Окрошка. Отрывочное жизнеописание одного кота

– Чаю?

– Да, давайте.

– Опаздываете?

Девушка смущённо улыбнулась.

– На день рождения позвали.

– Внезапно?

– Так получилось.

Повисла пауза. Гера поймал себя на мысли, что разглядывает Вику. Она была ничего. Гера отвёл взгляд. Засвистел чайник.

– Давай посмотрим. Должно было подействовать.

Гера разлил по кружкам кипяток и полез за диван. Кот забился в угол и выглядел как никогда перепуганным.

– Иди сюда, – Гера ухватил Крошана за шкуру и выволок на свет.

– Странно. Держите его.

Гера прижал кота к груди. У Крошана бешено колотилось сердце. Нос аж шмыгал от влаги.

Вика осмотрела Крошана, посчитала пульс.

– Давайте ещё пару минут подождём. Аня говорила, что он паникёр. Адреналин, наверное, не дает успокоиться.

– А если не подействует?

– Ещё один укол.

– А это не опасно?

Вика посмотрела на Геру, как на идиота, и ничего не овтетила.

Задержка была бы хорошей новостью, если бы за эти двадцать минут приехала жена. Гера отстучал ей смс.

– Полчаса.

Гера снова считал минуты. Крошан не заснул. Вика стала готовить вторую инъекцию.

– Это не опасно? – повторил Гера свой вопрос. – Может, ещё подождать?

– Уже бы подействовало. Он слишком стрессует.

– Ещё бы, – у Геры опустились руки. Он поднёс кота к Вике, и она сделала ещё один укол.

Гера нагнулся поставить Кроша на пол и в этот момент кот рванул. Он кинулся к двери. Снова не смог её открыть. Быстро глянул на стол – видимо, хотел с него перебраться на холодильник, но передумал, и снова побежал прятаться за диван. Его лапы едва заметно заплетались. Крош боком задел ножку стола, врезался в батарею.

– Через десять минут начнём.

Гера нервничал. Жены еще не было. Снова набрал ей смс: «Ты далеко?»

– Жду маршрутку. Очередь.

Оставался небольшой шанс, что она успеет. Гера уцепился за него. Он пытался мысленно ускорить тот механизм вселенной, который отвечает за пятьдесят второй маршрут. Но это не помогло.

– Доставайте кота.

Гера вздохнул. Он обречённо двинулся к дивану. Крош был в сознании. Перепуганный, сидел в том же углу и таращился на Геру. Он моргнул, не просто медленно – как в замедленной съемке, распахнул пасть, стараясь проскулить, но звука не было. У Геры сжалось сердце. Он почему-то гордился стойкостью кота, принявшего двойную дозу наркоза, но не заснувшего.

– Он не заснул.

– Да? – искренне удивилась Вика. – Всё равно доставайте.

Гера взял кота за шиворот. Тот не сопротивлялся – снова разинул пасть.

– Ну, ничего. Не бойся. Это ж я! – улыбнулся Гера и Крош успокоился.

Гера бережно вытащил кота. Тот обмяк и казался тяжелее.

Вика помыла руки в кухонной раковине, натянула перчатки и продезинфицировала руки спиртом.

– Кладите, – она кивнула на пелёнку.

– Он же в сознании.

– Двойной наркоз. Больше нельзя. Не спит, но ничего не почувствует.

– Что?!

– Кладите!

Геру замутило. Он уложил кота на стол и отошел. Крошан почувствовал свободу – он неуклюже встал и сиганул со стола, но устоять на лапах не смог, растянулся. Подобрал лапы, поднялся. Разъехался. Снова попробовал встать. Опять не устоял. И тогда он пополз к двери. Гера с восхищением смотрел, как Крошан борется. Вряд ли кот понимал, за что конкретно – скорее, боялся лишиться контроля над сознанием и телом. «Прям как я под травой».

– Ну? – поторопила его Вика.

Гера поднял кота, как ребёнка, уложил его на предплечья и шепнул на ухо: «Прости».

– Можно я в комнате посижу?

– Нет. Он не спит. Так что на всякий случай держите. Больно ему не будет, но будет неприятно, и он снова может начать убегать.

Больно не будет. Гера вспомнил такую же свою операцию под местной анестезией. Две блокады. И всё равно резали как по-живому. Несколько раз он едва не терял сознания от боли. «Вы не должны ничего чувствовать». Не должен. Не должен, бллин!

Во рту пересохло.

– А можно подождать? Пару минут. Жена приедет…

– Нет, – отмахнулась Вика. – И так уже опаздываю.

Захотелось схватить её за волосы и ударить лицом о стол.

– Как держать?

– За холку. И передние лапы.

Гера встал над котом и аккуратно собрал в кулак кожистый лохматый загривок. Крошан запищал – едва слышно.

– Ну, малыш! Всё будет хорошо. Папа рядом, – запела Вика.

Гера сглотнул.

– Не… называйте меня так. Пожалуйста.

Вика хмыкнула.

Правой рукой Гера легко почесывал и гладил морду кота – за ухом, шею, нос и макушку.

– Начинаю. Держите.

Когда она сделал надрез, кот дёрнулся. Передними лапами он вцепился Гере в кисть – не играючи, как раньше, всерьёз. Он подтянул её к морде. Гера продолжал гладить. От каждого движения когти глубже впивались в кожу.

– Ты крутой. Ты охренеть какой крутой! Потерпи. Потерпи немного.

Вика снова что-то сделала, и кот притянул руку Геры к пасти и вцепился в перепонку между большим и указательным пальцами. Гера слышал, как под клыками хрустнула кожа.

Вика комментировала, что делала, не замолкала ни на секунду. Гера не слушал.

Хлопнула входная дверь – вернулась жена. Она зашла на кухню, поздоровалась и предложила сменить Геру. Он не обернулся.

Крошан, как на полевой операции, вцепился в руку Геры, закусил его ладонь и терпеливо ждал, пока врач закончит. Он безотрывно и не моргая смотрел своим огромным желтым глазом в глаза Геры. Что бы кот сказал ему, умей он говорить? Гере было стыдно, но отвести глаза, отвернуться он не мог. Словно он ещё сильнее предаст друга, лишит его последней опоры.

Гера понятия не имел, сколько прошло времени, когда Вика сказала: «Вот и всё». Крошан, как по команде обмяк, расслабил лапы и челюсти, и медленно прикрыл глаз. Гера отпустил холку и, скатав с пальцев налипшую шерсть, закрыл глаз до конца. Затем он осторожно, как занозы, поочерёдно отцепил от руки когти, вытащил впившиеся клыки и закрыл коту пасть. Из ран засочилась кровь. Гера достал аптечку и обработал руку.

Вика и жена тоже были в кухне, что-то говорили – ему и между собой. Гера обошел стол и тяжело опустился на диван. Он их ненавидел. Обеих. «Лишь бы кот был в порядке».