Путевой дневник. Том 1. Хозяйка демонов
- -
- 100%
- +
– Ме… ме.. Металлия! Стой! Я… я всё-таки с тобой! – проговорил я и подбежал к дому, останавливаясь рядом со входом.
Отсюда я отчётливо слышал разговор хозяйки жилища с лунгом:
– Ви́рсан? – неуверенно спросил высокий женский голос.
– Да, зови меня Драгоценная Вирсан, – высокомерно проговорила моя госпожа. – Я –тень, отброшенная тенью твоего преступления.
Я нервно сглотнул, вцепляясь в шлем Металлии обеими руками. Сейчас произойдёт нечто ужасное, я знал это наверняка. Чувствовал.
– Ты совершила страшное злодеяние, изволь получить в награду положенное, – продолжала надменные рассуждения древняя.
– Я… что я? Ничего… не… – второй женский голос притих, способный теперь произносить лишь обрывки слов.
– Ничего? А как же то заклятье, что ты приобрела недавно?
На реплике о заклятье я не выдержал и просунулся в хижину, минуя занавес.
Стоило очутиться внутри, как в нос ударил сладковато-приторный запах. Помещенье заливал тусклый медовый свет. Пол от взора скрывали шёлковые подушки, посередине домика располагалось ложе, покрытое бархатным полотном. Там, среди красных, синих и золотых тканей, вся в мехах, восседала полностью голая женщина, пьющая вино. Её глаза сверкали так же, как драгоценные камни в ожерелье Великой Шерру́л, богини доброй судьбы и счастливого случая. Чудесное тело, пышная грудь… я бы сказал, что незнакомка прекрасна, если бы не странные рисунки по всему туловищу, нанесённые краской. Из-за них женщина выглядела совершенно зелёной. Зелёной, как трава, как болотная тина, отвратительно… Я отвернулся.
От неожиданности зелёная красавица выронила из рук кубок, тот покатился по полу, стукаясь о подушки, и остановился у моей ноги. Металлия резко обернулась и удивлённо проговорила:
– Ты? Я же велела тебе ждать снаружи смирно. Уходи!
Но я стоял, как вкопанный. Будто врос в пол.
Женщина, покрытая рисунками, потянула руку к посоху, лежащему неподалёку, но Дрейк её опередила – подпрыгнула к негоднице и схватила её за плечо.
– Нет, нет. Не дёргайся, – прошептала Металлия. – Вставай, и прими судьбу достойно, Надива.
Древняя с легкостью поставила зелёную на ноги. Я прижался к стене.
– Нет нужды сопротивляться, твоя участь уже решена. Ты сама вынесла этот приговор.
– Не прикасайся ко мне! – завопила Надива. – Убери свои грязные руки!
– Мои руки, они в перчатках, – напыщенно проговорила древняя, не изменяя себе и в столь неоднозначный момент.
Металлия не стала долго церемониться. Она подтолкнула женщину в сторону дверей, но та оступилась и упала прямо к моим ногам, рядом с кубком. Меня сковал ужас. Я не знал, что происходит, почему, чем эта зелёная так провинилась перед лунгом?
Надива посмотрела на меня… глаза… Словно два чёрных опала… блестели… так… красиво…
Металлия обнажила меч. Я сжался.
– Не надо смотреть на него, – чётко проговорила воительница.
Дрейк схватила Надиву за волосы и потянула вверх, чтобы та встала. Следующая реплика предназначалась мне:
– Не смотри на неё! Зачем ты пришёл? Убирайся!
Но я не мог оторвать взгляда. Эти глаза…
Металлия вытолкнула женщину на улицу, я последовал за ними. Ах, эти глаза…
– Иди в дом! – крикнула мне Металлия. – Не вздумай смотреть на неё!
Я не повиновался. Не мог послушать Металлию, словно мной завладели страшные, неведомые силы. Это было ужасно.
Погода испортилась. Ночное небо заволокли непроглядные тучи. Зарядил мелкий, ледяной дождь.
Дрейк швырнула Надиву на землю, та попыталась подняться, но древняя подошла к несчастной со спины и закрыла ей взор рукой. Я обомлел.
– Демоны тебя побери! – крикнул я. – Металлия, что ты вытворяешь? Она же безоружная женщина!
Древняя не обратила на меня внимания, лишь замахнулась мечом.
– Зорлъяк ангут! – прорычала девица с расписанным телом, или что-то в этом роде. Бессмысленные, непонятные слова.
Металлия молча вонзила клинок в живот женщины. Лезвие прошло насквозь.
– Увидимся в Ределе, – бесчувственно прошептала лунг.
Госпожа высвободила меч, перевернула жертву ногой на спину и отрубила ей голову. Меня начало мутить. Дрейк удалилась в хижину.
Я дрожал. Может, было холодно. Может, я промок. Я не знал. Я вообще сейчас ничего не знал. Может, это просто сон. Просто кошмарный, бесконечный сон… Я скоро проснусь. Проснусь в одной кровати с Дамалой, выпью отвара на роннице, обниму невесту и усну снова…
Но нет. Это не сон, и я не проснусь. Вот Металлия вернулась с какими-то книжицами в руках, подошла к коню и принялась очищать лезвие меча от крови. Дрожь всё никак не унималась, я не мог совладать с собой. Неожиданно, раздался всплеск. Взглянул себе под ноги… и понял, что случайно выронил шлем лунга, и теперь он купается в грязной луже.
Затем резко согнулся, и меня вырвало.
Металлия подошла ближе. Подняла шлем и вытерла его о мой плащ.
– Что это было? – возмущённо спросила грозная женщина, глядя на меня испепеляющим взором.
– Что это было? Нет, что это было! Вот это, – я указал пальцем на отрубленную голову миловидной особы, обладательницы самых волшебных на свете глаз.
– Я тебе сказала, что делать? А ты чем занимался? Нет, человек. Нам с тобой не по пути. Седлай коня и уезжай.
Она развернулась и ловко запрыгнула на чёрного жеребца.
Но я решил так просто не отступать, ведь места для отступления не оставалось. Подошёл вплотную к всаднице.
– Что? – возмущённо прокричал я, вцепляясь в сапог Металлии. – Может, и мне заодно голову срубишь?
Я не двигался и пристально вглядывался в бессердечные глаза госпожи. Металлия нахмурилась.
– Немедленно садись в седло. Или желаешь здесь задержаться? – сурово спросила она.
Я опустил голову… капли дождя, уже увеличившиеся в размере, разбивались о мертвое тело Надивы… Чуть подальше от него лежала голова женщины. С широко раскрытыми глазами. Чёрными глазами. Глазами…
– Я говорила тебе не ходить за мной? Не докучай мне! – раздражённо произнесла Металлия.
– Не докучать тебе? – злобно процедил я сквозь зубы. – Докучать? Да кто вообще так разговаривает? Может, это всё оттого, что ты только что убила живого человека?!
– О, забыла. Добро пожаловать в Мирсварин, обитель и земли лунгов. Они разговаривают именно так, не иначе.
– Послушай, – неровно проговорил я, продолжая сжимать грязный сапог Металлии. – Ты хочешь, чтобы я покорно следовал за тобой, но ничего мне не рассказываешь. А затем… затем рубишь головы беззащитным девицам! Что я должен думать? Мне страшно!
– Рассказать тебе? Ты непокорный и самовольный, за проступки следом идёт наказание, а вовсе не награда.
Я продолжал молча смотреть ей в глаза, преисполненный гневом.
Металлия сердито выдохнула и, наконец, заговорила:
– Эта «девица» совершила страшное преступление, я не могла с ней поступить иначе. Такова моя работа, и таков её удел. Она сама избрала собственную судьбу, решив, что имеет право приобретать запрещённые заклинания. Которые, к счастью, оказались всего лишь подделкой, заботливо подсунутой нами. Стоило ей взглянуть на тебя особенным образом, и ты попал бы под влияние чар. Колдовской взор пленяет могучими силами. И тогда… тогда и ты бы сбился с дороги, и сделал всё ради спасения преступницы. Той, которую лицезрел впервые. Попытался бы меня остановить. И мне бы пришлось поступить с тобой так же, как с ней… – она кивнула в сторону трупа.
Я не хотел её слушать. Каким же должно быть преступление, чтобы за ним последовало такое суровое «наказание»? Она же убила безоружную, совершенно голую женщину! Женщину!
– …так что, садись на лошадь, нам пора, – заключила госпожа.
– …что за «страшное» преступление могла совершить эта девица? Что за заклятья такие запретные? Зачем было с ней так обходиться?..
– Ты понятия не имеешь, о чём говоришь, – раздражённо отрезала древняя.
– Не имею! Конечно, не имею! Откуда мне иметь понятие о чём-либо в этой отвратительной земле, если здесь никто не может внятно изъясняться! Все только и делают, что махают кулаками и мечами! Ты мне ничего не говоришь!
– Замолкни, – как-то печально и отрешённо проговорила Металлия, отворачиваясь от меня и устремляя взор в сторону.
– С безоружной женщиной ты легко справилась, но не с теми тремя бугаями, что напали на меня в одинокой таверне, – прорычал я, сдавливая тонкую женскую лодыжку.
– Их вины я не усмотрела.
– Они намеревались убить меня! – выпалил я в ярости.
– Но не убили же? – равнодушно и на редкость терпеливо отвечала Металлия. – За одни лишь намерения мне следовало отнять три жизни? Мы наказываем поступки. Моли своих имперских богов покарать преступников, ведь это их вотчина – взымать за намерения.
Я освободил ногу Металлии Дрейк и отошёл поодаль.
– Довольно, – тихо и спокойно проговорил я. – Довольно с меня страха. Устал думать, что один неверный шаг, одно неправильное слово, и ты убьёшь меня. Ты будешь проклята Всевышними.
– Всевышние, – насмешливо проговорила Металлия. – Нет желания наблюдать, как имперские боги взирают на меня свысока.
– Ты и сама неплохо справляешься, глядя на всех сверху вниз, – прокричал я и почувствовал, как вспыхнули мои щёки.
– Послушай, человек. Ты знаешь, что такое Тчела́н? Вернее, Междумирье, ведь именно так вы, смертные, величаете этот кастр. Наверняка знаешь. И, полагаю, слышал неоднократно о вратах – червоточинах, что разверзаются на просторах Мирсварина, пропуская через себя отвратительных созданий. Читать заклятья, вызывающие подобное – страшное преступление, точно такое же, как и приобретать их. Это запрет, гирс. Я же оберегаю земли лунгов от подобной скверны. Наша несчастливица, Надива, или как её там звали, имела дурную привычку искать подобные заклятья и поплатилась за неё самой приемлемой ценой – жизнью. А теперь не испытывай судьбу, а то я тебя свяжу и брошу где-нибудь на перепутье. В седло, и в дорогу!
Не знаю почему, но для меня речь Металлии звучала убедительно. Несмотря на то, что вопросов не только не уменьшилось, но и прибавилось, я всё же последовал за ней. Спрошу обо всём через пару дней, когда та успокоится… если она успокоится… если я буду жив.
Я залез на лошадь и отправился следом за лунгом. Обернувшись на прощанье, взглянул на обезглавленное тело последний раз.
– Что будет с её останками? – обеспокоенно спросил я.
– Не знаю, – равнодушно отвечала Металлия. – Это не моя работа. Свою работу я выполнила.
– Их пожрёт твой жуткий питомец? – с бледным лицом проговорил я, но Металлия лишь расхохоталась в ответ.
– А что? Неплохо. Зачем добру пропадать! Игн Сех! – прикрикнула она, и мерзкий зверь подбежал ближе.
Вопреки моим ожиданиям, он не вернулся и не набросился на искалеченное тело Надивы. Найдет ли её дух упокоение без надлежащего погребения? Или же это тоже часть наказания?
– Вот, взгляни, – лунг протянула мне записи убиенной, из-за которых и приключился весь этот кошмар. – Что ты видишь, Валентор?
Я нетерпеливо распахнул книжицу, но обнаружил лишь множество непонятных начертаний, разрозненных букв, слов и рисунков, безмолвно взирающих на меня со страниц.
– Ничего… – прошептал я. – Это какой-то… бред сумасшедшего.
– Бред сумасшедшего, – отрешённо повторила Металлия. – Это успокаивает. Майна у тебя в крови недостаточно. Только лишь капля, – возвышенно заключила она.
– Майна? Что такое майн?
Она мне не ответила, вообще больше не разговаривала со мной в ту ночь.
Мне снилось, будто Металлия стоит где-то далеко, покрытая ночным мраком, но тело её укутано одеялом из звёзд. Что это значит?
Глава 3
И что мы имеем? Непонятый Тчелан, именуемый также Междумирьем, с которым, к слову, в Империи многие знакомы. Это – незримый, потусторонний мир, родина всех призраков, духов, бесов и злых, коварных сил, попасть в которой можно лишь после смерти, если не посчастливиться отправится на поля блаженства. Но что за червоточины и врата, о которых упоминала госпожа? Впервые слышу о таком. Также, как и загадочное слово «майн». Что такое этот майн? Судя по всему, он протекает в крови и необходим для колдовства. Колдовства! О котором я столько раз читал и думал, но с коим никогда не сталкивался, ведь все маги в Империи по большей части просто фокусники (это в лучшем случае).
Как жаль, что по заверениям лунга, во мне имелась лишь капля майна, недостаточная, видимо, для прочтения колдовских записей. Заклинаний?
Долгое время мы добирались до замка Металлии. После того, как оставили позади долину Ас Кунар и преодолели подножье Сверкающих гор, дорога изменилась, сделавшись значительно легче. Два с половиной дня мы двигались гораздо быстрей, чем прежде. Частенько на пути встречались различные людские поселения, мало чем отличающиеся по внешнему виду от имперских деревень и городов. Похожие на них, слово зеркальное отражение. Когда я озвучил такую мысль, госпожа задумчиво проговорила:
– Ты понимаешь суть зеркального отражения? Оно всё оборачивает на иную сторону.
Я мудро решил промолчать.
Потому ли мы так редко посещали эти невзрачные деревеньки и никогда не останавливались в них на ночлег, избирая для такой цели более «удобные» места под открытым небом?
Замок Металлии расположился в центре Равнинного Дэля, одного из самых просторных и плодородных наделов Мирсварина. Зовётся имение «Эль’Кавре», что переводится с хатра как «светлый замок». Я воспрянул духом, теша себя надеждами на приятное и гостеприимное место. Некое прекрасное зрелище.
Кроме этих сведений, Металлия мне почти ничего не сказала за всё путешествие. Ни упрёков, ни наставлений, ни наказов. Ни слова лишнего. Хотя, данное обстоятельство не особенно-то удивляло. Мое поведение в долине Ас Кунар могло вызвать ещё худшую реакцию, чем просто молчаливое недовольство.
Всё то время, что заняло у нас путешествие, во мне боролись противоречивые чувства. Эта женщина… можно ли вообще Дрейк назвать женщиной?.. Она кажется жутковатой персоной. Сложно понять, что же ей движет на самом деле – сначала она говорит одно, затем противоположное. Сначала спасает меня, собственно, ничем не приметного и совершенно бесполезного ей учёного. Таскает меня за собой, опекает, хотя, давно бы ей пора избавиться от назойливого присутствия чужака… Дрейк без колебаний убивает беззащитную женщину, но помогает никчёмному историку? Почему?
Может, ей скучно? Или я чем-то приглянулся лунгу? Возможно… она играет со мной, тянет время, накаливая обстановку и выжидая подходящего случая. С другой стороны – сколько уже, этих случаев, имелось? Или перворожденные древние тоже тщеславны, и ей показалось интересным то, что в своей работе я непременно примусь ссылаться на её имя? Металлия Дрейк. Или же, дела обстоят гораздо хуже, и я нужен воительнице для каких-то неведанных, жутких целей? Страшного колдовства, запретных чар, тёмных, мрачных ритуалов? Жертва, жрец и жертвенник?
Вообще, моё положение выглядит довольно забавным со стороны – странное ощущение, когда источник безопасности и опасности сливаются в одно целое. О лунгах говорят отвратительные вещи в Империи. Что те – страшные, бессердечные, неумолимо жестокие, безумные и неуравновешенные, с лёгкостью перескакивающие от радости и воодушевления до отчаяния и гнева. Гнев. Их неотъемлемая черта, как и полное отсутствие возможности сдерживать его проявления.
Толкуют, будто древние убивают из прихоти, кровожадные, словно чудовища, оскверняют тела жертв. А их могучим чарам никто не в силах сопротивляться, даже драконы. Правда ли это? Разве моя госпожа, Металлия, такая? Она подарила мне чудесный инструмент для письма под названием дашр. А единственную несдержанность в путешествии покамест проявил только я, далеко не древний человек.
На горизонте уже виднелся замок, и оставалось только догадываться, что меня там ждёт – четвертование или виселица, или, может, пир, вино и девицы. Я усмехнулся, но Металлия меня не услышала. Хорошо смеётся последний? Кто из нас двоих им окажется?
Должен заметить, что Эль’Кавре совсем не выглядел светлым. Даже наоборот. Сложенный из обширных блоков тёмной горной породы, замок изобиловал ажурными деталями, причудливыми узорами, стрельчатыми арками, переходами и столбами. Строение всецело не соответствовало собственному наименованию – это скорее мрачный дворец, нежели полноценный замок с крепостными стенами, рвом, укреплениями и башнями. Правда, две башни у затейливой постройки всё же имелись, возвышаясь над округой – небольшим садом, засаженным яблонями, розовыми кустами и шиповником. Меня пробрала лёгкая дрожь без видимых на то причин.
После того, как конюх забрал лошадей и направился в сторону своих владений, я на пару с госпожой поднялся по ступенькам парадной лестницы. В дверях нас встречала высокая и стройная женщина. Привлекательная и пленяющая, она обладала длинными, слегка вьющимися каштановыми волосами, в пышной копне которых я не сразу разглядел непропорционально длинные уши. Эльф! Самый настоящий эльф! Тёмно-зелёное платье из плотного сукна, расшитое золочёной вязью по кайме, развевалось на ветру. В ушах девицы звонкой трелью пели дрожащие золотые серьги. Я вылупился на неё, словно на диковинный, невиданный цветок.
– Это ещё кто? – недовольно нахмурив тонкие, изящные брови, спросила незнакомка. – Нет, так это правда? Мина не шутила?!
– Это Валентор. Покажешь ему подходящую комнату, – равнодушно отвечала Металлия вопрошающей работнице.
– Ну уж нет! – запротестовала безымянная служанка. – Госпожа, это дурная идея! Дурно пахнет! Как и он сам!
Владелица замка прошла внутрь, и я последовал за ней, не понимающий, отчего мне все оказались так «рады» в окружении лунга.
– Тогда помой его, – с улыбкой отвечала госпожа в своей обычной манере.
– Но…
– Корна, разве это не ты из нас двоих веришь во всё лучшее? – уже серьёзно и как-то печально спросила Металлия.
– Госпожа, Вы верите в то, что лучший день настанет завтра. А я в то – что он сегодня. И сегодня правильней будет прогнать этого бродягу с нашего порога!
– Я не какой-то там бродяга! – возмущённо вступился сам за собственное достоинство. – Я – учёный, писарь и летописец, подающий немалые надежды!
– «Немалые надежды»! – иронично повторила эльфийка по имени Корна. – Немалые надежды, разве это то, что нам сейчас столь необходимо? Глупый человек…
Тем временем Металлия скрылась из виду, поглощённая тёмной пучиной плохо освещаемого центрального зала Эль’Кавре. Замка? Видимо, у лунгов совершенно иное понятие о том, что такое настоящие замки, или же это просто результат неверного перевода с хатра? Ошибка толкования?
Эльфийка продолжала причитать, вертя в руках пыльный плащ госпожи и бросая в меня губительные взгляды:
– …теперь весь замок пропитается его невыносимой вонью. Глупый, жалкий человек. Я не просижу более в кладовой и получаса! Нет, этому более не бывать…
Корна говорила обо мне так, словно меня рядом и не наблюдалось. Она не желала подолгу даже смотреть в мою сторону и разумеется не представилась как положено, стремясь скорее забыть о существовании незваного гостя.
Тут из полумрака выскользнула ещё одна служанка, одетая довольно просто и невзрачно, и Корна, окинув меня ещё разок недовольным взором, злобно проговорила:
– Зэла! Найди этому человеку пристанище, и помой его. От него смердит, – последнее слово надменная эльфийка произнесла с особым пренебрежением.
– На кухню отвести его, госпожа? – спросила светловолосая девица без признаков какой-либо заинтересованности.
Всё это время я стоял у стены рядом с дверью, отчаянно пытаясь вжаться в неё и сделаться как можно менее заметным. На кухню, значит? Уже совсем позабыл, что теперь я не Валентор из Империи, учёный и исследователь, а просто раб. А рабы исполняют самую грязную, тяжёлую и чёрную работу.
– Да нет же, – сердито вступилась Корна. – В пристойные покои, это гость хозяйки, молодой господин.
Эти слова меня очень порадовали. Служанка с безразличным лицом поманила меня жестом, и я последовал за ней.
Зэла, такая же неприветливая и холодная, как и все женщины, которых мне довелось повстречать в Диких Землях, устало проводила меня до нужной двери. Затем она удалилась, вернувшись через какое-то время с двумя вёдрами воды. Опорожнила их содержимое в деревянную кадку напротив камина, застланную полотном, и оповестила меня, что я непременно должен помыться, но воду греть для этих целей она не намерена. Следом в помещение прошла ещё одна служанка с вёдрами в руках. И я покорно залез в кадку, а Зэла тем временем выкрала мою одежду, со словами, что вещи отправятся в прачечную. Пока я плескался в ледяной воде, на тумбе рядом образовалась стопка из чистых, свежих нарядов – белых рубашек, сорочек, камзола, штанов, тёплого, вязанного кафтана и плаща.
Я самодовольно хмыкнул. И кто же я теперь? Раб или господин?
Помывшись, переодевшись и поев, я попытался заснуть. Никак не удавалось. Обычно, мне сложно погрузиться в сон в новой обстановке. Тем более, в замке было слишком холодно, даже камин не помогал согреться. Комнату мне выделили прекрасную – в таких ещё не доводилось гостить. Огромная кровать с балдахином, зеркало во всю стену (одно из таких, что стоят в Империи немалых денег), кушетка и ширма у камина, письменный стол. Даже терраса имелась. Но всё равно я ощущал некую чужеродность всех этих вещей.
За окном задувал ветер, ударяясь о цветной витраж. По помещению расползался лёгкий дребезжащий звук. Только я закрывал глаза, сразу видел чёрные, мёртвые глаза той зелёной, разрисованной.
Повертевшись в постели основательно, я не выдержал. Поднялся на ноги, оделся и отправился на прогулку – мне ведь никто не говорил, что покои покидать запрещено. Замок плохо освещался, а в руках я держал всего лишь трехрогий подсвечник. Но и этого оказалось достаточно – вокруг ничего не было. Ровным счётом ничего. Длинные, пустые коридоры, голые стены… изредка на них появлялись факелы, которые никто не потрудился зажечь. Печальное зрелище.
Вдруг, на стене помимо своей тени я обнаружил ещё чью-то. По спине побежали мурашки, я еле удержался, чтобы не закричать от неожиданности и удивления. Обернулся, и вздохнул с облегчением.
– Мина… ну ты меня и напугала, – прошептал я знакомой особе.
Манназ выглядела гораздо лучше, чем при нашем расставании. Её красивые волосы сдерживала невообразимо сложная причёска, усыпанная драгоценными камнями, блестящими под мерклыми янтарными лучами света, но пара прядей сзади оставалась распущенной. Локоны волнами спускались ниже талии. На девице красовалось бордовое платье на тугой шнуровке спереди, с длинными расклешёнными рукавами. В ушах Манназ мелодично позванивали массивные серьги, а над бровями, выложенные тёмно-зелёными каменьями, проходили две дуги, встречающиеся у переносицы. Глаза девушки сверкали в тусклом свечном свете.
– Удивительно, что ты ещё среди нас, – язвительно подметила она. – Что ты тут рыскаешь среди ночи?
– Не могу уснуть, – смущённо ответил я.
– Обокрасть нас вздумал? Ценности выискиваешь? – злобно прошипела ледяная красотка, сердито сотрясая головой.
– Ценности? – с насмешкой переспросил я, окидывая взглядом пустующий коридор. – А такие имеются?
– Тебе сделается не до шуток, когда я выпотрошу твоё червивое нутро! – угрожающе проговорила Мина, тыкая мне в нос пальцем, украшенным кольцами на двух фалангах.
– Что? Я просто не мог уснуть, вот и решил отправиться на разведку… так сказать…
Дамина лишь возмущённо вздохнула, давая всем своим видом понять, что не верит мне, и верить не собирается.
– Может, в замке есть библиотека, тогда я не буду просто «рыскать», а займусь делом? – возмущённо спросил я, ведь так устал чувствовать себя несправедливо осуждённым.
– Может, лучше просто лечь спать? Забыться сладостным сном или же страшным кошмаром?
– А ты чего же не спишь? – отразил я в ответ.
Дамина нахмурилась. Очевидно, я утомил её.
– Ладно, раз нет библиотеки, может тогда вина? Это скрасит мой досуг, – усмехнулся я, сочтя, что с подобными особами только так и следует общаться.
– Я тебе не служанка, чтобы вино подносить! – злостно огрызнулась непреклонная девица.
– Тогда покажи, где здесь обитают служанки. Где притаилась заветная кухня? Кладовая?
Возможно, Дамина – самая подозрительная из тех личностей, что мне довелось повстречать в последнее время. Неожиданно, она улыбнулась и пригласила меня в свои покои.
Обстановка в них, разумеется, оказалась богаче и роскошней, чем у меня. Первую из вереницы комнат, приёмную, полностью заполняла странная мебель – некие длинные скамьи с высокими спинками, с мягкой набивкой. Я недоумённо взглянул на хозяйку залов и спросил, указывая на загадочные предметы: