Становление «Нокс». Часть I

«В этот день ничего необычного.

Пока ничего» – закончил писать и встал со стула паренек, судя по его виду, лет пятнадцати. Но на самом деле ему было всего двенадцать лет и девять месяцев и, надо сказать, выглядел он весьма специфично при своем возрасте. Усталые карие глаза, вечно заляпанные и исцарапанные очки, держащиеся на изоленте, черное гнездо вместо волос и… усы. Да, самые что ни на есть натуральные, черт побери, усы. Именно все эти черты и делали паренька таким, каким он выглядел. Нередко получалось и так, что ему давали возраст гораздо больший, чем он был на самом деле.

– Пора идти. – сказал он себе, поглядев на часы, которые показывали полшестого вечера. Его взгляд скользнул на календарь, прибитый к стене двумя тоненькими гвоздями. Если память на числа его не подводила (а это она очень любила делать) то сегодня было двадцать седьмое сентября…

«Две тысячи восемнадцатого года» – мысленного закончил усатый. Для него шел уже третий месяц «темного времени», как он его называл. «Темные» мысли, сомнения, чувство бесполезности и безысходность – примерно таким был набор его неподдельных чувств и эмоций последние три месяца, но он умел скрывать подобные эмоции за завесой молчания. Как-никак, лжец с восьмилетним стажем.

Парень нервно усмехнулся, накинул на себя ветровку и выпрыгнул за дверь, крикнув родителям «Я ушел!».

По дороге его голова была в наилучших традициях забита «опилками», как назвал бы их Винни Пух. Когда важные дела заканчивались, или он уходил путь-дорогу, голова его временно становилась гнездом для всякого рода мыслей, преимущественно для сценок своих рассказов. Но тут он был непредсказуем, ибо сцены для рассказов он мог придумывать и на контрольных, и в домашней обстановке. Пешим или на транспорте, один или в присутствии других, он никак не мог отделаться ни от «темных» мыслей, ни от сценок рассказов, что порой начинало бесить.

Вот и сейчас он шел, думая над очередной сценкой для своего нового рассказа, возможно, серии книг, если очень повезет и будет желание их писать дальше. Но, к сожалению, придумать что-то адекватное не получилось, так как путь до точки сбора был довольно коротким.

«Ага, конечно, точке сбора. только здесь пусто» – подумал парень и уже собрался звонить другу, как его кто-то окликнул.

– Эй, усатый! – крикнул невысокий мальчишка, который был его одноклассником.

Он хмыкнул – Привет, Вань. Не знаешь, где остальные?

Ванёк улыбнулся и пожал плечами – На самом деле я хотел спросить тоже самое у тебя, но раз и ты не знаешь, то наш класс уже скорее всего в клубе. – Он пошел в сторону «Нефтяника», который только что сам назвал «клубом» – Ты идёшь? – спросил Ванёк у пацана, прикинувшегося статуей.

– Да, иду. – отреагировал он и тоже направился к клубу, не забыв при этом в энный раз забить голову мысленными «опилками» той же серии, что и в прошлый раз. Даже общество одноклассника не смогло ему помешать забыться в своем мирке.

Снова в чувство он пришел около «Нефтяника», не хватало только «животворящего пинка», чтобы завершить очередной процесс вытягивания паренька из стазиса.

– Привет, Артем. – сработало на отлично, ибо усатый тут же обернулся к тому, кто его позвал. Этим человеком оказалась одноклассница Артема примерно того же роста, что и он сам (может, чуть ниже… хотя, к черту такие мелочи), серо-голубыми глазами и каштановыми волосами, заплетенными, как обычно, в косу.

– Привет, Лена. – ответил Артем и, оправившись от частичного стазиса, направился

в местную раздевалку. Наскоро скинув серую ветровку, он кое-как протиснулся в главный зал, где его окликнул еще один знакомый голос.

– Привет, Артем. – то был его друг, Жека.

– Привет. – сказал Артем и уселся рядом. Жека уткнулся в телефон, из-за чего Артему захотелось проверить его, и он спросил своего друга.

– Слушай, а ты не помнишь, как спектакль называется, а?

Ответ Евгения не заставил себя долго ждать.

– «А зори здесь тихие», а что?

– Да ничего. – ответил Артем и в третий раз за прошедший час окунулся в «опилки», однако уже спустя пять минут громкий «Раз, раз!» возвестил о начале спектакля.

Артем мигом вышел из стазиса и приготовился увидеть что-то очень хорошее и качественное.

Спектакль был «вполне неплохим», по шкале усатого, что по меркам других людей означало «отлично». Впрочем, ему удалось пробудить в Артеме особое состояние, которое он называл «Пламя». Под его действием у Артема начинался прилив сил и обострение всех чувств: слух, его побитое зрение, шестое чувство (правда, на обоняние действовало далеко не всегда).

Тоже самое касалось и мыслей. Сценки придумываются быстрее, задачки разгадываются легче и так далее, по накатанной. Но и негативное действие не отсутствовало (куда же без него) – под действием Пламени Артем мог накосячить так, что будет вспоминать до конца жизни.

Но выбравшись из раздевалки вместе со своей ветровкой, он увидел Лену, идущую вниз по улице, и на этом моменте его заинтересовало несколько вещей сразу. Во-первых, он имел примерное представление о том, где она живет и мог представить себе маршрут. И вот, для себя он обнаружил, что она прошла мимо одного поворота, который, впрочем, был не так уж и важен, но помог бы сократить путь, так что это мелочи. Но вот гораздо интереснее было то, что она шла без какой-либо куртки или ветровки, и ладно если бы погода была сухая, так нет же – дождь.

Догнать ее оказалось не так просто, как могло показаться, но и не слишком сложно, даже учитывая то, что Артем не перешел на бег. В последнее время ему начинало казаться, что она пытается нарочно избегать его. И хоть Артем раз за разом списывал это на свою бурную фантазию, что-то подсказывало ему, что это его из-за его неудавшейся «шутки» в начале сентября.

«Какой же ты все-таки бестактный – говорил себе Артем раз за разом, как вспоминал об этом инциденте – да и Пламени сопротивляться не можешь, слабак. А еще называешь себя писателем.»

Подбежав к Лене, Артем решил, что не будет сразу привлекать к себе внимание, а просто пойдет рядом, оставив ей возможность самой заметить его. Но прошло секунд десять, а Лена не замечала Артема или просто не подавала виду об этом.

– Лена… – Артем осторожно дотронулся до ее плеча. Она вздрогнула, слегка испугавшись внезапного появления Артема

– Привет, – сказала она.

– Привет, – секунда молчания. – Как тебе спектакль? – спросил Артем первое, что пришло в голову.

– Ну, по крайней мере я не жалею, что сходила на него, – она пожала плечами.

– О, поверь, наша классная заставила бы тебя пожалеть, если бы ты не пошла, – Артем посмотрел на путь их следования. – а ты знаешь куда идти?

Елена на мгновение замялась, – Я… теряюсь здесь, – пожаловалась она.

– Ясно. – Артем мысленно усмехнулся – Нам в ту сторону, – Артем махнул рукой.

– Прости, нам? – Настя слегка растерялась.

Артем потер нос, что случалось нередко, в основном из-за огромного списка аллергенов, на которые он реагировал. – Если помнишь, я живу недалеко от тебя. Кстати, можно свернуть здесь, – Артем кивнул в сторону ближайшей дорожки.

– Ну, тогда пройдем здесь, – Лена быстро перебежала по дорожке, оставив шедшего наравне с ней Артема позади. Тот «перышком» запрыгнул на ту же дорожку и пошел следом.

– Кстати, почему ты не наденешь куртку? – спросил он Елену.

– Да мне и не холодно, – отмахнулась та.

– Я понимаю, но так дождь же.

– Вот и славно. Я люблю дождик.

Нет, она ведь даже почти не изменилась, – подумал Артем, прикидывая, сколько времени осталось до того момента, когда у него временно поедет крыша.

Sou na

Последние несколько дней это выражение слишком часто мелькало в подсознании Артема, чтобы тот не задумался о его природе, ибо перевода он не знал, даже несмотря на неплохое знание английского и даже представления о строении остальных языков. Предполагалось, что это значит какую-нибудь грань, «перегрев» или что-то наподобие.

– Выглядишь так, будто кого-то вызываешь, – заметила спутница Артема.

– Такое странное чувство… – пробормотал Артем, имея ввиду Пламя.

– Ты опять задумался, – констатировала факт девушка.

– Да неужели. Я постоянно о чем-то думаю.

В ответ на сие замечание Лена едва слышно фыркнула и отправилась исследовать стены здания, которое, судя по всему, являлось центром нефтепромышленности их небольшого поселка.

– Слушай… – позвал Артем. – А может не стоит туда ходить, а?

– Ой, да ладно тебе, – раздалось в ответ.

Нет, она вообще не изменилась, – думал Артем, смотря на все это.

В конце концов она вышла с того двора, и они продолжили путь, обсуждая Котов-Воителей, учебу, и кучу всего прочего, пока Артем не свернул в магазин за тетрадями, иначе через пару дней он писал бы на партах.

Выйдя оттуда с искомыми предметами, он направился в сторону дома один, ибо Елена вполне могла найти дорогу до дома сама, учитывая, что уже было недалеко.

Однако подходя к перекрёстку, он увидел и ее, беседующую с человеком организации «Нокс».

Артем подошёл к ним, не слишком незаметно, но и себя он не выдавал. Ноксовец тем временем что-то сказал после чего выхватил пистолет. Артем думал не слишком долго. Подкравшись сзади, он ударом руки выбил пистолет и оглушил врага ударом по шее. Не смертельно, но заставит поваляться в отключке пару часов.

– Эм-мн, – только и смогла выдавить Лена.

– Забери пистолет себе, на всякий случай, – Артем, не теряя времени протянул ей упомянутое оружие.

– Л-ладно. – она проверила предохранитель и убрала пистолет в карман.

Артем осмотрел ее, – Все в порядке?

«Глупый вопрос»

– В целом – нет, – ответила она. – И не пялься на меня.

– А, извини, – Артем еще какое-то время молчал. – Будь осторожна.

Как ни странно, но после этого разговор закончился, и они разошлись по домам.

Придя домой, Артем поднялся на второй этаж, и записал события сегодняшнего дня в дневник.

Артем встал с кровати. С момента происшествия прошло три дня.

«Суббота» – радостно подумал Артем. Наконец-то можно было нормально отдохнуть от учебы, так как на эти выходные планов не было и сверхурочной работы не предвиделось. Хотя нет, после случая с одним из участников «Нокс», Артема охватила непонятная и столь не свойственная ему паника. Обычно он никак не паниковал, максимум – становился Мрачнягой, но не более того.

Тем не менее, что-то подсказывало Артему, что что-то явно не так. Его и без того темную комнату поглотило уныние, заставляя Артема выйти оттуда. Он открыл дверь…

И перед ним развернулась самая что ни на есть Бездна.

«Наверное это все-таки „Естьдно“, учитывая, что пустоты подо мной нет.», – подумал Артем.

Внешне это место было относительно светлым, несмотря на монотонное то ли синее, то ли серое, то ли фиолетовое, но так или иначе темное небо.

Артем заметил пульсирующий камушек у себя под ногами и подобрал его. Со временем начинало казаться, что пульсации – это, по сути, речь, которая может произносить только твое имя и нечего более. Положив камешек на место, Артем увидел тропинку, ведущую в какой-то лес.

«Наверное – это сон – пронеслось в голове Артема – Придется играть по местным правилам. Черт.»

Так как вариантов было только два – либо идти по тропинке, либо стоять на месте, Артем не стал раздумывать слишком долго. Он выбрал первый вариант, казавшийся наиболее привлекательным. Идя по тропинке, он рассматривал лес с небывалым интересом и концентрацией, как будто весь мир только из них и состоял.

Интересно. Как будто что-то знакомое. Вспомнить бы что именно.

Поначалу Артем ни к чему не прикасался, да и в принципе избегал физического контакта с чем-либо, кроме дороги, но минут через десять-пятнадцать пути ему неосознанно захотелось прикоснуться к коре одного из деревьев, а учитывая, что до него можно было дотянуться, Артем это и сделал. Тут же он осознал, что сделал, но руку убирать не стал. На ощущение кора была не просто приятной, а почти воздушной, но самым интересным было не это. Все мысли вдруг стали хорошими добрыми легкими – даже самые плохие события воспринимались с позитивной стороны.

«Чувство, как будто съел что-то не слишком правильное. Все понимаю – это сон… но тем не менее это осознанный сон. Что здесь вообще происходит? Очередной сон из серии…» – тут Артем оторвался от размышлений, почувствовав присутствие кого-то еще. Он обернулся и увидел, как ни странно… человека, точнее человекоподобное существо, ибо назвать это «человеком» было бы… странновато. В принципе он вполне мог сойти за нормального человека – родственные сходства, строение тела, ростом может чуть выше Артема – это было в порядке вещей, но вот то, что он был яркого сине-фиолетового цвета, полупрозрачный, а главное – с чересчур самодовольной ухмылкой – было перебором. – Ладно он хотя бы стоит, хотя все-таки нет – парит над землей.

– Даже не поинтересуешься – кто я такой? – спросил он таким голосом, будто не совсем понимал родной язык Артема, но при этом никакого ярко выраженного акцента у него не было.

– Нет – ответил Артем – Сначала я поинтересуюсь, что за фигня со мной происходит. Но, на всякий случай, звать меня Артемом.

– Эйвери. Я один из духов псиоников. – представился его собеседник.

– Пси… псиоников?! – «немного» удивился Артем, в основном из-за того, что имел кое-какое представление, кто такие псионики, и что они из себя представляют и могут… Из разного рода игр, разумеется.

– Именно. По сути – это все та же телепатия, на прямую зависящая от интеллектуальных способностей обладателя. И, да, мы умеем создавать фиолетовый левитирующий в руке огонек. – Эйвери щелкнул своими призрачными пальцами, и у него в ладони появился небольшой магический огонек, размером с небольшой мандарин.

– И что же я здесь делаю? Для чего встретился с тобой? Просто так? – осыпал град вопросов Артем на своего собеседника.

– Ну-ка помедленней. – сказал Эйвери – Начнем с конца. В-третьих – нет, не просто так. Во-первых – ты здесь для того, чтобы познакомиться с азами нашего мастерства и постигнуть то, кем тебе следует стать. И во-вторых – я должен обучить тебя этим самым азам и ввести в курс дела.

Артем слушал и не знал, чему больше удивляться.

– А ты считать-то умеешь? – задал он первый и самый банальный из всех, вопрос, еле сдерживая смех про себя.

– Вполне – ответил Эйвери – Просто сначала я ответил на последний вопрос, потом на первый и уж потом на второй. Я же сказал – начнем с конца.

Артем размял костяшки пальцев и повертел головой.

– Ладно, вводи меня в курс дела. – сказал он.

– Несколько дней назад ты впервые встретился с одним из ноксовских псов, после чего, из-за обстоятельств, при которых ты его встретил, ты разбил ему рожу.

– Ну да.

– Так вот – продолжил Эйвери – почти все, кто состоит в «Нокс» такие же мудаки, как и тот индивид, с которым ты столкнулся. Почти. Все.

– Я понял. И что дальше? – по коже Артема пробежал нехороший холодок.

– Духам псиоников «немного» запрещено вмешиваться в дела смертных непосредственно, но ничто не мешает нам помогать со своей позиции. – хитро улыбнулся Эйвери, но в следующую секунду он вновь стал серьезен. – Тебе предстоит тяжелая война с «Нокс». Готов ли ты к ней?

На минуту воцарилось молчание.

– Голыми руками порву, если понадобится. – ответил Артем, поддавшись первым эмоциям, пускай и несколько неуверенно. И у него были причины так сказать, хоть отнюдь не тоненький, а весьма басистый и весомый голос логики подсказывал хозяину, что тот тронулся головой, но Артем легко от него отмахнулся.

– Тогда давай я покажу тебе пару приемов, а ты попробуешь их повторить. – Эйвери вытянул левую руку вперед и растопырил пальцы, оставив вместе только указательный и средний. – Это – Знак Псионика…

Около получаса Эйвери показывал Артему различные псионические приемы: Щит, расщепляющий неживые объекты, проходящие сквозь него, в пыль, Бросок, похожий на обычный выстрел небольшим сгустком пси-энергии*, сила которого напрямую зависела от расстояния (помимо интеллектуальных способностей), Огню Души – взрыву, ракете, летящей настолько медленно, что черепахи нервно курят в сторонке, и, наконец, Толчок – усиленная версия удара с ноги из мира псионики.

По прошествии этого срока Эйвери открыл портал обратно.

– Напоследок скажу, что часть своей силы ты можешь заточить в какой-нибудь предмет, что многократно усилит твои способности, если этот талисман будет хоть просто лежать у тебя в кармане.

Тааааак…

– Не-а, – сказал Эйвери. – Даже не думай. Другие уже так делали – и сходили с ума. Если носителем будет человек, то при его смерти ты просто свихнешься и станешь в прямом смысле бездушным существом.

– Как ты…

– Я вижу твои мысли, ты ничего от меня не скроешь, – сказал Эйвери мрачноватым тоном.

Вместо ответа Артем приблизился к порталу.

– Я готов вернуться обратно. Мне сохранить этот… разговор втайне?

– Ты выбираешь. – ответил дух, после чего Артем шагнул в аномалию.

Вскочив с кровати, Артем первым делом выглянул в окно, за дверь, спустился вниз (отчасти за жрачкой), но никаких следов Эйвери не было.

– Ну и приснится же такое, – но тут же мальчишка распознал шум в своей голове.

«Мы верим в Тебя»

– Ну, как прошла встреча? – с нетерпением спросил Мэди, спрыгивая со своего любимого камня.

– Паренек доверчивый, может даже слишком, но довольно способный, правда…

– Правда, что?

– Ему двенадцать.

– Чего? – Мэди от неожиданности чуть не свалился в овражек, рядом с которым он спрыгнул.

– В том-то и проблема, что раньше мы имели дело с четырнадцати-пятнадцатилетними пацанами, но это… совершенно новый случай.

– Что ж… – Задумчиво протянул глава Компании – Значит, пора разрабатывать мой экстренный план. Подь сюды…

*В дальнейшем она будет иногда именоваться Псаем (Psi)