Украденная кавказская принцесса

Глава 5. Ясмина

Илья толкает меня за спину и вытягивает руку вперёд. Алихан смотрит на него как на грязь из-под своих ботинок.

– Алихан, – Илья будто превращается в скалу.

– Отойди, я хочу поговорить с девушкой наедине.

От низкого голоса мужчины у меня потеют ладони. Мне не впервой видеть сильных мира сего, но всё-таки Алихан отличается от них. Есть в нем что-то такое, что заставляет смотреть с распахнутыми глазами.

Алихан вздыхает на слова Ильи, будто надоедливая муха летает прямо над ухом. Хватает парня за лацканы пиджака и поднимает над землёй. Охранник пытается вырваться, но силы слишком неравны.

– Не надо, пожалуйста, – беру Илью за предплечье и смотрю на дикаря. – Не трогайте, он просто выполняет свою работу!

Алихан переводит на меня заинтересованный взгляд и встряхивает Илью.

– Мы поговорим, хорошо, только отпустите его.

Мужчина разжимает пальцы и Илья практически падает на спину.

Люди такой силы вообще существуют в реальном мире или он какой-то пришелец?

– Без свидетелей, – поднимает на Илью бровь и парень качает головой.

– У машины, иначе пулю в лоб поймаешь, – охранник огрызается, на что Алихан снисходительно улыбается.

– Очень страшно, но нет.

– Для человека, который делает такие внимательные подарки, вы ведёте себя странно, – поднимаю ворот пальто.

Алихан делает шаг в сторону и… закрывает меня от ветра.

– Рад, что тебе понравилась заколка. Надеюсь, увижу ее на твоих волосах, – поднимает уголок губ.

У меня есть пару секунд, чтобы разглядеть мужчину. Высокий лоб, нос с горбинкой. Между бровями морщина, которая делает его взгляд тяжёлым. Густая борода прибавляет возраста, хотя разница у нас и так большая – лет двенадцать, если не больше. У Алихана скорее обычная внешность, но энергетика настолько осязаемая, что он привлекает внимание на интуитивном уровне. А ещё у него много татуировок. На кистях, даже на фалангах пальцев, и под воротником расстёгнутой рубашки проглядывается рисунок. Зачем столько? Тату ведь не набивают просто так.

– Я не могу принять ваш подарок, – поднимаю глаза и встречаюсь с темным взглядом.

– Почему?

– Слишком дорогой. И вы… мы…

– Глупости, – сводит брови. – Главное, что тебе понравилось. Я хочу, чтобы ты уделила мне немного своего времени. Это всего лишь обед, Ясмина. Верну тебя домой в целости и сохранности, – убирает руки за спину.

– Нет, – отрезаю.

– Почему?

– Мой отец уже сказал вам своё решение, Алихан. Не нужно быть настойчивым, потому что…

Он поднимает руку и я застываю с открытым ртом. Убирает мои волосы за уши и я чувствую, как ползут мурашки по спине.

– Всегда нужно быть настойчивым, если ты хочешь чего-то добиться. Это жизнь, ангел мой.

От этого обращения у меня поджимаются пальцы на ногах, а язык прилипает к нёбу.

– В делах бизнеса, наверное, да. Но в человеческих отношениях – нет.

Ветер меняет направление и дует мне в спину. Алихан немного наклоняется вперёд, вдыхает полной грудью и прикрывает глаза. Он меня нюхал?...

– Во всем, Ясмина. И отступать я не собираюсь. Начнем с того, что я прошу немного времени.

– Для чего?

– Для нас.

Смотрю на него как баран на новые ворота.

– «Нас» нет, Алихан. И не будет.

Мужчина наклоняет голову к плечу и улыбается.

– А твои невербальные сигналы говорят другое, ангел мой.

Вспыхиваю на эти слова. Какие ещё сигналы? Он сумасшедший?

– Вы хотели поговорить наедине, мы поговорили. Если вас не устраивает ответ моего отца, значит, услышьте мой. И я говорю – нет, – бросаю на него смущённый взгляд и отворачиваюсь к машине. Всё это время Илья стоял у капота и следил за нами. Не уверена, что из-за ветра он мог слышать подробности.

Когда сажусь на заднее сиденье, прижимаю ладони к горящим щекам. Какой же он… Фух. Я не растерялась, хотя было страшно.

Илья хлопает дверью и заводит машину. Алихан всё ещё стоит у машины и смотрит в нашу сторону. Разве он не должен уехать?

– Ты в порядке? – спрашиваю Илью.

– Да. Но я должен сказать твоему отцу об этой встрече.

– Скажи, это будет правильно, – достаю телефон из сумки и вижу сообщение от Медины. – Почему папа так против Алихана?

– Возможно из-за разницы в возрасте, – Илья поворачивает налево и я хватаюсь за ручку двери.

– У моих родителей четырнадцать лет разницы, папу это не сильно беспокоило.

Открываю сообщение от сестры и вижу очаровательного щенка немецкой овчарки. Медина держит его на руках и так счастливо улыбается. Я рада, что сестра занимается любимым делом. Ставлю реакцию «сердечко» и убираю телефон.

– Ну, ты всё-таки дочь, это совсем другое.

Наверное, Илья прав. Все они правы, только вот никто не объясняет нормально.

Пока мы едем в оптику, я несколько раз проверяю телефон. Мысли постоянно возвращаются к Алихану, к его голосу и непривычному магнетизму. Говорят ли так про мужчин? Не знаю. Но Алихана сложно забыть. Он действительно как магнит притягивает к себе.

Потираю ладони и пытаюсь успокоиться.

Он уже знает, что отец отправил цветы и фрукты обратно? Скорее всего. Но ничего не сказал об этом, почему? Потому что это мелочь, Яся. Он спросил только про заколку, она имела для него бо́льшую ценность, но не цену.

Почему это всё так волнует? Не хочу думать о нем, но не получается.

– В этом торговом центре две оптики, – Илья поднимает ручник и поворачивается ко мне.

– Хорошо, пойдем, – улыбаюсь. – Поможешь выбрать оправу.

Мне подошли первые очки, которые я померила. Честно говоря, настроение никакое. Я пыталась отвлечься на разговоры с Ильёй, но мысли снова и снова утекали к Алихану.

Если я сказала ему в лицо, что отношений не может быть, примет ли он это?

Глава 6. Ясмина

День сегодня настолько отвратительный, поскорее бы он закончился.

Все думали, что наконец-то пришла весна, но погода решила внести свои коррективы. Вчера был дождь и снег местами сошёл, а сегодня ударил мороз и всё превратилось в каток. Аварий на дорогах куча и мы тоже «поцеловались».

Только что нам в бок въехала машина. Образовался затор и я сижу на заднем сиденье в полнейшем шоке.

Илья на улице рассматривает вмятину и с кем-то разговаривает по телефону. К счастью, я сидела справа, а удар пришелся на левую сторону. Испугалась очень. Чувствую как дрожат руки, а мысли путаются.

– Яся, рядом «Юрта», давай там посидишь? Аслан Анварович должен приехать и забрать тебя, а у меня сейчас комиссары и прочее, – Илья открывает заднюю дверь и пытается перекричать сигналившую позади него машину.

Зачем сигналить, если и так видно, что авария на дороге? Что за люди!

– Да, давай, – соглашаюсь, но всё равно не понимаю, что происходит. – Ты ведь в порядке?

– Ты уже спрашивала несколько раз и я сказал, что в порядке, – протягивает руку и я хватаюсь за нее. – Ты тоже в порядке, Яся, это просто шок. Удар был несильный, но громкий.

– А тот водитель?

– С ним тоже нормально всё. Он переобулся на летнюю уже, вот и не смог притормозить, – Илья держит меня за руку, за что я ему очень благодарна. Я в таком состоянии, не понимаю куда идти и что делать. – Провожу девушку и вернусь, – говорит мужчине, который в нас въехал.

«Юрта» в двух минутах ходьбы, мы заходим внутрь и нас встречает администратор. Я знаю как зовут девушку и всегда обращаюсь к ней по имени, но сейчас могу только кивнуть на ее улыбку. Честно, я всё забыла.

– Вам нехорошо? Может скорую вызвать? – девушка участливо интересуется, но я мотаю головой.

– Не надо, спасибо. Я просто испугалась, мы только что попали в аварию, – сажусь в мягкое кресло и чувствую, как обмякаю. Снимаю куртку и кладу ее на соседний стул.

– Принесу чай, который вы всегда заказываете, – администратор уходит и я тяжело вздыхаю.

– Илья, иди к машине, со мной всё нормально. Тем более, папа сейчас приедет. А машина открытая и документы там остались.

– Уверена?

– Да, меня уже отпустило, – улыбаюсь, но выходит криво.

– Телефон же с тобой?

– Конечно, – достаю гаджет из сумки.

– Будь на связи. Аслан Анварович был недалеко совсем, – проводит рукой по волосам.

– Хорошо. Не волнуйся.

Охранник уходит и я откидываюсь на спинку кресла. Илья не виноват в аварии, но знаю, что переживает. Машина принадлежит папе, но он не будет вычитать ремонт из зарплаты Ильи. А если и сделает так, я сама оплачу. Да, зарплата переводчика не такая большая, но у нас с сестрой достаточно денег на счетах от самого папы и от дедушки. Точнее, от двух дедушек. Иногда я искренне удивляюсь в какой семье родилась и сколько у нас в роду удивительных людей.

– Ваш чай, – администратор ставит передо мной заварник и чашку. Читаю имя на бейдже и улыбаюсь.

– Спасибо, Мира.

Девушка отходит к соседнему столику и я слышу обрывки фраз. Не то, чтобы я торопилась замуж, но будь у меня муж, я бы точно успокаивалась в его объятиях. В последнее время мне всё чаще хочется встретить своего человека, чтобы…

Кожу странно покалывает, а волосы встают дыбом. Провожу рукой по предплечью и не понимаю реакцию собственного тела. Но когда чувствую этот взгляд, медленно вдыхаю.

– Ясмина, – Алихан появляется словно из неоткуда. Большой, грозный и встревоженный. Последнюю неделю он каждый день присылал мне красивые букеты, но папа всё отправлял обратно.

– Я не в состоянии махать мечом на поле битвы, Алихан, – подпираю голову рукой и смотрю на мужчину. Он только с улицы, волосы немного взъерошенные, а на пиджаке тают снежинки.

– Ты испугалась, – садится напротив и загораживает собой вид на зал.

– Вы о чем?

Алихан кладет руки на стол и внимательно меня изучает. Что он вообще здесь забыл?

– На «ты», ангел мой. Я знаю про ДТП. И ты испугалась.

– Откуда ты узнал про аварию? – чувствую неловкость, что мы перешли на такое общение.

Он поднимает уголок губ, будто я спросила несусветную глупость.

– Я знаю каждый твой шаг, – наливает чай в чашку и двигает ко мне.

– Ты – сталкер?

– В некоторой степени, так и есть, – улыбается. – Но я бы назвал себя заинтересованным и вовлечённым.

– Во что?

– В тебя, ангел мой.

Опять это обращение. Алихан смотрит в глаза и я чувствую лёгкую дрожь.

– Сколько раз нужно сказать «нет», чтобы ты оставил меня в покое? – беру чашку в руки и подношу к губам. Чай горячий, но не кипяток. Делаю два маленьких глотка и облизываю губы. У Алихана едва заметно переливаются глаза и я понимаю, что он мог расценить это не так, как нужно.

– Никакая сила в этом мире меня не остановит, Ясмина. Я достаточно терпелив, – ведёт рукой по столу и накрывает мою ладонь.

Опускаю взгляд на наши руки и не вижу разницы. Мы оба смуглые, оттенок кожи почти одинаковый. Татуировки Алихана делают его кисть грубой, но на ощупь он другой. Всё же контраст: внутренняя мягкость прикрытая внешней жёсткостью. Я хочу перевернуть ладонь, чтобы убедиться в своих предположениях, но вместо этого одергиваю.

– Не нужно, – краснею. – Папа тебе уже всё сказал. И я, честно, не понимаю, почему ты продолжаешь настаивать.

Алихан убирает руку, но моя кисть пульсирует от его прикосновения даже на расстоянии.

– Ты моя женщина, Ясмина. Ты ещё это не поняла и не приняла, но дело времени. Я готов ждать сколько угодно, но это не значит, что я буду в стороне, – сводит брови и его взгляд опять становится подавляющим.

– Давно я стала твоей женщиной? Ты меня не знаешь и я тебя не знаю, – сжимаю кулаки под столом.

– С той минуты, как увидел тебя здесь. И знаю я о тебе если не всё, но многое. Жизнь длинная, ангел мой, каждый день будем узнавать друг друга.

У меня лезут глаза на лоб от этих слов. Какой же самоуверенный!

– Это звучит смешно, – складываю руки на груди.

– Это правда, Ясмина. И чем раньше поймёшь, тем лучше.

– Иногда самоуверенность играет злую шутку, Алихан. Потому что ничего между нами не будет. Ты ведь не глупый мужчина, но игнорировать очевидные вещи – странно, – встаю из-за стола и хочу уйти отсюда. – Твои цветы каждый день отправляют обратно, не жалко потраченных трудов?

– Тебе не понравились цветы? – мужчина смотрит на меня с благоговением.

– Красивые. И спасибо за внимание, но не стоит, – делаю шаг назад.

– Ангел мой, всё моё внимание сосредоточено на тебе, не нужно благодарить, – он улыбается, а у меня едва ли не останавливается сердце. – Если хоть один букет на секунду тебя порадовал – я уже доволен.

– Алихан, ты нарушаешь мое личное пространство.

– Разве? Между нами почти метр расстояния.

– Ты прекрасно понимаешь, о чем я, – сжимаю кулаки так сильно, что немеют пальцы. Не больно, но мне надо как-то противостоять этому напору.

– Что мне нужно сделать, чтобы ты захотела меня впустить в своё личное пространство, Ясмина? Скажи, я готов на всё. Любой каприз, – встаёт и подходит вплотную.

– Папа тебе не дал своё согласие. Пожалуйста, Алихан, – я снова делаю шаг назад, но мужчина делает два вперёд.

– Это меня волнует в меньшей степени. Гораздо важнее, чего хочешь ты сама, ангел мой.

А чего я хочу? Самой себе страшно признаться.

– Я боюсь тебя, – сглатываю.

– Не нужно бояться зверя, который ластится у твоих ног, Ясмина. Ни один волос с твоей головы никогда не упадет. Ты моя, принцесса. Пока я ещё даю тебе время привыкнуть ко мне. Но ты должна смириться, у тебя будет только один мужчина и это – я.

– Отойди от моей дочери, – за спиной Алихана гремит голос папы и мне становится так страшно, что я почти вскрикиваю.

Глава 7. Ясмина

Алихан поворачивается и убирает руки за спину. У папы за секунду на лице меняются эмоции от злости до сожаления.

Шамиль появляется следом и только сейчас я замечаю разницу между ними. Отец крупный, но Шамиль гораздо шире и выше.

– Папа, всё хорошо, – обхожу Алихана и чувствую дикое волнение.

– Не хорошо, – отец смотрит поверх меня. – Я сказал тебе не приближаться.

– Ясмина попала в аварию и была здесь одна, – спокойно отвечает Алихан.

– И ты решил быстро прибежать? – Шамиль делает шаг вперёд.

Воздух сгущается и я надеюсь, не будет драки. Но брат выглядит натянутым как струна, а папа едва ли держит себя в руках. Официант и Мира наблюдают из-за угла, но никто не пытается вмешаться в конфликт.

Пожалуйста, давайте просто уйдем.

– Это мой ресторан, я уже был здесь.

От голоса Алихана дрожат поджилки. Он спокоен, но в каждом звуке – угроза.

– Удивительное совпадение, – отец усмехается и я беру его за руку.

– Папа…

– Одевайся, Ясмина, – бросает. Вижу, как углубляется морщина между его бровей и проклинаю сегодняшний день.

Спорить бессмысленно. Страшного действительно ничего не случилось. Мы просто разговаривали, а потом папа и Шамиль пришли. Но сколько всего было до этого между ними. Никто не будет меня слушать, по крайней мере – сейчас.

Я тянусь к своей куртке, но Алихан перехватывает. Раскрывает одежду и ждёт, что я просуну руки в рукава. Мужчина смотрит в глаза, а я сейчас либо упаду, либо начну истерично смеяться. Он в своём уме вообще?

– Не надо, – говорю тихо. Я не хочу, чтобы кто-то пострадал. Тем более, мы в ресторане и здесь куча людей. А папу знают в городе.

Алихан опускает взгляд на губы и тело снова электризуется. Я не знаю, почему эти ощущения появляются. Мне страшно, что я плохо контролирую себя. И ещё сильнее пугает, что я не могу сама себе объяснить почему это происходит.

Мужчина моргает несколько раз, будто избавляется от наваждения. Глаза такие темные и глубокие, наверное, сама бездна гораздо меньше и светлее. Алихан отдает мне куртку и папа оказывается между нами. Они молчат, а лучше бы говорили. Шамиль не сводит глаз с меня, но рядом появляется мужчина и брат напрягается сильнее.

– Ещё один, – Шамиль поворачивается к незнакомцу, который очень похож на Алихана. Они братья и скорее всего, Алихан – старший.

– Алихан? – мужчина игнорирует Шамиля и сначала смотрит на меня, потом на Алихана.

– Всё нормально, Арвай.

Какое необычное имя, не слышала такое.

Папа подталкивает меня к выходу и я вижу испуганные взгляды гостей и персонала. Мне стыдно, что это было на их глазах, никто не должен знать о семейных разборках. Тем более, когда эти разборки могут печально закончиться.

Лицо горит, а мышцы будто сводит. Чувствую спиной взгляд Алихана и стараюсь быстрее выйти из ресторана. Папа кладет руку мне на плечо и я выдыхаю.

– Извини, – поднимаю на него взгляд. На улице меня трясет, скорее всего от перепада эмоций, а не температуры. Мы идём к машине Шамиля, которая точно стоит в неположенном месте.

– За что? – смотрит под ноги.

– Это всё из-за меня.

– Яся, – папа улыбается, но это нервное. – В чем ты можешь быть виновата?

Шамиль открывает машину и я залезаю на заднее сиденье. Папа садится рядом и трет руками лицо.

– Если бы ты крутила задом перед ним, ещё можно было подумать, что есть твоя вина. А так, – брат вставляет ключ в зажигание и проворачивает. – Алихан сам себе создаёт проблемы. И нам, – двигатель гудит и мы трогаемся с места.

– Какие-то проблемы на работе из-за этого? – поворачиваюсь к папе.

– Нет. Проблема только в том, что он не отступает, дочь.

– Как банный лист к заднице прицепился, – брат выезжает на дорогу и я кладу голову папе на грудь.

– Шамиль, – папа смотрит на него в зеркало и тот щурит глаза. – Выбирай выражения.

При нас братья и папа редко ругаются матом или говорят некрасивые выражения. Мне без разницы, я на это не обращаю внимание. Но всегда умиляет, что папа пытается сохранить эту чистоту в отношениях.

– Почему ты против Алихана? – поднимаю голову. – Никто из вас ничего не говорит, сплошные загадки. Я не понимаю кто он и что, это всё-таки меня касается напрямую.

Папа вздыхает и сводит брови.

– Он бандит, дочь. И вся семья у него такая. Не будь грязных дел, я бы подумал в его сторону. А так, опасно быть рядом с таким человеком. Но эта настойчивость, – усмехается. – И радует меня, с одной стороны, что Алихан не отступает и так хочет твоего внимания. Пришел свататься сразу, но не потому, что хотел породниться со мной, как все предыдущие. А тебя хотел. И калым огромный предложил. Не в деньгах дело, Ясмина. А в желании и поступках. Цветы эти каждый день, – вздыхает. – И смотрит на тебя как на драгоценность. Всё хорошо, кроме семьи и бизнеса. А это важная часть жизни, что я не отдам тебя на авось пронесет.

Теперь понятно, почему у Алихана такая тяжёлая энергетика. И ведёт он себя характерно. Но почему это всё не пугает, как должно…

У клиники, Алихан был груб с Ильёй, а сейчас не набросился на папу и Шамиля. Почему? Потому что они – моя семья или причина в другом? И Арвай этот, тоже мог сцепиться с Шамилем.

Не понимаю.

Не хочу никаких разборок. Не хочу, чтобы папа и братья переживали лишний раз.

А чего хочешь, Яся?

Глава 8. Ясмина

Кутаюсь в теплый халат и залезаю под одеяло. Ощущение, что завтра проснусь с больным горлом и температурой. После горячей ванны меня расслабило и я почти засыпаю на ходу.

Телефон вибрирует под подушкой и я со второй попытки его достаю.

– Привет, – улыбаюсь, когда принимаю звонок.

– Привет. Как ты себя чувствуешь? – дедушка спрашивает бодрым голосом, хотя у него почти ночь.

Так сложилось, что у нас три дедушки. Папин и два маминых. Жизнь иногда делает выкрутасы, что голливудские режиссеры могут только позавидовать такой фантазии. Родной отец мамы узнал о ней, когда она была уже взрослой. А дядя воспитывал её с младенчества как свою дочь. Запутанная история, но сейчас все живут в мире и согласии.

Александр Разумовский – мамин родной папа, один из самых крупных предпринимателей у нас. Сейчас активно «прокладывает» свой бизнес в других городах. Уже полгода катается в Тобольск и готовит к открытию новый торговый центр. Очень хочу съездить, погулять по историческим местам и провести немного времени с дедушкой.

– Уже всё нормально, – ложусь на бок. После аварии все позвонили с вопросом, что со мной. Меня ещё немного трусит, но не от происшествия на дороге, а от него…

– Точно? Не болит ничего?

– Точно, – зеваю. – Как у тебя дела? Давай лучше о хорошем.

– Да в норме всё. Ходил сегодня в Тобольский Кремль, время появилось наконец-то.

– Ты только сходил в самую большую и значимую достопримечательность? – удивляюсь.

Дедушка смеётся и я мысленно рисую, как он сейчас выглядит. Мы виделись как раз полгода назад. Всегда удивляюсь его работоспособности, он почти не спит, постоянно что-то придумывает и реализует.

– Времени вообще нет, Ясёнок. Всё уходит на работу, но сегодня появилась возможность. Фотки сделал тебе, – слышу в динамике его шаги.

– Скидывай, очень хочу посмотреть.

– Может приедешь? Сама и посмотришь всё. У Медины правда отпуск не скоро ещё, но ты на удалёнке же.

– Надо подумать, – кусаю губы. – Она тоже бы хотела проветриться.

– Сань, смотри, – кто-то зовёт дедушку вдалеке. – Блин, Яся, мне надо бежать, – извиняется. – Фура приехала, надо проверить всё. Позвоню завтра, ладно?

– Конечно, звони, как будет время, – отключаюсь.

Я бы хотела съездить в небольшой отпуск с Мединой. Был период, когда сестра «душила» своей близостью. У меня были свои интересы, хобби и друзья, а ей надо было, чтобы мы всем занимались вместе. Тяжело было, Медина много плакала, думала, что я бросаю ее. Но потом сепарация случилась и мы как будто стали ближе. У нее сильный характер, но я часто думаю, что те моменты всё-таки ранили её. Хотя когда мы дали друг другу свободу, Медина словно расправила крылья.

Смотрю на коробку с заколкой и прячу нос в одеяле.

Не могу не думать об Алихане. Этот взгляд, эта настойчивость. Даже папа признал это, хотя он редко кем восхищается.

Тянусь к коробке и снимаю крышку. Заколка очень красивая и чем дольше смотрю на нее, тем сильнее меня завораживает. И сама заколка и поступок. Как он узнал? Почему выбрал именно её?

А почему отправляет именно эти цветы, будто заранее знает, какие мне нравятся? Алихан ведь не мог взломать мой аккаунт в Пинтерест и просмотреть скрытые доски. Хотя…

Кручу заколку в руках и чувствую тепло в ладони.

Одно прикосновение, Ясмина.

Всего одно прикосновение и сердце заходится от воспоминания.

Зачем ему столько татуировок? И они не похожи на такие, как у мужчин из криминальной хроники. Там что-то совсем другое. Что?

Телефон загорается от входящего сообщения и я чуть не подпрыгиваю. Быстро снимаю блокировку и расслабляюсь, когда вижу, что это сообщение от дедушки. Восемь фотографий отправил. Хорошо. Посмотрю, потом…

Захожу в диалог с Алиханом и перечитываю.

Ангел мой.

Внутри завязывается узел из непонятных эмоций и ощущений. Настораживает, но тянет. Давит, но что-то зажигает. Алихан и не пытается быть загадочным, говорит прямо все, но что-то в нем такое, что оставляет белые пятна.

Ввожу в Яндексе – Алихан Мансуров, но не находит ни одной нужной статьи. Стираю и набираю – Арвай Мансуров. Тоже ничего. Странно.

Папа сказал, что Алихан бандит. И по его одежде и машине слишком очевидно, что он крупный игрок. На таких людей всегда куча информации в интернете, но почему я ничего не нашла?

Кладу заколку в коробку и осторожно убираю на тумбу. Пальцы пульсируют, но я не хочу об этом думать. Всё в моей голове, я сама придумала чувства, которые не должны быть. Эти отношения, к счастью, никогда не случатся. Папа прав во всем и я не имею права сомневаться. Надо просто забыть. Чем быстрее забуду, тем лучше.

Но Алихан везде, Яся. Не только в твоей голове.

Утром просыпаюсь от топота за дверью и мужских голосов. Надеваю пижамные штаны и вылезаю из-под одеяла. Горло всё-таки болит, а нос заложен. Надо быстрее что-то выпить, чтобы не было осложнения.

Выхожу в коридор, слышу ругань папы и Халида, моего старшего брата.

– Надо что-то делать, отец! Три склада сгорели! – Халид ходит кругами и тянет бороду. – Похрен на деньги, там люди работали.

– Аслан, пожалуйста, – мама берет отца за руку, но он отмахивается и валит на пол рядом стоящий комод. Раздается грохот и я вздрагиваю.

Случилось что-то страшное.