- -
- 100%
- +
– Фома? Ты меня слышишь вообще? – У меня перед глазами пощелкали пальцы. – Твою мать, Карапетов, приди уже в себя! – Рявкнула она.
– Как можно убить себя, если ты оборотень? – Поднял я на нее взгляд.
Клавка беспомощно посмотрела на Клима.
– Тебе так Дамира не понравилась? – Уточнил он.
Я резко помотал головой. Мне бы гораздо больше подошла эта же Арина со своей средней внешностью, или даже Вера Родионовна… Но природа выбрала для меня эту красивую Дамиру.
– Она на меня даже не посмотрит. Лучше сразу… – пробормотал я.
– Так, предлагаю отвезти его в Май, пока он тут делов не натворил, – психанула Клавка. – Макс его там прокапает чем-то нормальным. И Хозяину надо сказать, пусть мозги ему прочистит! Хотя Николай Николаевич сейчас занят городом. Наверное, не стоит его беспокоить?
– Согласен, – кивнул Клим и вышел из моего кабинета. Точнее, того, что от него осталось. Ремонт придется делать… Он вернулся меньше, чем через минуту и протянул мне платок. Ее платок. – Держи, поможет продержаться какое-то время. И вообще, я думал Дамиру поселить в своем старом доме, но теперь мне кажется это плохой идеей. Она поживет у тебя в особняке, пока ты ее к себе не привяжешь. Понял?
Клавдия хмыкнула, а я нахмурился.
– А если она не захочет? – Уточнил и вдруг почувствовал, что от платка пахнет ей. Прижал ткань к лицу и жадно вдохнул.
– Захочет. А ты уже будешь за ней ухаживать. Ей деваться некуда, так что будь добр, разберись с этим побыстрее, – рыкнул глава поселка и вышел из кабинета.
– Я сейчас позвоню и Градов отвезет тебя к Максу, – Клава тоже вышла за дверь, оставив меня одного в разрушенном кабинете.
Я же пытался спрогнозировать хоть один шанс, что Дамира согласится терпеть мое присутствие хоть какое-то время. Нет, определенно судьба – великая шутница. Сейчас я это в полной мере ощутил на своей шкуре.
– Что с ним? – Я даже не заметил прихода Акима, который теперь с любопытством рассматривал меня.
– Любовный шок у него. И тихая внутренняя истерика, – Клавка тоже склонилась надо мной. – Давай, помоги его поднять.
– А чего шок? Баба страшная попалась? – Хмыкнул Градов. – Ай! – Он ошалело уставился на меня, получив затрещину. При этом руки я вообще не контролировал.
– Сейчас еще от меня подзатыльник получишь, скоморох, блин… – пригрозила Клавдия. – Тащи давай его к машине.
До машины меня несли, просто перекинув через плечо. Сгрузили на заднее сиденье, рядом уселась оборотница, с тревогой смотревшая на меня.
– Фома, уверена, что все нормально будет. Думаю, что тебе в пару не попала бы непроходимая дура. Да и в крайнем случае, можно просто дать ей твоей крови и все, – принялась она перечислять способы.
– Я так не хочу, – дрожащей рукой я снова прижал платок к носу. Это позволяло хоть немного контролировать себя.
– Тогда придется по старинке. Я знаю Аринку, не думаю, что у нее совсем глупая подруга. Давай, соберись. У тебя времени только до завтра. Тебе эту твою женщину нужно будет еще на работу принять. А ведь учебный год на носу, – принялась увещевать она. – А школа в Березкино одна. Интернат опять же. Кто будет детьми заниматься?
Я кивнул, принимая ее слова во внимание. Действительно, чего это я? У меня есть определенные обязанности, которые больше никто на себя не возьмет. Но это все окажется бессмысленным, если Дамира меня отвергнет.
Я даже не заметил, как мы приехали к санаторию, настолько глубоко я погрузился в свои мысли. Лишь, когда меня вновь перевалили через плечо, я растерянно повертел головой. Клавка права, пора приходить в себя.
В ангаре Макса меня сгрузили на кушетку.
– Я сам, – нахмурился, пытаясь сесть. Почему меня конечности не слушаются? Это ненормально. Я прекрасно помню, как после встречи с Ариной Владимировной Клим убежал из школы на своих двоих. – Что со мной не так? – Вздохнул.
– Фома, успокойся. Сейчас Макс что-нибудь придумает и все нормально будет, – Градов хлопнул меня по плечу и посмотрел на нашего признанного гения.
Максим суетился, раскладывая на столике какие-то инструменты и препараты.
– Сначала кровь у тебя возьму, – объявил он… радостно.
– Я ему седативное вколола, – поделилась Клавдия.
– На состав крови это не сильно повлияет, – отмахнулся парень, подставляя пробирку. Набрав кровь, он отправил ее в круглый приборчик, а сам уложил меня на кушетку и поставил капельницу. – Сейчас снимем с мышц излишнее напряжение. Не знаю, сказали ли тебе об этом, но у тебя глаза светятся. Значит, ты – нормальный оборотень, – так вот чему он так обрадовался. – Я давно подозревал, что у тебя просто заторможенное развитие. Вон, Алиска у нас сколько лет в замороженном состоянии жила, пока Георгия не принесло. И гляди-ка, нормальная же женщина сейчас.
– Мне не тридцать лет, чтобы взросление началось, – нахмурился я.
– Так у тебя и случай более запущенный. Я вообще подозреваю, что как только ты хлебнешь крови своей ненаглядной, то у тебя и тело начнет меняться. Я читал в записках примерно двухсотлетней давности, что такие случаи бывали, – огорошил он меня. – Человек сначала похож на обычного, а потом р-раз, и оборотень. Все думали, что это, потому что его оборотень покусал, а на самом деле – это он пробовал кровь своей пары.
– У нас есть такие записки? – Изумилась Клавка.
– Да. Хранятся в личной библиотеке Хозяина под его присмотром. Мне их Вера Родионовна показала… – с благоговением произнес Максим. Он вообще к жене Хозяина относился почти как к богине. Да и почти все мы так ее и воспринимали.
– Лучше места не придумать, – согласилась Клавдия.
– Но… Если я попробую ее кровь, то умру, – напомнил я им.
На меня уставились три пары удивленных глаз.
– Чего это? – Первой отмерла Клава.
– Она же красивая, – с придыханием сообщил я, чувствуя, как мои мышцы расслабляются. Еще минута, и я смогу управлять конечностями.
– Ты что ему вколол? – Нахмурился Аким, посмотрев на Макса. – Он определенно бредит. Вон, помирать собрался.
– Я не собрался, – грустно парировал. – Просто, если я попробую ее кровь, то уже не смогу без нее жить, а она со мной никогда не согласится…
– Чушь! – Вскинулась Клавдия. – Ты отличный мужик, с тобой не страшно рожать детей, и вообще! Для семейной жизни ты подходишь куда больше, нежели Лохматов.
– Он красив, – поморщился я.
– Он для всего Березкино устраивал представление, когда ходил ночью голый через весь поселок, – хихикнула она. – И всего лишь потому, что додумался разозлить Дыя. Надеюсь, что у тебя до такого не дойдет!
– Точно! – Я вскочил на кушетке и попытался содрать с руки капельницу, но Градов быстро уложил меня обратно, припечатав за плечо так, чтобы я больше не думал дергаться. – Точно, – повторил и посмотрел на Клавдию. Уж она-то должна меня понять. – Отвезете меня на поляну к Вечному лесу. Буквально на пару часов. Если во мне есть хоть что-то от оборотня, то… Дый же услышит…
Клавка с Акимом переглянулись. Макс задумчиво смотрел на меня.
– Это может сработать, – задумчиво сказал он. – Наш божок любит свои создания и обычно помогает им.
– Хозяину он помог только тогда, когда тот пообещал ему переломать весь лес, – скептически напомнила Клавка.
– Хозяин не оборотень. Более того, они воспринимают друг друга, как равных, и позволяют жить друг другу только потому, что оба относятся к оборотням крайне покровительственно, – покачал головой Максим. – Но в данном случае лучше просить помощи у Дыя, а не у Хозяина, чтобы не пугать девушку лишний раз.
– Действительно, лучше нечистая сила, чем физическая, – скептически фыркнула Клавдия.
– Так отвезете? – Вновь спросил я.
– Отвезем, – кивнул Градов.
Через час я уже сидел в машине и смотрел на склоняющееся к горизонту солнце. Клавка тихо фыркала рядом, потому что не верила в успех моей затеи. Но, если у меня есть хоть один процент… мне просто нужно его использовать. Я буду рассматривать все возможности, если это хоть как-то увеличит мой шанс на отношения с Дамирой.
– Я все-таки не понимаю, – всплеснула оборотница руками. – Ты третий оборотень в Березкино, пятый нечеловек во всем «Май-плюсе», но при этом ты идешь в лес, чтобы поговорить с божественной силой? Да дай ты этой девчонке денег (они же у тебя есть) и она на все будет согласна.
– Тоже будешь покупать любовь, когда придет время? – Печально спросил ее.
– У меня еще полно времени, – хмыкнула она. – А вот ты прекрати ныть и причитать. Девчонкам нравятся сильные мужчины, а ты ведешь себя, как тряпка.
– Клавдия! – Строго одернул я ее, вспомнив, что все же являюсь директором непростой школы и не менее непростого интерната.
– Ну, вот! Уже лучше, – обрадовалась она.
На переднем сиденье заржал Градов, наблюдавший за наше перепалкой. Весело ему!
– Приехали! Иди к поляне, мы подождем тебя здесь, – указал он в сторону леса, остановив машину.
Я кивнул, выпрыгнул из машины и отправился на поляну. Разделся, аккуратно сложил одежду, зная, что Клавдия подглядывать не будет. Сел на траву рядом с лесом и взял в руки платок Дамиры. Чуть помолчал, формулируя просьбу. Потом тихо запел и принялся раскачиваться, надеясь попасть в вибрации энергии леса. Через какое-то время пришел заинтересованный отклик. Я как мог объяснил свою проблему. Дый задумался и прислал мне волну одобрения. Он мне поможет?
Открыл глаза уставился в небо, где занимался рассвет. Общение с Дыем заняло всю ночь, и я безумно устал. Но я ни о чем не жалел.
Глава 3
Дамира
Я в нетерпении выглядывала из окна машины.
– А здесь интернат. Его сделали рядом со школой, чтобы удобнее было. Так что тебе придется и с ним помогать Карапетову, – вещала Аринка.
– Фома сам все расскажет, – хмыкнул Клим и свернул в небольшой проулок за школой. Мы проехали еще метров пятьдесят и остановились рядом с двухэтажным… особняком. – Вот, твое место жительства пока что, – указал он на здание.
Я же с сомнением рассматривала белые мраморные колонны и статуи на крыше.
– Это жилой дом? – Уточнила, выбираясь из машины.
– Да. В правом крыле сейчас живет Карапетов и один мальчишка из интернатовских. Он не смог там с детьми… общий язык найти. Вот здесь и живет. А левое крыло полностью свободно, и ты будешь жить там, – самодовольно отозвался глава Березкино.
Я покосилась на этого мужика, но промолчала. Возможность пожить в таком месте не всем в жизни выпадает…
– Мне сказали, что зданию уже больше ста лет, – Аринка подошла к кованным воротам.
– Да, его построил еще двоюродный дед Фомы, который потом и нашел никому не нужного мальчишку на просторах страны. Деда потом на войне убили, – Лохматов резко замолчал и покосился на меня.
Я нахмурилась. На какой войне? У нас пенсионеры в таких мероприятиях не участвуют вроде бы. Да и Карапетов не выглядел старым, чтобы… Я тряхнула головой. Кажется, мне тут кто-то сказки рассказывает… А потом я вдруг осознала одну вещь. За все время, пока я находилась в Березкино, я не видела ни одного пожилого человека. Ни одна старушка мимо не прошла. Нет, может быть, я просто внимания не обратила. Так надо срочно обратить…
– Идем, – Клим вытащил из багажника мои сумки, собрал их в одну руку и толкнул ворота, которые беззвучно распахнулись.
Я с удивлением увидела припаркованные на площадке перед домом три машины разного размера. Это все машины директора? Странные они какие-то. И что это за школа такая, где директор может себе позволить содержать особняк и покупать машины в таких количествах? Эти мысли я оставила при себе, надеясь, что постепенно пойму, что именно меня в этом всем беспокоит.
– Аллу надо будет позвать, – Арина посмотрела на мужа.
– Думаю, что пока не стоит. Пусть пока так… – Лохматов открыл большую деревянную дверь особняка и пропустил нас внутрь. – Заходи. Здесь налево…
Мы очутились в просторном изящно отделанном холле, из которого вели три двери в разные стороны и лестница наверх. Я грустно посмотрела на пол из белого мрамора и прикинула, сколько сил понадобится, чтобы поддерживать его в чистоте. А еще две колонны, поддерживающие потолок, были слишком высокими, чтобы их можно было мыть вручную.
– А какой-нибудь прислуги здесь не будет? – Сделала я брови домиком.
Подруга поджала губы.
– Думаю, что все же стоит пригласить сюда Аллу, – с нажимом сказала она.
Лохматов остановился и ласково взглянул на супругу.
– Дорогая, давай дадим твоей подруге освоиться пару дней. Алла сейчас все равно занята тем, что носится по Маю и пытается сдержать эпидемию в городе, – улыбнулся он.
– Эпидемию? – Поежилась я.
– Ее самую. У нас неконтролируемая волна беременностей, – вздохнул он и толкнул высокую дверь.
Я, заглянув в проходную комнату поежилась. Здесь явно давно никого не было. Белый пол казался серым от пыли, а мебель была укрыта такими же серыми пыльными простынями.
– Пипец! – Простонала я.
– Что-то я об этом не подумал, – вздохнул Лохматов, прошел к следующей двери и толкнул ее. Там оказалась та же картина. И главное, видно, что особняк делали с любовью и каждая комната была отделана в своём стиле. Но все здесь было так запущенно в плане уборки, что жить здесь не представлялось возможным. – Так, ясно… Поживешь пару дней на половине Карапетова. Комнат там достаточно, и они все в надлежащем состоянии.
– Я не буду жить в одном крыле со своим начальником, – психанула я. На меня с интересом посмотрели две пары глаз. – Это неприлично.
У Клима брови в буйной шевелюре затерялись, а Аринка прыснула со смеху.
– Мир, Фома Измаилович приличный человек. Поверь, он не будет тебя… оказывать тебе излишние знаки внимания, – смеясь, сказала она.
Я вздохнула и тут же чихнула из-за пыли. Да уж, на совей половине я просто не выживу со своей аллергией. Придется подчиниться и пожить пару дней не там, где планировала. Ладно, все же особняк – не каморка в общежитие, где я провела последний год.
– Хорошо, ведите меня туда, где можно пожить два дня, – согласилась.
Лохматов тут же резво развернулся и пошагал в сторону холла. Мы поспешили за ним. Но едва мы вышли на общую территорию, как мимо колонны прошмыгнул тощий пацан.
– Тихон, – окликнул его Лохматов и парень испуганно замер у двери. – Привет, – он шагнул к нему.
Паренек вдруг согнулся в поклоне и пробормотал.
– Здравствуйте, – и так и остался стоять, не разогнувшись.
У меня глаза на лоб полезли. Это что еще такое?
– Тихон, познакомься. Это Дамира Алмазовна, новый секретарь Фомы Измаиловича. Она будет жить здесь, – ласково пояснила Арина.
– Э-э, – протянул пацан, округлив и так большие глаза.
– Карапетов в курсе, – отрезал Лохматов, отчего мальчик резко выпрямился и втянул голову в плечи. И чего он так боится Клима? – Так что покажи Дамире Алмазовне свободную спальню, – он протяну руку с сумками парню. Тот осторожно подошел и взял сумки в руки. – И покажи ей здесь все, – велел Аринкин муж, подхватил ее под локоток и вывел из дома, оставив нас с этим странным парнем наедине.
Мальчишка, кстати, заметно расслабился.
– Давай мне сумки, тяжело же, – я шагнула к мальчику, но он резко отступил назад. Его здесь бьют что ли?
– Я сам, – нахмурился он, взяв себя в руки. – Идемте, – он подошел к лестнице и принялся подниматься вверх.
Я отправилась за ним, не понимая, почему этот тощий парень тащит сумки так же легко, как и Лохматов. Я сама их собирала и знаю, что они тяжеленные, а у паренька не сказать, что много мышц.
– А давно ты тут живешь? – Участливо поинтересовалась я, разглядывая интерьер второго этажа.
– Полгода, – нехотя ответил он. – Вот ваши комнаты, – указал он на дверь.
Открывать дверь пришлось самой, так как мальчик не спешил это делать. Это действительно оказались комнаты. Сначала шло что-то вроде гостиной, затем спальня и гардеробная. Слева была собственная ванная. Только кухни здесь не было, а так полноценная квартира.
– Вау, – выдохнула я, разглядывая все это. Что-то мне уже расхотелось переселяться на пыльную половину. – А кто здесь жил до меня?
– Не знаю, – пожал плечами пацан, с интересом наблюдая за мной. – Когда я сюда приехал, здесь никто кроме директора не жил.
– Угу, – я оторвала взгляд от интерьера и посмотрела на ребенка. Так, надо налаживать контакт, раз уж нам предстоит вместе жить какое-то время. – Так, давай договоримся, что дома ты будешь звать меня просто Дамирой. А я тебя Тихоном. Договорились?
– Вообще-то меня Тихомиром зовут, – бросил парень, но мою протянутую руку пожал.
– Отлично, – улыбнулась. – Ну, Тихон-Тихомир, показывай мне кухню и холодильник. Чем вы тут вообще питаетесь?
– Фома Измаилович сам готовит, – пожал плечами мальчик и повел меня вниз.
Помимо холла на первом этаже оказались кухня и… тренажерный зал. Ого, собственный зал под боком не мог не радовать. Интересно, зачем он директору, у которого несколько… неспортивная фигура? А вот кухня… Она оказалась просто огромной и была соединена со столовой. И зачем одинокому мужчине такой большой стол?
Я все внимательно осмотрела, заглянула в холодильник и поняла, что есть нам с Тихомиром нечего от слова совсем. Я виновато взглянула на мальчугана и принялась вспоминать, сколько у меня денег осталось. Что-то как-то я не готова была к такому повороту событий. Аринка же сказала, что как только меня устроят, то сразу выдадут деньги, а здесь вон чего… Нет, у меня есть немного, но все же хотелось бы ясности в этом вопросе.
– И чем мы ужинать будем? – Спросила печально у холодильника.
Тихон тоже сунул свой нос в белую дверь и пожал плечами.
– У нас в столовой интерната ужин через полчаса. Вас, думаю, тоже покормят, – предположил он.
Я тут же воодушевилась. Столовая – это хорошо. Интернат – это плохо. С третьей стороны, мне иногда где только питаться не приходилось, так что потерплю общество оборванцев и голодранцев.
– Так, мой спаситель и лыцарь, веди меня ужинать, – приказала.
Парень прыснул со смеху и… предложил мне свой локоть. Я удивленно вскинула брови, но за предложенную конечность ухватилась. Так мы и вышли из дома, который… никто закрывать не стал. Деревянные двери вообще замка не имели, так что я просто махнула рукой и пошла дальше. Пусть директор сам разбирается со своей дверью.
Интернат встретил нас детским смехом и просто какой-то ненормальной роскошью. Это что за здание музея? Тут к стенам страшно прикасаться, а ведь здесь дети живут, которые обязательно что-нибудь испортят или сломают. И куда смотрит Лохматов? Неужели здания попроще не нашлось. Хотя, может быть, и не нашлось. Кто его знает? Я в здешних реалиях пока совершенно не разбираюсь.
– Тихомир, а взрослые люди здесь есть? – Тихо спросила, разглядывая толпу детей, которые шли рядом с нами, и заработала пару косых взглядов.
– Воспитатели. Они сейчас на втором этаже нам план дополнительных занятий на новый учебный год расписывают, – сказала девочка, что шла слева от меня.
Тихон насупился и грозно глянул на девочку, отчего та быстро скрылась из виду.
– А вы обедаете без взрослых? – Обратилась я непосредственно к мальчику.
– А зачем они? У них отдельное помещение для приема пищи. Взрослые нужны, чтобы драки разнимать и всё. А так мы сами тут живем. Ну, и Фома Измаилович каждый день заходит, – тихо ответил он мне, взглядом распугивая ребятню.
Я только сейчас заметила, что дети от нас несколько… шарахались в сторону. Странно это как-то все.
Столовая оказалась самой обычной, пусть и зал, выделенный под нее, был украшен лепниной и хорошим камнем. На столах уже стояла еда.
– Я точно никого не объем? – Уточнила я вопрос.
– Здесь всегда готовят на несколько порций больше, потому что кто-то может заглянуть из жителей села, – Тихон осмотрел столовую и потащил меня к стене, где на столе стояли две порции. Ясно, не ужился с местными ребятами… – Иногда кто-то домой еду уносит, – пояснил он.
Я кивнула, пожелала приятного аппетита и с удовольствием умяла все три блюда. Так, кормят тут вкусно, и я определенно стану здесь завсегдатаем. Тут даже компот не противный и не липкий.
После ужина Тихомир галантно проводил меня до особняка, и сам растворился где-то на его просторах. Я же поняла, что просто безбожно устала, потому махнула на все рукой, помылась, подивилась тому, что волшебный Аринкин крем убрал все раздражение на шее, и завалилась спать. Утро вечера хуже точно не будет.
Проснулась я от будильника, который надрывался в одно и то же время каждый день. Так, если я хочу выглядеть красивой в первый рабочий день (если меня возьмут), то пора подниматься и приводить себя в порядок.
Я сделала быструю зарядку, подкрасила лицо, подобрала одежду, решив надеть строгую юбку-карандаш и бежевую блузку. Свои тяжелые черные волосы уложила в небрежный пучок и, заглянув в зеркало, осталась довольна собой. В отражении мне улыбалась весьма милая брюнетка с темно-карими глазами и пухлыми губами. Да уж, природа меня точно не обидела, но одной внешностью сыт не будешь. Нужно еще что-то. Мозги, например. И чуточку везения. Ну, неужели на меня во всем этом роскошном поселке никто не клюнет?
Скривившись, я схватила сумку и отправилась на кухню, чтобы поискать кофе. Вдруг здесь есть что-то такое.
На кухне меня уже ждали. Тихомир сидел за столом и наблюдал за тем, как Фома Измаилович стряхивает что-то со сковородки в тарелки. В три тарелки.
– Доброе утро, – промямлила я, остановившись на пороге.
– Доброе, – ответил мужчина, даже не соизволив обернуться. Мальчик просто мне улыбнулся. Мне стало обидно. Чего это мой будущий шеф так ко мне относится? – Садитесь за стол, завтрак сейчас будет. Тихон!
Парень тут же выскочил из-за стола и расставил тарелки рядом с приготовленными приборами. Я пожала плечами и отправилась к столу. Села на ближайший стул и придвинула к себе тарелку, на которой красовались… яйца пашот в обрамлении кусочков овощей, присыпанных свежим базиликом. Это что?
Я вскинула голову и посмотрела на мужчину, поставившего рядом со мной кружку с каким-то травяным чаем. Это все он приготовил? Вау! Мужчина, который умеет готовить для меня сродни динозавру. То есть, до сих пор я таких не встречала. Обычно дома готовила всегда мама, и меня к этому пыталась привлекать. Получалось у меня всегда отвратительно, так что я смирилась со своей криворукостью в этом плане. Отец и брат никогда к плите даже не подходили. Да и потом я обычно встречалась с красавчиками, которые в кафе-то не всегда знают, что едят, не говоря уже про домашнюю кухню. А здесь такой завтрак мужскими руками…
Карапетов же сел за стол и впервые со вчерашнего дня посмотрел на меня. Лицо его не выражало ничего, кроме легкой усталости. И отчего он так успел устать с утра?
– Спасибо, – улыбнулась, пытаясь разрядить обстановку.
– Приятного аппетита, – холодно кивнул он и принялся за еду.
Я пожала плечами и тоже взялась за вилку. Тихомир уже вовсю хрустел огурчиком. Ммм, это еще и вкусно. Я украдкой глянула в сторону директора и вздохнула. Какой-то он странный. Невысокий, зато волосы густые и зачесаны назад. Несколько прядок выбились и теперь падали на высокий лоб. Бородка опять же… Его лицо выглядело несколько детским, а борода сглаживала это впечатление. Фигура слегка полноватая, но опять же плечи широкие. Нескладный он какой-то, но, если присмотреться… А зачем мне к нему присматриваться? Там, вон целый неженатый Аринкин сосед есть. Вполне себе симпатичный. Надо как-то на нем сосредоточиться, если получится.
Карапетов поднялся из-за стола ровно тогда, когда я допила последний глоток чая.
– Тихон, убери, – кивнул он на тарелки и посмотрел на меня. – Дамира Алмазовна, идемте. Нам нужно еще некоторые вопросы обсудить.
– Конечно, – я тоже поднялась из-за стола и с сожалением посмотрела на мальчика, убиравшего посуду. Хороший он. И чего его так все шпыняют?
Из особняка мы вышли молча. Так же молча прошествовали до школы и вошли внутрь.
– Фома Измаилович, – окликнул директора женский голос. – Я вас еще вчера искала, – к нам подошла невероятно симпатичная блондинка. – Вы мне так и не сказали, что мне делать, когда я уйду в декретный отпуск. Кто меня здесь заменит?
Карапетов устало провел ладонью по лицу.
– Вероника Родионовна, вы же знаете, что мы обсуждаем этот вопрос с Николаем Николаевичем. Уверен, что мы что-нибудь придумаем, – тон его был доброжелательным.
– А Веру вы спрашивали? Хозяин все равно будет учитывать только ее мнение. А она в растерянности и уже две недели из дома не выходит, чтобы не сделать еще хуже. У нас так учителей в школе не останется, – выдохнула блондинка и вдруг улыбнулась, заметив меня (хотя раньше я думала, что весьма заметная). – Здравствуйте. Меня зовут Вероника, я учитель рисования, – представилась она.
Я тоже улыбнулась и открыла было рот, но меня опередили.