В плену Вселенной

ГЛАВА 9

А в это время в главном офисе «Ситроникса» состоялся серьезный разговор между Президентом, Дином, Леонидасом и Хранителем. В кабинете главы корпорации были включены глушители шпионской аппаратуры. Дарко, разозленный до предела, крутил в пальцах обнаруженный жесткий диск:

– Ричард, вы, вообще, понимаете, что натворили?! Даже без тех, стертых строк в расчетах, этим генератором нельзя пользоваться!

– Не понял, – Президент зло прищурился. – Покойный Маршалл известил меня о том, что работы близки к завершению.

– Если тот, кто заполучил эту разработку таким кровавым способом, сможет собрать и запустить генератор, Федерацию ожидает очередной ад. И уже не хватит никакой армии и никаких Стражей, чтобы остановить его, – Хранитель нервно барабанил пальцами по столу.

– Ты хотя бы мне изложил, в чем дело, – Дин устало потер глаза. – Я-то в этом разбираюсь.

– Генератор моментального перехода мало собрать. Перед запуском его надо откалибровать так, чтобы он работал только в нашем четырехмерном измерении.

– Подробнее, пожалуйста, – внешне Дин выглядел спокойным, но в душе зашевелилось что-то нехорошее.

– Вы все слышали о параллельных мирах?

Все трое согласно кивнули в ответ, и Хранитель продолжил:

– Параллельно нашему миру существуют и другие: от одно- до двадцатимерного. Чем выше мерность, тем более могущественные существа там обитают. Если запустить генератор без специальной настройки, то из этих измерений к нам может проникнуть черт те что! Мы не можем существовать в измерениях, выше нашего. А вот сверху вниз вполне можно спуститься. И если придет что-то или кто-то из более чем десятимерного мира, нам всем конец. Я очень прошу прекратить эти разработки до лучших времен.

– Почему ты уверен, что оттуда придут враги? – Ричард допил кофе и перевернул чашку вверх дном.

– Потому что в каждом из этих миров есть свои Светлые Энергии и Силы Зла. И если с теми, кто появится из пятимерного пространства и четырех последующих я и Стражи еще худо-бедно можем справиться. То все, что выше, неподвластно даже мне, – Дарко смотрел на растерянных друзей. – теперь и так из-за таких горе ученых-моченых придется быть начеку.

– Передай мне и «Ситрониксу» секрет этого генератора, – напрямик спросил Дин, окинув Хранителя холодным взглядом.

– Ты же знаешь, что я не могу этого сделать! – Дарко разглядывал носки своих ботинок. – Успокойтесь и дайте вырасти моему сыну. В нем реинкарнирована сущность Ученого, и когда она достигнет пика своего потенциала, то многие из технологий древней расы постепенно придут в жизнь.

Леонидас забрал многострадальный носитель информации и, выйдя на закрытый канал спецсвязи, начал отдавать распоряжения по засекречиванию всех разработок и их заморозки на неопределенное время. Дарко посмотрел на Президента:

– Ричард, имей в виду, рано или поздно это происшествие аукнется. Держи армию и все силовые структуры в боевой готовности.

ГЛАВА 10

Сойдясь во мнении, что если захотят добить, так и в клинике найдут, а в Долину «Дьявола» вряд ли рискнут сунуться, Софья все же решила забрать механика к себе домой. Благо, тот более или менее пришел в норму. Соврав детишкам, что у папы неотложные дела на корабле, Франческа с Дейвом привезли их к себе. И вот теперь напичканный медикаментами Тэд отлеживался в одной из комнат капитанского дома.

Софья накормила детей ужином и, засадив их за уроки, собиралась подняться наверх, как в гостиную спустился встревоженный муж.

– Что случилось?! – Насторожилась доктор Салинос.

– Меня Ричард вызывает, – Фернандо откинул назад выбившийся каштановый локон супруги. – Не знаю, по какому поводу, но скорее всего, буду поздно.

– Если хочешь, позвоню ему, – пальцы потянулись в карман за коммуникатором.

– Не надо, заяц. Судя по всему, твой сын на взводе. «Ангел» не успел толком приземлиться, как СиДжея тоже выдернули в Резиденцию.

– Как знаешь, – пожала плечами Софья и обняла мужа.

Он наклонился к губам женщины, и мир вокруг начал медленно, но, верно, отступать. Но времени на нежности не было. Софья отстранилась:

– Не забудь, что долина под силовым полем.

– Наше поле свободно пропустит технику любого члена экипажа, – улыбнулся супруг. – А ты не забудь, что Санчо наказан за плохие отметки и сегодняшний прогул занятий. И механика поставь на ноги, пожалуйста.

Палец Софьи пробежал по черной линии усов:

– Капитан, три дня. Его училка ничего не заподозрит по возвращению.

– Кстати, входящие от нее на коммуникатор Тэда переведены ко мне.

Софья молча кивнула и проводила мужа до двери. Вскоре его «Мерседес» понесся к выезду из долины, стараясь угнаться за «Джипом» Ника, который поехал в «Созвездие Ориона».

Женщина вздохнула и пошла на второй этаж. Пора было заняться своими прямыми обязанностями. Едва она вошла в комнату, Тэд моментально оторвался от компьютера:

– Синьора капитанша, ты что такая расстроенная?!

– Я просто устала, – растерянно улыбнулась Софья. – Время в голове перепуталось, так и не смогла уснуть. Ты сам-то как?!

– Морда, похоже, заживает, – усмехнулся друг. – По крайней мере, болеть перестала.

Доктор Салинос придирчиво осмотрела начавшие сходить на лице побои:

– Давай, переворачивайся потихоньку. Задницу твою штопанную проверю и ногу.

– Синьора капитанша, у тебя какая-то нездоровая тяга пялиться на меня, когда я без штанов, – Тэд улегся на здоровом боку.

– Хорошо, мистер Мерфи, – засмеялась Софья. – Если вас такой вариант не устраивает, то в следующий раз лечитесь, как хотите.

– Эй, Софико, я пошутил!

– Так я тоже, медвежонок! – Софья замазывала швы на теле друга биогелем. – Не переживай, задница капитана нравится мне больше.

– Она у него не штопанная, – сморщился механик.

– Ты прав. Это место у него точно целое, – Софья заклеила швы новой повязкой и уселась в кресло, пододвинутое к кровати.

Тэд, морщась от боли в избитом теле, лег на спину и посмотрел на боевую подругу:

– Иди, отдыхай. Я, вроде, терпимо.

– Нет уж, в этот раз я накачаю тебя медикаментами. Не хочу, чтобы приступ какой-нибудь случился. Тебя ощутимо взрывом накрыло.

– Точно, сдохну от чьей-нибудь гранаты, – вздохнул механик.

Софья хотела что-то сказать, но из коридора раздался визг Александрины и голос Санчо:

– Мелкая крыска, ты зачем настучала на меня отцу?!

– Отстань!

Похоже, брат догнал девочку, поскольку она завизжала еще сильнее. Тут вмешался Пабло:

– Оставь ее! Это я сказал отцу, что ты сбежал с уроков!

Было слышно, как мальчишки сцепились в драке. Что-то разбилось, и в комнату забежала испуганная и заплаканная Александрина. Софья бросилась разнимать сыновей, а девочка забилась в угол и разревелась еще сильнее.

– Лекс, ты что?! Иди ко мне, – Тэд с трудом сел на постели и с тревогой смотрел на капитанскую дочь, которую никогда не видел такой напуганной и обиженной.

Девочка, шмыгая носом и размазывая по щекам слезы, подошла к кровати:

– Прости меня за беспокойство. Я обычно прячусь в этой комнате от Санчо. Вырасту, научусь драться и отомщу ему.

– Сядь рядом, пожалуйста, – механик кивнул на свободное место.

Александрина забралась на кровать и устроилась рядом с Тэдом. Мерфи вытер ей слезы:

– Расскажи, почему ты прячешься здесь от брата.

Девочка вытерла нос пояском халатика и сделала серьезное лицо:

– Санчо тупой. Сто раз говорила ему, чтобы не трогал цветы в моей комнате. Нет, ему надо общипать что-нибудь.

– А сейчас что случилось?

– Санчо нахватал «неудов», и папа лишил его входа в Федеральную сеть. А он испортил мне рисунки, – девочка немного успокоилась. – Мне послезавтра надо альбом сдавать, а Санчо мне все испортил. Теперь по новой рисовать придется.

В коридоре Софья ругала одного из сыновей, а второй злорадно хихикал.

– Вырасту, побью Санчо, – решительно заявила девочка и прижалась к Тэду. – А ты зачем подрался?

– Потому что пятеро нехороших дядей хотели забрать чужую машину, – механик обнял дочь друга.

– А они не знают, что нельзя брать чужое без разрешения?! – удивилась Александрина.

– Знаешь, Лексюша, есть такие дяди и тети, которые знают это, но постоянно забывают.

– Они что, на голову больные?! – Карие глаза девочки округлились от удивления.

– Ага. И это не лечится.

– Как это?!

– Вот так. Не изобрели еще такое лекарство.

В комнату вернулась Софья:

– Дочка, отдай ему все, что он испортил. Пусть переделывает, а то на тренировку завтра не пойдет.

– Ничего не дам ему! – Упрямо заявила девочка. – Пусть папа его еще сильнее накажет!

Из коридора снова донеслись звуки борьбы и ругательства мальчишек.

– Пабло! Санчо! – Всплеснула руками Софья. – Да что же это такое?! Стоит только отцу отлучиться!

– Вырасту, побью Санчо! – Твердо решила Александрина. – Жалко только рисунки.

Видя, что девочка вот-вот опять разревется, Тэд легонько щелкнул ее по носу:

– Тащи сюда свое рисование. Может чем помогу.

– Правда?! – Глаза Александрины заблестели от радости.

– Давай, ты нарисуешь, а я тебе разукрашу. Уж на это я сгожусь. Все равно делать нечего.

Девочку как ветром сдуло. В комнату снова вернулась Софья и встала у большого окна.

– Ляг, поспи.

– Тэдка, если бы ты знал, как я хочу в рейс! Ужинать будешь?

– Спасибо, не хочу. Отдохни, я пока твоей дочкой займусь.

– Она шустрая, не даст тебе полежать, – вздохнула Софья, теребя цепочку с кулоном.

– Да на что я сейчас такой годен?! – Усмехнулся механик. – Вздремни немного.

Вернулась Александрина с альбомом композитных листов и упаковкой цветных самописцев. Софья поцеловала дочь:

– Лекс, только особо не напрягай дядю Тэда, и, если что, зови меня. Хорошо?

– Да, мама, – ответила девочка и устроилась рядом с механиком.

Софья ушла в их с капитаном комнату. Сон забрал ее быстро. А снились бортовому врачу «Дьявола» чужие миры и планеты. Душа звала в космос.

Часа через два угомонились и мальчишки. Лишь Тэд с Александриной засиделись до глубокой ночи и дождались капитана.

А в январе «Дьявол» ушел в свой первый после долгого перерыва рейс. Зарулив на базу «Силур», в гости к Тиму и Джейсону, корабль пошел в Оркнейскую зону, чтобы расконсервировать разработки энергетических ресурсов. Настала пора возвращать территории и выводить производства с жилых планет.

И лишь только Дарко, Ричарду, Леонидасу, Дину и капитанам двух трансформеров было известно, почему резко возросло денежное довольствие и социальные льготы для сотрудников полиции, Нацгвардии и ВКС Федерации. И почему «Ситроникс» получил огромный военный заказ. Укрепление внешних границ требовало вложения огромных средств. Но Президент не скупился. Ричард Риддл уже был научен горьким опытом.

И все это заставило экипаж «Дьявола» надолго оставить свои гражданские дела, а СиДжея и его команду снова поработать на благо Федерации.

ГЛАВА 11

В конце января семнадцатого года Нового времени «Миллениум» стоял в одном из захолустных космопортов Барбадоса и, сдав груз, ждал прибытия контейнера со змеями. Команде было обидно. Ведь в двух часах езды отсюда была их база, а они вынуждены снова поднимать корабль и уводить его в гиперпространство. Теперь вернуться назад им светило лишь осенью. Но Мохнатый Гловер был настроен серьезно на то, чтобы обосноваться в Риддл-тауне.

Местный сброд, как обычно, что-то не поделил. Но для всех «Миллениум» был неприкосновенен. На давно истертом и местами выжженном покрытии космопорта стояли три потрепанных корабля старой модификации. Возле одного из них компания каких-то оборванцев выясняла отношения. Но сидевший в открытом грузовом отсеке и сжимавший в руке мощный бластер Беркут был спокоен.

Откуда-то раздался гул работающих двигателей. На покрытие опустился черный, принадлежащий похитителям людей. Они решили пополнить кое-что из своих запасов. Ведь им предстояло снова уйти в гиперпространство, чтобы выйти в реальность глубоко в районе бывшей Центральной аномалии. Там их ждали. Ждали на зеленой, пригодной для жизни планете. Сильно ослабленные Силы Зла снова пытались поднять голову, но на сей раз в обличии людей.

Старший пошел в диспетчерскую, чтобы узнать о наличии необходимого груза. В это время разборка местных начинала перерастать в перестрелку. Стало тревожно. В это время главарь вернулся с тремя закованными энергетическими наручниками девушками. Их ждал тот, кто жаждал прославиться как создатель генератора моментальных переходов. Едва открылась дверь тюремного отсека, как Марина подтолкнула к ней сына и из последних сил выдернула предохранитель. Потом она никогда не могла вспомнить, как отважилась на такой шаг. Отсек моментально обесточился. В возникшем переполохе интуиция подсказала маленькому музыканту выход. Грязный, ободранный Гарри едва успел выскочить в закрывающийся люк. Удар о покрытие космопорта ненадолго выбил мальчика из колеи. Но инстинкт самосохранения заставлял двигаться. Двигаться куда угодно, лишь бы подальше от этого страшного места. Он даже не думал, что в чужом мире может быть еще хуже и опаснее. Не контролируемые памятью действия совершались лишь интуитивно. И она подсказала бежать на другой конец поля, где все еще были открыты люки «Миллениума». Местный конфликт разгорался все сильнее. Загорелись несколько цистерн с какой-то химией. И ее удушливый запах начал затуманивать сознание. Один из зарядов обжег руку. Мальчишка ойкнул и приостановился. Второй – разнес ближайшую емкость. Это заставило Гарри прибавить хода.

Беркут спокойно дождался окончания загрузки контейнера, как его внимание привлекла детская фигурка на поле космопорта. Тут из недавно приземлившегося корабля выпрыгнула фигура в черной броне и открыла прицельный огонь по ребенку. Этого бывший флотский пилот не мог стерпеть и нажал кнопку гарнитуры:

– Шаман, прикрой меня из наших пушек!

– Что?! – Не понял компьютерщик.

– Видишь бронированного на поле, черт тебя дери?! – Заорал Беркут.

– Да.

– Так шугани его!

Нерасторопный Шаман опоздал на несколько секунд. Пара вражеских зарядов сшибла мальчишку с ног. Матерясь и виляя из стороны в сторону, Беркут бросился к ребенку.

– Куда ты?! – Орала появившаяся в грузовом отсеке Чика.

Но пилот не слушал ее. Уже под прикрытием пушек «Миллениума» он подобрал окровавленного мальчишку и помчался обратно. Едва закрылся люк отсека, как Беркут почувствовал знакомую вибрацию от включившихся двигателей.

«Миллениум» взмыл в бесконечный звездный простор и лег на курс к столице. Корабль похитителей ушел в противоположном направлении.

Немногочисленный экипаж контрабандистов смотрел на бесчувственного мальчишку.

– Сволочи! – Ругался Беркут. – Как можно так поступать с ребенком?!

– Это были какие-то работорговцы, – задумчиво произнес Гловер, рассматривая браслет на запястье. – Такие надевают своим отпрыскам при рождении законники.

– Блин, зарядом половину надписи изуродовало, – Шаман пытался прочитать гравировку. – Можно только разобрать имя Гарри и дату рождения – двадцать девятое сентября десятого года.

– Очнется, сам все расскажет, – холодно отрезала Чика, пытаясь остановить кровотечение, и зло посмотрела на пилота. – Если вообще, очнется. И стоило так рисковать ради этого щенка?!

Беркут отвесил Чике пощечину:

– Ты все-таки женщина! Не стыдно так говорить?!

Чика зло сплюнула и принялась за работу. Мужчины в раздумье ушли в кабину.

– Ты можешь наказать меня, но я не мог поступить по-другому! – Беркут снова опустился в свое кресло.

– Посмотрим, что с ним будет дальше, – проговорил король контрабандистов. – В любом случае, мы вернемся домой лишь осенью. Мальчик крепенький. Только уж ресницы больно большие, как у дамочки.

– Ребята, смысл что-то решать, если даже не понятно, выживет ли он? – Подытожил Шаман и вернулся к технике.

Сознание то возвращалось, то вновь отключалось. Две недели Гарри то видел окружающую реальность сквозь какую-то пелену, то снова проваливался в забытье. Когда же в середине февраля мальчик окончательно пришел в себя, но оказалось, что не помнит, кто он, как сюда попал, и что предшествовало этому. Перегруженный сверхсильным раздражителем мозг решил начать все с чистого листа. Команда «Миллениума» была просто шокирована этим. Симпатичный мальчик вел себя как затравленный зверек. Его приходилось учить всему почти с нуля. Слава Богу и Судьбе, механическая память не пострадала. Тем не менее Чика была недовольна:

– Надо избавиться от него. Давайте оставим пацана в столице.

Но ее урезонил сам Мохнатый Гловер:

– Пацану всего шесть лет. На что хочешь его подписать?! Раз уж ему было суждено спастись, то пусть живет с нами. Мальчишка смышленый и крепкий. Обучим его нашему делу, а дальше будь что будет. Если ничего не вспомнит, то пусть станет моим приемышем.

– Он из законников! – Не уступала Чика. – Наверняка, его ищут! Как ты собрался делать ему документы?!

– Ты думаешь, я буду выяснять все через базу ДНК? Туда вход разрешен только медикам и по запросу спецов.

– На браслете от фамилии осталась лишь последняя буква, – проговорил Шаман. – Это – федеральное «л».

– Сделаю ему документы на имя Гарри Митчела. Будет моим приемным сыном, – решил контрабандист и пошел в жилой отсек, где Беркут учил маленького подобрыша читать и писать.

К тому времени, когда «Миллениум» лег на обратный курс, объем знаний мальчика был больше, чем до случившегося. Освободившиеся ресурсы памяти старались заполниться новой информацией.

ГЛАВА 12

Заканчивался декабрь двадцать шестого года Нового времени. Александрина нежилась в ароматной пене, болтая через прикрепленный к бортику джакузи коммуникатор в режиме видеосвязи со своими закадычными подружками – Рэйчел Бекет и Стефанией Мерфи. Девушки обсуждали предстоящий Новогодний бал в колледже.

– Стефа, ты не знаешь, кто будет королевой сегодняшнего вечера? – Спросила Лекс.

– Ты все еще надеешься, что станешь ею?! – Удивилась Стефания. – Все еще сохнешь по этому выскочке из выпускного класса? Да ему же плевать на тебя! У него есть своя королева.

– Пусть Иделлия Мантини засунет свой поганый язычок куда подальше! – Разозлилась Александрина. – Я не набью ее симпатичную мордашку только из-за уважения к дяде Алексу.

– Подружка, сдался тебе этот упырь? – Вмешалась Рэйчел, перебирая свои наряды. – Ему нравятся белокурые изнеженные курицы, а не такие дамочки, как ты.

– А чем я хуже Иделлии?! Только тем, что моложе на три года? – Взвилась Александрина.

В это время в комнате Рэйчел появился ее брат и с интересом вклинился в разговор:

– Что шумишь, Лексюша?!

Увидев парня, Лекс опустилась в пену до самого подбородка:

– Уолтер, ты совсем дурак?!

– Боишься, что я увижу твое прелестное тело? – Усмехнулся парень.

– Бекет, ты точно идиот! Я просто не хочу, чтобы ты на меня пялился!

– Ну да, конечно! – Усмехнулся Уолтер. – Этот мудак из выпускного, не пропускающий ни одной юбки, несомненно, лучше меня! Только ты не думаешь о том, что он знает все твои возможности, поскольку вы занимаетесь в одном клубе. Мальчик понимает, что ты ни в чем ему не уступаешь.

Александрина призадумалась, закусив нижнюю губу. Благодаря тому, что она начала заниматься единоборствами еще до колледжа, к пятнадцати годам у нее было много побед на различных соревнованиях. Объект ее воздыхания учился на три класса старше в ее же колледже, а занимались они в одном клубе. Просто он пришел туда чуть позже девушки. С возрастом Лекс заинтересовалась этим парнем, но только он не желал видеть в ней никого, кроме напарницы по клубу и соревнованиям.

– Что замолчала?! – Уолтер с интересом смотрел на Александрину.

– Тебе-то какое до этого дело?!

– А может ты мне нравишься!

– Отвали! Мне хватает того, что я – капитанская дочка! Не собираюсь связываться ни с кем из сыновей экипажа! – Лекс зло фыркнула и отключила связь.

Весь праздничный вечер Александрина Салинос со злостью и ревностью наблюдала за своим возлюбленным, который не отходил от одноклассницы Иделии Мантини. Раздражение росло с каждой минутой. В конце концов, нервы девушки сдали окончательно, и она убежала из колледжа, наплевав на друзей.

Александрина бродила по улицам несколько часов. Крупные снежинки, падая на короткую шубку и распущенные черные волосы, красиво искрились в свете ксаноксовых фонарей. Лекс шла, сама не зная куда. Незаметно она добралась до рабочей окраины столицы. Здесь-то ее и остановили четверо парней.

– Оба-на, какая цыпа! – Прищелкнул языком один из них.

– Отвали! – Гневно ответила Лекс, а тело уже приготовилось к драке.

– Девочка, какая ты аппетитная! – Усмехнулся второй.

Александрина машинально перекинула ремешок висевшей на правом боку сумочки на левое плечо и сжала кулаки:

– По-хорошему прошу, отстаньте от меня!

– Ой-ой-ой! Какие мы грозные! – Третий из шайки, не церемонясь, подошел к девушки.

Он уже собирался грубо схватить ее за плечи, как сапог на танкетке оказался сначала на его шее, а потом уперся в пах, когда незадачливый хулиган распластался на снегу.