила:
– А я не думаю. И тебе не советую. Зачем?
Лиза стушевалась и отдёрнула руку от телефона, а потом и вовсе запрятала его за электрический чайник.
– Просто… Просто волнуюсь, что там и как.
– Не надо волноваться. Что было, то прошло. Он свою цену платит, мы – свою. Кстати, может быть, мы теперь подберём себе домик где-нибудь в заброшенной деревне? И непременно у реки. И с садом.
– Мам, ты опять за старое? – нахмурилась Лиза. – Хочешь, чтобы соседи тыкали пальцем в местную ведьму? В деревне не спрячешься, ты же знаешь. Каждый будет шастать по любому поводу, потом обвинят нас в своих же грешках и сожгут дом. И вообще, ты обещала, что мы останемся здесь. Я не хочу убегать снова.
– Ну что ты такая вредная и злопамятная, – старушка с укором похлопала Лизу по колену, – я просто немного размечталась, имею право, разве нет?
– Мам, вот только не начинай. Москва – идеальное для нас место. И район тоже. Если повезёт, нас оставят в покое, вот только Саша и его семья… Они же всё так не оставят. Рано или поздно начнут искать причину. А вдруг найдут?
– Не найдут, – старушка радостно хихикнула, – а если и найдут, то не поверят собственным глазам. Они же всегда верят в то, во что хотят верить. И видят тоже только то, что удобно им.
– Но Галя… Вдруг там другая ведьма замешана? Мне что-то тревожно, мам.
– Посмотрела я на этого твоего Сашу, – Старушка плюхнула горку варенья на блин, раскатала как следует и отправила свёрнутый ролик в рот, – такие предпочитают ломить в лоб, размахивая деньгами и связями. Даже если до того обратились к ведьме. Такой типаж. Он неопасен.