Озарение. Сборник стихов

Вместо вступления

Я родилась в 1965 году в семье педагогов (мама – учитель химии-биологии, отец – преподаватель музыки). Детство свое провела в Москве. Любила танцевать, петь, рисовать.

Училась в московской школе №270 (сейчас – №1470) у потрясающего педагога Юрия Соломоновича Махлина, который вел у нас русский язык и литературу. Это сыграло важную роль в моей судьбе – я тоже решила стать учителем русского языка и литературы и поступила в МГПИ им.Ленина. В институте я увлеклась живописью и получила дополнительное образование по специальности «Живопись и графика». В1987 году в здании главного корпуса нашего института состоялась выставка моих работ. До сих пор вспоминаю с особой теплотой и любовью моего преподавателя по живописи Михаила Максимовича Кукунова. Тогда, в 1987 году, я и не думала, что пройдёт много лет, прежде чем я снова стану рисовать.

Своё первое стихотворение я написала в 1982 году. Оно называлось «Выпускной». Конечно, сначала основной темой моих стихотворений (как у многих поэтов) была неразделенная любовь.

Летом 1998 года со своей семьёй (мужем и семилетней дочерью) я отдыхала в Малеевке, Доме творчества писателей, где встретила Беллу Ахмадулину. Она очень эффектно смотрелась в белом брючном костюме и с изысканным серебряным кольцом на пальце. Я набралась смелости и показала ей свои стихотворения. Не все конечно, – выбрала всего пять. Известной поэтессе понравилось стихотворение «Дыханье жизни» и, она обещала его напечатать в журнале «Родина», но, видимо, настолько была взволнованна предстоящим событием (ей на следующий день вручали орден в Кремле), что забыла о своём обещании. Но, тем не менее встреча с Беллой Ахмадулиной была для меня очень значимой. Благодаря ей я поверила в свои силы: Белла Ахмадулина предложила провести мне творческий вечер, где я смогла бы прочитать свои стихотворения. Вечер прошёл успешно. Среди присутствующих была Ольга Трифонова (вдова писателя Юрия Трифонова), Пётр Алексеевич Николаев (профессор МГУ, член редколлегии журнала «Новый Мир»), Вадим Львович Рабинович (поэт, преподаватель литинститута им.Горького). Мне было очень приятно, что все присутствующие в зале после окончания вечера подходили ко мне и благодарили за выступление. Через несколько лет у меня был ещё один творческий вечер в пансионате «Высотка», который расположен в живописном Истринском районе (кстати, написалось как-то само собой и стихотворение, посвящённое красотам реки Истры).

Шли годы, и наряду с темой любви в моих стихотворениях стали звучать другие темы: природы, творчества, судьбы, Бога … Хотя всё равно любовь – самое главное. Она просто бывает разная: любовь к человеку, к природе, к слову, к Богу.

У каждого стихотворения своя история, своя судьба. Например, стихотворение «Венеция» было написано после сна о Венеции. А побывала я в этом волшебном городе только через несколько лет после того, как написала это стихотворение. Каково же было моё удивление, когда моё представление о Венеции, вызванное сном, совпало с моими реальными ощущениями: те же размокшие от сырости фасады домов, тот же блеск воды – я увидела этот город солнечным майским днём.

Далеко не все стихотворения обо мне. Многие о судьбах знакомых или вовсе случайных людей («Исповедь», «Исповедь любовницы», «Прошли как день пятнадцать долгих лет», «Нищая» и др.). Есть стихотворение, в котором отразились мои размышления о судьбе России («Евроремонт»).

Надеюсь, что каждый из читателей найдёт для себя что-либо интересное в моей книге.

Вдохновение

Ко мне приходит озаренье,

И зарождается неясное томленье,

И свечкой загорается душа,

Боюсь задуть ее – пишу я чуть дыша.

Я так лелеяла мечту свою давно -

Разбить души алмазное стекло, -

Осколки пусть до неба долетят,

А, впрочем, пусть летят, куда хотят.

Когда-нибудь, с детьми гуляя в парке,

В траве найдешь осколок тонкий, яркий,

Быть может, сделает тебя он чуть счастливей

В столь сложном, но прекрасном вечном мире.

Стихотворения 80-х годов

Монолог художника

Моя судьба – ты холст,

Воображенье – краски,

А память – кисть,

Она всегда со мной,

И легкие мазки рисуют маски

Тех, кто любил меня

И всех, любимых мной…

Иду по лестнице, она все круче, круче,

И милые глаза совсем уж далеко,

Увы, с годами мне не стало лучше,

Хотя и поднялась я высоко.

* * * * *

Я в вакууме, я в тесном вакууме,

Сжимающем виски,

Он мрамором, он белым мрамором

Мне душу взял в тиски.

И плачу я, бессильно плачу я:

“Вернешься ль ты опять?”

И страшно мне, так страшно мне

Тебя лишь потерять…

      * * * * *

И, наконец, тот час настал:

Я перестала Вас любить,

Погас магический кристалл

И перестал во тьме светить.

Спокойна я – теперь всегда

Меж нами плотная стена,

Но отчего же так пуста,

Так холодна моя душа?!

И вот приходишь ты опять…

И, сердце я боюсь отдать!

Ты держишь нить моей судьбы,

А мне тебя не удержать.

Выпускной

Ты помнишь наш последний школьный вечер?

Наш грустный и веселый выпускной?

Как трепетали в ожиданье встречи,

Как не хотелось утром нам домой?

На нас смотрели удивленно звезды,

И, чуть взрослея, ширились глаза;

Остаться в детстве было невозможно,

Ведь в Юность отправлялись поезда.

И дождь, желая разделить утрату,

Стучал по крыше – плакала гроза,

Нам было грустно, было очень грустно,

Но по щеке катилась светлая слеза.

…Хоть неумело, танцевали смело –

Покрытый лаком плавился паркет;

Я все решила, взглядом пригласила –

Твои глаза ответили мне: «Нет».

Тебя коснувшись, покраснела быстро

И встала у раскрытого окна,

А ты подругу, лучшую подругу

На танец пригласил, забыв меня.

…Сидели в зале, голоса дрожали;

В ту ночь к нам не были строги учителя,

Нас поздравляли, добра желали,

Уроки мудрости в напутствиях даря.

…На Пушкинской всю ночь толпой гуляли;

Звучал Шекспира избранный сонет,

Мы с выраженьем нараспев читали,

И слушал нас прославленный поэт.

Мы шлем привет Вам, Александр Сергеич!

И Пушкину давали мы обет,

Что будем лучше, чище, выше,

Но кто-то слышал подголосок тихий: «Нет».

Не все сбылось, о чем в ту ночь мечталось,

Когда брели счастливые домой,

Но в памяти, как первый снег, осталось

То утро и прощальный, выпускной.

*****

Густая грусть, тебя как пережить?

Чем размешать твой горестный осадок,

Чтоб он из горького стал сладок

И снова бы хотелось жить?!

Скажи, каким закрасить цветом

Твой синий, леденящий душу свет?!

Да, надо быть, наверное, поэтом:

Он светлой видит грусть, поэт…

Возрождение

Я возрождаюсь вновь и вновь,

Я прорастаю через пепел,

Через прошедшую любовь,

Через наивный счастья лепет.

О, прошлое мое, забудь

Очарованье первой встречи!

Ведь ты прошло – и не вернуть

Твоих мгновений в бесконечности.

Зачем смотреть в зигзаги памяти?

От них кружится голова.

Себя найду я в возрождении

И … потеряю там себя!

      Игра в куклы

Ты сломал меня, как куклу.

Двинуться хочу и не могу,

Закричать хочу – не слышу звука,

Я заплакать даже не смогу!

Кончено. Рычаг души моей не сдвинуть -

Он тяжел, он давит, как броня,

Только б профиль твой еще увидеть,

Знать бы, что починишь ты меня.

Ты играл со мной, как с куклой:

То целуя, то бросая в угол…

Не могу я больше быть с тобою -

Захлебнулось сердце куклы болью!

Вопрос, вопрос

Вопрос, вопрос, три точки, запятая…

Вопрос, вопрос, и снова … тишина.

Последний раз о помощи взываю,

Последний раз и больше никогда!

Но ты молчишь – не хочешь дать ответа

На мой упрямый, гибельный вопрос,

И будет многоточье, словно эхо,

Стоит в конце безмолвный мой вопрос.

*****

А мир исчез…

            остались только тени,

И в этой спящей мгле

            брожу я со свечой.

Ищу тебя, тебя,

            мечтам своим не верю,

Но вдруг придешь опять

            и станешь вновь звездой?!

Всего на миг, на миг…

            сплетутся наши руки,

Всего на миг, на миг…

            мы станем так близки,

Всего на миг, на миг…

            закроет счастье муки,

Всего на миг, на миг…

            а этот миг как жизнь!

Хочу тебя любить,

            хочу тебя лелеять!

Хочу тобою жить,

            и думать о тебе,

А ночь уже ушла,

            и в комнате светлеет,

Но нет твоих шагов:

            ведь ты не шла ко мне.

Да ночь уже ушла,

            и в памяти тускнеет,

Погасли фонари,

            и люди, тени спят,

А ты не шла ко мне -

            твоя звезда бледнеет

На фоне ярких звезд,

            которые горят.

… И ты не сорвалась,

            манящая звезда!

Ты не упала с неба в руки,

            как живая!

Ты удалялась молча

            не желая

Притягивать и звать к себе

            меня!

      К тебе

К тебе сквозь белый дым пурги

Я вновь отчаянно стремлюсь.

Холодной, вежливой руки

И злой усмешки – не боюсь.

Иду… и устилает снег

Мой след к тебе: Остановись!

Иду… а за спиною век,

И время шепчет: “Оглянись!”

Несется в вихре сердце вскачь

И увлекает за собой,

И разум проиграет матч

С живой, отчаянной душой!

*****

Я обрываю мысли о тебе,

Как ветхие измученные нитки,

И спят любви нетронутые слитки:

Нет той тропы, которая к тебе…

Те карие глаза, излом бровей,

Приподнятых немножечко надменно,

Передо мной везде, передо мной вседневно;

Твой голос и лицо со мною и теперь.

Твои глаза спокойны, холодны,

Внимательны и страшно любопытны.

Они таят загадочные сны -

Как мне постичь их тайны, лабиринты?!

Но обрываю мысли о тебе,

Как ветхие, измученные нитки,

И спят любви нетронутые слитки:

Нет той тропы, которая к тебе.

      Да и нет

О слово “Да”! Ты обещанье счастья навсегда,

Ты овеваешь запахом сирени.

Волшебное немое слово “Да”!

Ты останавливаешь время.

А слово “Нет” – крик сердца в пустоту,

Когда холодная звезда обозревает

Чужого горя тяжесть, глубину,

Которые от мира отделяют.

Не говори ты часто слово “Да”,

Не говори и “Нет”, не говори:

Молчание хранит в себе слова

И два великих слова среди них.

“Да” – вечный праздник счастья, красоты,

“Нет” – тягостный конец, его шаги

Их время мудрость сердца знает,

А жизнь их оба совмещает.

Человек в маске

Я каждый день

Привычным жестом надеваю

Одну и ту же маску на себя:

Широкие глаза свои сужаю,

Открытую улыбку убираю;

Надета маска – нет за ней меня!

И только вечером,

Смывая серый грим,

В прозрачном зеркале себе я улыбаюсь,

Глаза раскрылись,

Мысли расплелись;

От серой маски я освобождаюсь.

Но с ужасом я думаю о том,

Когда смывая грим,

Случайно вдруг замечу,

Что маска стала навсегда моим лицом

И не сорвать ее -

Она во мне навечно!

*****

Есть люди … в полном смысле слова

      Люди.

Они втирают в сердце человека

      Добро,

Выдавливая зло по капле.

Но существуют также

      Люди – звери;

Они чужое сердце бросят на пол

И чистым сердцем

Вытирают … ноги!!!

*****

Моя ладонь – и вся в морщинах;

По ним струится времени река.

И час придет, и берега остынут,

И успокоится бурлящая вода.

*****

Дыханье жизни я как солнца свет

      Запомню

И нарисую кистью на холсте.

Я первую любовь как майскую грозу

      Запомню

И нарисую кистью на холсте.

Я первую беду как облетевшую листву

      Запомню

И нарисую кистью на холсте.

Я детские глаза как васильки

      Запомню

И нарисую кистью на холсте.

Бег времени как плеск волны

      Запомню

… Не передать его мне на холсте.

Стихотворения 90-х годов

Все будет так, как хочешь ты

Все будет так, как хочешь ты:

Моя любовь не будет лишней,

Я воплощу твои мечты,

Я стану зимней терпкой вишней.

Изгиб души – как эта страсть,

Он навсегда к тебе привязан,

Дай, Боже, силы не пропасть!

(Ведь ты со мной навечно связан).

В сиянье глаз и в складке губ -

Святая тайна мирозданья,

Мой милый друг, мой странный друг,

Я утолю твои желанья!

Первый шаг

Мне оставалось сделать только шаг,

Тебе – принять в свои объятья,

И этот шаг – как мой заклятый враг,

Ему – твои мечты, мои – проклятья.

И долго я стояла у черты,

Переступить ее так трудно мне решиться,

А ты … ты звал, манил, просил

Расправить крылья, обернуться птицей!

И вот оно, последнее мгновенье!

Уже расплавлен сердца хрупкий лед,

Я слышу пенье, неземное пенье

И отправляюсь в Вечности полет…

Теперь он позади, тот первый шаг,

И снято вмиг моей судьбы заклятье,

Я все могу! Пусть будет вечно так,

Ведь сорваны с моей души чужие платья!

Исповедь любовницы

Я никогда не стану тебе в тягость -

Настанет день, и ты уйдешь к другой,

Но мысли обо мне подарят сердцу радость,

Вернут душе утраченный покой.

А мне останется лишь горькая усталость

И смятая, холодная постель,

Какая малость, ах, какая малость

Та связка крепкая ключей!

И ничего не надо от тебя мне:

Подарки, деньги – суета сует;

И лишь одно – на близком расстоянии

Смотреть в твои глаза и не услышать “Нет!”

Как часто я прошу об этом Бога,

Греховнее, наверно, нет мольбы,

Но дай немного, дай совсем немного

Мне светлой, искренней и неземной любви!

Но мне останется лишь горькая усталость

От глаз, от губ твоих и больше ничего,

Так подари мне крошечную малость

Дай отпечаток … сердца своего.

*****

Какая странная игра -

Мне повзрослеть давно пора!

Пора давно уж на покой,

Но не пускает в сердце боль.

Хоть много времени прошло,

А сердце счастья не нашло,

Осталось в памяти с тобой,

А у тебя уже другой!

…И я хватаю валидол,

И на себя я снова зол,

Опять в смятении душа:

Как ты чертовски хороша!

Но ты сегодня не моя,

И эта грудь не для меня,

И эти светлые глаза

Не для меня – ползет слеза…

Неблагодарная игра -

Тебя забыть давно пора,

Но в сердце не проходит боль:

Другой… А любит ли другой?!

А за окном цветет весна -

И нет покоя мне и сна,

Хотя теперь ты не моя,

Люблю тебя, одну тебя!

Весна

И вот пришла кокетливо весна,

Обдав девичьей, трепетною лаской,

Кому-то чудо-крылья принесла,

Кого-то увела нежданно в сказку,

Где яркий, желтоглазый луч

Уляжется, как кот, на подоконник,

И, замурлыча, он очертит круг,

А в нем поселится веселый добрый гномик.

Он сохранит заботливо тепло,

Когда придет осеннее ненастье,

И если очень-очень повезет,

Подарит просто так он лучик счастья.

И щедрый луч, всем лихо подмигнув,

Пойдет гулять в раскрытых настежь окнах,

Тебя коснувшись, опьянит он вдруг

Весенним, чистым, ароматным соком.

Захочешь ты любить, мечтать, прощать,

Во всем захочешь видеть обновленье.

И ты не сможешь больше совмещать

Весенний свет и зимнее затменье!

И околдуют радужные сны:

Ты на волне любовного экстаза,

Проси всего у ветреной весны!

Ни в чем не будет от нее отказа!

*****

Как любопытны детские глаза…

И предсказать заранее нельзя,

О чем расспросят юные сердца,

Вопросам нет начала и конца.

Чужда им фальшь и чужды компромиссы,

Хотя мы называем все капризом.

Они ответа требуют и ждут,

Над взрослыми верша свой детский суд.

Им непонятно слово “никогда”,

Добро и вера в них живут всегда

И незачем уму их понимать,

Что все равно придется умирать.

Что все равно придется предавать,

Что можно человека убивать…

В дом престарелых можно отправлять

Вскормившую тебя родную мать.

Что можно бросить все … детей, жену

И даже ту родную сторону,

Где двадцать – тридцать лет всего назад

Ты счастлив был … лишь только не богат

Но не поймут меня суровые глаза,

Читаю приговор я в них: “Нельзя”

И лгу опять, что победит добро

И что невечно и бессильно зло…

Чечня

Чечня подобна рваной ране,

Что кровоточит ночью, днем,

Не перевяжем мы бинтами -

Тебя “спасаем” мы огнем.

Чечни стенанья слышит глухо,

Молчит упорно Белый Дом,

И ослабевшая старуха

Напрасно извергает стон.

Но даже тихий стон плачевный

Огонь сжигает без следа,

Он не жует, а рвет лишь гневно

Людские кости, черепа.

Чечня уснула в липкой крови,

(Та кровь, что с гор ее вода)

Не ощущает страшной боли -

Рассечена ведь голова.

От горя матери истлеют

В судьбой отпущенный им срок,

А в Белом Доме вновь не верят

В тот затянувшийся урок!

Мария

Мария, мудрая Мария!

Ты так достойно приняла

Иисуса чудное рожденье

И смерть распятого Христа!

Отдав свою любовь Иоанну,

Ты стала матерью ему,

А ночью, как из свежей раны,

Любовь сочилась ко Христу.

И кротко ты просила Бога

Увидеть лишь Его черты,

Господь явил тебе дорогу -

Идешь по ней иконой ты!

И вновь ты обретаешь сына

На тех далеких небесах

Твое святится вечно имя

В нерукотворных чудесах!

*****

Я осужденья не боюсь -

Никто не судит, кроме Бога,

Как только в небо вознесусь,

Увижу светлую дорогу,

Я осужденья не боюсь.

И вот теряя тела вес,

Незримо окажусь я с вами,

Увидев с высоты небес,

Как бьют невинного ногами,

Незримо окажусь я с вами.

Я буду рядом и при встрече

Вам стану помогать всегда,

Зажгите в душах ваших свечи,

Оставьте черные дела!

Зажгите в душах ваших свечи!

Исповедь

Ее не встречу больше у порога,

Мне не услышать звонкие шаги,

Прошу прощенья в храме я у Бога

За то, что не сумел любовь спасти.

За то, что тайну девичьего сердца

Я лишь руками страстно постигал,

За то, что в поисках телесного блаженства

Все золото на медь я променял.

За то, что был плохим отцом и мужем,

Своих детей я предавал сто крат,

За то, что в ледяную стужу

Забыв про них, я повернул назад.

И вот я, одинокий и ненужный,

Как ветхий хлам на старом чердаке,

Лишь согревают тлеющую душу

Тепло свечи в иссохшейся руке.

На мне печать грехов, которых много,

Но жажду исцеление найти,

Прошу прощенья в храме я у Бога

За то, что не сумел любовь спасти.

Чтоб искупить вину, не будет больше срока,

Пришел к тебе я, Боже, налегке:

Оставив грязную одежду у порога,

Отдам все светлое я, Господи, тебе!

Я снова в храме,

            а надо мною

Иконы, лики

            и свечи, свечи…

Я долго каюсь,

            но со мною

Всегда

            оправданные речи.

Я вся – греховна,

            я вся – порочна,

Я вся в – тоске

            и вся – в печали.

Мой добрый ангел

            сегодня … точно

Освобождение

            душе подарит!

Мне так просторно

            и невесомо

И рядом лица

            такие милые!

Но давит мыслей

            греховных сонм,

Обходят тени

            меня унылые!

Плетусь по улицам

            грязно-серым,

Смотрю в пустые

            глаза прохожих

О где вы, где вы,

            одежды белые?!

Я снова в платье

            из черной кожи…

*****

Мы все живем

            и, значит, существуем

Для одного,

            блистающего дня,

Когда однажды

            мы увидим зримо

Итог усилий

            и желаний наших

И вдруг … поймем,

            что в жизни

Все не зря …

      ___________

… Весенний лес,

            увенчанный листвою

И дивный росчерк

            трели соловья,

И зов любви

            вечернею порою -

Все в этой жизни

            суждено не зря!

И крик беды,

            тяжелый и гортанный,

Печалью переполненный

            бокал,

И, наконец,

            покой тот долгожданный,

И след души,

            летящий к облакам.

Средневековый этюд

Хочу я встретиться с тобою при свечах

В прозрачно-белоснежном длинном платье,

Чтоб отразиться в хрустале и зеркалах

В столь ослепительном, изысканном наряде.

Небрежно расплескав вино

На золотом расшитую манжетку,

Ты скажешь (скажешь!): «Как давно

Люблю я эту милую кокетку».

Алмазы и рубины мне даря,

В своих зрачках ты прячешь блики крови

И в чаше с ядом приготовишь для меня

Священный дар, что называется любовью.

И выпью я, не отрывая жадных губ,

Сей сладкий, но безжалостный напиток,

Хоть знаю – принесет мне много мук

Души твоей, как меч, тяжелый слиток.

      Слияние

Как тихо плещется уснувшая вода…

В ней растворятся сразу, без следа

Мои уставшие зеленые глаза

И жгучая напрасная слеза.

В ней растворятся мысли и дела

И горькие, обидные слова;

Порвется вмиг души моей струна,

Когда собой коснусь я плавно дна.

Проглотит с жадностью жестокая волна

Меня, которая пришла сюда одна;

Не будет больше боли и стыда,

Когда собой коснусь я плавно дна.

О добрая, печальная вода!

Ты глубиной, как мудростью, полна;

Пусть растворюсь в тебе я без следа…

– Возьмешь меня? – летит, как эхо: – Да!

… И успокоится смятенная душа.

Сонет №1

Как призрачны седые облака,

Ведь в жизни все они перевидали,

И древние священные скрижали

На них чертила времени рука.

Зовут куда-то с ними облака

Туда, где никогда мы не бывали,

В то царство лучезарное печали,

И каждого известна им судьба.

И жизни нашей тяготы презрев,

Мы мчимся с ними в странных сновидениях,

Подхватывая сладостный напев.

И тяга к ним и в новых поколениях,

До неба расстояние одолев,

Проявится в надеждах и сомнениях.

      Сонет №2

Хранит меня мой амулет топаз

От тайных бед и страшных сновидений,

От злых врагов и горестных сомнений, -

Не защитит меня он лишь от Вас!

И я люблю, так искренне люблю

Зеленых глаз чудесное свеченье;

Высоких дум глубокое теченье

Напрасным словом я не оскорблю.

И уберу я камень свой топаз,

Ведь Вы со мной встречаете рассвет;

Своим хранителем я вижу только Вас!