Охотница

Малышка внутри почувствовала настроение своей мамы и как будто погладила ее изнутри, давая понять, что она рядом. Вознесенская нежно погладила свой животик и прошептала:

– Ты не спишь вместе со мной, милая моя… Спи, родная, спи. Пусть тебе снятся самые сладкие сны. Я уже так люблю тебя… Так жду, когда мы сможем встретиться, и я смогу обнять тебя. Моя Соня…

Катя улыбнулась. Саша так часто называл ее, когда будил утром… Да, точно, Соня! Теперь она знает, как назовет свою крошку. Соня, Сонечка, София… Будущая мама столько думала, как же назвать свое маленькое чудо, а тут, в ночной тиши, имя само пришло к ней. Вознесенская София Александровна… Девушка хотела подставить другую фамилию, но она комом застряла в горле.

– Ты только моя, – отчетливо произнесла она. – Только моя и ничья больше! Твоему папе надо было раньше думать, а теперь мы справимся без него. И у нас все будет хорошо, милая. Я точно тебе говорю, я узнавала!

«А как же я? – услышала Катя голос Саши в своей голове. – Разве я не заслуживаю разделить с тобой это счастье? Разве ты больше не любишь меня?»

– Убирайся прочь из моей головы! – вслух сказала она. – Уходи! Я не хочу тебя слышать! Я не хочу больше думать о тебе! Пожалуйста, уходи! Я больше не могу так! Это невыносимо!

Слезы невольно потекли из ее глаз. Сколько раз Вознесенская обещала себе не плакать, но у нее не получалось. То ли беременность так влияла на нее, то ли постоянная ноющая боль в груди. «Может, все-таки рассказать ему?» – подумала она, но потом прогнала эти мысли.

Примечания