Опасный сводный мерзавец

Глава 6

Казалось, что Белый задался целью не обучить меня, а хорошенько облапать. Тут и там я чувствовала на себе его наглые липкие ручища. Только и делала, что стряхивала их с себя.

Кай изредка наблюдал за нами и не делал никаких попыток приструнить своего распоясавшегося друга.

– Попробуй ударить вот по этому шару, – посоветовал Белый.

Белый – потому что блондин.

Я прицелилась, но промахнулась, чувствуя себя криворукой неудачницей.

Допив свой коктейль, Светлана легкой походкой подошла к бильярдному столу и оценила расположение шаров.

Затем она повернулась лицом к Каю, сняла свои трусики алого цвета и завязала ими хвостик из длинных светлых волос. У присутствующих в зале мужчин загорелись глаза. У Пожарского, разумеется, тоже.

Забрав кий у моего сексуально озабоченного наставника, Света нагнулась, прицелилась и ударила по шару. Два шара скатились в лунку.

– Отличный удар! – похвалил Белый.

Светино представление явно было рассчитано на Кая. И ей удалось перехватить его внимание. Встав с места, он подошел к девушке сзади и слегка приподнял ее платье.

Я отвернулась, не желая смотреть на это порно в чистом виде. Пока все наблюдали за бесстыдной парочкой, я прицелилась, ударила, и один шар закатился в лунку. Но никто не видел моей маленькой победы, потому что их глазам предстал более интересный сюжет.

Положив кий в угол, я вышла из бара. На улице похолодало, и я обняла себя за плечи. Как мне добираться до дому? В какой он вообще стороне?

Адрес я знаю – уже хорошо. Можно попросить местного жителя меня подвезти. В кармане шорт лежат двести рублей. Не бог весть какая сумма, но лучше, чем ничего.

Я заметила одинокого пожилого мужчину, сидящего в машине и уже хотела подойти к нему, как кто-то поймал меня за руку.

– Куда собралась? – выдохнул мне на ухо Пожарский.

– Домой.

– Мы еще не сыграли с тобой партию.

– Я не буду с тобой играть, – качнула головой.

– Я видел твой последний красивый удар.

– Надо же, а я думала, ты видел только свою голую подружку.

– Ревнуешь? – оскалился Кай.

– Вот еще! – почему-то покраснела я.

– У тебя появился шанс оставить меня без одежды.

– Не интересно.

– Я буду тебе поддаваться, Енотик.

– Если ты так хочешь разголиться перед людьми, ничто тебе не мешает сделать это и без игры.

– Слушай, а ты мне нравишься. Предлагаю временное перемирие, – Кай протянул ладонь.

– А у нас была война? Извини, кажется, я всё пропустила.

Усмехнувшись, Кай потащил меня обратно в бар. Пару раз он как бы случайно провел ладонью по моей заднице. А я в отместку так же «случайно» наступила ему на ногу.

Мы остановились возле бильярдного стола, и Пожарский подал мне кий. Света сидела с надутыми губами у барной стойки. Перед ней стоял новый бокал голубого коктейля.

– Ну что, ты готова? – спросил Кай. – Первый удар твой.

Закатив глаза, я ударила по шарикам, собранным в идеальный треугольник. Два сразу же скатились в лунку.

Пожарский принялся расстегивать рубашку, и возле бильярдного стола начали собираться люди, которые предвкушали очередное зрелище.

Моему возмущению не было предела. Мало того, что он привез меня в бар почти в пижаме, так еще и раздеть захотел!

Утереть бы этому говнюку нос, но как? В бильярде я не сильна.

– Давай, Енот, дальше опять твой ход.

– Прекрати меня так называть! – зашипела на него.

Если я попаду, он снимет штаны?

Присмотрела шарик неподалеку от лунки и ударила по соседнему. Ого! Я попала. С усмешкой посмотрела на Пожарского и спросила:

– Ты готов позориться дальше?

– А не боишься самой припозориться?

– Не боюсь.

Почему я такая смелая? Что было в том коктейле? Я не пьющая, и мне хватило бы стопки алкоголя, чтобы стать другой.

Но я уверена, что мне не придется раздеваться. Кай снял с себя цепочку и с вызовом посмотрел на меня. А потом… я промахнулась. А он попал точно в цель…

– Раздевайся, сестренка.

– Но я… Мне нужно в туалет!

Выпалив это, я бросилась в сторону санузла. Заперлась в кабинке и притихла, чувствуя небольшое головокружение.

– Стелла, открой, – сказал Кай и три раза постучал в дверь.

– Уходи.

– Тебе не отвертеться.

– Я не собиралась с тобой играть. Ты меня принудил.

Тошнит…

Пытаюсь удержать всё в себе, чтобы Пожарский не слышал эти ужасные звуки рвоты.

– Я разделся, теперь твоя очередь. Ты можешь сделать это наедине со мной. Открой, я зайду к тебе.

– Нет! Уходи.

Меня все-таки выворачивает наизнанку. И плевать уже, что Пожарскому всё слышно.

– Эй, Енот, тебе что, плохо? – спросил он настороженно.

– Оставь меня в покое…

– Открой, я хочу тебе помочь.

Отперев дверь, я выбралась из кабинки и подошла к раковине. Перед глазами всё плыло. Думаю, что у меня непереносимость алкоголя из-за того, что я ненавижу его. За то, что он сделал с моей матерью.

– Ты как?

– Я хочу домой.

– Хорошо, поехали.

Казалось, Кай ни на шутку обеспокоен моим состоянием. Во всяком случае его полушутливый флирт исчез.

– Что было в том коктейле? – спросила я.

– Ничего противозаконного.

Забрав свою рубашку и золотую цепочку, Кай вышел вместе со мной на улицу. Света выбежала следом.

– Кай, ты уезжаешь? И без меня? – спросила она с обидой.

– Да, Стелле стало плохо. Надо отвезти ее домой.

– Она ведь не твоя сестра. Ты теперь с ней, да?

– Света, не переживай, мне не нужен такой, – сказала я и села в машину. Пусть разбираются без меня.

Парочка общалась где-то с минуту, а потом Пожарский сел в салон.

– Значит не нужен тебе такой? – ухмыльнулся он. – А какой, позволь спросить?

– Наглый, настойчивый и неразборчивый…

«Мерзавец» – добавила про себя.

Кай фыркнул и завел машину. Мне показалось, что он хотел поскорее отделаться от своей девушки.

– Отцу не говори, где мы были, – попросил он.

– А что будет, если скажу?

– Не стоит, – угрожающе сверкнул глазами.

– Если обещаешь оставить меня в покое и больше никуда не возить, то так и быть – я промолчу.

Теперь я знаю слабое место Пожарского – он боится отца. Не только же ему искать мою уязвимость.

– Заметано. Буду доставать тебя дома.

– Хватит, Кай. Я уже поняла, что для тебя я как кость в горле. Долго терпеть меня не придется.

– Это мы еще посмотрим… Посмотрим.

Глава 7

Когда я вошла в спальню Лои, она уже сладко спала, прижав к груди плюшевого зайца. Яков Григорьевич задарил её игрушками, подумала я со смесью радости и горечи.

Радостно, что хотя бы у сестры всё налаживается.

А горько от того, что наше положение в доме Пожарских очень шаткое. Зоя Васильевна и Кай нас ненавидят и сделают всё, чтобы вышибить отсюда.

Мне захотелось попить воды перед сном, и я спустилась на кухню. Откуда же я знала, что там в одиночестве сидит сводный братец. Я-то думала, что он вернулся в бар к своей безтрусой Светлане.

– Ой, – сказала я, заметив мужскую фигуру в полутьме.

– Доброй ночи, дорогуша.

Кай встал с высокого стула и шагом хищника приблизился ко мне.

– Я только воды попить.

– Да, пожалуйста, – махнул он рукой на здоровенный холодильник.

Я открыла дверцу и взяла маленькую бутылку воды. Спиной чувствовала его прожигающий насквозь взгляд.

– Спокойной ночи, – прошмыгнула мимо него.

– Стоять! – Кай поймал меня за руку и дёрнул на себя.

– Да что за привычка?! – зашипела я. – Ты мне руку когда-нибудь вывихнешь! Что ты хочешь?

– Если захочу, то возьму тебя прямо тут, на столе, – выдохнул Пожарский, тесно прижимаясь ко мне.

От него пахло цитрусами и немного алкоголем.

– Отпусти меня! – толкнула сводного в грудь, но Кай даже не пошелохнулся. У меня слишком мало сил, чтобы противостоять такой скале.

– Раз уж я вынужден уживаться в одном доме с живым доказательством папиной измены – твоей младшей сестрой, то требую для себя плюшек.

– Закажи домработнице, она тебе их с удовольствием приготовит, – съязвила в ответ.

Я не стану его бояться. Он просто достает меня, чтобы я сама сбежала из дома и перестала мозолить ему глаза.

– Ты прекрасно поняла, что я имею в виду. Ночью хочу видеть тебя в своей постели. Пока на разок, дальше посмотрим, – толкнулся в меня бёдрами.

– Да пошёл ты! – покраснела от возмущения.

– Войду, не переживай. Хочу, чтобы на своей шкуре испытала боль моей матери. Я протащу тебя по таким кругам ада, сводная, что ты будешь умолять меня о пощаде!

– Что?! – тут мне по-настоящему стало страшно.

Его голос, пропитанный ненавистью, вибрацией отдавался в груди. Больно мне стало уже сейчас. Только вот молить о пощаде я не стану никогда. Мама учила меня быть гордой и всё терпеливо сносить.

– Не прикидывайся. Ты должна понимать, что чувствовала моя мать, когда отец загулял с твоей. Да она в петлю лезть хотела.

– Мне было всего десять лет, – ответила едва слышно.

Он что, правда хочет, чтобы я расплачивалась за свою маму? Собой?! Но это же несправедливо!

– А мне четырнадцать, – ответил Кай, – и я всё помню, какой дома творился ад. Как они ссорились и кричали друг на друга… Мне хотелось проглотить горсть таблеток, чтобы больше никогда не слышать их.

– Кай, прошу тебя, я ни в чем не виновата, – уперлась двумя руками в твердую грудь парня.

– Приходи ко мне спальню через пятнадцать минут, – выдохнул он мне в губы. – Нам обоим будет хорошо.

– Нет… Я…

– Ты придешь, Стелла.

– Нет, я тебе ничего не должна! Пусти! Или я закричу.

Вместо того, чтобы отстать, сводный сжал меня в тисках и поцеловал. Действовал он грубо и решительно, не оставляя мне ни малейшего шанса ускользнуть.

Его язык с привкусом лайма по-хозяйски ворвался внутрь. Целовался Кай жадно и напористо, словно брал меня через рот. Мои ноги ослабли, и я испугалась, что упаду. Мой первый поцелуй, вот ты какой…

– Кричи, – разрешил Кай и снова накрыл мои губы.

Мне оставалось только издавать мычащие звуки и колотить по непробиваемой мужской груди. В конце концов от моих трепыханий не было никакого толка, и я сдалась.

– Отвечай мне. Отвечай же, – скомандовал Пожарский, надавив мне на затылок.

Его твердый пах упирался мне в бедро, обжигая кожу через ткань пижамных шорт. Ответить на поцелуй – это дать ему повод думать, что мне нравится. Мне не может нравиться такой заносчивый самовлюбленный индюк! У меня нормальный вкус на парней, мне нравятся хорошие и добрые.

– Ты будешь моей, Стелла, – Кай резко прекратил меня целовать.

– У тебя уже… есть девушка… – ответила я, как только смогла нормально вдохнуть.

– Я не предлагал тебе стать моей девушкой, – отбрил он.

– Ну, конечно, – горько усмехнулась я. – Да иди ты, Кай! И не приближайся больше ко мне. Я не буду с тобой спать! Никогда!

– Ты ведь этого сама хочешь, – усмехнулся подлец.

– Я не та, за кого ты меня принимаешь.

– Да что ты.

Почему я вообще с ним разговариваю? Пусть думает обо мне, что хочет. Но я боялась одного – что Кай настроит Якова Григорьевича против меня. Но спать с ним я точно не буду. Ни за что.

– Спорим, ты уже мокрая?

– Чего?

– Вот тут, – наглая рука мазнула по моей промежности, прямо как сегодня утром.

– Убери руки! Не то я…

– Что? Что ты мне сделаешь?

– Да ты просто… Гад! Оставь меня в покое!

– Не оставлю, пока своего не добьюсь. И ты это знаешь.

– Я съеду, как только найду работу и жильё.

– Можешь жить, сколько захочешь. Но пару ночей в неделю ты будешь спать в моей постели. Небольшая плата за мое молчание и принятие унизительной ситуации. Надеюсь, ты достаточно опытная и горячая, и я не пожалею о том, что пошел тебе навстречу.

Я проглотила горький ком в горле. Мой первый поцелуй случился несколько минут назад. Вот и весь мой опыт. Но говорить ему об этом я не хотела. Засмеет, будет издеваться, а то и вовсе не поверит.

– Я дам тебе время на подумать. Сутки. Завтра сама придешь ко мне в спальню или разговаривать будем по-другому.

Отпустив меня, Кай вразвалочку вышел из кухни. А мне хотелось стечь на пол и зареветь. Братец не оставляет мне выбора. У меня язык не повернется сказать Якову Григорьевичу, что его сын ко мне пристает.

Да и Кай сможет опровергнуть мои слова, выставить лгуньей. Кому поверит мужчина? Конечно, сыну. Меня он толком не знает. Да, он когда-то был влюблен в мою мать, и что? Я ему совершенно посторонний человек.

Всё, чего я хотела – это быть рядом с сестрой. Цена – постель с опасным мерзавцем. У меня есть сутки, чтобы что-то придумать. Но нельзя допустить совместных ночей с Каем, он же меня сломает. Как раз этого он и добивается!

Глава 8

Кай

В этой малышке столько секса, что мне сложно держать себя в руках рядом с ней. Поставить бы её рачком и вспахивать всю ночь. Она пахнет пряниками, которые я любил в детстве.

Да-да, когда-то мы жили не слишком богато. Не так давно папа и дедушка поднялись, начали прилично зарабатывать и создали с нуля свою фирму. Затем отец начал открывать филиалы в других городах, и начались его постоянные командировки.

И однажды из такой длительной командировки он вернулся другим и сказал маме, что хочет с ней развестись…

Но вернемся к персоне, которая в данный момент меня интересует больше всего – Еноту. Я не верю в ее чистоту и порядочность. От осинки не родятся апельсинки. Ее мать была наглой и расчетливой стервой, и вряд ли Стелла другая.

Моё поведение – чистая проверка на вшивость. Придет ко мне в спальню, чтобы отдаться – всё с ней будет предельно ясно. Такую продажную сучку не жалко будет подставить и вышвырнуть из дома.

Не придет, значит, я поспешил с выводами.

Утром проснулся, а она на кухне хозяйничает. Даже глаза несколько раз протер, чтобы получше рассмотреть секси фигуру в джинсовых шортах.

– А где повариха? – спросил я.

– Она поехала за продуктами с водителем. А я завтрак готовлю для Лои. Будешь?

Посмотрел на сковороду с пышными оладьями и сглотнул голодную слюну. Ч-черт, я же не люблю жареное с утра, но почему-то именно эти оладики мне захотелось сожрать. Все, до единого.

– А что ты туда добавила? – схватил один и обмакнул в сметану. Если я после них обосрусь – прибью её нахер.

– Муку, яйца… Или тебе огласить весь список?

– Пурген, например?

Стелла выразительно фыркнула и сдула челку, лезшую ей на глаза.

– Повторюсь: я для Лои готовлю. С чего мы мне травить собственную сестру?

На кухню, шлепая босыми ногами, пришла мелкая. Непривычно видеть в своем доме коротышку с моими глазами. Все время кажется, что это какой-то дурной сон, который породил мой мозг.

– Доброе утро, Кай! – мелкая уселась за стол и посадила на свободный стул плюшевого зайца.

– Доброе, – ответил я, сев подальше от нее.

Вообще-то мы не едим на кухне, но сегодня я решил сесть тут. Стелла поставила на середину стола тарелку с горой оладий и сметану.

Мелкая принялась есть, а старшая суетиться с грязной посудой.

– Может сама поешь? – обратился к ней.

– Да я потом, – отмахнулась Стелла.

– Потом уже ничего не останется.

– Ничего страшного. Обед не за горами.

Стесняется есть наши продукты? Или не хочет делать это при мне? Странненькая девчуля. Но сестру любит нежною любовью. Вон с какой материнской теплотой на нее поглядывает.

– Может покатаемся после завтрака? – поймал Стеллу за ремень шорт.

– Нет, пусти. Мы пойдем подавать документы в детский сад.

– Я отвезу.

– Не надо. Здесь близко.

– Стелла, а давай возьмем Кая с собой? – встряла в разговор Лоя с дельным предложением.

Не то чтобы я заделался их личным водителем, просто хотел понаблюдать за Стеллой. Как скоро она начнет флиртовать с местными парнями и проявит свою сущность?

Я видел, как она шугалась от Белого. Но может, тот ей просто не зашел. А еще она ревновала меня к Светке. Я всё видел, так что пусть не отрицает.

– Ладно, возьмем, – сдалась старшая.

Отказать мне – это нормально. А вот младшей сестричке значит мы не умеем отказывать. Лоя из нее веревки вьет. Или сама хочет покататься в моей машинке еще разок? Кстати, батя будет доволен, что я помог сестрам. Я уже устал слушать, какой я эгоистичный и плохой сын. Заработаю немного очков в его глазах. Так что еще посмотрим, кто кого. Да, Енотик?

Ей идет эта кличка. Высокая, худая, с каштановыми длинными волосами, которые хотелось намотать на кулак, пока она… Так, нельзя думать о таких вещах при мелкой.

Ведь мы уже в моей машине, едем в детский ад. То есть сад, конечно. Это я в детстве так говорил: «Не хочу в детский ад», когда мама меня туда силком тащила.

Стелла надела длинный бабкин сарафан, у которого был только один плюс – через него виден край груди. Туда я и заглядывал полдороги, пока сестренка не просекла. Закрылась от меня рукой и нахмурилась.

– На дорогу смотри, пожалуйста, – попросила она.

– Я смотрю.

– Не туда смотришь.

– А ты не следи за мной. Куда хочу, туда и смотрю.

– С тобой бессмысленно спорить.

– Вот и не спорь.

– Кай, Стелла, вы что, ссоритесь? – подала голос с заднего сидения Лоя.

– Нет, мы просто разговариваем, – поспешил ответить Енотик.

Надо подарить ей мягкую игрушку енота, побесить ее слегка.

Стелла отправилась в частный детский сад одна, оставив меня наедине с мелкой.

– Стелла хорошая, – вдруг сказала Лоя. – Она меня любит. И тебя полюбит.

– А мне не нужна ее любовь.

– Любовь всем нужна, – возразил ребенок.

Кажется, она умна не по годам. И я не испытывал к ней ничего – ни любви, ни ненависти, ни злости. Это ведь просто… просто дитё. Немного бесячий гном. С моими глазами, блин.

А вот ее старшая сестра поднимала во мне волну эмоций. Ведь мы могли стать сводными еще семь лет назад, если бы отец развелся с моей матерью и женился на ее, как хотел.

Мне не надо, чтобы Стелла меня любила. Пусть лучше ненавидит. Потому что я испытываю к ней именно это чувство. Да, она не виновата, бла-бла-бла, но всё равно бесит. Играет роль невинной овечки, а сама только и думает о том, что вытянула счастливый билет.

И сестру пристроила, и себя заодно. И все ее разговоры о работе и уходе – пустая болтовня. Никуда она не свалит. Но мне же проще, будет безотказная девчуля под боком. Мы не родственники, поэтому можем трахаться сколько хотим.

Мой член Светку уже не хочет, как бы она не выпендривалась, снимая трусы при всех. Зато стоит по стойке смирно на Стеллку. И прошлой ночью, клянусь, я бы ее оприходовал, если бы она не стала так рьяно сопротивляться.

– Лоя, ты хочешь мороженое? – неожиданно предложил притомившейся от ожидания мелкой.

– Хочу! – тут же загорелись ее глазки.

– Пошли. Ты какое любишь?

– Шоколадное.

– Не поверишь – я тоже, – усмехнулся в ответ.

Представил испуганные глазищи Стеллы, когда она вернется и обнаружит пустую машину, и усмехнулся. Ну ничего, пусть учится мне доверять. Ей это по жизни пригодится.

Глава 9

В детском саду я пробыла достаточно долго. Пока бумаги заполнила, пока с заведующей пообщалась. Этот частный сад Яков Григорьевич нашел. Разумеется, он же и договорился, чтобы Лою туда взяли.

Вышла на улицу и обнаружила, что в машине никого нет. Куда они подевались? Я приказала себе не паниковать, но страх все равно нарастал в груди.