Запретная любовь

– А они, Лиза, явно с интересом наблюдают за Вами. Без сомненья, кто-то из них положил на Вас глаз.

– Ну и пусть наблюдают, если им это хочется, – сказала Лиза равнодушно.

Я понял, что эти кавалеры её явно не интересуют. Мы решили приступить к танцам, и тут вдруг произошло нечто необычное и непредвиденное. Как только я коснулся правой рукой Лизиной талии, по всему моему телу пронеслась сильная, совершенно непонятная дрожь. Я невольно про себя воскликнул: «Евгений, у тебя, часом, не поехала крыша? У тебя ж есть примерная семья, которую ты не намерен менять! Опомнись!»

Лиза невольно ощутила моё сильное душевное смятение и крепко пожала мне левую руку. Вероятно, и она ощутила подобное душевное состояние, но, помня нашу договорённость ничего не менять в своей жизни, смогла не показать мне это. Явно в этот момент что-то таинственное и необычное для нас обоих одновременно зародилось в наших душах. С одной стороны, это явно порадовало нас, но в то же время сильно напугало. Ведь будущего у нас быть не могло! После нескольких танцев в таком возбуждённом состоянии Лиза предложила прогуляться по территории санатория. Санаторий был хорошо обустроен. Были старинные очень красивые корпуса с комфортабельными номерами. Лиза сказала, что живёт в двухместном номере с ещё одной женщиной, но она с нею мало видится: та целыми сутками где-то пропадает. Её это не удивляет. Главное, она в номер своих гостей не водит.

Оказавшись наедине, я спросил Лизу:

– Так Вы замужем?

– Евгений. Давайте не будем обсуждать сейчас наши семейные дела. Будем считать, что они нам сейчас совершенно неинтересны. Договорились?

– Хорошо, Лиза. Будем считать, что мы сейчас не связаны брачными узами и поэтому можем вести себя как свободные, не зависящие от кого-либо люди.

– Нет, Евгений, будем вести себя как разумные, ответственные люди. А то, чего доброго, эта свобода нам боком выйдет! Вы готовы принять такие условия наших отношений?

– Конечно, Лиза. Это я в шутку высказал такую фривольную мысль.

Побродив по ярко освещённой территории санатория, мы вернулись назад и продолжили танцевать. И опять танцы сопровождались непонятным внутренним возбуждением. За полчаса до окончания танцев мы покинули танцплощадку и подошли к проходной. Надо было прощаться. Соблюдая корректность взаимоотношений, я протянул Лизе свою руку, и мы, пожав друг другу руки, распрощались. Проходя мимо охранника, я заметил хитрую улыбку на его лице. Вероятно, он понял, что мы не являемся супругами, как это было указано в пропуске. Быстро добравшись до общежития, я с хорошим настроением поужинал и лёг спать.

На следующий день в тихий час я уже был возле проходной санатория. Но Лизы возле неё не оказалось. Я решил, что она чем-то занята, и мне надо её подождать. Но через пару минут ко мне вышел охранник и сказал, что Лиза просила меня прийти к ней в номер. Не подозревая ничего плохого, я направился к её корпусу. Как только вошёл в номер, Лиза быстро подошла ко мне и с волнением сказала:

– Женя, – она впервые так просто назвала меня, – у меня только что произошло ЧП!

Я с волнением спросил:

– А что случилось, Лизонька?

– Возле санатория появился мой бывший супруг, и он явно собирается преследовать меня здесь. Я не знаю, что мне делать.

– Стоп, Лизонька! Начнём обсуждать проблему с самого начала и не спеша. Скажи, пожалуйста, что означает «мой бывший супруг»?

– Это означает, что я с ним уже в разводе.

– И давно это произошло?

– Два месяца назад.

– Меня посвятить в причины развода можете?

– Могу, конечно, если Вы хотите это знать.

– Думаю, что эта информация может пригодиться мне при обсуждении Вашей проблемы.

– В таком случае я должна буду осветить данную проблему с самого начала её возникновения, – сказала Лиза и продолжила. – Я с ним встретилась через два года после окончания института, когда уже работала в этом музее. Через год мы поженились. В это время он уже был кандидатом наук и якобы активно работал над докторской диссертацией. А я заканчивала свою кандидатскую диссертацию. К сожалению, после защиты её я тоже сразу же приступила к работе над докторской диссертацией. В результате в первые годы нашей совместной жизни мы оказались чрезмерно заняты научной работой, а не личной жизнью. Думаю, что это обстоятельство могло стать одной из причин охлаждения наших отношений. Года через три я спохватилась, что из-за этого может распасться наша семья, и решила умерить свою работу над диссертацией. Перестала задерживаться на работе, стала спешить домой. Но тут выяснилось, что он тоже слишком занят своей диссертацией, и поэтому вынужден подолгу задерживаться на работе после окончания рабочего дня. Однажды я решила отвлечь его от важных научных дел и пораньше забрать его домой. Для этого пришла в его институт через час или полтора после окончания рабочего дня. Попросила охранника позвать его. Охранник как-то подозрительно посмотрел на меня и доходчиво объяснил, что в институте после 18 часов никого из сотрудников не должно быть, и что он обесточен, помещения с секретной информацией опечатаны, и главный корпус поставлен на электрическую охрану. Я смутилась и молча удалилась от института. Стало ясно, что мой благоверный не на работе «трудится в поте лица», а проводит время в каком-то другом месте, возможно, с какой-то интересной любовницей. Решила не устраивать семейные разборки сгоряча, а оставить решение этого болезненного вопроса на суд времени.

Мой супруг, придя на следующий день на работу, узнал от охранника, что приходила я и интересовалась им. И он понял, что серьёзно погорел. Но вместо того, чтобы как-то уладить возникшую проблему, он решил учинить мне разнос, мол, чего это я вдруг решила следить за ним! Вечером он рано явился домой и сходу закатил мне скандал. Я попыталась спокойно объяснить ему, что всё произошло иначе. Он совсем озверел и начал меня избивать. Мою просьбу не делать это он игнорировал и продолжал жестоко избивать. Прекратил он избиение меня только тогда, когда я уже лежала на полу без чувств. Когда я очнулась, то его уже дома не было. Очевидно, ушёл к родителям или друзьям. Я с трудом встала и посетила местный травмпункт, чтобы получить какую-то помощь и засвидетельствовать свои побои. Решение расстаться с ним было мгновенным и окончательным. Через два месяца суд расторг наш брак, но бывший супруг вдруг опомнился, что сильно наказал себя, и стал активно пытаться исправить положение. Преследовал меня буквально ежедневно. То просил прощения, то угрожал. Чтобы как-то избавиться от его преследований, я попросила директора музея и свой профсоюз организовать мне путёвку в какой-то санаторий – надо было как-то залечивать душевную рану. Мне организовали, можно сказать, по блату путёвку в этот санаторий. Хочу искренно признаться Вам, что благодарю судьбу за встречу с Вами. Вы мне очень хорошо помогаете в это сложное для меня время. Думаю, что, узнав эту информацию, Вы многое поймёте. Я очень надеюсь, что Вы поможете мне в этой ситуации хотя бы успокоиться.