Мировая сеть

– Суп полезный и вкусный. У нас лучшая рыба в долине, – и, вздохнув так, что её иголки на спине и руках задвигались, стала ждать открытой дегустации.

Алиса минуты две делала вид, что не понимает о чём идёт речь, но дольше было просто невыносимо. Пришлось взять ложку, и зачерпнуть рыбного бульона. Поднеся его ко рту, она медленно по каплям стала его пить, молясь, чтобы боги этикета спасли её от отравления, пока она вынужденно следует их воспитанию.

По окончании ложки, которую она проглотила не без труда, окружающие словно не увидели шоу, на которое пришли. Одной ложки было мало и все терпеливо ждали пока гостья поест.

– Как вкусно, – отозвалась Алиса, набирая под десятками взглядов своё следующее испытание.

– Так рыба, значит, ядовита? – решила намекнуть на опасность своему здоровью гостья.

– Да, как есть. Самая ядовитая в долине, – услужливо подтвердила ежидзе напротив. И, по-удобней сев, продолжила наблюдать.

– А подскажите, мне вот просто интересно, а как скоро становится понятно, что суп в итоге был неправильно приготовлен? – спросила Алиса и общественность вокруг всколыхнулась.

– «Что значит неправильно приготовлен?»

– «Как это понимать?»

– «Он может быть неправильно приготовлен?»

– «Что опять?!» – последнее сказанное почти убило раньше того самого супа.

И Алисе бы пришлось объясняться перед кухаркой, подходящей к её столу, что стал центром скандала, да его умело уладил Сайр.

– Имеет в виду, клали ли вы на дно рыбу или овощи. Во многих городах схема приготовления разная, оттого и вкус другой у блюда. Вот о чём она спрашивает, – заверил парень монстров, стоящих над душой Алисы. Улыбнувшись присутствующим, решил раз и навсегда разрешить возникновение проблем. Забрал тарелку Алисы и, попрощавшись со всеми, унёс её за другой столик.

Алиса, последовав его примеру, также со всеми попрощалась и поспешила за ним. Всё ещё одетая в вечернее платье и с пучком на голове, она села уже за другой стол, где перед ней снова поставили тарелку злополучного супа.

– Не буду, – тихо, но широко улыбаясь для вида, ответила Алиса. За каждым её движением смотрели монстрические зеваки, и она могла только улыбаться. Сайр, однако, был уверен, что она способна на большее.

– Тебе придётся съесть этот суп. Иначе они вернутся, а ругаться с ними – плохая идея. Я всё равно останусь в городе на день, а учитывая как ты себя ведёшь, тебе безопасней будет остаться со мной.

Парень доедал уже вторую тарелку, шумно пережёвывая овощи:

– Вкусно-то как!

Пришлось ей сглотнуть, потому как есть хотелось, а вот умирать после этого не столь сильно.

– Просто поешь, – более спокойно, чем прежде сказал парень, – Этот суп нормальный. Я же его ем, если моя человеческая форма выдержала, то и тебе от него плохо не станет.

И пока она молчала, понимая, что он не мог быть человеком посреди монстров, он решил открыть ей глаза на другую правду:

– Ты не замечаешь как ради тебя стараются все вокруг, идут тебе на уступки. Почему ты этого не замечаешь? – отложив ложку, он растёр руки, оперевшись ими о стол:

– За страхом, который ты демонстрируешь, скрывается обычная неприязнь к тем, кто был к тебе сегодня добр. Воспитание-это база для любого общества, в каком бы мире ты ни жила.

– Я хорошо воспитана, – хлёстко отреагировала Алиса, планируя отстаивать на этом до конца:

– Годы тренировок и заученный назубок этикет. Я сдержанно веду себя за столом, вежливо общаюсь со всеми, кто со мной заговорит и я умею быть благодарной.

– Какой в этом смысл, если ты бессердечна? – тихо спросил парень, пожимая плечами.

Она на миг забыла, как дышать. Самое сильное оскорбление, что ей довелось когда-либо услышать в свой адрес. И это было не скверное слово или унижение её внешности и фигуры. Высказались касательно её внутренних качеств, очень хлёстко и несправедливо.

– Я не … – Она не выговорила с первой попытки. Как только нашла силы на вторую, их разговор прервало появление девочки, что неслышно подошла к столу. Зелёная монстрическая мордашка, полная зубов, была не самым гадким, что пришлось увидеть. Наивысшей степени противным были её щупальца, что она выложила на скатерть близстоящих не ней тарелок.

И, перехватывая Алисин брезгливый взгляд, парень словно выиграл бессмысленный спор, как только его оппонентка продемонстрировала то, что ей было действительно неприятно. Но у неё, как сама она верила, было на то право, это выглядело отвратительно. Она сглотнула, напряжённо наблюдая, как чей-то невоспитанный ребёнок почти залезает своими щупальцами в её суп. Пусть есть она его не планировала, до конкретно этого момента он принадлежал ей.

Сайр был к малышке более дружелюбно настроен и, пока спутница сидела, словно проглотив кол, он протянул руки к любознательному ребёнку. Стоило завидеть его желание поиграть, как она связала его протянутые к ней руки канатами своих конечностей. Со стороны казалось, что она ломает ему запястья.

– Во-у как сильно, – играючи подбодрил её часовщик, что точно не мог быть человеком. – А сильнее можешь?

И по команде девочка усилила захват рук мастера. Он, несмотря на свою внешнюю хрупкость, смог разжать тиски, несильно отдаляя свои связанные руки. Девочка ещё несколько минут пыталась его победить, но у неё так и не получилось. Довольная игрой, она убежала к родителям, оставив стол полной слизи, что быстро высыхала.

– Октипусы, – запоздало познакомил Сайр Алису с ребёнком, стоявшим несколькими моментами ранее у их стола.-Молчаливые создания, шлифуют металл, искусные мастера. Но в детстве, когда вступают в силу, им нужно на ком-то её испытывать. Волки точат зубы, водяные требуют своего водоёма, а они любят ломать руки, – сказал спокойно, отряхивая оставшуюся слизь на площадь города.

– А кто ты такой? – Напрямую обратилась девушка, понимая, что её мир более не будет прежним. Почему он выдержал захват такой силы, да и смог его разжать? Если он сильнее, то это значило лишь то, что он был куда страшнее подбежавшего к ним монстра.

Парень напротив, посмотрел прямо в глаза, словно издеваясь, а точно ли она хочет знать правду. На её молчание стал серьёзным, спокойно добавив: – Я паук.

– Понятно, – кивнула Алиса, решив, что первый семестр в колледже придётся провести в дорогой психиатрической лечебнице, где её будут спрашивать дурацкие вопросы. И чтобы было легче лечить, она уточнила: – То есть ты Человек-паук?

– Арахнолог, – спокойно ответил парень, став ждать реакции. Но Алиса молча кусала губы, не зная как на это реагировать.

Над городом, в окружении гирлянд, раскинулась прекрасная ночь, у фонтанов громогласно пели водяные, и с каждым куплетом все вокруг заливались смехом. А за их отдалённым столиком шло необычное обсуждение.

– Так, в том лесу, когда я падала вниз головой с дерева, это я тебе обязана своим спасением, – непонятно почему только сейчас догадалась Алиса. Возможно разум, так цепляющийся за признанные в её мире ценности и понятия, до последнего желал видеть в этом парне человека.

– Да было дело, – спокойно отозвался паук и, откинувшись на спинку стула, скрестил вытянутые на земле ноги.

– Запоздалое спасибо.

Ему отсалютовали стаканом с водой, пить который Алиса не стала. А вот уточнять, вертя в руках стекло, продолжила:

– Вот ты арахнолог из другого мира. Другого, отличного от моего буквально всем,-Алиса потрясла в воздухе стаканом, всё-таки поставив его на стол, – Тогда почему я человек, тебя понимаю? У нас в мире сотни языков и из всех, ты разговариваешь на северном диалекте моей страны.

Она развела ладони, ожидая каких-нибудь пояснений.

– Да я уже говорил, – Сайр несмотря на Алису, завёл руки за голову, прикрывая глаза, – Какой-то неуч с других миров видимо решил поиграть в бога! Настолько плохо открыл переходы, что сменившие свою реальность существа смогли понимать друг друга. То есть, проходя через размытые грани, я впитал ваш мир, и смог заговорить с тобой на твоём языке, ты, при переходе, впитала мой и говоришь сейчас на нашем.

Он на время привстал, смотря в глаза собеседнице:

– Но есть особенность, понимать – понимаешь, а наша письменность для тебя останется незнакомой до момента пока ты заново не научишься писать. На себе проверил, ваш язык мне был непонятен.

Договорив, снова откинулся на спинку стула, став оглядывать город.

– Почему неуч? – спросила Алиса.

– Почему решил, что открыл створки неуч? – уточнил арахнолог, и получив кивок, объяснил свое видение произошедших событий:

– Потому что размытые грани – это неправильно по центральной из теорий взаимодействии миров. Но только по одной, по трём другим, что не изучаются, как чёрное учение, всё чётко по правилам. Попадая в мир через размытую тягу своего, мы, таким образом, «не мешаем, не выделяемся и понимаем». Хотя может я неправ, и кто-то просто воплощал свою идею о мировом господстве.

Видя как на него смотрит Алиса, он словно угадал её следующий вопрос:

– Как я попал в грани? Ну это интересная история.

Сев по-удобней, он стал неспешно рассказывать:

– Я прибыл по поручению мастера в один городок. Походив по его кварталам, не нашёл того, что искал. Снял комнату и стал ожидать когда подвернётся перекупщик схожих товаров. В один из вечеров почувствовал, что меня тянет на другой конец города. Последовал своему влечению.

Когда дошёл до нужного места, в свете открытого портала стояла группка неблагонадёжных «граждан», что не знала чем себя занять, и открытый переход в другой мир им был подобен пути к свободе.

– Мы перешли не сами, – оговорил паук, – Ругаясь у края границ, мы оставались в своём мире, пока нас не затянуло на ту сторону. Тот, кто открыл переходы, видимо, что-то искал, беспорядочно открывая новые и захлопывая старые. Именно поэтому появилась сила-сквозняк, перебросила нас в вашу реальность, – озвучивая это, Сайр перестукивал подушечками пальцев по губе.

– Почему ты почувствовал портал, находясь на другим конце города? – быстро спросила Алиса, – Это вообще возможно?

– Мне как пауку открытые переходы виднее, чем остальным, – пожал тот плечами, – Моя раса в прошлом путешествовала по мирам с открытием порталов. Мы их чувствуем, но сами создать не можем. Такая вот скучная особенность.

Он вздохнул, улыбаясь сказанному:

– Арахнологи – это кочевники, что расселились по мирам, перебегая по ним с различными порталами.

И сказав это, вернулся к рассказу об увиденном по ту сторону граней:

– С двумя рогатыми троллями, ланкой1 и змеехвостом, мы попали в кошмарное место пыток и насилия. Звуки были ужасны, яркий свет и какой-то газ.

– В дорогой развлекательный клуб в центре моего города, куда за любые деньги стремятся попасть все слои населения, – заверила его Алиса.

– Да?! Что ты делала в этом кошмаре? – удивился житель монстрического мира.

– Пришла повеселиться, – усмехнулась старшеклассница, вспоминая свою компанию, что осталась по ту сторону световой стены. Им наверное уже давно принесли заказ, может они даже разъехались по домам. Кузины небось рады были, что не придётся знакомить родственника с семьёй исчезнувшей Алисы.

– Это для вас входит в понятие весело? Вводить организм в стресс и перегружать мозг? Это очень нездоровый отдых! – осудил её арахнолог или, как считала Алиса, Человек-паук.

– Да, способствует попаданию в неприятности. Точно, – она постигла дзен самоиронии.

– Ну а дальше твои «сверстники» тебя кинули и пошли танцевать? – сыронизировала жительница потустороннего мира, беря фрагменты из фильмов о школьной жизни.

– Я их предупреждал, – спокойно отозвался парень, словно сбрасывая с себя груз ответственности.

– С ними будут разбираться власти того мира, что обладает достаточной силой в своём арсенале, чтобы кто-то из его жителей смог учинить такой переполох.

Думая над их судьбой, предположил:

– Отловят, проведут беседу или арестуют, смотря что они успеют учинить в чужом пространстве.

– Сильный переполох думаешь? – немного напряжённо спросила жительница города, который в её отсутствие встретит змееподобного, некого ланка и рогатых существ.

– Немалый. Тем не менее, тот, кто баловался створками, открывая и закрывая двери миров, либо был пойман властями, либо убит врагами, либо сам сгинул, не умеючи играя в бога, – последовало его предположение.

– Створками или дверьми? – Не разобралась в терминах сидящая напротив, тут же нахмурившись. Как открытую стену синего света можно было назвать дверью, это было просто синее сияние без дверного полотна. И не выпрыгнула же она в окно перед выпускным, это было бы совсем красочным явлением стресса. Подобное от общественности стоило скрыть любым способом.

– Двери – это если переход открыт нормально, – объяснил парень, став складывать свои тарелки в сторону, задержав хмурый взгляд на её, едва тронутом супе, всё же продолжил: – А створки – это, если появляется сквозняк.

Он отодвинул от себя собранную посуду, решив вплотную заняться её спешным образованием в этой области.

– Объясняю ещё раз. Догадываюсь, понять трудно, поэтому попробуем на понятных тебе примерах.

Он поставил перед собой руки, заложив их в замок, открывая и закрывая по мере своего рассказа:

– В быту сквозняк появляется, если открыты несколько окон. И ветер, пролетая по дому, захлопывает или открывает двери под воздействием «гуляющей силы». То же происходит и с пространством. Оно находится под воздействием избыточной энергии, что гуляет по открытым переходам. Эта энергия может открывать и закрывать порталы самостоятельно. Вот и разница – в простом отношении и ответственности.

– Думаешь он мёртв? – тихо прошептала Алиса, после услышанного. Наконец-то поняв, что этот «кто-то» сделал. Сейчас его участь после поимки была просто интересна.

– Скорее всего, его судят, – серьёзно задумался парень, словно знал как действует пенитенциарная, уголовно-исполнительная, система другого мира:

– Ну а после этого начнётся переброска пападанцев, «чистка» или сортировка. И каждый попадёт туда, откуда пришёл, если только будет на виду, – усмехнувшись, оговорил условие переброски, – Бегать за каждым и выверять несоответствия не будут. Больше чем уверен, в руководстве рогатые, а они не суетятся без повода, не считая нужным решать чужие проблемы. Эти лицемеры встали у власти почти во всех мирах, где есть способность открывать переходы, бесит.

– Вы их не любите? – удивилась вскользь услышанному Алиса.

Он рассмеялся, наигранно, и добавил:

– На дух не переносим. Они выкинула нас в другие миры, захлопнув двери в наш общий. Забрали себе спорные территории. Вот итог, мы кочевники сразу же в сотнях мирах.

Замолчав ненадолго, добавил:

– Как и сказал, искать «лишних» в чужих мирах не будут, просто оставят как есть, если их пребывание не грозит стабильности открытой реальности.

– Мне нужно домой, – заволновалась Алиса. Оставаться в мире, наполненном непохожих на людей существами, не хотелось. Её ждал колледж и семья, мечты получить в наследство замок и добиться успеха в ещё не начавшейся карьере:

– Это прям очень важно. Сейчас я даже не знаю где я, чтобы сообщить тем властям о своём желании вернуться.

Словно оборачиваясь в их поиске, она чуть не смахнула всю посуду со стола.

– Ты в Загребенье и похоже на очень долго, – услужливо поделился знанием своего местоположения арахнолог. Он сейчас раздумывал вместе с ней, вариантов ей вернуться домой было немного.

– Что? Почему надолго?

Всё, о чём она стала догадываться по мере разговора, всё-таки было им озвучено.

– Двери в другие миры закрылись. Хлопок был знатный, у нас даже сильные землетрясения были, если ты помнишь, – нехотя произнёс парень, взглянув после сказанного на её выражение лица.

Она уронила голову на сложённые перед собой руки. Пытаться скрыть слёзы было глупо, да и не стыдно в такой ситуации. Остаться в муравейнике с говорящем названием "Загребенье" – предел мечтаний перед итоговыми выпускными экзаменами, к которым она готовилась два с половиной года.

Выражая поддержку, он положил ей руку на голову, успокаивая:

– Ну, землетрясения были, но закройся они все разом, разрушений было бы больше. Я ещё тогда так подумал.

Ему пришлось убрать руку, потому что ухватившись за надежду, Алиса резко подняла голову, став жадно ждать продолжения.

– О чём ты?

– К тому веду, что свод нашего мира как воздушный шар, что в короткий миг был наполнен магией извне. И есть два шанса спустить воздух: лопнув и открыв затвор, – говоря, он смотрел куда-то ей за спину, как оказалось, на прилавок кухни.

Договорив непонятное, встал отнести посуду. Всё время его отсутствия за столом, Алиса пыталась понять о чём шла речь. Вернувшись, её просветитель поставил перед ней бокал красной воды. Сам сел на прежнее место, продолжая:

– Чтобы пощадить мир, а судя по всему, нас таки пощадили, можно оставить один незакрытый портал, который будет неспешно отбирать у мира излишнюю магическую силу, перераспределяя её в другие пространства. То есть оставить один или несколько крохотных переходов, что будут равномерно, с определённым временным интервалом, открывать грани в разные миры. Понимаешь, портал будет как выходящая струя воздуха от надутого его переизбытка.

Отпив воды, он отсалютовал ближайшим столам, посетители которых тоже разживились цветным напитков.

– Вот если открытые двери или сквозняки закрылись все разом, было бы намного хуже. Мы перестали бы существовать или лишились гравитации. Короче, размышляя таким образом, могу выступить в суде против того неведомого «некто», кто сотворил это безобразие. Как ни посмотри, сильный проступок, скорее преступление, что могло закончиться исчезновением многих существующих миров.

Алиса перемешивала свой напиток, гадая кровь это или просто реки здесь красноводные. Если это другой мир, то могло быть, если уж лягушки разговаривают, а пауки мастерят часы.

– В итоге уверен в том, что тот кто-то, – парень вновь вернулся к обсуждению воображаемой одиозной личности, – Связал наш мир несколькими переходами. Те, кто его поймали, закрыли самым опасные из них, но, не подрывая нашу действительность, курируют слабые. Мне кажется, всё происходит именно так.

– Так они могут быть открыты не в мою реальность, – выдвинула предположение Алиса. Если она и найдёт этот открытый переход, то перейдя в него, может оказаться в месте куда хуже, чем это. Например, прямиком в аду, где у рогатых демонов будет наличествовать список всех её грешков. Придётся сидя в котле раскаиваться, что во втором классе она прилепила жвачку на голову Беверли Панингнон. Вот уж нет, раскаяние за сей поступок у неё не было даже по происшествию десяти лет, не бывать этому.

– Возможно, – не стал отрицать арахнолог, – Но если я прав про идею "пощады незнакомого им живого мира", то это оставшийся вариант. Скорее всего, их не больше трёх, и они проскакивают реальности, с каким-то временным промежутком.

Он словно пролистал в воздухе книгу.

– То есть.... – попаданка, всё ещё желающая покинуть это место, убедилась в своих нерадужных предположениях. Ей вот предстояло выбирать между паникой, которую ей простили бы как девчонке, и стартом компании по привлечению масштабного внимания к своей личности. Можно совместить: сначала поплачется, потом всласть помитингует. Взгляд упал на остывший суп, что покрылся плёнкой. Аппетита теперь он и вовсе не вызывал.

– То есть да, жутко опасно пробовать прыгнуть в незнакомый мир, с другой стороны, учитывая, что стабилен портал только в нашем, а в том другом может никогда не открыться, – он развёл руками, – Но всё, что могу предложить.

Её ответ был прерван боем часов. С ударом колокола отстроились дома, восстав из пепла и пыли. Вся площадь рукоплескала чуду, и даже Алиса поддалась всеобщему настроению.

Появившиеся в городе домики были схожи с теми, что стояли за его пределами. Не выше двух этажей, закрытой крышей и стенами из белого кирпича.

– Как круто! – она развернулась к часоделу, что принимал поздравления со всех сторон.

– Волшебство какое! Застройки центральных кварталов идут медленнее.

Последнюю шутку в шуме голосов не услышали, да и вряд ли бы поняли.

Ещё полчаса они посидели за столом. Алисе пришлось съесть свой суп. Знающий на что давать приверженец здешних традиций поставил ей условие, при котором отказывался ей помогать пока не увидит её чистую суповую тарелку.

В итоге ругая его всеми словами, она отнесла тарелку обратно к прилавкам, поблагодарив встретившуюся ей там кухарку.

И захотелось спать. На улице была уже глубокая ночь, для человека время позднее, но монстры только начинали своё веселье. Поднимая вверх бокалы с красной жидкостью, с каждым ударом часов они праздновали возрождение города. Её слипающиеся глаза издали заметил паукообразный гид по монстрическому миру, и стоило ей вернуться к столу, познакомил с сидящей рядом с ними семьёй.

– Алиса, знакомься это Варритут Магар Вельфрам и его дочери Сифилина Поркали Вельфрам и Сундурин Порина Вельфрам.

Со стола рядом ей помахали две горгоны, их отец улыбчиво кивнул. Она последовала тому же кивку и перевела быстрый взгляд на знакомящего её паука. Он словно объяснил цель их представления друг другу: – Алиса будет жить тихо, нужна только кровать на одну ночь. Завтра мы уже покинем город.

– Да мы рады! – улыбнулась старшая из дочерей, имя которой было сложнее названия средневекового поместья. Сестра, ненамного младше ее самой, так же кивнула, но сразу же смущённо обняла ладошками стакан, отвернувшись в другую сторону.

Алиса тем временем как можно тише опустилась на стул, ища взглядом глаза сидящего напротив. Но он неумолимо продолжал закреплять её проживание в монстрическом домике сидящих рядом с ними горгон.

И когда беседа, до невыносимости вежливая и полная взаимной благодарности, коснулась и Алисы, ей пришлось вступить с теми же формулировками.

– Большое спасибо, я буду очень рада, если вы меня приютите.

Теперь у неё дёргались плотно сжатые на коленях руки, но улыбка была почти нормальной. Предстояло спать под одной крышей с кошмаром и ужасом древних культур её мира.

– Тогда ещё раз спасибо, утром зайду к вам, забрать Алису. Думаю ей будет интересно посмотреть ткацкие мастерские, пока я сверю работу механизма по запланированному графику.

Ваггет Сайр Торингтонн пожал руку Варритуту Магару Вельфраму. И Алиса словно стала частью сделки этих двух монстров. Покидая стол с семейством горгон, она не упустила возможности передать взглядом всё, что она думала на его счёт. Но паук, отсалютовав ей водой, просто продолжил наслаждаться праздником.

До дома Алису решили провести все трое. Они хоть и не спали ночью, для гостьи решили покинуть торжество раньше, и устроить её в лучших условиях. На выходе из города, а четверо стали спускаться к нижним домам. Её за руку взяла младшая из дочерей, торопливо став задавать вопросы. Все они касались её платья: материала и выбранного цвета. Алиса даже не задумывалась над возможностью такого тщательного отбора тканей, знаниями которых располагала маленькая монстрическая девочка.

Семейный одноэтажный домик был на третьем ярусе от стен города. Огороженный металлическими проводками по периметру, он был похож на будку перераспределения энергии. Как оказалось, их отец, таким образом, растягивал проволки перед передачей их другому мастеру, что уже что-то из них ткал.

Сифилина Порина Вельфрам и Сундурин Порина Вельфрам показали ей кровать у стены. Помогли заправить её одеялом и большой подушкой. Сами показали, что будут спать рядом, разложив и свои постели, помогая друг дружке. Алисе выделили халат, показав где можно умыться перед сном.

Убедившись в том, что она не сильно стесняет семью своим пребыванием в их доме, Алиса ушла в уборную и, приготовившись ко сну, вновь вернулась в комнату. Платье повесила на стул в центре комнаты и залезла с ногами под одеяло. Заснула сразу же стоило голове коснуться подушки.