Незримые тени
- -
- 100%
- +
Но как ни пыталась Анна выудить больше из игрушечной лошадки, ничего толком не вышло. Она просматривала одни и те же воспоминания за некоторым исключением.
– Что же мне делать? – эта мысль пульсировала в голове, не давая покоя.
Задумавшись, девушка брела вдоль кромки воды. Пенистые волны ласково шуршали, касаясь босых ног, а ветерок развевал складки ее платья. Может, стоит попробовать другое зелье, способное ввести в более глубокий транс?
Она подняла камешек и швырнула его в океанские волны. Он подпрыгнул и исчез в зеленой пучине. Туда же последовал второй камешек, третий. Затем, Анна взяла в ладонь ракушку, повертела в руках и бросила в воду.
И тут ее осенило.
Двери «Лавки старых вещей» были широко распахнуты.
Теперь за стеклом витрины появились деревянные куклы, зеркало в тяжелой бронзовой раме, подсвечники и кресло. В самой лавке товар был заботливо расставлен, нагромождение коробок и пыль исчезли. В керамических вазах стояли живые цветы. Пахло ароматом молотого кофе.
Ее знакомый в своем неизменном фартуке возился за прилавком. Девушка направилась прямо к нему.
– Доброго дня! – поздоровалась она.
– И вам! Желаете приобрести что-то красивое, изящное или полезное?
– Очень может быть. Вы помните эту лошадку? – спросила Анна, показывая игрушку старику. – Я купила ее здесь не так давно.
Он поправил очки и уставился на девушку. Анна решила ему помочь вспомнить.
– Я еще в обморок упала, и вы дали мне воды, – подсказала она.
Старик просиял.
– Ах, да! Прекрасная молодая девушка, моя первая покупательница.
– Рада, что помните меня.
– А то как же! Такая девушка и – хлоп! Обморок! Вот я испугался. Но знаете, вы принесли мне удачу. После вас покупатели идут один за другим.
И, словно в подтверждение этих слов, в лавку вошли две женщины.
– Чем же я могу помочь? Или, может, вы хотите составить коллекцию таких игрушек?
– Вы весьма близки к истине. Но мне нужны определенные вещи, которые могут быть связаны с этой игрушкой.
– Не совсем понимаю, – пожилой мужчина снова поправил очки, глядя на нее.
– Вы можете сказать, есть ли у вас вещи, которые вы покупали с этой лошадкой в том же месте?
Старик растерялся.
– Я должен подумать. Ведь наш товар в основном собирал мой сын.
– Да, да. Кажется, вы говорили.
– Именно. Филипп ведет учет всех своих приобретений. Он знает толк в торговле, как привлечь покупателей. Видите: цветы, полочки, кофе для тех, кто купил на определенную сумму, в качестве приятного подарка… Это все его идеи и его заслуга. Мы, и правда, неплохо продаем в этом месяце.
Девушка покрутила лошадку в руке.
– Скажите, а где ваш сын? Можно поговорить с ним?
– Конечно. Только он вышел ненадолго. Вы можете подождать?
Анна кивнула, и старик предложил ей одно из кресел.
– Благодарю. Лучше взгляну на другие вещи. Вдруг попадется то, что я ищу.
– Прошу! – старик обвел широким жестом лавку. – Магазин в вашем распоряжении. Вам помочь?
– Нет. Я лучше спокойно обойду здесь все и осмотрюсь.
– Тогда займусь другими покупателями, с вашего разрешения.
Анна набрала в грудь воздуха и внимательно посмотрела по сторонам. Предметов и вещей было много. В предыдущий раз шестое чувство не обмануло ее. Вот бы и в этот раз ее посетило видение.
Однако на этот раз ее ожидало разочарование. Она несколько раз, не торопясь, обошла лавку, надеясь, что вот-вот что-то произойдет. Несколько раз, правда, у нее возникало чувство волнения, но это было нечто совершенно иное.
Вещей из дома близнецов здесь больше не было. Лошадка случайно попала сюда. Или нет? Девушка задумалась: что, если судьба привела ее в «Лавку старых вещей»?
– Чем-то расстроены? – произнес приятный голос.
Анна вздрогнула. Перед ней стоял молодой мужчина со свертками в руках.
– Почему вы так решили?
– Иначе бы вы уже радовались покупке и наслаждались чашечкой чудесного напитка, сидя за тем столиком.
– Я бы очень хотела порадоваться покупке, но не нашла того, что мне нужно.
Мужчина изумился.
– Неужели? Вас не устроил наш ассортимент?
– Что вы! – Анна чуть улыбнулась. – Ассортимент огромный. И все же…
– Филипп!
Старик подошел ближе.
– Помоги нашей покупательнице. Ей нужна твоя помощь.
– О! – Филипп изобразил готовность. – Я к вашим услугам.
– Ваш отец сказал, что это вы приобрели все вещи, которые находятся в лавке.
Он кивнул.
– Если это так, может, вспомните это, – и Анна извлекла лошадку из сумки. – Я купила игрушку в вашей лавке, и мне очень важно узнать, как она к вам попала.
– Простите, как вас зовут? – спросил Филипп.
Девушка ответила.
– Рад знакомству. Уважаемая Анна, сразу скажу, что я могу помочь.
– Правда? – девушка обрадовалась.
– Безусловно. К счастью для вас, я педантичен до безобразия. У меня есть специальный журнал, в который я записываю все свои приобретения для продажи, где и когда они попали ко мне.
Анна рассмеялась.
– Это же просто великолепно!
– Если бы я знал, что это вызовет улыбку на вашем лице, то предложил бы сразу бухгалтерские книги.
– Извините, а когда я могу взглянуть на запись? – нетерпеливо спросила она. – Это очень важно для меня, – добавила девушка, видя его растущее удивление.
– Что же, – Филипп пожал плечами. – Присядьте, и я принесу журнал.
– Благодарю.
– Хотите кофе? – задал он вопрос. – За счет заведения!
– Нет, спасибо. Мне нужно увидеть журнал.
Филипп сдался.
– Хорошо. Бегу.
Анна устроилась в кресле, но ей было не до отдыха. Она чувствовала, что сейчас обязательно откроется что-то важное. Так просто она отсюда не уйдет. Стараясь унять сердцебиение, девушка глубоко вздохнула.
Из глубины лавки показался Филипп. Он нес толстую и большую книгу.
У Анны вырвался нервный смешок.
– Понимаю вашу реакцию, – Филипп не сдержал смеха, щуря карие глаза. – Откройте желтую закладку. С нее начинаются все мои покупки из городка под названием Белый Маяк.
– Вот оно что.
Анна нахмурила брови.
– А ведь я где-то слышала это название.
– Не буду вас томить. Это на самом севере острова.
Девушка взяла книгу. Она была тяжелой.
– Вы изрядно постарались, – похвалила она, глядя на исписанные аккуратным почерком страницы.
– Спасибо, но это от занудства. Люблю порядок.
– Обычно я с подозрением отношусь к педантам, но вы меня покорили. Это как раз то, что мне нужно.
Она листала книгу. К каждому описанию прилагалась небольшая фотография или рисунок определенной вещи.
– Почерк достоин высшей отметки. Кажется, вы прирожденный архивариус, – заметила она.
Филипп расхохотался.
– Надеюсь, что нет.
– И рисуете довольно неплохо.
– Вы сейчас перехвалите меня, и я загоржусь.
– Вот оно!
Анна разгладила страницу, всматриваясь в ее содержимое.
«Игрушка для ребенка в виде лошадки, – начала читать она вслух. – Материал, вероятно, липа. Деревянная поверхность покрыта краской синего, желтого и красного цветов. На боках, хвосте и гриве краска частично облезла. Приобретена за малую плату в городке Белый Маяк северной части Тровоса у старьевщика. Примерное время изготовления – начало XX века».
– Значит ли это, – Анна подняла голову, оторвавшись от чтения, – что игрушку сделали там?
Филипп поджал губу.
– Совершенно не обязательно. Но вероятно.
Анна уставилась в книгу, затем снова на собеседника.
– Я знаю, что нужно! – воскликнула она. – У вас есть география острова? Энциклопедия с фотографиями?
– Нет, прямо здесь нет. Но тут рядом…
– Есть книжный магазин! – закончила мысль Анна и рассмеялась.
– Именно. Но скажите, что вы хотите найти?
– Ответ на мой вопрос.
Анна вскочила с кресла, возвращая журнал Филиппу.
– Вы уйдете просто так и оставите меня умирать от любопытства? – возмутился он.
Девушка замешкалась.
– Обещаю все рассказать! Если не решите, что я сумасшедшая.
– Обещаю так не думать. Если поверите, что я обожаю сумасшедших.
В книжном магазине, как и следовало ожидать, оказался целый раздел, посвященный острову, его истории, географии и традициям.
Анна просмотрела все книги, но в конце концов поиски ее увенчались успехом. Изданию, правда, было года четыре, но Анна решила, что этого вполне достаточно.
Книга рассказывала обо всех маяках, находящихся на Тровосе, и Анна сразу поняла, что искать следует именно здесь. Она открыла оглавление со списком прибрежных городов и дошла до буквы "Б". Название сразу бросилось ей в глаза. Замирая, она нашла нужную страницу.
Там была дана справочная информация, а также несколько цветных фотографий самого маяка и городка.
От волнения у нее перехватило дыхание и задрожали руки. Несколько секунд она не могла оторвать глаз от фотографий, вглядываясь в них.
Когда девушка захлопнула книгу, сердце ее неистово колотилось.
Дома она быстро собрала вещи. В небольшой чемодан поместилось самое необходимое. Подумав немного, Анна упаковала и сверток с травами.
Кристина удивилась, узнав, что дочь уезжает.
– А что я скажу твоим посетителям?
– Меня не будет всего неделю. В любом случае я позвоню!
– Но что случилось? Ты меня пугаешь.
Анна обняла мать.
– Все хорошо. Правда! Мне нужно кое-что проверить. Это связано с моим видением.
Мать опустилась на стул.
– Я могла бы догадаться.
– Только не волнуйся! Это безопасно.
Анна наклонилась и поцеловала Кристину в щеку.
– Когда ты так говоришь, я начинаю волноваться еще больше, – сокрушенно сказала та.
– Нет же, мам. Считай это небольшим отпуском.
Отпуск. А почему бы и нет?
Анна думала об этом, когда рано утром выезжала за пределы Скальной Гряды. Она точно заслужила пару дней передышки. Смена обстановки не повредит.
Девушка тщательно изучила маршрут. Дорога петляла вдоль океанского берега. Предстояло насладиться прекрасными видами, шумом ветра и легкой музыкой. И почему она раньше не путешествовала?
В Скальной Гряде прошли ее детство и юность. Она любила этот город и окрестные деревеньки на зеленых холмах в окружении густых лесов. Но мир чудесен и многообразен. И определенно стоит того, чтобы открывать его для себя. От такой мысли становилось радостно на душе.
На лобовом стекле появились маленькие капли.
Дождь!
Анна приоткрыла окна, вдыхая запах озона. Кажется, надвигалась гроза. Тучи клубились прямо над ней. Капель на оконном стекле стало гораздо больше. Шорох капель успокаивал. Девушка любила дождь. Он всегда приносил свежесть и аромат мокрой листвы.
Перед поездкой она нашла номер телефона «Лавки старых вещей» и позвонила Филиппу. Оказалось, он уже навел справки о ней.
– А вы, значит, местная знаменитость, – произнес он с уважением. – Почему сразу не признались?
– Что мне нужно было сделать? – Анна рассмеялась.
– Хотя бы погадать мне по руке и сказать, будет ли мое предприятие успешным.
– Я это вам и так скажу.
– Только не расстраивайте меня.
– Филипп, мое призвание – утешать людей, а не расстраивать.
Он вздохнул.
– Жаль, что вы уехали так внезапно и мы не поговорили толком. Я еще никогда не видел настоящую прорицательницу.
– Знаете, не так-то просто быть ею. Но я себе другой участи не желаю.
Они помолчали немного.
– Все из-за этой лошадки, да?
– В том числе.
– Это какая-то реликвия? Семейная ценность?
Анна вздохнула.
– Вероятно. Я надеюсь выяснить больше и увидеть все собственными глазами.
– Где собираетесь остановиться?
– Я не бронировала отель. Не думаю, что с этим возникнут проблемы.
– Позвоните мне обязательно. Кажется, я всерьез заинтригован.
Девушка не стала уточнять, чем именно.
– Договорились.
– Буду ждать вашего звонка.
И она обязательно позвонит ему. В свое время.
Белый Маяк
Белый Маяк пленил ее с первого взгляда.
Здесь все радовало глаз: утопающие в пышной зелени дома и церкви, извилистые улицы, убегающие куда-то вглубь, аккуратно уложенная голубоватая брусчатка, обилие цветов в керамических вазах на подоконниках и тротуарах. Осень уже тронула своим прикосновением листву, но воздух все еще оставался теплым.
На каждом шагу встречались отели, и Анна довольно скоро сделала выбор и остановилась в одном из них. Она наскоро приняла душ, надела платье, которое купила еще в прошлом году, и спустилась в холл. На стойке регистрации лежало несколько путеводителей. На каждом из них изображались белые маяки. Один приземистый, с большими окнами, а второй более высокий и со смотровой площадкой на самом верху.
– Извините, – обратилась она к девушке за стойкой. – Я думала, в городе есть всего один маяк.
– О, все верно, – отозвалась та. – Другой построили всего три года назад, на замену тому, в котором сейчас музей. Рекомендую его посмотреть. Все наши туристы приезжают из-за него. Все-таки необычная история, согласитесь?
Анна сделала заинтересованный вид.
– У нас тут бытует легенда об одном темном колдуне. Он жил когда-то в доме у маяка и занимался черной магией. Туристы любят историю, благодаря которой наш город стал популярным.
– Вот как? И, правда, очень интересно. А как мне лучше добраться туда?
– Вы ведь приехали на машине?
Анна кивнула.
– Найти старый маяк легко. Выезжайте с парковки на Главную улицу, потом направо и прямо, не сворачивая. Дорога приведет вас к океану.
Так и вышло. Отыскать дорогу к местной достопримечательности оказалось просто. На фоне голубого неба и синей воды маяки так и сияли на солнце.
«Как брат и сестра», – подумалось Анне.
И ее внезапно ранила мысль о том, что маленький мальчик, превратившись в отшельника и колдуна, стал теперь приманкой для приезжих. Что же с ним стало? Как так получается, что дети, взрослея, вырастают из хорошеньких розовощеких ангелочков в кровожадных монстров?
Она оставила машину у подножия скалы. К маякам вела пологая естественная насыпь, вся зеленая от густой и подстриженной травы. Наверху Анна увидела белый деревянный дом в два этажа под красной крышей. Его окружал небольшой сад и цветник.
Анна узнала эти очертания еще издалека. Все казалось пронзительно родным.
«Я же была здесь!» – так и хотелось ей закричать людям вокруг. «Я знаю тех, кто здесь жил! У вас нет права быть тут».
Но промолчала, ясное дело, устыдившись своего странного порыва. Она такая же гостья, как и они. И глупо думать, что она имеет право претендовать хотя бы на часть жизни, связанной с близнецами. Лишь увидела больше, чем позволено другим.
Девушка поднялась на вершину холма. Налетающий ветер с океана приносил свежесть морской воды, мелкую водяную пыль и запах соли. Вздымающиеся волны с грохотом разбивались где-то внизу, и Анне захотелось непременно заглянуть туда с обрыва.
Вид со скалы открывался такой, что дух захватывало.
Бурлящий сине-зеленый водоворот гипнотическим образом манил к себе. Лавина несущихся волн, брызжа пеной, обрушивалась на скалы и камни с такой силой, что, казалось, еще немного, и вода разрушит твердыню земли, поглотив ее в своей пучине. Но скала по-прежнему твердо стояла на своем месте. Сражение двух стихий длилось веками, и, кто победит в этой войне, было неясно.
Но кроме созерцания этой необъятной красоты, Анну не переставала будоражить мысль о том, что когда-то ходившие по этой земле люди, теперь лежат в могилах. Это было так странно.
Для нее они словно еще были живы. Для нее они еще дышали, любили и ненавидели. Ведь она буквально видела их так близко, что могла бы коснуться рукой. Конечно, они бы не почувствовали этого и не узнали, что девушка бесцеремонным образом вторгается в их жизнь.
Это те самые люди, воспоминания о которых дают жизнь этому городу. И она обязательно продолжит писать свой рассказ о них.
«Мы допишем его вместе, вы и я».
Анна приблизилась к порогу дома, и знакомое чувство всколыхнулось внутри. Она тут же покрылась испариной, а от внезапной мучительной жажды захотелось выпить холодной воды.
Реальность, в которой присутствовала Анна, словно раздвоилась. Будто у нее появилось двойное зрение и теперь она наблюдала за тем, что происходит сейчас и тут же, словно через тонкое стекло, видела жизнь людей, что стали уже историей.
Анна обошла одну из туристических групп и поднялась на крыльцо дома, чтобы купить билет.
– Что с тобой, милая? – участливо поинтересовалась полная дама в желтой шляпке, сидевшая за кассой. – На тебе лица нет. Плохо что ли?
Анна медленно перевела на нее взгляд, пытаясь сфокусироваться.
– Да, – произнесла она с трудом. – Не позавтракала толком. Голова болит с утра.
– У нас аптечка есть, если нужно. Посмотреть обезболивающее?
Анна покачала головой.
– Благодарю. Сейчас станет лучше.
Женщина поджала губы:
– Конечно, дело твое. Смотри только, не упади в обморок.
Анна промолчала.
– Хотите, чтобы вас сопровождал экскурсовод?
– Пожалуй, да, спасибо.
Дама вручила ей билет, пару буклетов и попросила присесть в холле на один из диванов.
Перешагнув порог дома, Анна осмотрелась.
– Ну, здравствуй, – шепнула она в полумрак благоговейно.
У нее возникло чувство, что она сама жила здесь когда-то и теперь вернулась спустя много лет. Трепет и смятение охватили ее. Она видела гораздо больше, чем казалось на первый взгляд. Невольно сравнивала видения прошлого с тем, как выглядел дом сейчас.
На том же месте стоял резной шкаф, изъеденный древесным жучком, но вместо деревянных стульев теперь были диваны. Бронзовая люстра под потолком блестела, но вместо свечей горели лампочки. Картины исчезли со стен. Вместо них повсюду висели фотографии маяка, дома и тех, кто когда-то здесь жил.
Анна приблизилась к одной из черно-белых фотографий. На нее смотрели грузный мужчина и девочка-подросток.
Смотритель маяка и София! А вот еще несколько снимков Деметрия и его сестры: верхом на лошадях, на берегу океана, в фотоателье. Анна поднесла ладонь к губам, чтоб удержаться от крика, так ее взволновали эти лица на выцветшей от времени бумаге.
Кто-то рядом с ней кашлянул.
– Увлекательно, правда?
Голос грубоватый, но дружелюбный. Анна обернулась и увидела пожилого мужчину в матросской кепке, шарфе и черном костюме. Густые, чуть подкрученные усы придавали ему залихватский вид.
– Доброго дня, вы Анна?
Она кивнула и поздоровалась.
– Энцо, к вашим услугам, – старик шевельнул усами. – И я с радостью поведаю вам о тайнах этого злосчастного дома.
Анна притворилась, что не понимает, о чем идет речь.
– Как, – удивился старик. – Вы ничего не слышали о легенде?
– Боюсь, что так. Я тут проездом, и мне нужно скоротать время.
– Это и к лучшему! Ваше время в надежных руках. Прошу за мной.
Под ногами заскрипели половицы. Интересно, они издавали такие же звуки когда-то? А вот и небольшое пространство под лестницей. Сейчас оно освещено, и там стоит раскидистый фикус, а когда-то близнецы прятались там от старой экономки. Кажется, что звонкий смех Софии до сих пор отголоском проносится по этим коридорам.
Анна с интересом слушала экскурсовода, кивая.
Она узнала, что первые поселенцы появились на Тровосе еще в XI веке нашей эры. Основным промыслом были рыболовство и охота. Сельским хозяйством занимались преимущественно жители центральной части острова, так как почва позволяла ее возделывать. Вдоль береговой линии шли скалы, которые защищали остров от налетов разбойничьих судов. В более уязвимых местах были возведены заграждения.
Маяки вдоль берега перестраивали множество раз. Первые зажигали как факелы. Пламя поддерживали круглосуточно, особенно в плохую погоду, используя огромное количество дров, масла и угля. Работа смотрителя была тяжелой, но почетной. Стало куда проще в конце XIX века с изобретением особых линз, позволявших направлять и фокусировать свет.
– Скажите, известны ли имена всех смотрителей этого маяка?
Энцо покачал головой.
– У нас, к сожалению, есть записи о смотрителях, которые жили и работали здесь с 1874 года. Пожары не щадят историю, знаете ли.
– Понимаю. А чьи снимки висят повсюду в доме?
– О, нам удалось собрать архивные данные и фотографии последних пяти смотрителей и их семей. И самая интересная история связана со смотрителем Петером и его детьми. Это благодаря им маяк и дом отреставрировали и превратили в музей. Представляете, какая удача? – хохотнул экскурсовод. – Идемте же дальше, и вы все узнаете.
На первом этаже они осмотрели несколько комнат, в том числе столовую и даже спустились в подвал.
– Здесь смотритель держал свои бутылки и бочонки с ромом. Мы тоже следуем этой доброй традиции и храним тут вино для ресторана. Рекомендую посетить наши званые вечера. Стейк из телятины отменный.
Картинки в голове Анны словно накладывались друг на друга. Она заметила, что в углу гостиной не хватало кресла-качалки. Когда-то в нем долгие часы коротала мать близнецов перед тем, как отправиться в мир иной. Бедняжка сыграла свою роль: вышла замуж за грубоватого смотрителя маяка и подарила жизнь Деметрию и Софии.
– Огонь зажигаете? – спросила Анна, показывая на печь, сложенную из серых камней.
– Конечно. Когда собираются гости за ужином, так непременно. Очень приятно, знаете ли, посидеть у огня, слушая, как трещат поленья, как звучит дружеская непринужденная беседа под хорошее красное вино. Согласны?
Анна согласилась. Те мгновения, когда она вместе с родителями подолгу сидела вместе у камина, давно прошли.
Они вышли в холл, чтобы по узкой лестнице подняться на второй этаж. Со всех сторон на них смотрели лица: задорные и серьезные, испещренные морщинами, зрелые и совсем еще юные. Каждый из них мог бы поведать о себе. Каждая из историй была бы достойна внимания слушателей.
Второй этаж занимали жилые комнаты экономки и смотрителя. Была там и детская.
Анна с замиранием сердца переступила ее порог и увидела, что здесь все изменилось. Кровать стояла под пологом. На покрывале сидел плюшевый медведь явно современного происхождения. Такими же были и коврики на полу, и игрушки, и стулья с атласными подушками.
– Знаете, – осторожно произнесла Анна, – такое ощущение, будто в этой комнате не осталось практически ничего, что принадлежало жильцам.
Экскурсовод не стал отпираться.
– Да, от вашего пристального взгляда ничего не ускользает. Вы правы, не стану обманывать. Единственная вещь, которая сохранилась от прежних жильцов и, как мы думаем, была в доме еще в ту пору, когда тут жили близнецы, это щетка для волос и шкафчик у окна. Если присмотритесь к зеркальному столику, то увидите на полочке ту самую щетку.
– Вот как…
Анна так и впилась взглядом туда, где лежала щетка. Она представила, как изящная женская рука берет щетку и подносит ее к волосам.
– Здесь была детская комната, и в ней жила София. Конечно, позже здесь проживали и другие смотрители, с семьями и без, но так как наша экспозиция в большей степени посвящена семье Петера, то мы решили воссоздать частично саму детскую такой, какой она была тогда.
На лице девушки отразилось сомнение. Ей хотелось сказать, что обстановка совсем не та, но она промолчала. Она не была готова раскрывать свой интерес.
– Хотите что-то добавить? – поинтересовался Энцо. – Если нет, то следуйте за мной. Покажу нечто совершенно особенное.
Они миновали одну закрытую дверь и остановились в проеме следующей комнаты. Старик с видом заговорщика взмахнул руками.
– Вот и она! Святая святых! Попробуйте угадать, кто проводил здесь множество ночей?
Этой комнаты Анна не видела в своем сне. Должно быть, ее обставили позже. И тут она затаила дыхание, почувствовав знакомый жар и гулкую пульсацию во всем теле. Прямо перед ней возник силуэт юноши в дневном свете. Он сидел спиной к ней и что-то записывал в тетрадь. Затем он отложил ручку и оглянулся. Его лицо осветила улыбка. Юноша хотел что-то сказать, но тут все померкло: видение исчезло.
Девушка потрясенно смотрела на пустой стул и разложенные на столе предметы. Комната была снова необитаема.
– Деметрий! – имя одного из близнецов невольно сорвалось с ее губ.
– Что, простите? – экскурсовод поправил очки. – Вы сказали «Деметрий»? И вы совершенно правы, вот это да! Обратите внимание…
Он хохотнул и принялся описывать комнату, жестикулируя и увлекаясь рассказом все больше.
Девушка старательно пыталась слушать его, глядя на высокие стеллажи. На полках громоздились банки и пузыри, колбы всех размеров, трубки и шланги. С потолка свешивались чучело совы и летучей мыши. В одном углу стояло небольшое бюро с письменными принадлежностями, а в другом – узкая кровать. Керосиновая лампа и бронзовый подсвечник, потемневшие от времени, украшали подоконник.