Контактёр. Книга 6. Фолиант

- Вам известно, что сказал этот почитатель традиционных обрядов?

- Да. Он ничего не заметил и не слышал. Очень удивился, когда к нему на ритуальное место пришли его сородич и работник администрации. Спиридонова не видел и не знает, что с ним случилось.

- Какое впечатление на вас произвёл оленевод-шаман?

- Нормальное. Обычный пожилой чукча. Небольшого роста, сухощавого телосложения. Интеллектом не обезображен, но и дураком его назвать нельзя. Не очень хорошо говорит по-русски. Но общаться с ним можно. А зачем это вам?

- Да так, - уклончиво ответил Долгов.

- Ха! - громко усмехнулся Васин, в глазах которого заблестели весёлые искорки. – Вы его, что ли, подозреваете в исчезновении Спиридонова?

- Ну-у-у, - неопределённо протянул милиционер, - нельзя исключать любые варианты этого происшествия.

- Да бросьте вы! Зачем это тому чукче? Он никогда в своей жизни не видел Спиридонова. Представители коренных народностей Крайнего Севера добродушны, наивны, не агрессивны и всегда рады гостям. Вы же сами это знаете, так как упомянули об этом всего несколько минут назад. К тому же, Роман здоровенный, почти двухметровый мужик. Он весит в два с лишним раза больше пожилого и измученного многолетней работой в тундре оленевода–шамана. Жаль, что вы не видели его лица. Это же открытая книга, по которой можно прочитать все мысли и эмоции её хозяина! Нет, к пропаже старшего лейтенанта Спиридонова он никакого отношения не имеет. Как и все другие оленеводы той бригады и члены их семей.

- Из ваших слов следует, что к исчезновению участкового уполномоченного милиции может быть причастен кто-то из прилетевших на вертолёте. Так?

- Вы совсем неправильно меня поняли, - со слегка растерянным видом ответил хозяин помещения. – Я абсолютно точно не это имел в виду. И не считаю, что кто-то из прибывших туда на вертолёте людей имеет отношение к исчезновению Романа. Да у них и возможности такой не было, чтобы участвовать в происшествии, случившемся в скалистой гряде. Все же остались на месте стоянки бригады и находились друг у друга на виду.

- Хорошо. Согласен. А кто тогда?

- Не знаю. Надеюсь, что вы в этом сами разберётесь, так как наделены соответствующими полномочиями.

- Мы стараемся, - заверил Долгов. – Что-то можете дополнительно пояснить об обстоятельствах тех событий.

- Нет, - уверенно ответил Васин.

Милиционер внимательно посмотрел на него и, оценив решительность последнего заявления, произнёс:

- Огромное спасибо, что смогли уделить мне время.

- Не за что. Всегда рад помочь.

- Всего доброго!

- До свидания.

4

Вернувшись обратно на Хейкир, Артём вместе с Орзес Тагом проследовал в комнату для визитёров научного центра.

- Точку прохода на Чукотке я нашёл. Она расположена не слишком далеко от стоянки бригады, что позволит вам остаться незамеченным в момент появления там, - сообщил землянину хозяин помещения. - Транспортное средство, которое будет выступать в качестве земного вездехода, я подобрал. Сейчас заканчивают его внешнюю отделку, чтобы оно выглядело как один из экземпляров вашей спецтехники, предназначенной для преодоления внедорожья. Надеюсь, что никто из оленеводов того места, куда вы отправитесь, не заметит особой разницы с ней. Но придётся немного подождать, чтобы подготовить тебе двух попутчиков.

- Замечательно! – с удовлетворённым видом отметил Долгов и посмотрел на своё запястье. – Сейчас почти двадцать один час субботы по Московскому времени. Значит, на Чукотке шесть утра воскресенья. Часа через три можно будет туда отправляться.

- Куда в первую очередь?

- К стойбищу бригады оленеводов. Сначала хочу поговорить с тем чукчей, который повёл вторую группу прилетевших людей на поиски Спиридонова и Васина. После него с шаманом, совершавшим традиционный обряд в момент прибытия вертолёта. Их данные указаны в копиях материалов, переданных мне Кузнецовым, поэтому найти обоих оленеводов не составит труда. Вот только придётся потренироваться, чтобы правильно произнести их фамилии. Они очень тяжело воспроизводимые. Затем своим ходом доберёмся до ритуального места, чтобы осмотреть его. И, желательно, сделать то же самое и там, где нашли тело Васина. Было бы неплохо, если бы у нас имелась возможность расширить зону поисков.

- Что ты надеешься там найти?

- Не знаю. Прошло четыре недели с тех пор. Поэтому, даже если там находились какие-то следы, которые имели отношение к интересующему нас происшествию, они могли быть утеряны или уничтожены. Но, всё равно, необходимо осмотреть указанные места. А вдруг нам повезёт, и мы найдём там то, что поможет нам в установлении истины.

- Почему ты хочешь расширить зону поисков, помимо ритуального места и того, где обнаружили Васина Николая?

- Я полностью ознакомился с материалами, которые предоставил мне Кузнецов, - сделав небольшую паузу, ответил милиционер. - В них указанно место, где обнаружили Васина, находившегося без чувств. Также имеются показания четверых людей отправившихся на поиски пропавших товарищей. Они все пояснили, что бесчувственное тело Николая было найдено на каменистом, небольшом и ровном участке местности, который находится в окружении скал и практически со всех сторон закрыт от попадания прямых лучей солнца. Исходя из хронометража событий получается, что Васин пролежал там около четырёх часов. Он был легко одет. В свитер и тоненькую куртку. На солнце было около четырнадцати градусов тепла. Не больше. Но туда, где его нашли, лучи светила не попадали совсем, и камни, на которых его нашли, не прогревались. Николай, находясь в течение четырёх часов на холодной скалистой поверхности, в постоянной тени, точно получил бы переохлаждение. В лучшем случае, он заработал бы там воспаление легких. Я сам, как ты помнишь, был на Чукотке и не забыл свои ощущения, а потому могу об этом уверенно говорить. Сразу после возвращения с места стоянки бригады оленеводов Васин прошёл углубленное медицинское обследование, чтобы понять загадочную причину его стремительной потери сознания. Врачами было установлено, что он здоров, не имеет никаких воспалений и даже лёгкой простуды.

- Ты считаешь, - обратился к землянину Орзес Таг, внимательно посмотрев ему в глаза, - что этот человек не лежал все четыре часа там, где его нашли?

- Совершенно верно. Иначе, он точно заболел бы чем-нибудь от переохлаждения.

- Где же он находился всё это время?

- Понятия не имею – ответил Артём. - Возможно, он и сознание потерял не в том месте, где его обнаружили. И что-то мне подсказывает, что именно там, где он лишился чувств, на них и напали.

- И поэтому ты хочешь расширить зону поиска?

- Да, именно по этой причине.

- Логично, - задумчиво отметил хейкирянин. – Тогда вам необходимо будет взять с собой на Землю несколько беспилотных летательных аппаратов, оснащённых специальным оборудованием. Они обследуют большую территорию, прилегающую к ритуальному месту, тому району, где обнаружили Васина и к самой скалистой гряде. Нужно будет их сейчас подготовить для этого.

- Замечательно! Как только мы, пройдя через точку прохода на Землю, окажемся на Чукотке, сразу запустим твои беспилотники. Пока я буду опрашивать чукчей-оленеводов, они проведут обследование указанных тобой участков, постепенно расширяя зону поиска. Чем больше она будет, тем лучше.

- У тебя на карте отмечены координаты начальных точек подлежащих осмотру мест?

- Конечно.

- Хорошо. Пока есть время, следует ввести их в блок управления дронов, чтобы каждый из них занимался обследованием конкретного сектора территории. Что потом?

- После того, как закончим на Чукотке, желательно сразу перейти на Камчатку. Туда, где Тихонов нашёл раненого Спиридонова. Хорошо бы, чтобы и там твои беспилотники поработали и «прочесали» территорию, пока я осмотрю место в низине, указанное Игорем. Затем возвращаемся сюда. Обсудим результаты проведённых мероприятий и решим, что делать далее.

- Да, так и сделаем, как только закончат снаружи придавать внешний вид вездеходу. Но учти, внутрь него никто из землян не должен попасть! Там мы ничего менять не будем. Понятно?

- Конечно. А мои попутчики где? Их двое будет?

- Да, двое. Они сразу, здесь, включат проекционный экран на голову, чтобы внешне не отличаться от землян. Будут всё понимать, но не разговаривать. Звук внешнего блока коммуникатора может вызвать у оленеводов подозрения.

- Я боюсь, что чукчи полезут смотреть приехавший к ним вездеход. Им же интересно. Особенно детям. А я буду занят опросом оленевода и шамана. Поэтому, когда мы подъедем к стоянке бригады, то все трое выйдем из вездехода, чтобы нас увидели. Когда я объясню местным жителям причину нашего визита и отправлюсь разговаривать с указанными лицами, то твоим сотрудникам необходимо будет обратно залезть внутрь вездехода и закрыться, чтобы снаружи к ним не залезли. А откроют мне, когда я сам подойду к вездеходу.

- Не переживай, - уверенно заявил Орзес Таг. - Как только ты отойдешь от вездехода, мои сотрудники сразу включат специальный прибор, который испускает соотвествующие импульсы, оказывающие неприятное болезненное воздействие на центральную нервную систему живых существ. Никто крупнее вашей мыши не захочет подойти к нему близко. Гарантирую.

- А эти импульсы не вредны для здоровья?

- Нет, - усмехнувшись, ответил хейкирянин, - не вредны. Их не слышно и не видно. Долго объяснять природу их воздействия, но могу сказать одно, они напрочь отбивают желание подойти к источнику их возникновения. Даже у животных. Когда ты будешь приближаться к вездеходу, то прибор отключат.

- Хорошо, если так.

- Конечно, хорошо. Но ты до меня так и не довёл сведения, полученные в результате твоей беседы с Васиным и Тихоновым. Время до отправки тебя к стоянке оленеводов есть. Поэтому, я с нетерпением жду твоего рассказа.

Милиционер усмехнулся, чуть качнув головой, удобнее устроился в импровизированном кресле и произнёс:

- Ну, слушай…

5

Артём не являлся знатоком специальной техники, используемой для покорения просторов Чукотской тундры, но срочная служба в Вооруженных Силах, пройденная им в своё время, позволила получить ему определённое представление о том, как должен выглядеть вездеход.

Когда милиционер увидел инопланетное транспортное средство, над внешним обликом которого хейкиряне хорошо потрудились, то он уверенно мог сказать, что оно ничем не отличалось от земного, предназначенного для проезда по бездорожью. Чего нельзя было сказать о его внутренней части.

Двое сотрудников научного центра, принадлежащего Орзес Тагу, сразу включили голографические экраны. Как только последние воспроизвели внешность среднестатистического россиянина, оба попутчика милиционера заняли места внутри вездехода. Туда же отправился и Долгов.

Проход на Чукотку был осуществлён без происшествий.

Оказавшись в заранее выбранной точке, никем не замеченные землянин и двое замаскированных хейкирян запустили четыре небольших беспилотных летательных аппарата, над которыми в научном центре, на Хейкире, в течение часа колдовал Орзес Таг, а сами отправились к месту расположения стоянки бригады оленеводов. Добрались до неё быстро.

Когда вездеход остановился метрах в пятидесяти от нескольких шатровообразных сооружений, покрытых шкурами оленей – яранг, Долгов и два его инопланетных соратника быстро вышли из технического приспособления для передвижения, сразу закрыв за собой входной проём, ведущий внутрь него.

По бурной реакции высыпавших наружу из своих конусовидных жилищ немногочисленных представителей коренных народностей Крайнего Севера милиционер понял, что подобные транспортные средства к ним приезжали не часто. Если вообще приезжали.

Мужчины, женщины и дети, облачённые в наряды, изготовленные из выделаной оленьей шкуры, которые перемежались привычной для европейца одеждой, негромко переговаривались, показывая в сторону прибывших существ руками. По лицам местных жителей можно было понять, что они охвачены тревогой, удивлением, восхищением и любопытством одновременно.

Долгов сделал несколько шагов навстречу им.

- Добрый день, - как можно более добродушным, но официальным тоном произнёс он, обращаясь сразу ко всем присутствующим. – Я, заместитель начальника уголовного розыска, капитан милиции Долгов Артём Николаевич. Мне необходимо увидеться и поговорить с Михаилом Семёновичем Нутеугиргыном. К нашему вездеходу, убедительно прошу, не подходить! Это секретная экспериментальная модель!

Спустя несколько мгновений от одной из групп оленеводов отделился невысокий сухой местный мужчина. На вид ему можно было дать пятьдесят пять - шестьдесят лет. Он аккуратно и не спеша двигался в сторону прибывшей только что троицы.

- Михаил Семёнович Нутеугиргын – это я, - со специфическим акцентом негромко сказал подошедший, в напряженном взгляде которого была видна борьба различных эмоций, переполняющих его.

- Очень приятно, - отозвался Артём и показал ему в открытом виде служебное удостоверение. – Я прибыл сюда, чтобы переговорить с вами по поводу происшествия, которое сучилось четыре недели назад. Тогда пропал старший лейтенант милиции Спиридонов Роман, прилетевший сюда на вертолёте вместе с членами местной избирательной комиссии.

- А-а-а, понятно, - констатировал местный житель, нервное напряжение которого сразу спало, и он внутренне эмоционально расслабился. – Пойдёмте за мной. И своих товарищей зовите.

- За вами я пойду, – утвердительно кивнув головой, пояснил милиционер. – А вот мои коллеги останутся возле нашего вездехода. Я же сказал, что он является секретной экспериментальной разработкой. К тому же, мы спешим. Поэтому передайте всем своим людям, чтобы они не подходили к нему. Хорошо?

- Да.

- И ещё. Мне также необходимо будет пообщаться с Олегом Васильевичем Нутеугиргыном, который повёл троих прилетевших на вертолёте людей на поиски пропавших Спиридонова и Васина, и позвавшего вас с ритуального места. Можно это организовать?

- Можно, - ответил возрастной чукча. – Но он находится сейчас не здесь.

- А где?

- Неподалеку. Один из оленей получил повреждение. Вот Олег и пошёл его осмотреть.

- Долго за ним ходить?

- Нет, минут двадцать.

- Значит, минут через сорок он будет здесь?

- Да, приблизительно.

Долгов и пожилой оленевод подошли вплотную к группе жителей поселения, состоявшей из взрослых мужчин и других членов их семей.

Михаил Семёнович что-то громко сказал им на незнакомом милиционеру языке. Видимо, дал какие-то указания, так как собравшиеся начали медленно и неуверенно расходиться, а один из молодых парней шустро побежал куда-то в тундру.

Нутеугиргын подошёл к одной из яранг, сделал приглашающий жест рукой и приподнял кусок шкуры, используемой в качестве входной двери в жилище.

Артём прошмыгнул внутрь. Сильный специфический запах переработанного мяса, костра, немытых тел и одежды резко ударил по его обонятельным рецепторам.

Яранга была разделена на две части развешенными шкурами оленей, сшитыми между собой. Стены и пол были сделаны из них же.

Та часть, в которой сейчас находился милиционер, являлась значительно больше второй. Почти посередине сооружения находилось оборудованное для постоянного поддержания огня место. Рядом с ним лежала куча металлической посуды, повидавшей на своём веку многое. Две женщины: одна очень пожилая, а вторая – молодая, накинули на какие-то предметы и вещи выделанные шкуры, видимо, стараясь придать помещению менее неопрятный и неухоженный вид.

Михаил Семёнович что-то сказал им, и они быстро покинули ярангу.

Хозяин строения показал гостю рукой на небольшой деревянный табурет с короткими толстыми ножками, который стоял возле кострища, а сам присел на корточки неподалеку.

- Михаил Семёнович, - начал разговор Долгов, кое-как заняв место на неустойчивом, предложенном ему предмете мебели, – это ваше настоящее имя и отчество?

- По документам да, - ответил пожилой оленевод. – А в быту мы иногда пользуемся своими национальными именами, данными нам при рождении. Они очень сложны в произношении и непривычны для слуха человека с материка. Поэтому в официальные документы мы записываемся наиболее созвучными и подходящими русскими именами.

- Кстати, насчёт документов, удостоверяющих личность. Они имеются у вас? – поинтересовался капитан и, увидев утвердительный кивок собеседника, попросил. – Можно мне взглянуть на них?

- Конечно, - ответил возрастной оленевод и скрылся за занавеской из шкур, разделяющей помещение надвое, появившись вновь спустя минуту. – Вот, смотрите.

- Ого, - удивлённо отметил милиционер, взяв в руки протянутый ему документ, - паспорт гражданина Советского Союза!

- Да. А что?

- Ничего, - более спокойным тоном пояснил Долгов. – Но скоро такой документ будет являться недействительным. Вам придётся его поменять.

- Как же это? Других у меня нет. Всем менять или только мне? – с наивным видом обратился к приезжему сотруднику чукча.

- Вот так! Конечно, всем. Но это вам нужно через местную администрацию решать. У вас же имеется с ней хоть какая-то связь?

- Да, по радиостанции.

- Вот по ней свяжитесь и объясните данную проблему. Вы можете это сделать не срочно, но и затягивать не стоит. Понятно?

- Да, - с расстроенным видом сказал Михаил Семёнович, красноречиво почесав затылок.

Артём, посмотрев на него, вспомнил про слова, сказанные Васиным Николаем, что представители коренного населения Крайнего Севера словно открытая книга, по лицам которых можно читать их мысли, угадывать настроение, эмоции и чувства. Да, молниеносно потерявший сознание четыре недели назад геолог был недалёк от истины.

- Давайте, перейдём непосредственно к интересующему нас вопросу, - предложил милиционер. – Что вы можете сказать о событиях того дня, когда пропал участковый уполномоченный старший лейтенант милиции Спиридонов Роман?

- Ничего, - коротко ответил Нутеугиргын. – Я его раньше не знал и в тот день тоже не видел. Поэтому сказать мне нечего.

- Понятно, - резюмировал Долгов. – Тогда задам вопрос по-другому. Расскажите мне, что вы делали, начиная за день до тех событий? Полностью.

Физиономия пожилого оленевода приняла слегка озадаченный вид, свидетельствующий о сложном мыслительном процессе, проистекающем в его голове.

- Утром предшествующего прибытию вертолета дня, - наконец, заговорил он, - я собрался и отправился к ритуальному месту для совершения там ряда традиционных обрядов. Это делается всегда, когда начинается летний период. Чтобы олени не болели, пастбища были полны растительности, а приплод - многочисленным и здоровым. Чтобы хищники нас не тревожили, и дикие олени не уводили наших в далекую глухую тундру. Я был занят проведением обрядов почти два дня. Но к вечеру второго на ритуальное место пришёл Олег Нутеугиргын. Мой сородич. Вместе с ним находился мужчина, прибывший на вертолёте, из местной администрации. Но я его ранее не видел. Он мне сказал, что необходимо срочно вернуться на место стоянки бригады и проголосовать. Так как я почти закончил проведение всех обрядов, то отправился вместе с ними к этому поселению. От них же я и узнал, что сначала ко мне отправились пешком двое прилетевших мужчин. Геолог и милиционер. Но они пропали. Когда через несколько часов на их поиски направились Олег и трое других мужчин, в скалистой гряде, через которую проходит дорога на ритуальное место, они нашли бесчувственное тело геолога. Кажется, его зовут Николаем. Двое мужчин понесли его обратно, а мой родственник и один из прибывших продолжили дальнейший путь. Когда они добрались до меня, то сотрудник администрации попросил меня вернуться на стоянку бригады. Мы пришли сюда. Все находящиеся здесь были очень обеспокоены исчезновением милиционера. Поэтому через какое-то время мужская часть моих родственников и прилетевших людей отправилась искать его. Мы потратили на это два дня. Но не нашли. А затем вертолёт улетел. Через несколько дней вернулась вертушка со спасателями. Они вновь принялись искать пропавшего милиционера. Работали несколько дней. Но так его и не нашли. И тоже улетели. Вот сейчас прибыли вы.

Михаил Семёнович замолчал и своими раскосыми наивными, детскими глазами уставился на капитана.

- Это всё? – уточнил последний.

- Да, - ответил хозяин яранги.

- Что за традиционные обряды такие, на проведение которых понадобилось почти двое суток? Это нормально?

- Да, когда заканчивается зима и начинается летний сезон, необходимо задобрить божественных созданий тундры - существ. Для этого приходится связываться с духами предков, чтобы от них получить помощь. Именно они подсказывают, что нужно идолам, и какие жертвы им принести. А это занимает много времени.

- Понятно, - сказал милиционер, а сам отметил про себя, что ничего не знает про богов чукчей, а потому проверить правдивость слов собеседника он не в состоянии. – Значит, вы тут по совместительству шаманом являетесь. Так?

- Да, - в голосе Нутеугиргына явно улавливались горделивые нотки.

- И вы в течение этих двух дней не покидали ритуальное место?

- Не покидал.

- Кто-то может это подтвердить?

- Все, кто находится в нашей бригаде. И мужчины, и женщины, и дети.

- Они все тоже находились там? – удивлённо поинтересовался милиционер.

- Нет. Они находились здесь. Но знают, что я был там. И могут это подтвердить, так как понимают, что я не обманываю их, - с честным видом заявил оленевод-шаман.

- Ну да, конечно, как же я сразу не догадался, - скептически заметил Долгов. – Уточните, пожалуйста, где находится это ритуальное место?

- Не слишком далеко от места этой стоянки. Километрах в пяти отсюда. Когда заканчивается скалистая гряда, где обнаружили потерявшего сознание геолога, необходимо пройти около полутора километров по тундре. После этого расположено небольшое скопление огромных каменных глыб. Они представляют собой фигуру, похожую на что-то вроде сплюснутого с двух сторон круга.

- Овал?

- Да, наверное. Вот это и есть ритуальное место.

- И вы постоянно проводите свои обряды там?

- Нет. Только самые важные. Обычно это делается два раза в год. Когда сменяются зимний и летний период времени. Остальные обряды я могу проводить здесь, на месте стоянки.

- В тот день вы что-нибудь слышали? Или, может быть, заметили что-то необычное?

- Нет, - уверенно ответил Михаил Семёнович. – Не видел и не слышал ничего вокруг, потому что погрузился в осуществление обряда общения с духами предков. В таком состоянии всё моё внимание было направлено только на них. Из него меня вывел пришедший Олег. Это возможно, только когда проведение ритуального таинства заканчивается. Я вам говорил об этом.

- Когда возвращались сюда, то заметили что-нибудь?

- Нет, ничего.

- А потом, когда вновь отправились на поиски пропавшего милиционера?

- Тоже ничего.

- До этой пропажи участкового, подобные происшествия случались?

- Именно таких, нет.

- Что значит: «Именно таких»? Были какие-то другие?

- Места у нас необжитые, как говорят люди с материка, дикие. Климат суровый. Хищников много. Случается разное. Иногда замерзает кто-нибудь из оленеводов. Но это, в основном, бывает в зимнее время года. Медведь задерёт одиночного охотника. Утонет кто-либо из детей в речке, протекающей неподалеку отсюда.

- В таком климате, здесь кто-то купается в речке? Она успевает прогреться?

- Да успевает, на мелководье. Но, обычно, тела погибших мы потом находим. А сейчас его нет. Хотя, не исключено, мы и обнаружим его позже. Такое тоже вполне может быть.

- Как вы думаете, что случилось со Спиридоновым Романом?

- Не знаю, - искренне ответил шаман.

- А духи предков вам об этом ничего не сказали? – чуточку ехидным тоном поинтересовался капитан.

- Я к ним с такой просьбой не обращался. И вряд ли они мне ответят. Они же его не знали.

- Понятно, - резюмировал Артём. – Большое спасибо, что рассказали мне о событиях того дня, произошедших с вашим участием.

- Пожалуйста, - радостно ответил Михаил Семёнович, и его лицо прямо таки засветилось от удовольствия.

- Позовите Олега Васильевича Нутеугиргына, если можно. И пусть паспорт с собой прихватит. А сами подождите снаружи. Спасибо!

- Не за что, - ответил оленевод-шаман, с неожиданной лёгкостью поднялся на ноги и направился к выходу из яранги.

6

- Олег Васильевич? – спросил Долгов вошедшего в шалашеобразное сооружение молодого чукчу-оленевода.

Он был небольшого роста, сухощавого телосложения, с короткими, чуть кривоватыми ногами, одет в местный наряд из выделаной оленьей шкуры.

- Да, - неуверенно ответил тот, растерянными и даже немного напуганными глазами смотря на приехавшего представителя власти.

- Можно посмотреть документ, удостоверяющий твою личность? – поинтересовался милиционер. – Ты же не обидишься, если я буду обращаться к тебе на «ты»?