Четвертая повесть

– Да я лучше останусь в какой-нибудь из этих деревень, – кричала она.

– Не останешься, мы едем. Твоя мать думает, что ты мертва, и не будет разыскивать тебя.

– Тогда они убили Лафе. Теперь ты готов пожертвовать Даней? Ты не понимаешь, что происходит. Езжай, я иду обратно.

– У тебя это не получиться.

Айзек силой затащил Машу в поезд, и когда двери закрылись, она уже ничего не могла сделать. Они обязаны были пристегнуть ремни, чтобы ничего себе не сломать.

– Я ненавижу тебя. Я не выйду из вокзала Натюрина, я сразу поеду в Технополис.

– Деньги у меня, – ответил Айзек.

– Это и мои деньги тоже, отдай мне половину. Сейчас, – протянула Маша руку. Она была очень зла.

– Доедем до Натюрина, там посмотрим, – ответил Айзек.

– Какая же ты мерзость, – с ненавистью в глазах сказала Маша.

– Спасибо, – ухмыльнулся Айзек и стал смотреть в окно.

Он рассчитывал на то, что они поговорят с Даней и отправятся вместе в Порт. Возможно, он уговорит Даню переехать в Технополис. А Машу он заберет на Острова. Она сильно боится, потому так злится, но он не собирался оставлять ее одну.

Машу же разрывало от злости. В отличие от Айзека, с ее памятью все было в порядке. Причем это была память не только разума, но и всех ее эмоций. Она телом чувствовала все те ощущения, которые происходили с ней. Из-за этого она готова была убить Айзека.

Поезд летел на сумасшедшей скорости и совсем скоро они подлетели к Серому городу, где поезд стал замедляться.

«Уважаемые пассажиры, отложите все приборы, сядьте ровно, руки уложите на подлокотники, ноги поставьте в правильную позицию», пищал на весь вагон голос диктора. На мониторе высветилась «правильная позиция» тела пассажира.

– Это еще что такое? – раздраженно спросила Маша.

– Сейчас будут сканировать, – ответил мужчина с соседнего места.

Через несколько минут Маша и Айзек увидели, как в начале вагона появилась световая стена синего цвета, которая переливалась разными оттенками, как поверхность воды. Она медленно двигалась через вагон. Когда она прошла сквозь них, они ничего не почувствовали.

– Зачем это? – не могла успокоиться Маша.

– Проверяют, кто едет и что везут, – опять сказал сосед.

– И что будет, если им что-то не понравиться?

– Сообщат на станцию, там будут встречать роботы. Они все перепроверят. Если все в порядке – отпустят, если нет – заберут, – улыбнулся он.

Маша смотрела на Айзека, старательно сдерживая себя.

– Ты слишком волнуешься. Все в порядке, – взял он ее за руку.

Она выдернула свою руку из его руки, и чтобы хоть немного успокоиться, начала считать про себя. Скоро поезд опять начал набирать скорость. На вокзале Серого города никто не выходил, полной остановки не было, только замедление для проверки. Значит, все пассажиры были из Натюрина или Технополиса. Это было немного странно, но поезд остановился на выезде из Серого города. В вагоны вошло два робота, на вид немного напоминавшие людей. У них были гибкие позвоночники из гофрированных труб, туловище и голова были гладким, руки и ноги были похожи на упругие овальные кольца, а ступни и манипуляторы рук походили на куриные лапы. Они оба бойко продвигались по вагону поезда и будто считывали лица пассажиров. Когда они дошли до Айзека и Маши, один робот остановился, считал их лица, потом его голова вылезла из подставки, похожей на плечи и на тонкой гибкой гофрированной шланге потянулась к лицу Маши. Оно в упор приблизилась к ее лицу, секунд десять ничего не происходило. Затем оно засунуло голову обратно и отправилось доделывать свою работу. После того, как роботы вышли, прошло десять минут, и поезд опустили. Маша все это время была будто приклеена к креслу и не шевелилась. Айзек смотрел на нее, но успокоить не пытался, потому что знал, какая будет реакция.

Ночью поезд приехал в Натюрин. На вокзале их ждал Даня.

– Привет, путешественник, – радостно он встретил Айзека.

Они обнялись, похлопали друг друга по спине.

– Это Маша, ты ее видел. Это она довела меня из Серого города в Порт.

– Привет, – улыбался Даня.

Но Маше было не до него. Она ужасно нервничала и ни секунды не хотела оставаться в городе.

– Отдай мне мои деньги, – грозно сказала она Айзеку.

– Мы завтра уедем отсюда вместе. Не переживай, – уговаривал ее Айзек.

– Да вы можете хоть на неделю остаться, – сказал удивленный Даня, не понимая, что происходит.

– Для тебя это игрища? – цедила сквозь зубы Маша. – Ты думаешь, эти роботы просто так считывают лица?

– Поезд все равно будет только завтра, – опять сказал Даня.

Маша со злостью посмотрела на него. Тот замолчал.

– Отдай деньги, я останусь здесь, на вокзале.

– Не останешься, потому что если все так, как ты говоришь, то за тобой надо присматривать, иначе тебя заберут, и мы не будем знать, где ты. Именно так происходит с людьми, на которых приходят похоронки. Во время исчезновения они одни.

Маше тяжело было сдерживать свои эмоции, ей хотелось кричать, бежать, как тогда, когда она была на корабле, но сейчас она этого сделать не могла.

– Пойдем. Завтра мы уедем вместе.

Они пошли за Даней.

– Я снимаю здесь недалеко квартиру. Там одна комната, но думаю, мы поместимся. А что на вас за одежда? – спросил Даня Айзека.

– Это ты еще нас в меховых шубах не видел, – ответил Айзек.

– Шубах? – засмеялся Даня. – Где тебя вообще носило? Ты что-то узнал о родителях?

Айзек начал рассказывать, где он был и что с ним происходило. Когда они пришли к Дане, Маша легла спать, а Айзек с Даней сидели на кухне до утра. Айзек рассказал все, что узнал о Натюрине.

– Даня, может тебе переехать в Технополис? Я не уверен, что там такого совсем нет, но там немного спокойнее.

– Я не знаю, – мотал головой Даня, – я вообще художник, я им не нужен. Да и Соню вряд ли выпустят, я не хочу ее оставлять.

– А Соня? Она учиться?

– На орнитолога, – кивнул Даня.

– А ее родители?

– Они тоже связаны с этим.

– Даня, я не могу тебя заставить, но я прошу тебя как человека, который мне дорог, подумай об этом.

– Я подумаю, – ответил сухо Даня.

Под утро они легли спать. К обеду они уже шли в кафе, где их ждала Соня.

– Привет, мой любимый мастер, – обняла она Даню.

Они сели за столик посреди зала. Помещение было светлым и просторным. Из высоких окон виднелся сад, внутри почти все места были заняты. Они заказали себе перекус и сидели, болтали.

– Я доделал заказ и они хотят сделать еще один. Работать приходиться после учебы, но Соня может приходить ко мне, потому вечером мы обычно вместе, – продолжал свой рассказ Даня, который он начал еще по дороге в кафе.

– Я ему читаю книги по орнитологии, потому что мне надо делать домашние задания, а он делает вид, что ему интересно, – засмеялась Соня.

– Почему? Мне интересно. Не понятно, но интересно, – сказал Даня и засмеялись все, кроме Маши. Она смотрела в окно и была погружена в свои мысли.

– Твой чай остывает, – обратился Айзек к ней.

Маша не обратила на него внимания, тогда он потеребил ее за мочку уха. Она повернулась и посмотрела ему в глаза. Ее глаза были спокойны, Айзек увидел небольшие вкрапления синего в ее серой радужке. Она с утра ничего особо не говорила, будто была в каком-то оцепенении. Было понятно, когда она злилась, но что происходило в ее голове, когда она вела себя так тихо, было не ясно.

– А ты, Маша, где-то училась? – спросила Соня.

Маша посмотрела на Соню и Даню. Это была милая парочка недавно влюбившихся людей, гармонично смотревшихся на фоне друг друга. Соня смотрела не нее, ожидая ответ.

– Не училась, – ответила Маша, – все мое образование – это книги.

– А о чем эти книги? – интересовалась София.

– О религии, о мозге, о снах, о людях, об Островах, – посмотрела она на Айзека, Айзек удивленно посмотрел на нее.

– О снах? Я недавно читала одну о снах. Даня рассказывал мне один свой сон.

Даня ткнул ее локтем в ее локоть, но Соня не остановилась.

– Ему снилось, что я – спящая красавица, – засмеялась Соня.

Маша внимательно посмотрела на Даню.

– И ты разбудил ее своим поцелуем? – спросила она.

Соня и Айзек засмеялись, но Даня был не весел. Маша ждала ответ, глядя на него.

– Нет, – вздохнул он.

– Почему? – допрашивала она.

– Хрустальный гроб не дал мне это сделать, – ответил он.

Соня и Айзек опять смеялись, но Маша и Даня были серьезны.

– Тебе было страшно? В этом сне? – продолжила Риа.

– Это важно? – раздраженно спросил он.

– Это сон, в нем все важно.

Даня не стал отвечать на этот вопрос, но Маша и так все поняла.

– А почему это важно? – с любопытством спросила Соня.

– Соня, а тебе снились когда-нибудь вещие сны? – спросила Маша.

Айзек внимательно смотрел на Машу, он опять вспомнил свой сон с подводным кораблем. Точнее, это теперь он знал, что это подводный корабль, а тогда он не понимал, что это такое.

– Мне сегодня снился кошмар, – продолжала Мария, – мне снилось много хрустальных гробов, в одном из них была я. Сквозь хрусталь я видела Айзека, – Маша посмотрела на него, – он хотел меня убить.

Настала напряженная тишина, пока Айзек не прервал ее.

– Может, надо было тогда позволить шиду забрать меня? – спросил он.

В этот момент в кафе зашли посетители, они специально прошли мимо столика, за которым сидела их компания.

– Ничего себе, я думала, они не ходят в такие места, – удивилась Соня.

– Кто это? – спросил Даня.

– Это люди из управления Натюрина.

– Отдай мне деньги. Сейчас, – посмотрела Маша на Айзека.

Айзек обернулся на усаживающихся посетителей. Одна женщина была копией Маши. Это была Фира, с ней было еще три человека: женщина помоложе и мужчины старше их. Соня вздохнула, присматриваясь к ним.

– Ничего себе, как вы похожи, – обратилась она к Маше.

Маша смотрела в упор на Айзека. Айзек залез рукой в карман и отдал ей деньги.

– Я поеду к озеру, дом 2513, – она встала и ушла.

– Что случилось? – удивилась Соня.

– Да так, неразрешенные дела, – задумчиво ответил Айзек. Может, ему стоит пойти с ней? Но он еще не уговорил Даню, ему хотя бы стоит попытаться сделать это, до вечера еще есть время. Он посмотрел на него, Даня был напряжен.

– Ребят, мне надо идти, у меня занятия, – сказала Соня и ушла. За столиком остались Айзек и его друг.

– Ты думал о том, что я тебе говорил? – спросил Айзек.

– Да, но у меня Соня.

– Поговори с ней.

– Ее не выпустят.

– Поговори, возможно, есть какой-то выход.

– Хорошо, я с ней поговорю, – недовольно ответил Даня.

– Даня, сегодня.

– Слушай, здесь масса народу, они же как-то живут?

– Живут и рискуют. Не забывай о том, что здесь все играют в молчанку.

Даня изменился в лице, но ничего не ответил. Айзек обернулся, перед ним стояли Фира и, судя по одежде, ее коллеги.

– Здравствуйте, молодые люди, мы к вам присядем? – спросила она, но ответ не ждала, а села. Остальные тоже сели, так, что между Айзеком и Даней было по два человека.

– Вы здесь будете жить? – спросила она.

– Нет, я сегодня вечером уезжаю, – тут же ответил Айзек.

– Как жаль, – наигранно сказала она. – Нам так нужны новые люди, мы хотели пригласить вас к нам в управление. Вы ведь с Островов? – спросила Фира, глядя на Айзека.

– Откуда вы знаете? – посмотрел он в ее глаза.

– Я же говорю, мы из управления. Все пассажиры поездов проверяются.

Айзек вспомнил и сканирование, и роботов, и слова Маши. Она оказалась права в своем страхе, хоть Айзека это и раздражало. В какую игру они играют, было не ясно, но было ясно то, что они не оставят их в покое. Теперь, где бы они ни были: на Островах, в Технополисе или Натюрине, они будут под колпаком.

– У меня нет образования, – ответил Айзек.

– Тем лучше, значит, у вас нет предубеждений, которое придется исправлять. Мы научим вас всему с нуля.

– Мне стоит подумать, это слишком большие изменения в моей жизни.

– Бабушка с дедушкой будут вами гордиться. Родители тоже гордились бы вами. Как жаль, они были так молоды.

У Айзека вдруг стало колотиться сердце, хотя до этого он был спокоен. Что они вообще знают о них и откуда? Мысли путались в его голове. С одной стороны он хотел мирной, спокойной жизни. С другой стороны, без Дани и Маши его жизнь уже не будет так спокойна. С третьей – он хотел узнать, откуда они все знают. И эта третья сторона перевешивала две предыдущие. Вот только, кто ему даст все это узнать? Это было похоже на западню.

– И все-таки, я подумаю, – ответил он.

– Подумайте, – улыбнулась Фира, потом строго посмотрела на сопровождающих. Они вместе встали и ушли.

– Что это значит? – спросил Даня.

– То, что я тебе говорил. Тебя надо уезжать.

– А тебе? – удивился он.

– Боюсь, мне надо было сделать это раньше. Теперь они не отстанут.

– Мне надо идти на занятия, – неуверенно сказал Даня.

– Иди. Я пойду на вокзал, прослежу, чтобы Маша уехала.

Маша была уже на вокзале и читала правила посещения Технополиса. У нее не было пропуска и она не знала, что делать, но оставаться она не собиралась. «Решу все на месте», – подумала она. Ближайший поезд на Технополис шел вечером. Было еще несколько, но они шли позже. Маша села перед окном и стала ждать. Вид из окна вокзала был потрясающим. Белоснежные здания утопали в зелени, небо было светлым, все было похоже на картинку из книги.

Айзек разыскал, где была Маша, но подходить к ней не стал. Он не знал, что ей сказать, потому просто наблюдал. Когда объявили посадку на поезд, он проводил ее взглядом и убедился, что она села в него. Недолго он постоял, провожая поезд, а потом вернулся на квартиру к Дане.