Водяное колесо

Глава 1

– Я хочу такую же маму, как и у Лорда.

Маленькая девочка с надеждой глянула на меня и почти сразу, смутившись, отвернулась и постаралась плотнее прижаться к Аране, которая обняла сироту, сидящую перед ней на лорге. Дети разного возраста, которые ехали рядом и до этого момента живо обсуждали мой рассказ о жизни в Скальме, притихли, ожидая реакции на слишком наглое, по их мнению, высказывание малышки.

Длительная и совсем нелёгкая дорога по перепаханным и изрезанным напначью пустынным землям измотала всех и, чтобы отвлечь детей, которые переносили трудности пути тяжелее взрослых, я собрал их вокруг себя и постарался отвлечь рассказом. Я думал, что смогу найти с детьми общий язык сразу. По сути, внешне я совсем ещё юный подросток и должен был бы восприниматься ими как свой, не ушедший во взрослую жизнь человек, однако это оказалось совсем не просто. И вот опять. Вроде бы всё наладилось, я заинтересовал детей, они перестали смущаться, раскрепостились, однако одно высказывание, – и я снова Лорд, а не такой же, как все они.

И, скорее всего, этой ситуации уже не изменишь. Сословное разделение и связанные с этим манеры поведения и восприятие взаимоотношений вошли чуть ли не в подсознание окружающих меня людей, а значит и детей тоже. Не важно, что я представляю собой как личность. Если я Лорд, то и отношение ко мне будет соответствующим. Правда, меня основательно просветил лэр Галнон по поводу некоторых требований, предъявляемых к аристократам. В этом времени понятие «самодур» не существует. Дворянин – это в первую очередь ответственность за своих людей, забота о них. Любовь к стране, порядочность, долг и готовность всегда и везде подтверждать своё звание. Родители учат своих детей соответствовать титулу с самого рождения. И не только потому, что так принято. Дворянства лишиться вполне реально. Это происходило и происходит постоянно. Не часто, но бывает. А тем, кто лишился титула, не позавидуешь.

Между простолюдинами, вассалами и сюзереном всегда соблюдается дистанция. Это определено традициями, принятыми нормами поведения, также является признаком уважения, но лично меня это напрягает. Пусть у меня только купленный баронский лен и Лорд Скальма я только для своих людей, для них это не имеет значения. Они меня признали своим Лордом, я согласился принять это, поэтому должен соответствовать, – и точка. Поэтому они ведут себя со мной как полагается.

Однако в этой ситуации я реально не могу ни с кем наладить хотя бы относительно дружеские взаимоотношения. Конечно, отношение ко мне у окружающих очевидно хорошее, но всё равно, дистанцию все соблюдают. Это, конечно, неплохо, по сути, жаловаться не на что в плане решения предстоящих задач. Я и сам по себе во многом самодостаточная личность, которой не требуются няньки или дружеские группы поддержки. Можно вполне комфортно жить, находясь на моих позициях Лорда. Однако, после общения с жителями Скальма, с их открытыми собеседнику чувствами и полным отсутствием условностей человеческой цивилизации, мне не хватает, так сказать, «скальмовских» отношений с окружающими.

Я чувствую, что мир для меня как бы разделяется на людей и жителей Скальма, и очевидно, что люди проигрывают. Меня реально вновь тянет в Скальм, к маме, брату, сестрёнкам, друзьям. К добросердечным соседям и случайным мохнатым прохожим, с которыми можно походя обменяться мимолётными чувствами и получить полный тёплых эмоций ответ. Однако жизнь ставит передо мной свои условия, и я вынужден находиться в этих рамках, чтобы сохранить Скальм и, возможно, не только комплекс.

Ну вот, опять мои мысли унеслись неведомо куда. Как же бывает тяжело держать себя в разумных рамках, не допускать глупых обид на окружающих, неразумных мыслей. Не срываться на того же Самалона или лэра Галнона, хотя иногда аж зудит устроить истерику на пустом месте. Далеко не всегда получается удержаться. Зачастую понимаю, что творю очевидную глупость или поступаю неразумно, по-детски, и ничего не могу с этим поделать. Меня просто несёт и остановиться невозможно. Поэтому с высказыванием «бытие определяет сознание» я согласен на все сто процентов.

Находиться в теле подростка в период полового созревания и испытывать все прелести гормональной атаки на мозг – та ещё работа. Теперь я прекрасно понимаю корни подростковых проблем. Меня самого эти перестройки организма измучили. Я же всё продумываю, знаю, чего добиваюсь, веду себя соответственно и вдруг, – бах, как будто лопается пружина и начинается разнос. И удержаться очень тяжело, до дрожи в ногах, до зубовного скрежета. И самое противное, что сразу невозможно понять, что разнос уже идёт, и я творю очередную глупость и зачастую уже поздно остановиться. Замечаю проблему лишь по немому вопросу в глазах окружающих.

Поэтому прежде чем что-либо сказать, я выработал правило, которое назвал «двумя вздохами». Как бы ни хотелось немедленно начать словоизвержение, я сначала делаю два глубоких вздоха. За это время мозги как будто прочищаются. Вот и теперь, отвечая на реакцию детей, вызванную репликой девочки, я не стал сразу выплёскивать свою вдруг возникшую иррациональную обиду. Несколько спокойных секунд, – и стало понятно, что моё секундное восприятие ситуации глупо.

Да, есть люди, и есть жители Скальма. В чём-то похожие и в то же время абсолютно разные разумные существа. Не надо их воспринимать с позиции кто лучше или хуже. Просто у всех своя жизнь, свои условности и тараканы в мозгу. Пытаться идеализировать животных Скальма будет неверно. Они- существа, с фатализмом воспринимающие своё существование, живущие в рамках комплекса, по его законам, в своём установленном ритме. Их разум очень консервативен и во многом совершенно негибок. Они очень тяжело воспринимают новые понятия. В некотором смысле их можно назвать блаженными.

Но я человек. Мне рамок Скальма мало. А детские обиды на то, что нет близких людей, которых я мог бы назвать друзьями? А кто тогда лэрГалнон, отец Сарон, Белый, Самалон, Арана и ещё многие другие? Наши отношения чисто вассальными не назовёшь. А с прочими? Так я постоянно занят, у нас даже не было времени познакомиться. Так что обиды пора забыть и ответить детям в спокойном ключе, тем более, что интересная тема намечается.

– Мам в Скальме много. Детей они любят. Думаю, можно будет с ними поговорить, может, кто и захочет тебя удочерить? – решил обнадёжить я девочку. Она посмотрела на меня, но что-либо говорить постеснялась. Вместо неё высказался один из присоединившихся к нам в последний день перед отъездом мальчишек. Самалон, делая последние покупки в Дунальстерне, увидел стайку беспризорников. Зная порядки, установленные в герцогстве, бывший сотрудник тайной стражи прекрасно понимал, что у этих детей мало шансов даже не то, чтобы найти своё место в будущем, а вообще выжить. Поэтому он забрал их собой.

– А может и нам найдётся мама? – спросил недавно отмытый от грязи женщинами предводитель стайки беспризорников, озвучивая общую мысль сирот.

– Вам-то это зачем? Мы же вас приняли? – мальчишка смутился, но я лишь улыбнулся – Понимаю, все хотят свою маму. Летом я схожу в Скальм, тогда всё и решится. Не обещаю, что вас примут и, может быть, не всем достанется мама-скалем, может быть и гранолл, может и кардог. Однако для этого и вам надо постараться. Я не буду ничего делать для тех, кто доставляет трудности окружающим – намекнул я ребятам о том, что их шалости не остались незамеченными.

– Ребята, пора Лорду заняться делами – вмешался в разговор Сарон и отозвал меня в сторону. Немного отъехав, чтобы нас не слышали, святой отец насел на меня – Рий, ты понимаешь, что делаешь? Ты же хочешь научить детей жить в Скальме. Ты же сам говорил, что после Скальма тебе не просто находиться среди людей. Но ты старше, а они совсем малыши, старшему из них не больше десяти лет. Они могут не захотеть выйти из Скальма ведь их никто не ждёт и получится так, что они не вернуться к нам. А ведь это люди. Что с ними станет, когда они вырастут? Кроме того… – я остановил священника взмахом руки.

– Да, я говорил, что мне вне Скальма непросто. Да, я понимаю, что собираюсь сделать и понимаю, что поступлю с детьми очень жестоко. Ты даже не представляешь, насколько жестоко с ними поступлю. Но я не вижу иного выхода. Скальму нужны люди вне центра управления, в самих джунглях, но взрослым там места нет. Забирать детей из семей, в надежде что у них останутся чувства, которые не дадут оставить родителей и разрыва не произойдёт? Не знаю, я думал об этом, но разлучать семьи – это наихудший путь. У сирот другие условия и я понимаю, что собираюсь воспользоваться этим. Не знаю, что получится в итоге. Но мне кажется, точнее я очень надеюсь, что открою этим детям путь к хорошей жизни.

Святой отец внимательно посмотрел мне в глаза, покивал и отстранился. Он определённо понял, что я сделал свой выбор и сейчас определил судьбу нескольких детей, точнее восьми, если считать всех наших сирот. И этот выбор дался мне непросто.

– Но ты не ради этого вызвал меня – уточнил я у Сарона.

– Галнон послал за тобой. Вот и эльфы – ответил священник, указав на приближающихся Ольгена с Ольгеной. Они вскоре присоединились, и мы направились назад по пути каравана.

Конечно, никто не ожидал, что трудности пути ограничатся только дорогой, но в глубине души все надеялись на это. Однако пять дней назад, когда мы миновали последний посёлок, стало понятно, что караван привлёк внимание. За нами настойчиво двигалась группа людей. Они не приближались к нам, шли по следу каравана, отставая на полдня пути.

Сначала преследователей был десяток, но пару дней назад, когда я осматривался при помощи аурного зрения, стало понятно, что их стало около сотни. Похоже, местные кочевники намерились пощипать нас. Допускать такое развитие событий никто не собирался. Нужно было отбить охоту у любителей лёгкой наживы связываться с нами.

Воинов среди моих вассалов хватало. Помимо тех, кто вышел со мной из шахты, многие люди сана Карта умели обращаться с оружием, но встреча с опытными наездниками и стрелками из лука в голой степи грозила нам немалыми потерями. Поэтому мы искали возможность организовать засаду. Преследователи, кстати, также нас не трогали, понимали, что сил напасть на наш караван маловато, видимо, ждали подкрепления. Они медленно двигались по нашим следам, считая, что об их существовании нам неизвестно. Опытные жители местных пустынь не находили следов нашего присутствия возле их лагеря или на возвышенностях, откуда мы могли бы их увидеть и не подозревали, что моё аурное зрение давно позволило нам узнать об их присутствии.

Речушка Мала, которая начинала свой путь из предгорий на востоке извивалась по пустыне населённой гоблинами в западном направлении то удаляясь, то приближаясь к Скальму и потом, сделав очередной поворот, направлялась, опять же петляя, на юг в сторону Альстерна, чтобы в последствии затеряться в песках. Так получилось, что часть пути от Дунальстерна до Скальма нам было выгодно двигаться вдоль неё. Это решало проблему с водой, которую в этих местах достать непросто. В начале пути речка помогала нам, но извилистое русло шло своим путём, который стал не выгоден нам и поэтому в определённый момент пришлось уходить от воды.

Точнее можно было бы ещё долго двигаться вдоль водной артерии и ещё приблизится к Скальму, вплоть до пары десятков километров, но это, из-за изгибов реки, удлинило бы путь на добрую четверть, поэтому я решил, что пора отвязаться от русла.

И именно в этот момент нашлось наилучшее место для засады. Мала, за годы своего существования, промыла целый каньон, в основном неглубокий, несколько метров, но местами стены оврага достигали пары десятков метров. Как раз здесь каньон оказался глубоким, а окрестности, заваленные обломками скал и острыми камнями, не позволяли свободно перемещаться всадникам. Самым удобным был путь через каньон, вдоль русла реки.

Скорее всего преследователи не захотят пробираться по камням и двинутся по лёгкому пути вдоль русла. Там они образуют плотную группу, за которой не нужно будет гоняться по степи, а все преимущества лёгкой кавалерии потеряются в узком горле каньона. Пропустив наш караван, лэр Галнон с сотней человек остался готовить засаду. Я с отцом Сароном и эльфами подъехал, когда было всё готово. Воины укрылись по краям каньона и замаскировались. Все ждали сигнала.

Преследователи появились, когда зимняя Санара уже начала садиться. Их определённо стало больше, чем вчера. К нам приближался отряд в три сотни человек. Я уже думал, что они не захотят въезжать в узкий каньон, который всем своим видом сообщал, что может быть удобным местом для ловушки. Степняки оказались слишком самоуверенными. Выслав разведку, которая проскакала по следам нашего каравана всего пяток километров и убедилась, что преследуемые ушли дальше, всадники въехали в ущелье.

Если бы разведчики проскакали ещё чуть-чуть, они бы поняли, что часть людей из каравана отделилась и направилась обратно другой тропой. Но этого не случилось, поэтому судьба этих любителей чужого добра была предрешена.

Возможно, в другой ситуации я не согласился бы с необходимостью засады. Но непонятные преследователи, которые вполне в состоянии нагнать медленный караван и не делающие этого, не вступающие в контакт, мне не нужны. Конечно, был шанс, что они совсем не желают нам ничего плохого, но экипировка, которую мы смогли рассмотреть, когда отряд подъехал ближе, чётко показала, люди определённо подготовлены к сражению, идут налегке и без припасов. Вывод напрашивается неутешительный: единственная цель их похода – это, естественно, мы. Судя по всему, нападение должно было состояться в ближайшие дни.

Колонна разбойников втянулась в каньон. Пора. По знаку лэра Галнона взвилась туча стрел. Теперь моя очередь. Мощный посыл, «взрыв», – и сотня наконечников, начинённых маннами, с грохотом разлетелась на осколки среди людского потока. Я пошатнулся от мгновенно накатившей слабости, но это было ожидаемо. Я рассчитывал, что мой удар решит исход засады и оказался прав. После серии взрывов, кажущихся особенно мощными в замкнутом пространстве каньона, грозный отряд превратился в жалкую толпу. Израненные, шокированные взрывами люди пытались прийти в себя и справиться со взбесившимися лоргами. Их единственной целью стало вырваться из ловушки. Прыти степнякам добавили стрелы, посылаемые моими людьми сверху с отвесных стен каньона.

Всего пара минут, и обезумевшая толпа, оставив на берегах речки два десятка своих товарищей, вылетела из ловушки. Дело сделано. Многие бандиты вырвались, но больше мы их уже не интересуем. Они получили хороший урок. Теоретически возможно, что кто-то из них захочет продолжить преследование, ведь мы не стремились их уничтожить и разбойники в основном пострадали не сильно. Взрывающиеся наконечники стрел в основном ранили людей не особо опасными осколками. Но, надеюсь, шок от встречи с нашим оружием поумерит их пыл. Вдобавок сами ранения хоть в основном и не глубокие, но кровоточивые, из-за выброса адреналина малозаметные сейчас, через пару часов превратятся в проблему, которая сделает дальнейшее преследование каравана затруднительным.

Взрывающееся оружие, как и прочее огнестрельное в этом времени почти не используется. Усиленные магически доспехи, защищающие хозяев от множества факторов, как физических, так и тепловых и компрессионных, делают пиротехнику, осколочные снаряды и пули малоэффективными. Точнее, чтобы был результат от их применения, необходим заряд ну очень большой мощности, который ещё нужно запустить в момент, когда защита доспехов не задействована на полную мощность. Кроме того, пиротехника отслеживается и заранее дистанционно уничтожается магами. Уж что-что, а это по заверениям Соардока все маги умеют делать и мало того их тренируют в этом направлении. Скорее всего, были в прежние времена с этим проблемы, но их быстро научились разрешать. Поэтому оружие, базирующееся на порохе и прочих аналогичных по действию веществах, почти не применяется.

Конечно, если развивать эту сферу, со временем можно добиться определенного результата, но, судя по истории моей цивилизации, требуются сотни лет и совсем другой уровень развития производства. Сейчас общество находится по многим показателям на уровне средневековья. Точнее не так. Имеется некий очевидный для меня перекос, связанный с повышенной ролью магов. Цивилизация в первую очередь развивается в этом направлении, а материальная или иначе производственная составляющая, так важная в моё время, сильно отстаёт. Хотя как уже понятно порох изобретён, как и динамит, также открыто электричество и многое другое, но всё это так и осталось на уровне начальных открытий и практического развития не получило.

Оно во многом и понятно. Для того, чтобы получить удовлетворительный результат, который можно использовать на практике порой требуются годы исследований и совершенствования технологий. Но ведь никто не знает, будет ли этот результат, а все теоретические перспективы перекрываются магией.

В итоге промышленности нет, и не предвидится, поэтому про артиллерию можно забыть. Почти забыть. Мои взрывающиеся манны, пожалуй, – единственное реальное оружие, которое маги не могут уничтожить дистанционно и его можно использовать в современных войнах. Правда, цена любого снаряда по местным меркам нереально высока, да и эффективность крайне низкая, в основном оглушение и испуг. Однако, защиты у легкой кавалерии, не прикрытой мощными доспехами от моих взрывающихся наконечников нет и даже если у них есть достаточно сильные маги им это не поможет. Теперь степняки знают, что у нас есть козырь в рукаве. Такой, который может преломить исход любого нападения. В общем, о бандитах можно забыть. Думаю, что и в будущем, памятуя сегодняшний урок, местные любители чужого добра остерегутся связываться с моими людьми.

После того, как каньон опустел, я разрешил воинам спуститься. Среди оставшихся на берегах речки кочевников в основном были контуженные компрессионным ударом во время взрывов, также раненые и пострадавшие во время падений и паники, когда обезумевшие лорги сбрасывали седоков и скакали не глядя под ноги. Они подтвердили, что собирались поохотиться на нас. Значит, решение о засаде оказалось верным. После быстрого сбора трофеев, среди которых не оказалось ничего особенно ценного, мы отправились догонять караван. Уже в темноте нагнали остановившуюся на ночлег колонну, распрягли лоргов и поспешили отогреться у костров.

В пустыне ночи холодные. Температура падает до минус двадцати градусов, если не ниже, поэтому все замёрзли. Днём значительно теплее, но всё равно морозно. Приходится постоянно отогреваться физическими упражнениями, следить, чтобы не коченели руки и ноги. Если бы не нанятые за огромные, по местным меркам деньги проводники, в обязанность которых входило также следить за вьючными лоргами и людьми, думаю, после нескольких дней можно было бы заканчивать поход. Незнакомые с местными правилами люди просто никуда бы не дошли, однако под руководством опытных путешественников караван продвигался вперёд. Хоть у нас были только вьючные животные без телег, но сказывалось отсутствие навыков такого путешествия. Поэтому, шли медленно по местным меркам. Всего по паре десятков километров в день.

Правда сегодня проводники занервничали, и причиной этому была отнюдь не стычка с бандитами. Приблизительно половина пути до Скальма пройдена, но теперь нам предстояло уйти от Малы и следовательно от воды и, хоть и скудной, растительности нужной для прокорма лоргов.

Довольно скоро мы должны дойти до границ Скальма, чтобы потом свернуть на восток в сторону Эдельгейских гор. Сейчас мы идём по местам, где безраздельно властвует напначь и где не осталось ничего живого. Также нет колодцев, и проводников это сильно волновало, ведь набрать с собой достаточное количество воды для такого путешествия невозможно.

Ближе к самому Скальму станет немного иначе. С территории комплекса воздух выносит влагу, которая оседает на земле в виде изморози. Местами за зиму изморозь накапливается слоем до десятка сантиметров и по весне, после того, как всё стает, границы Скальма отнюдь не похожи на пустынные места. Это цветущие поля. Среди разнотравья попадаются даже кусты и деревья. И, несмотря на нашествие напначи, многое остаётся, и несколько десятков километров от границ комплекса могли бы стать хорошими выпасами. Однако та же напначь не даёт возможности выкопать колодцы, а ручьёв из комплекса почти не вытекает. И если с кормом для лоргов станет легче, то всё равно скотину просто нечем поить. Собрать изморозь в достаточном количестве пока не удастся. Это только к концу зимы она накопится, сейчас же её почти нет.

Отсутствие дождей обусловлено двумя факторами. Основным было наличие Эдельгейских гор, гряда которых расположена в Скальме вблизи его границ. Их высота и форма и не даёт наполненным влагой облакам свободно проникать в эту части Тараны из центра Скальма. Вторым фактором, влияющим на отсутствие влаги в пустыне, является работа аппаратуры комплекса, которая заставляет напитанные влагой облака проливаться дождём на территории комплекса, а не за его пределами. Нет, конечно, в комплексе влаги хватает, иногда её даже чрезмерно много, но в саму пустыню из Скальма проникает только лёгкий туман.

Проводники понимали, что мы уже подошли к порогу и вскоре уже не получится нормально поить лоргов, которых у нас было почти полтысячи и самих людей. Кроме того нужно согревать непривычных к местным условиям путешественников, а мы израсходовали большую часть запасов дров. Да и провизии, по их мнению, откровенно мало. А ведь одним из условий завершения их контракта было то, что люди дойдут до места назначения. И как теперь это осуществить? Поэтому проводники опять завели разговор об этом, надеясь, что с них будет снята ответственность за провал похода, в случае его неудачного завершения.

На нытьё степняков никто не обратил внимания. Тем более я. Мы идём к Скальму, а там проблем станет намного меньше. Правда караван своим медленным ходом дойдёт до границ комплекса ещё только дней через пять – семь. А там уже жители комплекса должны помочь дойти до конечной точки маршрута, обеспечить водой, едой и дровами, но надо их созвать и организовать, а это, при всей их скорости, дело не одного дня. Поэтому мне нужно заранее отделиться от своих людей и обогнать караван. И только теперь, после того как исчезла угроза нападения такая возможность наконец появилась.

Через неделю мои люди в очередной раз удивлялись, увидев, как я встречаю их, сидя на огромной горе поваленных деревьев на самой границе Скальма. Правда, лэр Галнон и прочие, кто был со мной с самого начала, лишь улыбались и подтрунивали над остальными, не поверившими в мои возможности. После остановки каравана все оказались заняты подготовкой к стоянке, а ко мне подошёл сан Карт.

– Я испугался за Вас… то есть тебя, Рий. Когда ты ушёл, не взяв с собой даже лорга, я подумал, что всё. Конец всему. Но теперь я понимаю, что не прав и прошу прощения за свои мысли. То, как ты нас встретил… у меня нет слов – смутился мужчина.

– Но почему ты говоришь мне это? Это же были только мысли. Мне их знать не обязательно.

– Я был не прав и должен ответить за это.

Вот тебе и раз. Это что ещё за новости?! Я что, должен ещё и с этим разбираться? Похоже, придётся. Какие все вокруг совестливые, однако.

– Слушай Карт. Ты не знал, что мне проще и быстрее путешествовать пешком. Мне это привычно и получается быстрее, чем на лорге, во всяком случае, по бездорожью земель, где побывала напначь. А про Скальм – тебе говорили, что это мой дом. Просто понять и поверить в это оказалось для тебя непросто. Вот и всё. Надеюсь, в будущем ты отбросишь свои сомнения в отношении меня. И вообще, у тебя есть своя задача, вот ей и занимайся, а за меня волноваться не надо. И ставить мои действия под сомнение тоже не надо. Ты мне доверился, поэтому успокойся. Я всё сделаю так, как нужно.

– Конечно. Больше такого не повторится.

– Ну, вот и хорошо. Иди, обустраивай людей. Вытаскивайте из Скальма дрова и скатанный в большие комы снег, там же тушки начи для еды, также пласты съедобной коры и веток. Их можно употреблять в пищу и лоргов ими подкормить. Пару дней отдохнём и вперёд. Осталось немного.

Бардак… Одни стремятся меня опекать, другие боятся, что без моего непосредственного участия всё развалится, третьи ждут приказов. Вот и пойми, как себя вести с ними. Хотя понятно, что-то я делаю не так. Неуверенность и сомнения моих людей – это признак того, что я слаб как лидер. Вроде делаю всё, как надо, а вот всё равно не получается, как хочется. Опыт управления маленьким коллективом в случае, когда вокруг сотни людей, совсем не работает. Конечно, всё не так плохо, как ещё полгода назад, когда я вообще всего боялся. Теперь начало что-то получаться, появился опыт, но всё равно, многому еще предстоит научиться. Только вот где найти учителя? Лэр Галнон хоть и дворянин, и имеет некоторые знания, но как учитель слабо подходит. Он всегда был вассалом, а я Лорд, да и учить он не умеет. В основном придётся разбираться самому. Радует только, что пока что вроде как справляюсь.