12 лет одиночества, или Как выйти замуж с детьми и собакой

Задолго до торжества мы с супругом выбрали кафе, договорились о датах, внесли залог. Составили меню, определились с украшениями. В день свадьбы родители с шарами, бантами, свадебным тортом, фруктами и ящиком шампанского стояли перед дверями кафе. Закрытыми дверями.

Достучавшись до администратора, мы узнали, что кафе «Лаванда» закрыто на корпоративное обслуживание. О свадьбе слышать не слышали и вообще пошли вон с крыльца, чего выстроились со своим скарбом. Офигеть. Начало семейной жизни обещало быть интересным.

Напомню дату свадьбы: 23 декабря. Мой день рождения. Угораздило же родиться в самую жаркую неделю перед Новым годом, когда ни в одно приличное кафе не пробиться, ибо корпоративы.

И вот новоявленные молодожёны с тремя газелями гостей, ящиком шампанского и трёхэтажным тортом, стояли перед загсом и ломали голову, как спасать положение. Ни в одно кафе пробиться не удалось, везде закрыто на спецобслуживание.

Тут к нам на помощь пришла моя крёстная и, ей-богу, случилось волшебство из «Золушки»! Крёстная Таня – женщина общительная, с обширным кругом знакомств. Всего один звонок и она договорилась с азербайджанским другом, что мы приедем отмечать свадьбу к нему в кафе. Полноценным кафе стоявший на мини-рынке павильон не назовёшь.

Вы только представьте себе картину: невеста в белом, пышном платье, жених в смокинге, куча гостей, тамада, диджей с аппаратурой, вваливаются в кафе, где ужинают и отдыхают гости. Хозяин кафе вышел в зал, принёс извинения отдыхающим и попросил пройти на выход, так как внезапно наметилось торжество.

Кухня была не готова к такому количеству гостей. Из еды на свадебном столе был грузинский лаваш-лепёшка, мясная и сырная нарезка, которую мы перевезли из кафе «Лаванда», и алкоголь. Вот он нас и выручил. Пока кухня в спешке готовила угощения на стол, тамада только и успевала проводить конкурсы и поднимать тосты за молодых. «Давайте выпьем! А мы не возражаем!» я помню до сих пор!

Такой свадьбы точно ни у кого не было. К моменту, когда на стол поставили салаты, бо́льшая часть гостей была навеселе. С появлением горячих блюд гости уже были в нужной кондиции, а точнее – «в салат». Кое-кто в прямом смысле лицом в салате. Свадебное веселье не омрачил даже проклятый токсикоз. Оторвались по полной!

Семейная жизнь, как и свадьба, пошла через пень-колоду. Практически сразу после свадьбы Саша стал меня ревновать к каждому столбу, пытался контролировать мою жизнь, просил меня бросить институт. То и дело возникали скандалы. Сил и так было немного, а после многочисленных выяснений отношений, их совсем не оставалось.

Беременность по-прежнему протекала неважно. К общей слабости и токсикозу добавилось кровотечение. Меня экстренно определили в больницу на приличном сроке – 22 недели.

В растерянных чувствах и со слезами на глазах я оказалась в неотложке, где меня осмотрел врач и сказал, что вроде всё окей, причина кровотечения пока неясна. Нужны обследования: анализы, УЗИ. Живот у меня тянуло дико, передвигаться становилось больно. Несмотря на мою очевидную бледность и слабость, врачи заставили меня побегать. Точнее, походить пешком с 9-го этажа на 6-й и обратно. Лифт не работал.

Анализы с горем пополам я сдала, очевидных причин не обнаружили. Сердечки у двойняшек бились, шевелились девчонки активно. Опасность миновала, подумала я.

Ночь я переночевала под капельницей на красном диванчике в фойе отделения, мест в палатах не было. Глаз, разумеется, не сомкнула, боли то нарастали, то утихали.

Наутро меня пригласили на плановый осмотр, и на кресле медсестра проткнула мне плодный пузырь, которой уже и так рвался наружу. Я очень хорошо помню этот момент – из меня извергались воды. Мне было страшно от неизвестности, я не понимала, что происходит.

Медсестра, увидев последствия своего решения, побежала за врачами, а я лежала в жутком ознобе и ещё не понимала, что меня ждёт впереди. Прибежали врачи, наконец-то определили меня в палату, где прямо в кровати я родила сначала одну девочку и следом вторую. Чувствовала пуповину и как только что рождённые близнецы бесшумно шевелятся, но очень-очень слабо.

Ко мне подошла врач и, увидев на белых простынях два маленьких плода, весом по 350 г, перекрестилась и сказала: «Прости нас, девочка…»

Моя жизнь, как мне тогда казалось, рухнула…

Для всей семьи потеря детей стала трагедией. Как мне позже признавалась мама, Саша был вне себя от горя, не мог скрывать слёз.

После этого события мы с мужем искали причину трагичного исхода, брали гистологию, повторно сдавали анализы, но ничего так и не добились. Как позднее мне сказала гинеколог, наблюдая вторую беременность, антибиотик, который мне кололи на раннем сроке, не заметив моего положения, спровоцировал течение и исход беременности. Слава богу, через полтора года у нас появился долгожданный и любимый сын Никита. Перед его появлением я с отличием окончила вуз и поступила в аспирантуру.

Жизнь шла своим чередом: муж работал, стараясь нас обеспечить, днём я училась, оставив сыночка на попечение бабушке, ночью с ним водилась.

С появлением Никиты наша жизнь обрела новый смысл. Первые две недели счастье было безоблачным. Муж вскоре после рождения сына утвердился в мысли, что теперь я от него никуда не денусь, транслировал мне, что женщина с детьми никому не нужна, какой бы прекрасной она ни была.

Дальше его, видимо, накрыла послеродовая депрессия, и тут Остапа понесло: пьянки, гулянки, ночные клубы, друзья, кутёж. Саня периодически не ночевал дома, а я, с новорождённым сыном на руках, не оставляла попыток написать диссертацию.

Конечно, на небосводе семейной жизни были и ясные дни, когда мы ездили на море, проводили время на даче. Были и подарки от мужа, но чаще всего – в знак извинения за очередной бесовский поступок. В дни, когда было невыносимо тяжело, я сгребала ребёнка в охапку и сбегала к маме. Так я пыталась сохранить самоуважение и остатки достоинства.

Но усилия выбраться из трясины неудавшегося брака превращались в бег по кругу: я уходила с верой, что муж одумается, а муж приходил за мной, валялся в ногах с очередной клятвой в вечной любви и верности. Я прощала, возвращалась, развязывая мужу руки своей бесхарактерностью.

В результате наших боевых действий на семейном фронте обид накопилось столько, что двух жизней не хватило бы разгрести. С каждым днём я теряла уважение и доверие к мужу. Отомстить словесно или физически я не могла, сила всегда на стороне мужчины. Поэтому мстила, нанося удары по самооценке.

Муж сходил с ума от ревности и без моих провокаций, а тут совсем потерял рассудок. Ситуация усугублялась ежедневными скандалами, взаимными упрёками, истериками, угрозами. Я осознавала, что мы оба разрушаем себя изнутри, давно потеряв контроль над своими демонами. Я не узнавала себя и понимала, что дно человеческой мерзости достигнуто. Мои мольбы о том, что пора остановиться, нужны договорённости и операция по спасению брака, оставались неуслышанными. Я забрала сына, кое-какие вещи и съехала.

Примечания