- -
- 100%
- +
– НЛО? – ошарашено спросил голос. – Они что инопланетян лечат?
– Неотложное Лечебное Обследование. Что касается инопланетян, были случаи… – добавил он многозначительно, – диктуйте точный адрес.
– Вот орлы, лететь вам в теплые страны, на улицу Первомайскую, дом 18 квартира 45.
Врач, прочитав причину обращения, скривил рот так, как ни при одном параличе не получится.
– Витька, что галоперидол прекратил принимать? Какие на хрен крики о помощи, необычного характера. Мы что шаманы тебе или пожарные? Вон в Штаты позвони, там доктор Хаус принимает круглосуточно…
– Хотите едьте, хотите, нет. Только позвонивший, записал точное время вызова.
Санитар Жора был суров и беспощаден.
– Слышишь, ты градусник недоделанный, ну чего ты нам всякую хрень пихаешь. Боюсь, что станешь ты вскоре профессионально не пригоден.
– Из-за чего? – с удивлением спросил диспетчер Хорько, по прозвищу Хорек.
– Из травмы уха.
– Нет у меня никакой травмы, да и откуда ей взяться?
– Думаю будет, – Жорик посмотрел на часы многозначительно, – минут через 45 максимум через час.
– Почему такая точность? – с испугом спросил Витька-Хорек.
– Как с вызова вернемся, так и… Ты лучше очередь заранее закажи- с отеческой заботой произнес Жора Ахмадуллин, по-боксерски разминая свою шею.
Когда бригада приехала к пункту назначения, уже смеркалось.
Дверь как дверь, вот только почему-то никто не реагировал на дверной звонок.
– Спят они, наверное? Ломать теперь что ли или милицию звать будем?
– А ты толкни, – порекомендовал Жора.
Дверь со скрипом приоткрылось.
Жора как самый бывалый в бригаде, остановил рукой доктора и второго санитара Бахытжана.
– Входим медленно, а то вдруг там засада. Помните, как полгода назад, психбригаду из центральной, под Новый год всю завалил один псих с ножом? Там, тоже дверь была приоткрыта… Значит так, первым иду я, потом Баха, к потом Вы Станислав Александрович.
Вошли «паровозиком», друг за другом, и остановились в темном коридоре.
Звук «Бау-ууу». Над головами. Стрела пробила дверь.
– Ложись! Засада! – скомандовал Жорик, бросившись на пол.
Там, где они только что стояли воткнулась вторая стрела. Так что Жорик родился второй раз, несколько секунд назад
Поползли по-пластунски, двигая перед собой импровизированные щиты-биксы с медикаментами. Налево была кухня, без признаков опасности.
Дальше был зал с открытой дверью, откуда хорошо просматривалась входная дверь и хорошо прострелеванный коридор. Следующая стрела подтвердила это, издав печальный звук «Дзинь!», отскочила от металлического бока бикса.
– Не высовываться из укрытий! – вновь скомандовал Жорик.
Жорик на мгновенье выглянул из-за дверного косяка и в тоже мгновенье стрела, впилась в дерево, сантиметров на десять выше Жориного лба.
Увиденное сильно потрясло бывалого фельдшера. Не смотря на мусульманское прошлое Ахмадуллин перекрестился и произнес:
– Больше не буду брать двойных дежурств, а то сам стану себе пациентом.
– А что там? – с тихим ужасом спросил Бахытжан
– Там дикая Африка!!!
Картина, увиденная Жориком, напоминала виденный недавно по видику отрывок из фильма «Копи царя Соломона»
За большим кожаным диваном, как за крепостной стеной замка, стоял сухопарый мужчина в круглых очках, в оранжевой набедренной повязке. Все его тело, включая лицо, было разукрашено красно-белыми полосами. В руках он держал лук, а сзади стояла большая искусственная пальма.
– Я вождь племени масаев, профессор Бутурумба Зайцев. Я не стану вашим рабом, и вы подлые белые наемник, не отберете у меня свободу и сокровища! Апартеид не пройдет! Свобода или смерть!
Воспользовавшись короткой паузой Жорик давал распоряжения:
– Т-а-ак, мы так долго не продержимся! Станислав Александрович ползите на кухню, там есть кухонный стол, будем его использовать как большой щит. А ты, Баха давай, за посудой, та вроде сервиз какой-то стоял… – давал распоряжения Жорик
Потом они совместными усилиями перевернули тяжелый дубовый стол и перетащив его ко входу в гостиную, заняли оборону.
На кухне был найден сервиз «Мадонна» на двенадцать персон, тарелки и чашки использовались как осколочные гранаты, так как Жорик рекомендовал кидать их в стену за профессором или в потолок.
Стол был утыкан стрелами как гигантский дикобраз.
Неожиданно все прекратилось.
– В атаку! – закричал Баха и поднялся в полный рост с молочником в руке.
И тотчас что-то попало ему в лоб. С криком «Бля!», он рухнул назад с закрытыми глазами, ударившись затылком он вновь произнёс: «Бля!» и сел на пол с открытыми глазами.
Коллеги по обороне стола начали его трясти.
– Вы тоже уже ТАМ? – буднично спросил Бахытжан.
– Где?
– В раю. Вас тоже стрелой убили?
– Паду ли я стрелой пронзённый. Ага, гачпекнусь я дрючком, пропертый… Да живой, ты Бахыт, живой. Он, бумажной пулькой, из резинки тебе в лоб попал. Вот, смотри, – сказал Станислав Александрович и протянул послюнявленную и свернутую под углом в 90 градусов полоску бумаги.
Баха окончательно пришел в себя, его лицо приняло доброжелательно-мстительное выражение, и он грозно пропел:
– Сейчас прольется чья-то кровь! Пленных не брать!
Профессор слабо отбивался, но итог боя был предрешен.
Вождь-профессор был весь изранен осколками от сервиза, однако сначала его связали за руки и за ноги и лишь потом облили его из пузырька с йодом. Когда йод закончился, вход пошла зеленка.
Потом продев палку от швабры между руками и ногами пятнистого профессора, Жора и Бахытжан снесли свой охотничий трофей в машину.
Возле машины они закурили.
– А чего это он с катушек сорвался? – спросил Баха
– А кто его знает? -задумчиво произнес бывалый фельдшер, – Как в Экклезиасте написано: «Многие знания, многие печали»…Грустно все это, теперь его племенем и надолго, станут пациенты в третьем буйном отделении. Ладно, залазь в машину. Надо еще успеть отдохнуть перед новой Африкой…
Список приговоренных
Был типичный июньский день в Иерусалиме. На улице жара. А в магазине хорошо, кондиционер. Это был оружейный магазин.
– Мы можем предложить пистолеты на любой карман. У нас есть новые и подержанные. Есть и раритеты, но все исключительно в рабочей форме. Например, оригинальный немецкий «Маузер» 1898 года, калибра 7,63 к нему прилагается деревянная кобура и 100 патронов, дальность прицельной стрельбы не меньше пятьсот метров. Всего 5,5 тысяч шекелей. А вот этот, «Браунинг» легко помещается в ладони, его рукоятка инкрустирована перламутром, в обойме восемь патронов. Всего за 1300 шекелей. Ну, если и это дорого, есть старая «Беретта» 22 калибра и бельгийский шестизарядный наган каждый по 600 шекелей.
Продавец посмотрел на потенциального покупателя, сделал красноречивую паузу предлагая ему осмыслить сказанное.
– Ну, так что же решили?
– Понимаете, цена для меня не главное.
Продавец оружейного магазина «Мой калибр» уже с интересом посмотрел на собеседника.
– А что же для Вас важно?
– Хорошая убойная сила, легкость в ношении и конечно вместительность обоймы.
– Чувствуется, что Вы не новичок в нашем деле. Что ж могу предложить Вам глок -17, вместительность 17 патронов, легкий из полимерного пластика, отдача при стрельбе незначительная. К нему полагаются две обоймы. Может стрелять из-под воды. Даже если его вытащить из грязи или песка он будет стрелять, как ни в чем не бывало. Более того, к нему есть складной приклад. Вместе с прикладом 4000 шекелей. Можно заказать усиленные магазины на 33 патрона.
– Вот это мне подходит, но мне нужно 6 усиленных обойм!
– Вы меня простите, а за чем Вам 6 усиленных обойм? Это же 198 патронов! Вы что на войну собрались?
– Да, – серьезно произнес покупатель. – На войну со Злом. Злом с большой буквы «З». Я три года откладывал с каждой пенсии.
Продавец слегка побледненел, но автоматически продолжал улыбаться.
– А что Вы называете злом, с большой буквы «З»?
– Я буду убивать плохих людей.
Продавец побледнел еще больше.
– Вы имеете ввиду арабов-террористов?
– Почему обязательно арабов? Евреев.
– А евреи то Вам что сделали?
– Ну, ни всех евреев, только врачей!
Продавец начинает слегка заикаться
– Ка-а-а-ких вра-вра-вра-чей?
– Ясно каких врачей, врачей – вредителей!
Тут продавец сливается с белой стенкой и уже перестает заикаться, а тихо спрашивает:
– А как Вы их отличаете плохих от хороших?
– Ну, это совсем просто, – разулыбался покупатель, – тот, кто у меня в списке, тот и плохой!
И он достал из внутреннего кармана мятый листочек из тетради в клеточку.
– Вот, пожалуйста: номер один Зальцбург Марк, психиатр, номер два Крейцер Ирина, психиатр, номер три Тверской Хайм, семейный врач. У меня тут восемнадцать фамилий. Вам их всех зачитать?
– Нет спасибо, я вам верю. Но как же вы решили, что они плохие врачи?
– Я у всех них лечился.
В горле у продавца пересохло, но вернулось исчезнувшее заикание.
– Ввв-ам, на – на -навер-ннное потребуются запассс-ные ооо-боймы. По-о-о —ждите, я схожу на сссс-клад…
На ватных ногах продавец зашел на склад и набрал «101»
– Алло, полиция, я звоню из магазина «Мой калибр», тут какой-то псих хочет купить пистолет и перестрелять два десятка врачей.
Через пять минут в магазин ворвались пятеро спецназовцев заломив руки, они вывели «истребителя врачей» и передали бригаде скорой помощи.
Артур Розенфельд, так звали этого «крестоносца», провел в больнице ни много не мало пять лет. Каждые полгода он писал апелляцию. И вместе с ней на стол психиатрической комиссии ложилась петиция от 18 «приговоренных врачей», им очень не хотелось повторить судьбу 26 бакинских комиссаров…
И комиссия, в которой тоже были психиатры, шла на встречу своим коллегам. Филейные части Розенфельда приняли на себя удар карательной медицины и были нафаршированы нейролептиками как фаршированные перцы, которые готовила покойная бабушка Рива.
Но однажды оборона была прорвана и не в меру ретивый адвокат, решил добиться свободы для Артура. Он переснял пухлую историю болезни, ползал по интернету как блестящая навозная муха по трупу коровы, выискивая прецеденты. И вот однажды…
***
Мужчина еще раз любовно протер тряпочкой медную табличку «Заместитель главного врача, доктор Роберто Ривкин». Отойдя на два шага, он склонил голову к левому плечу и еще раз посмотрел на надпись.
– Конечно в Аргентине, у него был кабинет побольше, но все-таки… Нужно было сделать буквы покрупнее!
– Извините к Вам можно?
Мужчина недоуменно обернулся.
– Вы уверены, что ко мне?
– Вы же зам. глав. врача этой больницы? – ни то спросил, ни то утвердительно произнес посетитель.
Мужчина вздохнул и пригласил гостя в свой кабинет.
– Cлушаю Вас.
– Меня зовут Аарон Каплун, я адвокат Артура Розенфельда.
– А кто это? – удивленно спросил мужчина
– Вы что не знаете своих пациентов? – в свою очередь удивился адвокат.
– Видите ли, – начал уклончиво Ривкин, – я здесь недавно. У моего предшественника случился инфаркт и после реабилитации, он категорически отказался от должности. А причину не объяснил…
– А понятно, – сказал служитель Фемиды – Дело вот в чем, у вас незаконно находится на принудительном лечении мой подопечный и я готов передать дело в более высокие инстанции, чтобы добиться правды! – он вытащил черную папку под мрамор, размером с могильную плиту, на которой была наклеена надпись: «Артур Розенфельд».
Роберто подумал, что его должность ни такая уж привлекательная, как ему казалось раньше. Он снял трубку и набрал номер заведующего первым мужским закрытым отделением и царственно произнес:
– Доктор Концевой, зайдите ко мне сейчас. Да, это срочно!
Через несколько минут в кабинет зашел плотный мужчина в очках и в футболке с надписью «Лас Вегас».
– Вот, – и Роберто указал пальцем на своего гостя, – жалобы поступают, что у Вас больные находятся на незаконных основаниях. А Вы знаете, как у нас пресса реагирует на все, мы же в демократической стране живем, а не в России!
– А можно поконкретнее? – произнес заведующий и посмотрел вызывающе на заместителя главного врача.
– Речь идет о больном Розенфельде! – металлическим голосом произнёс Ривкин, пытаясь показать кто в кабинете главный.
– А, Артур-Истребитель, теперь понятно!
– Что? Что Вам понятно?! У вас человек пять лет как в застенках КГБ, а Вы даже шага к реабилитации не сделали. Так что не вижу оснований, задерживать пациента и сам буду присутствовать на ближайшей комиссии и ходатайствовать о выписке. Да что Вы там за бумажку мнете?
– Ах, эту! Так, ерунда. Санитар у Артура под подушкой обнаружил…
– Дайте сюда. «Седьмой, дополненный и исправленный список приговоренных». Что это за чушь?
– Вы читайте, читайте! Ваша фамилия третья, после лечащего врача и моей… А Вы, если не ошибаюсь его адвокат Каплун?
– Да, – с некоторым гордым вызовом произнес молодой человек.
– Вы тоже есть в списке, – радостно сообщил доктор Концевой, – под номером восемь, после санитаров Хасана, Миши и Джорджа.
Оба его собеседника напоминали двух рыбок без аквариума. Заведующий мужским отделением снисходительно улыбнулся и бросил небрежно в сторону нового зам. главврача:
– Кстати, ваш предшественник, возглавлял шестой список…
Белеет парус одинокий…
Дело было так. Решили как-то три врача отметить своё поступление на курс по наркологии, а на дворе стоял суровый 1987 год. Помните, был ещё тогда популярный анекдот, что лучший приз за антиалкогольную пропаганду – бутылка коньяка; а ещё был и другой, это когда папаша с сыном смотрят на длинную-длинную очередь, и сынок спрашивает: «Папа, а это очередь в музей или за водкой?» «В музей водки, сынок», – грустно отвечает отец.
В общем, это было то самое время типа начала ледникового периода, когда всё постепенно начинало вымирать, и первой пала водка…
Ну, не одна она, конечно, с сотоварищами, – там портвейны всякие, даже живительный пивной родник высох. Люди в гости ходили со «стеклянным подарком" или там на премьеру в театр по «стеклянному билету»…
Так вот, собрались они как три васнецовских богатыря в городе на Неве, значит; один из них был представителем Средней Азии, второй из Челябинска, а третий, вы не поверите, из Биробиджана.
На улице февраль, холодно, минус двадцать один. Денег тоже небогато. Куда идти, не знают, сунулись в пару ресторанов. То ли вид у них был слишком интеллигентный, то ли им правду сказали: «Мест нет».
Стоят, мёрзнут возле третьего, где сказали, что, возможно, пустят, когда места случайно освободятся… Тут азиатский коллега и говорит: «Пойдем ко мне в комнату в общаге, у меня во-о-от такенная дыня есть. И чай, хороший, крепкий чай».
А челябинец ему отвечает: «Сразу видно, нерусский ты человек, Куаныш! Как же ты людей лечить от алкоголизма будешь, если ты даже не знаешь действие водки на человека?».
Тут маленький Куаныш засуетился, да так, что даже начал путать падежи и склонения: «Зачем обижаешь. Я водка не знаю, да ее с детства пью! Я всё знаю! Например, после какой кружка пива туалет ходить надо. И армянский коньяк самый лучший коньяк в мире, тоже два раза пил. И знаю, что такое „ёрш, бодун и заполировать“. Практически сторона я знаю лучше всех в районе, только бумажка с курсов нужна…»
А биробиджанец его по плечу похлопал и говорит: «Да ладно, коллега, успокойся, не сомневаемся мы ни в тебе, ни в твоей дыне. Но выпить-то надо!»
Челябинец начинает свирепеть и произносить антипартийные лозунги: «Это ж надо, в какой б… ской стране живем! Врачу – интеллигенту негде выпить! Да я бы сейчас весь тракторный завод продал за поллитруху».
Тут слышим чужой голос из-за спины челябинца: «Пожалуй, тракторный завод не надо, а вот пятнадцать рублей вполне хватит…»
Челябинец как шарахнется в сторону с криком: «Уйди, глюк!». Тут мы и узрели гномообразного мужичка со слезящимися красными глазками, в стареньком пальтишке и собачей шапке, вежливо вопрошающего будущих наркологов: «Так господа желают выпить или как?»
Те, в свою очередь, хором размахивают руками, подтверждая, что их желание припасть к истокам жидкой мысли великого Менделеева абсолютно искренне.
А южный друг широким жестом протягивает двадцатипятирублевую ассигнацию и говорит: «Уважаемый, Вы две принеси, да?»
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Сакля (сак! вал, сак! (в) але, лезг. яз.) – жилище кавказских горцев, сооружённое из камня или из саманного кирпича. (русск. яз.)
2
Чувеки (чуьвекар, лезг. яз.) – вязаные носки с красивым орнаментом из шерстяных разноцветных ниток. (русск. яз.)
3
Фреза – автомобильная дорожная машина, для фрезерования (снятия) старого асфальтного покрытия при капитальном ремонте дорог.