Плоть Амарока: Абаддонна

ГЛАВА 2

– И за этой девкой охотился теневой клан? – тишину нарушил чей-то голос справа.

Повернув голову, я увидела мужчину, чья красно-черная броня была украшена золотыми полосками. Прямо как у того Третьего легата в лесу…

– С виду ничего особенного. Милое личико, но не более, – заговорил другой легионер.

– Наши бабы поинтереснее будут!

– Так вы не чуете, братья! – а это уже был кто-то из альф, – Девка течет! Вот Тени за ней и охотятся!

По залу прокатился мужской хохот. Я ссутулилась, обнимая себя руками и инстинктивно пытаясь спрятаться, а потом наткнулась на взгляд Хаммера. Он смотрел не на меня, а куда-то в пол…

– Легаты! Соблюдайте тишину! – альфа в серебристых доспехах поднял руку и встал.

Смех и разговоры моментально стихли, будто кто-то просто выключил звук. Второй гегемон спустился с помоста и медленно подошел ко мне. Мой перепуганный взгляд метался то на Хаммера, то на людей в зале, пока широкая грудь, затянутая в благородный доспех, не загородила собой все. Теперь я смотрела только на алые завитки орнамента, но мне они казались живыми артериями, наполненными кровью. Моей энергии коснулся его дух, и я невольно подняла голову, подчиняясь воле альфы.

– Как твое имя?

От этого немигающего взгляда я ощутила лютый, сковывающий холод. Прозрачные, как стекло, почти бесцветные глаза словно сканировали мои мозги.

– Ле… Леона, – тихо ответила я.

– Необычное имя… Благородное… – гегемон слегка улыбнулся, но взгляд его не изменился, – Расскажи нам, львенок, откуда ты? И как ты оказалась в Светлом лесу совсем одна?

Я не знала, стоило ли мне говорить правду. Хаммер продолжал молчать, а убедительно солгать перед всеми этими людьми я бы не смогла.

– Я… – мой голос неуверенно дрогнул, но я сделала вздох и продолжила, – Я очнулась от заморозки несколько недель назад. На корабле были еще девушки, все омеги. Чуть больше сорока человек. Их разморозили намного раньше, поэтому я толком не разобралась, кто наши похитители. Знаю, что они все были альфами. Кроме Жрецов…

– Жрецов? – переспросил кто-то слева, – Она про тех трансов?

Гегемон поднял руку и в зале снова наступила тишина.

– Продолжай… – мягко произнес он, но я понимала, что это приказ.

– Эти существа не совсем живые, – громче заговорила я, чтобы меня услышали все, – Скорее это андроиды, созданные из когда-то живых альф и омег. Некая смесь органики и неизвестной формы искусственной материи, которая работает от импульсов энергии Ядра.

– Ядра?.. Ты говоришь о той духовной силе, которая управляет гигантом? – уточнил гегемон.

–Да. Я была внутри его тела… Я соединялась с его духом.

По залу прокатился удивленный ропот. На этот раз их никто не останавливал. Сам же гегемон отошел от меня на пару шагов и задумчиво уставился в пол, потирая гладковыбритый подбородок.

– Да она просто врет!.. Это чушь, это не реально… – шепот легатов раздавался со всех сторон, – Но мы же своими глазами видели… оно было собрано из живых людей!..

Один из них внезапно выступил вперед и, вытянув руку, обратился к стоящему вождю:

– Гегемон Торвус! Эта женщина – вражеский шпион. Ее нужно допрашивать под пытками. Разрешите заняться этим!

От такого предложения в моих глазах потемнело, и я едва снова не оказалась на коленях.

– Остынь, Шестой легат, – гегемон отмахнулся от него, как от назойливой мошки, и тот, опустив руку, послушно вернулся на место.

Торвус дождался тишины и снова обратился ко мне:

– Сила Ядра должно быть очень велика. Как тебе удалось вырваться?

Я сделала глубокий вдох, чтобы немного сбросить напряжение, и взглянула на Хаммера, желая найти поддержку. Гегемон Ликос даже позы не поменял. Будто не меня сейчас здесь унизительно допрашивали его товарищи. Будто меня здесь вообще не было!

А может… может, он просто меня не узнал?..

– То огромное тело… оно сломалось… – я начала чувствовать неуверенность и сомнение.

Возможно… мне не стоит открываться этим людям. Даже не смотря на то, что они с Хаммером. Кто они такие вообще?.. Точно не правительственные войска. Одиночки, но на пиратов не похожи. Слишком организованные, слишком крутые.

Гегемон Торвус снова приблизился ко мне, но на этот раз подошел очень близко, громадным медведем нависнув над моей дрожащей тушкой.

– И как же оно сломалось? – негромко поинтересовался он, снова пронзая меня своим пугающим взглядом.

– Я… я… – слова застревали в пересохшей глотке, – я не знаю…

Повисла напряженное молчание. Мужчина, не проявляя каких-либо эмоций, задумчиво разглядывал мое лицо. У меня промелькнула мысль, что на этом это странное собрание и закончится, и вскоре меня отпустят, но Торвус внезапно ожил и с неуместно доброжелательной улыбкой произнес:

– А твоя подружка рассказала совсем другое.

Меня как-будто засунули в ледяной душ. Я моментально очнулась, забыв про страх, окружающих меня легионеров и даже Хаммера. Внутри все вспыхнуло, загорелось!

– Гвендолин… – прошептала я, но, вспомнив недавнее предложение Шестого легата, яростно закричала, – Где она? Что вы с ней сделали… мпф!..

Огромная ладонь Торвуса грубо вцепилась в мою нижнюю часть лица, лишая возможности говорить и даже дышать. Он притянул меня еще ближе к себе и заговорил:

– Покажи мне, львенок, как ты это сделала? Как разрушила энергию?.. Покажешь – и увидишься со своей подругой. Договорились?

Ладонь сжалась сильнее, и сухожилия в моей челюсти опасно захрустели. Я закивала, давая понять, что согласна. А разве у меня оставался выбор?.. Гегемон Торвус отпустил мое лицо и медленно отошел назад. Я попыталась успокоиться, внутренне приготовилась к тому, чтобы отразить его атаку. На Хаммера я больше не смотрела, сосредоточившись на стоящим передо мной гегемоне. Альфа вытянул вперед руку и сложил пальцы так, будто держит пистолет и собирается в меня выстрелить. Даже глаз один прищурил, прицеливаясь…

– Бред!

Все присутствующие в зале повернули головы в сторону, откуда раздался низкий хрипловатый голос. Хаммер медленно поднялся. Белый свет от ламп синими бликами переливался на его гладкой, не украшенной узорами, черно-серой броне, совсем не такой, как у его соратника.

– Что не так, Ликос? – обернулся гегемон.

Хаммер не спеша подошел к Торвусу, и, не отрывая от меня дикого взгляда, ответил:

– Открой глаза, гегемон Торвус – это обычная омега. Дешевка, захотевшая набить себе цену.

Дешевка?..

Это слово, с презрением брошенное моим другом детства и возлюбленным, острым шипом вонзилось в самое сердце. Но прежде, чем я смогла полностью переварить услышанное, он… атаковал меня.

Резко. Неожиданно. Беспощадно.

Мир взорвался, а потом стал разваливаться на куски… Невыносимая боль пронзила каждую молекулу моего тела. Голова раскалывалась, а кости ломило так, будто их раздробило на множество осколков. Тело мгновенно покрылось холодным потом, из глаз потекли слезы, а из носа часто закапало. Между ног вдруг стало очень горячо и влажно – кажется, я обмочилась. Криков своих я не слышала, как и других звуков вокруг. Все мое сознание сжалось в один крохотный комок боли и страданий, а мысли были только об одном – поскорее умереть, лишь бы этот ад наконец прекратился…

Когда дух альфы отпустил меня, я осталась лежать на полу, прерывисто дыша и судорожно цепляясь за свои колени. Боль ушла, но измученное тело продолжало трястись от его последствий. Те мучения, что недавно причинял мне лысый доктор не идут с этим кошмаром ни в какое сравнение!.. Еще немного, и я бы точно умерла!

– Что и требовалось доказать, – раздался надо мной такой знакомый, и одновременно такой чужой голос, – Верните ее в карцер.

– Не нужно! – а это уже был Торвус, – Она не оправдала наших надежд, так пусть служит на благо легиона.

– Пусть так. Мне все равно.

Все равно…

Послышались тяжелые шаги, и дух Хаммера стал отдалятся. Перед лицом возникли серебристые сапоги с красным орнаментом, и я испуганно зажмурилась, приготовившись к новой порции боли.

– Сопроводи ее в женский сектор и передайте в руки управляющей. Пусть выделит ей хорошую каюту и определит на несложную работу.

– Слушаюсь, гегемон Торвус!

Меня подхватили, поставили на ноги и, придерживая, повели из зала.

***

– Демоны Бездны! Что вы сотворили с бедным ребенком?!

Полная женщина средних лет с красными прямыми волосами, собранными на затылке в высокий хвост, протянула ко мне руки и заботливо прижала к своей мягкой необъятной груди. В другой момент, я бы засмущалась и отпрянула, но сейчас эти теплые объятия совершенно незнакомого постороннего человека показались мне островом утешения, необходимым убежищем. Расстроенные нервы, жгучая обида на предавшего меня когда-то любимого человека, пережитые мучения и унижение позорными рыданиями вырвались наружу. Я разревелась, как маленькое дитя, уткнувшись в мягкое плечо управляющей женского отсека.

– Ее допрашивали на совете, – ответил сопровождающий меня легионер, – Найди ей хорошее место, Урсуна, и не тяжелую работу. Это непосредственный приказ гегемона Торвуса.

– Я и без Тора разберусь, что мне делать с малышкой! – огрызнулась Урсуна и, повернувшись спиной к мужчине, повела меня по широкому мосту, протянувшемуся над огромной пропастью, в которой раскинулось целое поселение.

Перестав рыдать, я утерла мокрое лицо и завороженно уставилась вниз. Четыре уровня, не считая этот, образовывали подобие карьера, где роль уступов играли широкие платформы. Поражало то, что ограждение по краям обильно украшали длинные ленты и свисающие полотнища красно-серой или серо-черной расцветки. Выглядело все это довольно впечатляюще!

На каждом уровне в стенах виднелись арки и двери, ведущие вглубь корабля. Сами платформы соединяли мосты, такие же, по которому мы сейчас шагали, а между мостами тянулись вертикальные лифтовые конструкции.

– Сюда, деточка.

Урсуна остановилась напротив кабины лифта и нажала большую красную кнопку. Двери шумно сложились, и женщина мягко подтолкнула меня внутрь.

– Как тебя зовут? – спросила управляющая, когда мы начали спускаться.

– Леона.

– Странное имя… Впервые такое слышу. Но очень красивое!.. А меня зовут Урсуна, но ты можешь звать меня просто Урса. Я заведую этим отсеком, здесь живут только женщины.

Лифт вздрогнул и остановился, двери распахнулись. Мы приехали на нижний уровень, поэтому вышли не на мост. Открытое пространство напоминало оживленную площадь, только люди, находящиеся на ней, были исключительно женского пола. Их было много, и все были заняты какими-то делами. Кто-то вез тележки, наполненные грязным тряпьем, кто-то тащил за собой левитирующий транспортер, загруженный тяжелыми ящиками, а некоторые просто шли по своим делам, бросая на меня любопытные взгляды.

– Вон там у нас прачечные, —управляющая махнула в сторону ширкой прямоугольной арки в стене, откуда раздавался шум работающего оборудования, – А рядом мастерская.

Повернув голову, я увидела женщин в грязных спецкостюмах и большого бытового робота, которого они разбирали на запчасти.

– Ну, это кухня и холодильники, – продолжала Урса, ковыляя впереди меня утиной походкой, – Тренажерная, медкомнаты с родовыми…

– Родовыми? – удивилась я.

– Да, родильные помещения! – обернулась толстушка, и усмехнулась, – Тут же женщины живут. И случается, что они рожают.

– Я думала… Я не знала… – я замолчала, уставившись на молодую женщину с большим животом, как раз проходящую мимо.

Урсуна понимающе улыбнулась:

– Мне жаль… Ты повстречалась с Легионом Бездны не в простых условиях. Но есть и другая сторона. Те легионеры, что отличились в бою, заслужили жен и право на продолжение рода. И многие из них нежные любовники и заботливые отцы.

Я резко остановилась, уставившись на удивленную Урсу. Меня осенила догадка. Я поняла, почему Хаммер был так безразличен ко мне. Совсем не потому, что забыл!

– А жены и дети гегемонов? – дрогнувшим голосом спросила я, – Они тоже проживают в женском секторе?

Управляющая удивленно округлила глаза, а потом отрицательно мотнула головой:

– Что ты, глупышка! Гегемонам семьи не положены по законам Бездны! Женщины у них, конечно, бывают, но разные, и почти никогда не задерживаются… Ну а детей по понятным причинам они от них зачать не могут. Они ведь альфы.

Почему я почувствовала облегчение? Хаммер стал настоящим ублюдком! И я его определенно ненавижу!

Но я уже не могла остановится. Меня понесло.

– А если женщина омега?

Мой вопрос заставил Урсуну нахмурится. Она затравленно оглянулась, шагнула ко мне поближе и, понизив голос, заговорила:

– Я в курсе, кто ты, деточка. Меня предупредили. Но позволь дать тебе совет – не распространяйся об этом направо и налево и избегай подобных разговоров. Омеги – серьезная конкуренция для местных красавиц. Ты даже не представляешь, на что способна женская зависть и ревность!.. Надеюсь, ты меня поняла?

Я осторожно кивнула в ответ. Управляющая перестала хмурится и доброжелательно улыбнулась.

– Ну раз так, пойдем дальше. Я покажу тебе, где находятся теплицы, в которых ты будешь работать, а потом провожу тебя в твою каюту.

***

Каюта, куда меня заселили, была довольно маленькой. Чисто чтобы привести себя в порядок и выспаться. Здесь имелся отсек с очистной кабиной и туалетом, выдвижной столик и несколько углублений в стене – спальное место, гардеробная и полка для вещей. Полосатую робу для заключенных мне заменили на стопку чистой одежды, в которой оказалось несколько довольно милых платьев в пол, комплекты нижнего белья и три пары мягких удобных туфель. Здесь было чисто, тепло и по-своему уютно. Здесь я чувствовала себя в относительной безопасности.

Плакать уже не было сил, жалеть себя тоже. Вымотанная физически и морально, я первым делом полезла мыться. Чуть позже, натянув на себя пижамную майку, забралась в постель и сразу отключилась.

Сны, которые я видела, больше походили на фарш из воспоминаний и переживаний. Сначала я видела родителей с братьями, потом Хаммера. Монстр из людей тоже приснился, вместе с Гвен мы бежали от него через лес, но он все не отставал, неизбежно нагоняя нас. А потом я выбежала из леса и попала в руки легионеров… Меня разложили на земле, сотни рук срывали одежду, хватали за тело, щипали, гладили… Я чувствовала себя беспомощной игрушкой… Грязной, ничтожной и слабой… Но самое мерзкое, что все это нравилось моему телу. И моему духу… Я плавилась от похоти, испытывая неописуемое извращенное удовольствие от происходящего.

Проснулась я от собственных стонов, в насквозь промокшей от пота пижаме, которая противно липла к телу. Если верить цифрам, горящим на стене, проспала я не меньше десяти часов. Горло саднило, ужасно хотелось пить. Обведя глазами маленькое помещение, я обнаружила на полке несколько пакетов с водой. Осушив сразу два, стянула с себя влажную майку и направилась в кабину для чистки.

Спустя полчаса, уже одетая, я стояла посреди каюты и смотрела на дверь, набираясь храбрости, чтобы ее открыть. Но как только сделала шаг к выходу, тишину каюты разорвал звонок. Прямо на двери появился экран, будто прозрачное окошко, показывая лицо моей гостьи. Я поспешила ей открыть.

– Приветствую, Леона! – у входа стояла молодая девушка, подросток лет четырнадцати, – Я Алим. Прошу, следуй за мной.

Девушка повела меня через мост на противоположную сторону третьего уровня. Пока шли, я начала переживать, что меня снова отведут на допрос или еще хуже – в пыточную, но, как оказалось, Алим просто сопроводила меня на завтрак. Довольно просторная столовая была почти пуста, несмотря на то, что мест за столами хватило бы на сто человек. От аппетитных ароматов еды мой желудок болезненно сжался и заурчал. Я сглотнула слюну и, чтобы сгладить неудобный момент, поинтересовалась:

– А почему так мало людей?

– Обычно здесь остается мало свободных мест, на нашем уровне проживает восемьдесят пять человек, – ответила девочка, – Но сейчас все работают. Завтрак закончился два часа назад.

Я понимающе кивнула и села за стол, на котором стоял поднос с едой и напитком. Алим осталась стоять в стороне неподалеку, и я решила не заставлять девушку ждать, чтобы из-за меня у нее не возникло проблем. Вязкая субстанция оказалась довольно вкусной кашей, но насладиться в полной мере ее вкусом я не смогла, погрузившись в мрачные тревожные мысли.

Что теперь со мной будет? И что случилось с Гвендолин?.. Получится ли мне выведать у Урсы хоть какую-то информацию о ней?.. А если она ничего не знает? Тогда… остается только один выход…

Нет… Я не могу!

Не могу больше смотреть ему в глаза! Слышать его голос! Чувствовать его духовную энергию!

Что же мне делать?.. Как же быть?

– Леона?..

Я подняла голову и растерянно посмотрела на застывшую рядом Алим. Взгляд девушки удивленно метался между моим лицом и пустой миской, в которой я уже несколько минут бессмысленно скребла лопаткой

– Я… немного задумалась, прости! – смущенно заулыбалась я.

Девочка кивнула и предложила следовать за ней дальше. На этот раз мы спустились на лифте на второй уровень, который отвели для нежилых помещений. Половину его занимали склады, а остальная часть отводилась под теплицы. Там моя сопровождающая меня и оставила, передав под ответственность местной начальнице. Высокая пепельная блондинка лет сорока со странным именем Рэкс на целый час устроила мне экскурсию, показывая прозрачные боксы с растениями, водорослями и грибами, попутно объясняя, как их нужно поливать, рыхлить почву и ощипывать больные листья.

– Извините, – перебила я женщину, – а как можно встретиться с управляющей? Мне нужно с ней поговорить.

Рэкс прожгла меня недовольным взглядом и, пропустив мимо ушей мою просьбу, указала пальцем на длинный ряд с кустиками, где, склонившись над растениями, уже трудилось несколько женщин:

– Сегодня будешь работать здесь. Что не понятно, спросишь у девочек. Будешь тупить и тормозить, отправишься работать на нижний уровень!

Я промолчала и начальница, приняв это за согласие, быстрым шагом удалилась. Повернувшись, я неуверенно побрела по ряду, разглядывая светлые кустики растений, явно привезенные со Светлого леса. Девушки, обирающие сухие листья, иногда оборачивались, с любопытством разглядывая новую работницу. Подойдя к одной из них, я тихо поздоровалась и хотела было попросить объяснить принцип работы, но та вдруг поднялась и молча пошла прочь.

Похоже, что придется самой разбираться, что к чему…

Присев на корточки, я протянула руку к ближайшему стеблю и попыталась оторвать маленький корявый листик, но он почему-то не хотел отсоединяться.

– Нужно дергать большие прозрачные листья, – послышался за спиной знакомый голос, – А эти еще молодые, их трогать не надо.

Я развернулась и, потеряв равновесие от удивления, плюхнулась на попу.

– Гвен! – пораженно воскликнула я.

– Привет, Леона! – улыбнулась подруга.

Глава 3

Подскочив на ноги, я бросилась в объятия подруги и не смогла сдержать слез радости. Еще минуту назад я ломала голову над тем, как выведать хоть какую-то информацию о ней, а теперь Гвен стоит здесь! Живая и невредимая!

– Леона!.. Я так рада, что с тобой все в порядке! – Гвен осторожно раскрыла свой дух, и я с радостью ощутила, как моя энергия переплетается с ее.

– Прости… Прости меня… – повторяла я, чувствуя радость и сожаление одновременно, – Я не должна была тебя бросать! Прости!..

Мои невнятные бормотания и всхлипы привлеки внимание других девушек. Те недовольно оглядывались и о чем-то перешептывались. Гвендолин на мои слова только нежно улыбнулась:

– Перестань, глупая! Если бы ты осталась, то, наверняка, Тени схватили бы тебя. За меня они не особо спешили рисковать своими шкурами.

– Тени? – я отстранилась от девушки и, не дождавшись ее ответа, засыпала ее другими вопросами, – Что произошло, когда я убежала в лес? Как ты здесь оказалась? Тебя пытали?..

Гвен взяла меня под локоть и повела в сторону, подальше от любопытных работниц, которые подозрительно тихо ощипывали свои кустики, явно вслушиваясь в каждое наше слово.

– Как только ты скрылась в лесу, появились Тени… так легионеры называют приспешников Ядра, – зашептала Гвендолин, когда мы отошли в самый конец ряда и сели напротив грядки, делая вид, что ощипываем листья, – Часть из них подбежали ко мне, а другие бросились за тобой. Но не успели добраться даже до деревьев – их застрелили легионеры. Как оказалось, эти фанатики, хоть и обладают странными технологиями и артефактами, но сильно уступают боевой мощи Легиона. Многих убили, но часть сбежала, бросив меня на поляне. Так я и попала сюда.

– Эти легионеры… они обижали тебя? – осторожно поинтересовалась я.

Я все еще помнила обезумевший от похоти взгляд того командира и лица других мужчин, застывшие в предвкушение зрелища. Гвен внимательно посмотрела на меня и с подозрением спросила:

– С тобой что-то случилось, Леона?

Я отрицательно замотала головой. Не хотелось рассказывать Гвен о том неприятном эпизоде и омрачать радость нашего воссоединения. По крайне мере не сейчас.

– Нет, – прервала я размышления подруги, которая уже бросала на меня подозрительные взгляды, – Я просто бегала по лесу какое-то время, но потом наткнулась на корабль. Так что было дальше?

Девушка оглянулась, убедилась, что рядом никого нет, и продолжила рассказ. Легионеры действительно не тронули спасенную омегу. Ее почти сразу доставили на корабль. Первым девушку допросил один из деканов – средний по званию офицер. Гвен сразу сообщила, что была не одна и слезно просила найти свою подругу. Она наспех рассказала, что с ними произошло, что их принесли в жертву гиганту, и как они потом сбежали и прятались в лесах, разыскивая портальные лифты. Декан молча выслушал, а потом ушел. Гвен провела в карцере около двух часов, но после ее отвели уже к «верхушке».

– Гегемон Торвус, – сказала подруга, почему-то краснея, – допрашивал меня не меньше часа. Интересовался каждой мелочью, каждой деталью. Я рассказала все, что знаю. И про то, как жила на корабле Теней, и как мы приземлились на эту странную планету. И про то, что увидела, соединившись с Ядром… И если бы не твоя сила, то мы остались бы гнить там веками, как живые трупы!

– Я… я до сих пор не уверена, что это сделала именно я… Я была в полубреду. Может, мне это привиделось, – едва слышно прошептала я.

– Это была ты, Леона! В тот момент я чувствовала тебя, как саму себя!

Гвен прервалась на несколько минут. Потянулась к кустам и начала срывать поврежденные листья. Я присоединилась к ней, повторяя ее действия и бросая мусор в раскрытый мешочек.

Этот Торвус все знал заранее, но устроил целое представление, выпытывая у меня информацию. Зачем? Хотел поймать на лжи? Или просто проверял?.. Но с какой стати, я должна доверять каким-то ряженым пиратам? Что те фанатики, что эти легионеры – разницы особой нет! Что те, что эти обращаются с нами, как с рабынями! Но его явно заинтересовали мои способности. И если бы не Хаммер…

Сердцебиение участилось, а к горлу подкатил тяжелый ком.

К черту Хаммера!

Не было никакой необходимости причинять мне такую боль! Можно было просто дать тайный знак, подмигнуть, наконец. Я бы поняла! Но он молчал, будто язык откусил! А потом просто взял и растер меня о пол, как букашку!

Подонок!

А ведь когда-то он обещал защищать меня! И я доверилась ему, бросила все – клан, семью, родину! Пошла за ним на край галактики!.. Какая же я была дура!

– Ко мне и второй гегемон приходил… – внезапно заговорила Гвен, и я застыла, не донеся листик до мешка, – Странный альфа… И внешне, и духовно. Он пришел ко мне после отбоя, когда меня уже переселили в женский сектор. Заявился посреди ночи прямо в каюту… – девушка передернула плечами, – Зрачки огромные… Мерцают, как у кошки! Да и сам он на зверя больше похож, а не на человека… Жуткий тип!

– И что… он с тобой сделал? – выдохнула я, с замиранием сердца.

Гвендолин ухмыльнулась.

– Я тоже сначала решила, что он за этим самым пришел. Испугалась, до смерти! Но нет… Этот Ликос просто таращился на меня минут пять, разглядывал. А потом подошел и…

– Заканчиваем работу, девочки!

Громкий голос начальницы прервал рассказ подруги на самом интересном месте, и та, быстро подхватив мешок, поспешила в сторону выхода. Я запоздало подскочила на ноги и последовала за ней.