Так проходит жизнь. роман

4 глава

– Жизнь хорошая штука, – сказал Иван и отпил из бокала белого вина.

Он махал фанеркой над мангалом с шашлыками.

Станислав, как и обещал, пригласил друзей к себе на дачу отметить свою свадьбу. Дачу построил отец Станислава в начале девяностых годов из жёлтого кирпича, который был в то время в моде. Строение было двухэтажным с маленькой крышей. Обстановку в доме нельзя было назвать роскошной. К предмету роскоши разве что можно было отнести камин, а так всё было очень просто в стиле а ля рюс.

Кроме друзей Станислава была ещё одна девушка подруга Марии Олеся. Девушка сидела за столом и скучала. Никто из потенциальных кавалеров не проявлял к ней никакого интереса.

Небо уже стало лилово-матовым. Время близилось к полуночи.

Роман качался в гамаке и флегматично смотрел на небо.

– Стас, а ты не боишься, что из-за того, что ты женился в мае, будешь теперь маяться всю жизнь? – неожиданно спросил Роман.

Станислав сидел рядом с женой Машей за столом.

– Ром, ты же знаешь, я не суеверный.

Из дома вышел и направился к компании Альберт. Он ходил в туалет.

– Сидите, радуетесь жизни. – Альберт сел на скамейку напротив Стаса и Марии. – Будете? – Он взял бутылку красного вина. – Не хотите, как хотите.

Альберт налил себе вина в большой бокал, из каких обычно пьют сок, и в несколько глотков осушил его.

– Если бы вы знали, как я вас ненавижу, – заявил Альберт. – И знаете почему? Потому что вы сука счастливые. Почему так в жизни происходит, одни получают счастье, другим хрен собачий? Где справедливость, я спрашиваю?

Альберт грозно посмотрел на небо и развёл руки.

– А? Я спрашиваю…

– Дружище, ты уже пьян, тебе лучше больше не пить, – попытался успокоить Альберта Станислав.

Мария встала из-за стола и пошла к дому. Станислав догнал её у крыльца. Мария закурила тонкую сигарету и пустила дым в лицо мужу.

– Ты так и стерпишь это? – спросила Мария.

Мимо прошла в дом Олеся.

– Что? – Станислав был спокоен.

– Пьяные выходки этого быдла.

– Он мой друг всё-таки.

– Он сейчас оскорбил меня и тебя.

– У него сейчас тяжёлый период в жизни. Он сам не понимает, что несёт. Он расстался с очередной любимой девушкой.

– Я не удивлена. Я иду домой.

– Я скоро приду.

Станислав вернулся к столу. Иван разложил готовый шашлык в две глубокие тарелки. Роман уже сидел за столом и стыдил Альберта.

– Стас, ты извини меня. – Язык Альберта слегка заплетался. – Понимаешь, я наверно не совсем точно выразился. У меня сейчас такая каша в голове. Я ненавижу больше всего самого себя, а всех вас на самом дела очень люблю, потому что без вас бы мне не выжить в одиночку.

Альберт взял бутылку красного вина и начал наливать себе в стакан.

– Хватит, – Роман позволил Альберту наполнить только четверть стакана. Он отобрал у друга бутылку и поставил на стол.

Остальные тоже налили себе вина. Пили без тостов.

Альберт долго смотрел на стакан с вином.

– А вы знаете, когда я остаюсь один, я думаю о многом, о жизни. – Он поставил стакан на стол и говорил, смотря куда-то в невидимую точку. – И пришёл я к такому выводу, что живём мы очень глупо и бессмысленно. Всех я не могу в этом обвинить. Я вглубь себя самого всматривался; но таких, как я наверно много. И как мы живём? Для чего? Зачем? Только две основные мысли терзают нас на протяжении всей нашей взрослой жизни: куда пристроить свой член и как бы заработать побольше денег. И всё! Всё! Как глупо. Да, так вот проходит наша жизнь.

– Бедный Алик, – сказал Станислав. – Тебя надолго нельзя оставлять одного. Тебе просто необходимо как можно скорее жениться.

Альберт выпил вино и сказал:

– Я знаю. Только это наверно может спасти меня…

– Учитесь у Ивана, – сказал Роман. – Он не женат и не парится по этому поводу.

– Это какое-то отклонение в психике. Его надо лечить, – сказал Альберт.

– Ты выглядишь более не здоровым, чем он, – заметил Станислав.

– Как ему одному не скучно? Я не могу понять, – не унимался Альберт.

– А вы знаете, что голливудский красавчик Киану Ривз предпочитает мастурбацию плохому сексу? Он много лет живёт один и вполне доволен своей жизнью, – сказал Роман.

5 глава

Станислав вышел из здания администрации города. Он был одет по-деловому: светлая рубашка и галстук в чёрно-жёлто-голубую диагональную полоску. На автостоянке стояла машина Станислава. Он при помощи пульта дистанционного управления снял машину с сигнализации, открыл дверцу. Зазвонил сотовый телефон в кожаном портфеле. Станислав достал телефон и ответил на звонок. Звонила Маша.

– Да всё в порядке. Скоро буду. Немного задержался, – ответил Станислав.

Рядом стоял серый «опель» Николая Плотникова, который работал в одном отделе со Станиславом. Плотников подошёл к своей машине, открыл её и прежде чем сесть за руль, обратился к Станиславу:

– Как на личном фронте дела?

– Странный вопрос, коллега. Я женился недавно, и ты был на нашей свадьбе. – Стас бросил портфель на переднее пассажирское сиденье.

– Как Маша?

– Нормально.

У Плотникова был странный несколько отстранённый взгляд.

– С тобой всё в порядке, Николай? – спросил Станислав.

– Да. Со мной теперь всё в порядке. А вот с тобой?

– Не понимаю я тебя.

– Скоро поймёшь.

Плотников сел в машину и запустил двигатель.

Неужели Николая и Машу что-то связывает? Станислав задумался над странным поведением коллеги. Он не был ревнивым человеком, и тем не менее ему было как-то не по себе, когда он думал, что у Маши могут быть отношения с кем-то ещё кроме него. Станислав завёл двигатель, вставил магнитолу, настроил радио на волну, на которой передавали весёлые попсовые песни. Аккуратно Станислав вывел машину со стоянки. Он водил очень аккуратно и осторожно. Ему было тридцать шесть лет. Он работал чиновником в администрации города. По работе он занимался вопросами жкх. Он старался быть честным человеком по мере сил, но иногда всё же брал взятки, когда нельзя было проявить принципиальность. Ведь в случае отказа участия в порочной системе управления заодно со старшими товарищами, можно было лишиться работы, а этого ему очень не хотелось. Ощущение себя хоть и небольшим, но начальником грело душу и поднимало благосостояние. Станислав понимал, что это зло, что это порок, и всё же сам служил покорным винтиком этой огромной коррупционной машины. Он был честолюбив. Что же делать, если так сложилось, что воплотить свои честолюбивые помыслы возможно только, переступив через некоторые моральные принципы. У Станислава была склонность к полноте, впрочем, толстым его нельзя было назвать. Работа его предполагала постепенный набор веса в обществе и в теле. Станислав был круглолиц, светловолос и румян. В детстве Стас имел успех у девочек. В школе у него был невинный роман с красивой девочкой одноклассницей. Красавица имела тяжёлый и вредный характер, а Стасик знал себе цену. Ничего путного из их романа не получилось. Стас вырос в благополучной семье. Отец его был начальником цеха на заводе, мать учительницей. Станислав закончил институт и отец через знакомых пристроил сына в местную администрацию. Сначала Стас работал в отделе, занимающимся строительством дорог, но через какое-то время с этого хлебного места его перебросили в отдел, где он трудился теперь. У Станислава было три серьёзных романа. Жениться он долго не собирался. Он долго не мог забыть историю своей неудачной школьной любви. Со своей однокурсницей Верой он несколько лет прожил в гражданском браке, потом у него был роман с замужней женщиной Кристиной, у которой был муж офицер милиции. Стаса мучили угрызения совести из-за того, что он вступил в связь с семейной женщиной. У него было чувство, будто он влез в чужую квартиру, нагадил там прямо посреди большой комнаты и тихо скрылся. Он предлагал Кристине развестись и выйти замуж за него, но любовницу всё и так устраивало. Они расстались. Потом была Катя. Она была моложе Стаса на шесть лет. У Кати была сильная любовь с каким-то женатым человеком, очень бурный и страстный роман. Это тип бросил Катю, но она время от времени напоминала ему о себе. Стасу это естественно не нравилось. Он считал, что Катя не уважает себя. Потом пришёл к выводу, что это любовь и ничего с этим не поделаешь. Когда он лежал в кровати с Катей, ему иногда мерещилось, что где-то рядом лежит Катин бывший любовник женатик-сердцеед. Долго терпеть это Стас не мог. Наконец он встретил Машу. Про себя он иногда называл её женщиной всей своей жизни. Стас приехал в Подольск по делам и зашёл в ресторан с коллегами отметить сделку. Маша сидела с подругами за соседним столиком спиной к Станиславу. Выше голубых джинсов торчали чёрные стринги, по спине рассыпались длинные волнистые пшеничного цвета волосы. Стас никогда бы не решился познакомиться с Машей. Он не был настолько уверен в себе. После своих неудачных романов он считал себя несколько дефективным, и думал, что может притягивать к себе женщин только с корыстными интересами или какими-то отклонениями в психике и морали. Коллега по работе пригласил девушек за свой столик. Маша оказалась притягательной не только со спины, но и вид спереди её был также безупречен. Ей было тридцать два года, и она ни разу не была замужем. Она сама начала оказывать знаки внимания Станиславу и тот постарался быть для неё интересным, рассказывал ей интересные истории из своей жизни. Стас был на седьмом небе от счастья, когда Маша дала ему свой номер телефона. Маша работала косметологом. Через полгода их роман закончился свадьбой. У Маши был один недостаток, на который Станислав старался закрывать глаза, так как был очень сильно влюблён в неё. Она делила людей на людей полезных, людей первого сорта и лохов. Маша немного знала старых друзей Стаса Романа, Ивана и Альберта и сразу определила их в низшую категорию человеческой расы. Их появление на свадьбы было не желательным, но Стас уговорил Марию смириться с тем, что они приедут к ним в гости на дачу на шашлыки в выходные.

Была ночь. За окном светил уличный фонарь. Он будто своим большим мутным глазом пытался заглянуть в спальню.

Стас и Маша лежали на кровати убранной бельём нежно-персикового цвета. Маша изучала при свете ночника свои ногти. Днём она делала себе маникюр.

– Всё просто замечательно, милая, – сказал Стас. – Выключай ночник.

Маша улыбнулась, выключала ночник. Станислав притянул её к себе и поцеловал в губы. Маша забралась на него.

– Маш, а ты ревнивая? – неожиданно спросил Станислав.

– Ты за всё время наших отношений, так и не понял?

– Ну да, как то ты себя не проявила себя в этом вопросе.

– Не проявила? Может ты плохо изучил меня?

– Значит, готова мне всё простить?

– Я тебе дам. Всё… Ишь чего удумал.

– Всё это в самом деле слишком много. А, если так, на бегу на полшишечки, то это не возбраняется?

– Убит будешь сразу же.

Станислав поцеловал Машу в губы страстно по-вампирьи.

– Я люблю тебя, – сказал он.

Возникла пауза.

– Я не слышу ответ.

– Дай мне тебя помучить.

– Что?

Стас перевернул Машу на бок и начала целовать её в разные места. Маша весело загоготала.

– М-м-м, – раздался за стеной протяжный мучительный стон.

Станислав отпрянул от Маши.

– Она не спит? – Стас смотрел в сторону стены.

– Обычно в это время она уже спит. Наверно приснился дурной сон, – сказала Маша.

Маша привезла из Подольска маму Татьяну Анисимовну. На время. У тёщи Стаса был сложный психологический момент в жизни, как это называла Маша. Кража любимого кота Владимира потрясла её так сильно, что она никак не могла смириться с этой потерей. Она говорила, что как будто от неё отняли какой-то орган, часть её. Татьяна Анисимовна устроилась в маленькой комнате. Стас и Маша жили в двухкомнатной квартире, которую уступили Стасу его родители, а сами переехали жить к деду Стаса по отцовской линии. Татьяна Анисимовна поставила на тумбочку пред кроватью портрет Владимира в рамочке, где он вальяжно лежал на её руках и смотрел в объектив с самодовольным видом. Знал бы Станислав, что его идея украсть кота тёщи, обернётся приездом её к нему в квартиру, он бы десять раз подумал давать ли такой совет Роману. Мало того, что Татьяна Анисимовна находилась в депрессивно-болезненном состоянии, скоро должен был состояться суд над ней. Она умудрилась исцарапать лицо дежурившему офицеру милиции, который отказался принимать от неё заявление о краже кота. Станислав задействовал все свои связи в Подольске и Московской области, чтобы отмазать тёщу от серьёзного наказания. Ему обещали, что скорее всего Татьяна Анисимовна отделается штрафом. Пострадавшему милиционеру Стас уже выплатил в качестве компенсации полторы тысячи долларов.

На своей машине Роман приехал в район Липовая роща. В этом районе обитали богатые жители города Болиголова. Машина остановилась у забора из бордового кирпича. Из металлической калитки, покрашенной в красный цвет, вышла Лариса Максимовна.

Иван взял Владимира с заднего сиденья и вылез из машины.

– Вольфи, Вольфи, родной мой. – Лариса Максимовна развела руки, готовая принять в свои объятия своего любимца.

Роман протянул животное Ларисе. Лариса взяла кота и несколько раз поцеловала его в морду.

– Что ты, как не родной? Улыбнись, мой милый. Улыбнись, как ты любил раньше улыбаться, – ворковала с животным Лариса Максимовна.

– Как съездили? Как отдохнули? – соблюдая этические нормы общения, поинтересовался Роман.

– Да. Ерунда. Не умеют там люди жить, как умеют у нас.

– Не понять им нашей широкой души.

– Нет. Не понять. Как себя вёл, Вольфик?

– Хорошо.

– Ну, молодец, умничка. Ром, вискарика не хочешь выпить? Мы привезли забугорского настоящего.

– Нет. Что вы? Я же за рулём.

– И чего? Тебе доехать то до дома два километра.

– Я поеду, Лариса Максимовна. У меня дел ещё очень много. Извините.

6 глава

На торце пятиэтажного дома из белого силикатного кирпича над дверью висела вывеска, на которой белыми буквами на синем фоне было написано парикмахерская. Альберт вошёл в эту дверь. Был будний день и все три кресла для клиентов в парикмахерской были свободны. Две парикмахерши в синей форме сидели в креслах.

– Вам постричься? – спросила парикмахерша, которой было на вид за сорок лет. Она была полновата, с крашеными кудрявыми волосами тёмного цвета.

Альберт согласно кивнул.

– Присаживайтесь. – Парикмахерша встала, освободив место Альберту. – Маш, я пойду, чайник поставлю.

– Давай, – сказала вторая парикмахерша Маша. Это была средних лет чуть курносая женщина со светлыми пышными волосами.

Обручального кольца у неё на пальце не было.

– Вас как стричь? – спросила Маша.

– Покороче.

Маша приступила к своим рабочим обязанностям. Альберт следил за ней через зеркало. Он решил, что она не в его вкусе. Какие-то слишком злые у неё были глаза. Пришла другая парикмахерша.

– Маш, а ты про Ленку слышала? – она села в свободное кресло.

– Нет.

– Ты в курсе, что она устроилась работать в салон красоты?

– Нет.

– Говорят, деньги гребёт теперь лопатой.

– Зато ей с мужиками не везёт.

– Как сказать, как сказать.

– Неужели нашла себе кого?

– Нашла. На десять лет её моложе.

– Во даёт. И как ей удалось заполучить такого малолетка?

– Денежки, денежки. Девчонки говорят, она ему новую машину купила иномарку.

– Может быть, они вдвоём скинулись?

– Ну конечно. Этот её малолетка совсем не работает.

– Совсем?

– Совсем. Альфонс. Живёт на Ленкин счёт.

– Зачем он ей нужен такой?

– Да хоть какой.

– Да у нас с тобой денег не хватит на таких альфонсов. А как он интересно в любовных делах?

– Что не знаю, то не знаю. Но говорят, иногда истерики ей закатывает хуже иной бабы. Девчонки видели, как он устроил скандал на пустом месте, когда ему не понравилось, какую рубашку ему купила Ленка.

– Во мудак.

Альберт вышел из парикмахерской. Он шёл по улице и думал. Он бил правым кулаком в левую открытую ладонь. Он имел привычку так делать, когда думал о чём-то, что ему казалось очень важным.

Иван работал в своей фотостудии. Клиентов не было, и он смотрел снимки на компьютере. В студию вошёл Альберт.

– Привет. Что-то случилось? – спросил Иван.

– Привет.

Альберт взял стул и сел на него рядом с Иваном.

– С чего ты решил, что что-то случилось?

– У тебя вид озадаченный.

– Да нет. Ерунда, хотя как сказать. Я тут разговор подслушал двух парикмахерш. Они рассказывали про какого-то альфонса. Он не работает, живёт за счёт какой-то бабы. Она ему даже купила новую иномарку.

– И ты решил тоже стать альфонсом.

– Не совсем. Я то работаю. Нужно найти себе богатую невесту. Пусть она будет не достаточно хороша собой. Это будет даже хорошо, если у неё есть комплексы; она быстрее окажется в зависимом от меня состоянии.

– И где же ты найдёшь такую невесту?

– Не знаю пока.

– Я тебя не представляю альфонсом.

– Почему?

– Ты не циник.

– Но ведь можно стать циником.

– Наверно.

– Как тебе вообще идея?

– Твоя жизнь – тебе и решать. Женщина в первую очередь живой человек с чувствами и характером. Мне кажется использовать людей жестоко.

– Так я буду себя хорошо с ней вести. Только где бы найти такую невесту?

– На таких невест наверняка полно охотников и без тебя.

– Верно. И где то же они их находят.

Роман припарковал машину во дворе своего дома. Был поздний вечер. Роман вышел из машины, закрыл её пультом дистанционного установления сигнализации. Пошёл к своему подъезду. Мимо прошла женщина с коляской. У двери подъезда стояли двое в спортивных костюмах. Один из них был в солнцезащитных очках и курил сигарету с белым фильтром.

– Роман Владимирович Веселов? – спросил, тот который не курил.

– Да.

– Пройдите, пожалуйста, с нами, – попросил вежливым тоном некурящий.

– Далеко идти?

– Нет, тут близко, за угол дома. – Некурящий положил руку на плечо Романа.

Роман не сомневался, что это либо бандиты, либо чьи-то охранники.

За углом дома на небольшой площадке было что-то вроде пустыря. Раньше здесь была волейбольная площадка. У края этого места стояла иномарка с тонированными стёклами.

– Это скорее всего какое-то недоразумение. Я полагаю, вы меня с кем-то спутали, ребята, – сказал Роман.

Тип в солнцезащитных очках резко врезал кулаком Роману меж глаз, из которых у того посыпались зелёные искры. Роман потерял сознание. Его быстро связали и бросили в багажник. Вокруг не было людей. Только со стороны двора раздавались голоса.

7 глава

– И потом, у вас был ещё роман с мужчиной, который тоже был женат? – спросила ведущая.

– Да, – ответила женщина с короткой стрижкой в сиреневом платье.

– И вы долго не знали, что он женат?

– Да, год мы с ним встречались.

– Господи, какой ужас. И за всё это время, вы не могли разоблачить обманщика? Жена наверняка ему звонила, и потом он много времени должен был проводить со своей семьёй.

– Он очень ловок и хитёр.

– И из-за чего вы расстались? Из-за того, что вы узнали всю правду о нём?

– Нет.

– Интересно.

– Он заразил меня дурной болезнью.

У жениха, сидевшего напротив тридцатидвухлетней рыжей женщины в клетчатой сине-голубой юбке, задёргалось веко под левым глазом.

– Сука, – сказала Людмила Максимовна.

– Люсь. – В гостиную вошёл её муж худой мужчина в очках с толстыми стёклами Анатолий Евгеньевич. – Ты не видела, куда я дел свой ежедневник?

– Тихо! Самое интересное прослушаю.

Людмила Максимовна смотрела на большом плазменном экране, висевшем на стене, телепередачу «Давай поженимся». Она сидела на прямоугольном диване с резными из красного дерева ножками и грызла семечки, которые брала из фольгированного пакетика. Шелуху она сбрасывала в тарелку, которая лежала рядом с её левым бедром на диване.

– Толь, иди лучше у Павлика проверь уроки, – сказала Людмила Максимовна.

Муж прокурор, опустив голову, пошёл к лестнице и поднялся на второй этаж.

Встреча со вторым женихом закончилась. Началась реклама.

Людмила Максимовна встала с дивана и вышла из гостиной в прихожую. В прихожей рядом с большим овальным зеркалом в бронзовой раме была дверь, ведущая в подвал. Людмила Максимовна медленно спустилась в подвал. Её мучила одышка.

Подвальное помещение было пустым. Оштукатуренные стены, которые ещё не успели покрасить и бетонный пол. Вверху горели две люминесцентные лампы. Чета прокурора ничего не хранила в подвале. Людмила Максимовна ещё только выбирала дизайн интерьера этого помещения. У неё в спальне на комоде лежали три толстых глянцевых дизайнерских каталога. Она долго их тщательно перелистывала перед сном, но так ничего пока и не выбрала.

Посреди подвального помещения сидел привязанный к стулу предприниматель Роман Веселов.

Людмила Максимовна стала перед ним. Она смотрела ему прямо в глаза.

– Зачем ты это сделал?

После продолжительной паузы Роман ответил:

– Я боялся.

– Кого? Меня? Моего Толю? Разве мы такие страшные и злые, что нас нужно бояться?

– Наверно нет.

– Ты очень плохо поступил, Рома.

– Я знаю, простите меня, пожалуйста.

– Ложь, обман – это один из самых подлых грехов, на которые способен человек. Ты заслужил самое суровое наказание; но я решила сохранить твою никчёмную жизнь.

– Спасибо.

– За это тебе придётся заплатить.

– Я согласен.

– Пятнадцать тысяч долларов.

– Сколько?! У меня таких денег. Ты бизнесмен – ты найдёшь…

– Что будет с Владимиром?

– Кто это?

– Так зовут кота, которым заменили Вольфганга.

– Если хотите получить этого урода, заплатишь ещё сверху две тысячи долларов.