Агентство частного сыска

Глава 4 о сложных натурах и механических помощниках

Сначала Рита с Калленом долго шуршали газетами и журналами. Парень принес два пухлых каталога женских изданий с кратким описанием их тиражей, тематики, периодичности и стоимости подписки.

Затем Рита долго стучала на печатной машинке несколько объявлений. Каллен расхаживал по узкому проходу от окна до двери, диктовал текст, размахивая руками как дирижер. Они много смеялись и по-доброму спорили, что не заметили, как часы звякнули семь вечера.

– О, черт, Маринетта меня оскопит, – замер Каллен.

Рита нехотя отвлеклась от печатной машинки. А через миг ее глаза округлились:

– Спектакль!

Они сорвались с места, на ходу пролезая в рукава пиджаков.

– Слушай, было бы здорово, помимо объявлений в женских журналах разместить там визитки, которые дают скидку на первое обращение, – тараторила Рита.

– Или первую бесплатную консультацию, на которой выясняем, можем ли мы помочь клиентке или нет, – сказал Каллен. – Мы ж не абы какое агентство, чтобы браться за все подряд.

Они захохотали, направляясь к выходу.

– Куда это вы? – остановил их подполковник.

– На спектакль, – обернулась Рита.

– Про спятившего доктора, – дополнил Каллен.

– Уже опаздываем. Завтра закончим. Вечером поговорю с тетей Кейси.

Фрост кивнул и поднял чашку с темным напитком.

– Кстати, отличный кофе.

***

Спектакль показался Рите скучным. Актерская игра явно хромала. Актеры забывали реплики, порой двигались как деревянные куклы. Костюмы больше походили на одежду циркачей, которую донашивали бедняки. В воздухе стоял смрад от табака, пота, дешевых духов и такого же дешевого алкоголя. Но зрителям нравилось. Они ахали и комментировали действие на сцене.

Девушки зажимали рты платками в особенно жуткие моменты. Мужчины без стеснения громко кашляли. Каллен пялился во все глаза. Он даже по пути успел купить букет астр за пять шиллингов. Нетерпеливо мял его, насыпал кучу лепестков под ногами.

– Смотри, это она – Маринетта, – шепнул он.

Девушка играла лучше остальных актеров, хоть и не столько говорила реплики, сколько кричала. Из-за слоя грима трудно было оценить ее привлекательность. Рита решила, что та вроде ничего.

В толпе сидело несколько журналистов, они делали пометки в блокнотах. Когда действие закончилось, актеры вышли на поклон. Моргнули вспышки фотоаппаратов. Толпа долго аплодировала. Каллен протиснулся к сцене и вручил Маринетте помятый букетик. Та в ответ послала ему воздушный поцелуй.

Рита невольно залюбовалась сценой. На миг в груди змея тоски сжалась в тугой клубок. Стало душно, Рита поспешила к выходу.

***

С легкой дрожью в коленях Рита прошагала в гостиную, полную утреннего солнца. Навстречу в домашнем костюме цвета сирени хромал мистер Саммер, опираясь на трость. Именно хромал, а не ехал в кресле-каталке.

– Мистер Саммер, вам нельзя, – заспешила к нему Рита. – Ой, что это с вами?!

Покалеченную ногу обхватывали металлические пластины, перехваченные ремнями. Крутились мелкие шестеренки. И вообще вся эта конструкция жужжала при каждом движении.

– Это мое новое изобретение, – пояснил Саммер. – Мне надоело насиживать мозоль на седалище, так что я решил помочь себе сам.

Рита захлопала глазами и замерла на месте.

– Боюсь представить, что вас вдохновило на это.

Рита до сих пор помнила ту ужасную пытку, которую творил над ней полумеханический человек Кристофер Берджес. Правда не своими руками, а Клэр, которая служила ему вместо марионетки. Саммер тогда помог вызволить Риту по просьбе Дугласа. Тот хоть и недолюбливал ньюлондонского денди, но ради любимой женщины унял гордыню и примчался к Саммеру. С тех пор Рита не питала слабости ко всяким механизмам, которые напоминают человека. Вот и сейчас она тупо пялилась на ногу Саммера в металлическом протезе. Вроде чудно, но будь у Риты шерсть на загривке, та встала бы дыбом.

– Это еще не все, позвольте, – Саммер подвел ее к столу у окна.

Рита была готова грохнуться в обмороке. Со стола на нее смотрел человекоподобный торс с непропорционально маленькой головой и лампочками в глазницах. Блеск бронзы бросал солнечные зайчики на стенах. Металлические руки не закончены. Просто трубки на шарнирах с какими-то клешнями. Но выглядело впечатляюще, аж дыхание перехватывало.

– Это… Это… – пролепетала Рита.

– Это первый прототип будущего механического слуги, – пояснил Саммер и выпятил грудь.

Он погладил металлическую обшивку, пробежал пальцами по крепежам на шее механизма.

– Здесь, конечно, предстоит еще много работы. Но нынешний результат меня уже радует.

– И… э-э-э, что он умеет? – в груди Риты похолодело.

Тело сковал липкий страх, не такой сильный, чтобы устроить истерику. Но достаточно противный, что хотелось отойти от механизма куда подальше. А лучше вообще уехать в другую страну.

Саммер что-то подкрутил сзади агрегата, взял со стола коробочку с рычажком. Одно движение, и голова механизма наклонилась в бок. Рита отскочила.

– Не бойтесь, он не кусается.

Саммер еще поводил рычажком, и внутри металлического туловища что-то зазвенело. Замигали лампочки в глазницах. Дернулась левая рука, клешня дважды сжалась и разжалась.

Риту замутило. Ей хотелось отвернуться, но она как завороженная не могла оторвать глаз.

– Феликс, это… это…

– Впечатляюще? – улыбнулся тот, продолжая гнуть рычажок. – Знаю, выглядит нелепо, да и скрипит ужасно. Но это поправимо.

– И что вы… для чего вы будете его использовать?

– Для домашних дел, разумеется, – Саммер наконец-то отложил пульт.

Пошарил на шее механизма, лампочки в глазницах тут же потухли. Теперь эта штука напоминала просто груду металла.

– Домашних дел?

– Не секрет, что Леонард не вечен. Да и молодое тело Ридли не на все способно. Я думал научить эту штуку таскать тяжести, например. Или красить эти высоченные потолки. Да мало ли для чего еще пригодится!

– То есть вы создаете машину и не знаете, для чего именно будете ее использовать? – Рита снова попятилась.

– Ах, Рита, – Саммер отступил на шаг, любуясь своим изобретением. – Будьте уверены, наши потомки поставят производство этих помощников на поток. В каждом доме будет такой слуга, который не устает, не знает боли и не нуждается в пище или сне.

– Боюсь, в таком случае наши потомки обленятся или заскучают.

– Напротив! У них будет много времени на исследования, творчество, изобретения, путешествия, друг друга, в конце концов.

Глаза Саммера засияли, не то от солнца, не от воодушевления. Лицо приобрело красивый румянец.

– Как же мне хочется дожить до этого времени и хоть одним глазком посмотреть, как новые технологии органично войдут в жизнь каждого человека. Представьте, сколько счастливых и здоровых людей родится! Они больше не будут горбатиться на заводах или травиться ядами в кожевенных мастерских. Всю тяжелую и грязную, может даже опасную работу оставят механическим помощникам. А сколько одиноких людей обретут собеседников, представляете? Больше никаких смертей в одиночестве, никакой тоски и уныния по вечерам.

– Вы думаете наделить это разумом? – Рита покосилась на потухшие глазницы механизма.

– Я-то вряд ли на такое способен – мне далеко до Кристофера Берджеса. Но наши потомки, – Саммер постучал пальцем по голове болванки, – уверен, смогут и не такое. Эти штуки будут вести беседы, петь, воспроизводить музыку – да что угодно. Дух захватывает, правда?

Рита еле оторвала глаза от агрегата. По шее будто испуганный муравей пронесся.

– Э-э-э, да, захватывает не то слово.

В дверях появился дворецкий.

– Завтрак готов.

– Ах, наконец-то, – Саммер предложил Рите руку. – Пройдемте на террасу. Надоело завтракать в четырех стенах.

Небольшая терраса выходила со второго этажа. С нее открывался вид на летний городской сад. Пахло осенней листвой и пряностями. За верхушками деревьев вился черный дым из труб заводов и фабрик. Бликовала Темза, подгоняя течением грузовые корабли.

Они уселись за столик, на котором уже дымились чашки с кофе, красовались свежие круассаны. В вазочках был сливовый и апельсиновый джем. Яблоки, груши и букет астр.

– Красота какая, – вздохнула Рита. – Вчера вечером мы с Калленом сходили на спектакль «Странная история доктора Джекила и мистера Хайда».

– О, и как вам?

– Я читала это произведение. Оно произвело на меня впечатление, чего не скажешь о постановке. Выглядело дешево. Актерам еще есть что дорабатывать, но публике понравилось, – Рита пожала плечами.

– Некоторые газеты разгромили спектакль в утренних рецензиях. Они считают, постановка пропагандирует насилие. Даже требуют отменить представления.

– Глупость какая! История ведь не о насилии, и уж тем более не пропагандирует его. Она о том, что в каждом из нас есть темная сторона, которую нужно принять, а не подавлять. В противном случае есть риск потерять себя настоящего. Ведь не бывает только плохих и только хороших людей. Мы все – сложные натуры. Над собой нужно работать – это и транслирует постановка.

Саммер закивал, глотнул кофе и выдержал паузу.

– Я знаю, что не должен спрашивать вас о работе и все же, как работа? Какая теперь у вас должность? Сыщик? Агент?

– Да, думаю, да. Теперь я частный сыщик.

– И вам нравится? Это то, о чем вы мечтали, будучи студенткой военной академии?

Рита замялась, кофе начал горчить.

– Я, конечно, не мечтала ловить беглых собак для эксцентричных дам. Но это временно. Надо же с чего-то начинать.

– Как показывает практика, нет ничего постоянного, как временное, – сказал Саммер.

– Мы решили немного поменять политику работы, – нашлась Рита.

– Вот как?

– Отныне мы не будем хвататься за все заказы. Будем работать с состоятельными людьми, по большей части – их женами, любовницами. Отфильтруем качественные запросы от откровенной ерунды. Больше никакой поимки собак или уличение тестя в краже двенадцати долларов. Сделаем первую консультацию бесплатной, чтобы понять, можем ли мы помочь клиенту или нет. Разместим объявления в женской прессе.

– Что ж, разумно, – кивнул Саммер. – Мне кажется несправедливым, что все в нашем мире сделано исключительно мужчинами для мужчин. Женщинам досталась роль красивого трофея и фабрики по производству детей. А ведь именно женщины – движущая сила прогресса, социальных реформ. Сейчас они находятся в таком униженном положении. Моя подруга – руководитель движения суфражисток – называет это спящим вулканом. Она считает, если женщин не услышать сейчас, то потом мужчинам очень не поздоровится.

Рита жевала сырный круассан и слушала Саммера, слегка сощурившись.

– Я думаю, вы на правильном пути, Рита. Ах, какая у вас была дипломная работа… Жаль, после всех этих событий она так и осталась…

– Затерянной среди бумаг, неудобных обществу?

Саммер поиграл бровями. Именно он протежировал дипломную работу Риты в журнал «Двухнедельное обозрение». «Роль женщины в военной истории Британии» – звучит амбициозно и, конечно, опережает время.

– Может вам книгу написать? Со словом вы хорошо дружите.

– Вы серьезно?

– Абсолютно.

– И о чем же?

– О том, что произошло тогда, два года назад.

Рита фыркнула и перевела взгляд на разноцветную листву городского сада.

– Уже и без меня столько написано в газетах и журналах. Продажи прессы выросли тогда в четырнадцать раз. Мне кажется, только недавно все утихло, наконец-то журналисты переключились на другие событий.

– Да, но сколько лжи написано? Ведь только вы знаете правду.

– А она нужна – эта правда? – с вызовом посмотрела на него Рита.

– Если есть те, кто читает ложь, найдутся и те, кому нужна правда.

Рита на миг застыла и не смогла сдержать улыбку.

– Что? – округлил глаза Саммер.

– Какое мудрое изречение, Феликс. Обязательно помещу его в качестве эпиграфа в будущую книгу. Он будет написан курсивом.

– Отсчитайте мне полпроцента с продаж.

– Непременно, Феликс.

Глава 5, в которой попадается удачный заказ

ПЭЛ-МЭЛ ГЭЗЕТ. ЭКСТРЕННЫЙ ВЫПУСК, 7 АВГУСТА

ЖУТКОЕ УБИЙСТВО В УАЙТЧЕПЕЛЕ

«В ночь с 6 на 7 августа была убита 39-летняя проститутка Марта Тэбрем, проживавшая в доме №19 по Джордж-стрит. Ее тело было обнаружено в половине четвертого утра постояльцем Джордж Ярд Билдингз» Альбертом Кроу, который возвращался домой с ночной смены.

При тусклом свете лестничной площадки Кроу принял тело женщины за бродягу. И лишь ближе к пяти часам утра другой постоялец Джон Ривз обнаружил, что женщина мертва.

По словам сотрудников полиции, убийца нанес Тэбрем 39 колотых ран, что даже для Уайтчепела слишком. Доктор Киллин, что осматривал тело, заявил, что не смог найти признаков полового акта. Значит ли это, что проститутку убили из ревности или ради забавы?

Очевидцы утверждают, что Марта Тэбрем минувшей ночью проводила время в пабе «Ангел и корона» с другой проституткой Мэри Энн Коннели и двумя солдатами. Есть подозрение, что Тэбрем могла быть заколота штыком.

Полиция занята поисками солдат…»

Фрост отложил газету и в сотый раз за утро потер морщинистый лоб. Подключиться бы к расследованию, тряхнуть стариной. Да и без него там хватает рук и мозгов. Он потер руками лицо – наконец-то гладко выбритый подбородок. Хотелось курить, но Рита во время прошлой уборки офиса куда-то дела пепельницу – ищи теперь.

– …убийства в Лондоне не такая уж и редкость, – услышал Фрост обрывок фразы.

– Да, но не такие жестокие, – заспорила Рита.

– По мне так вполне рядовое преступление.

– Тридцать девять колотых ран! О чем ты говоришь? Нижняя часть ее тела была оголена. Это значит…

– Это значит, она – проститутка. Вероятно, убийца хотел выместить злобу, личное недовольство собой, жизнью. Да мало ли проституток попадают под горячую руку клиентов?

– Не верю своим ушам! Давно ты стал таким циником?!

Неизвестно, куда зашел бы их спор, если бы не спасительный звон дверного колокольчика. Порыв сквозняка зашуршал страницами газет. Зал наполнил тонкий аромат лаванды.

– Доброе утро, – поздоровалась гостья.

Блузка в тонкую полоску застегнута на все пуговицы. Длинная юбка шоколадного оттенка прикрывала изящные ботильоны. Несложную прическу украшала шляпка с атласной лентой. Руки в кружевных перчатках сжимали сумочку.

Дама оглядела помещение и остановилась взглядом на Фросте:

– Это вы – сыщики? – тихим голосом спросила она.

Дуглас и Каллен одновременно подскочили.

– Верно, миссис, – не спеша поднялся Фрост. – Меня зовут Тадеуш Фрост. Это мои лучшие агенты – мисс Боунс, мистеры Флоулес и Хоуп.

– Значит, я по адресу, – улыбнулась гостья и перевела взгляд на девушку. – Здравствуйте, Рита. Кассандра много лестного о вас рассказывала.

Рита ответила самой вежливой из своих улыбок. Дама в шляпке протянула руку Фросту:

– Миранда Стоун. Мы с Кассандрой Темплтон давние подруги. Она вскользь упомянула, что теперь ее прелестная племянница в числе частных сыщиков. И я подумала, раз уж такое дело…

– Присаживайтесь, мадам, – Дуглас уступил ей стул.

– Расскажите, с чем вы к нам пожаловали, – сказала Рита. – И мы сориентируем, можем ли вам помочь. Первая консультация у нас бесплатная.

– Нет-нет, вопрос оплаты меня не волнует, – покачала головой миссис Стоун. – Сразу видно, что вы не из тех частных детективов, которые хватаются за любые заказы, лишь бы продержаться на плаву. Вероятно, я не первая такая клиентка, но мой случай… понимаете, особенный.

– Понимаем, – ответил Фрост. – Только с такими и случаями и работаем. Мы вас слушаем.

Рита бросила многозначительный взгляд на Каллена, и тот засуетился с кофейником.

– Я даже не знаю, с чего начать.

– С начала, – отчеканил Фрост. – Что произошло, с кем, когда и кого вы подозреваете.

Дама поерзала на стуле и с благодарностью приняла чашку ароматного напитка. Каллен сверкнул глазами, отчего лицо гостьи порозовело.

– Какой вкусный кофе. Из Франции?

– Из Италии, – ответила Рита.

– Хм, я была в Италии. Там действительно варят отличный кофе.

Рита мысленно в десятый раз поблагодарила Саммера за презент. Миранда наконец оставила чашку и сложила руки на животе.

– Я – вдова. Покойный супруг оставил нам с дочерью значительные накопления. Лита, моя дочь, вот-вот станет совершеннолетней. И ей перейдет большая доля наследства. Поймите меня правильно, я ее растила по всем канонам воспитания благородных девиц. Она никогда не была бунтаркой. Любые конфликты мы решали мирным путем, обычно откровенных разговоров было достаточно. Но на днях… на днях она не вернулась ночевать домой – была на дне рождения подруги. И я подумала, молодая кровь, погуляет да вернется утром. Но она и утром не пришла. Когда пробило полдень, я забеспокоилась. Позвонила Веронике Митчел – матери подружки моей дочери. Та сказала… сказала, что никакого праздника не отмечали. Да и вообще день рождения Натальи в марте. Ох, какой позор, господи…

Миссис Стоун закопошилась в сумочке, доставая платок. Фрост терпеливо ждал, поглядывая на нее из-под густых бровей.

– Лита Стоун, – произнес Каллен и сузил глаза.

– Верно, – кивнула гостья.

– Факультет искусств в Лондонском университете, отделение изобразительного искусства и скульптуры.

– Откуда вы?..

– Я знаком с вашей дочерью.

– В самом деле?

Рита напряглась, как бы Каллен не сболтнул чего лишнего. Что-то вроде как на очередной пьянке он четырежды пил на брудершафт с Литой Стоун, а потом играл в карты на раздевание. Чтобы уберечь разговор от надвигающегося конфуза, Рита стала ловить взгляд Каллена. Ну же, балбес, прикуси язык!

– Да, мы виделись на… эм, недавней выставке, – начал Каллен.

Он увидел округленные глаза Риты и начал придумывать историю на ходу.

– Была такая к юбилею ректора – замечательный человек, – кивнула Миранда. В такт ей покачнулась шляпка с атласной лентой.

– Точно, к юбилею ректора, – Каллен чересчур наигранно хлопнул себя по лбу. – Мы много беседовали с вашей дочерью и затем отправились в кофейню, где съели дюжину пирожных. У Литы прекрасный аппетит.

– Ох, да, она еще та сладкоежка.

– А потом мы… э-э-э, – Каллен поймал новый встревоженный взгляд Риты. – Я пошел провожать ее домой. И по пути она так разговорилась. Вероятно, это все из-за сильных впечатлений тем вечером.

– Верно-верно, – закивала Миранда. – Лита – очень восприимчивый человек.

– Так вот я узнал… Лита сообщила. То есть сказала по большому секрету, что… э-э-э, она внебрачная дочь одного важного чиновника.

Каллен задержал дыхание. Рита застыла с раскрытым ртом. Дуглас скрипнул ботинками. И только лицо подполковника ничего не выражало.

Глаза Миранды забегали. Она сглотнула и сказала:

– Это правда. По этой причине я пошла не в полицию, а к вам. К тому же Кассандра никогда не даст пустых рекомендаций.

Каллен едва слышно выдохнул. Рита вскинула брови и послала вопросительный взгляд Фросту.

– Продолжайте, мэм, – сказал он.

– Поймите меня правильно, я – вдова. У меня большое состояние. И мне не нужны неприятности. Даже толика сплетен в прессе уничтожит мою репутацию, наследие покойного Джона.

– Мы все понимаем, – кивнул подполковник. – Давайте по порядку. Когда ваша дочь ушла к подруге?

– В воскресенье после полудня.

– Сегодня уже вторник. За эти три дня пропажи вы не получали никаких писем с угрозами или условиями выкупа? Никаких звонков?

Миранда отрицательно помотала головой.

– Кого вы подозреваете в первую очередь? У Литы были враги? Недоброжелатели?

– Что вы, – отмахнулась миссис Стоун. – Лита в прямом смысле слова – ангел. Такая отзывчивая и добродушная. Все выходные дома с книгами. После учебы никогда не задерживалась – ее забирал личный водитель.

Рита краем глаза заметила, как Каллен скривился, но сделал вид, будто хочет сдержать чихание.

– А что мужчины? – буравил взглядом Фрост. – Молодая, красивая студентка не может не быть объектом ухаживаний.

Миранда осеклась и опустила глаза.

– Да, у нее были… ухажеры. Лучше сказать, взаимная симпатия, но ни с кем из, так сказать, претендентов она так и не сблизилась.

– О чем вы говорили с дочерью накануне исчезновения? Может были ссоры или вы ненароком ее обидели?

– Нет, ничего подобного не было. Я же говорю, любые конфликты мы решаем мирным путем. Так что никаких ссор или обид.

– Но дети не уходят просто так из дома, особенно девушки. Юные дамы зачастую сильно привязаны к матери. Покинуть мать – все равно что обречь себя на беду, того хуже – позор.

Миранда охнула и промокнула глаза платком. Фрост уже готов был отказаться, слишком незначительным кажется дело. Но инициативу перехватил Каллен.

– Давайте все законспектируем, посмотрим фактам в лицо. Постарайтесь ничего не упускать. Каждая деталь может быть важной.

– Все, что угодно. Любое мое содействие, – кивнула Миранда.

***

После двух часов беседы Миранда удалилась с блеском надежды в глазах. Она все продолжала говорить благодарности, пока Рита не закрыла за ней дверь. В зале на столе Фроста разложены бумаги и чашки с недопитым кофе. Рита оперлась о дверной косяк.

– Значит, мы в деле?

– Сделаем все, что в наших силах, – ответил Фрост и перевел взгляд на Каллена. – Выкладывай.

Каллен присел на подоконник, скрестил ноги и начал:

– Мы с Литой встречались не единожды. И, конечно, ни на какой не выставке… Боже, да она вообще пьет как черт. На спор перепила даже Коннора, а уж он-то еще тот бык.

– Хоуп, ближе к делу.

– То, что рассказала нам миссис Стоун, ни в какое сравнение не идет с тем, какая Лита на самом деле. Она типичная богачка. А еще она невыносимая красотка, так что претендентов приударить за ней – мама не горюй. И каждый норовит осыпать то деньгами-подарками, то обещаниями красивой жизни. Но она только нос воротит – скоро ее раздавит куча денег от покойного папеньки, то бишь отчима. Так что ее тривиальными ухаживаниями не возьмешь.

– А чем же тогда?

– Ну… э-э-э, приключениями.

– Приключениями? – повторил Дуглас.

– Даг, слушай, она у своей мамаши что-то вроде ручной обезьянки. На каждом знатном приеме или ужине улыбнись здесь, постой вон там, потанцуй вон с тем. Лите это поперек горла стоит. Разумеется, она хочет на волю. Но пока завещание о наследстве не вступило в силу, будущая леди буквально связана по рукам и ногам. Так что она нашла выход в том, чтобы… как бы это выразить?

– Она связалась с плохими парнями, – догадалась Рита. – С теми, кого не интересуют ни ее богатство, ни ее красота. С теми, кто якобы свободен выбирать и делать, что хочется. С негодяями, одним словом.

– Бинго!

– И где она может быть? – спросил Фрост.

– Да где угодно! – развел руками Каллен. – Мест, где Лита может пить на спор и творить безобразия, неугодные молодым особам, просто немерено.

– А именно? – не унимался Фрост.

– Что ж, пожалуй, начнем поиск с этих.

Каллен перечислил свыше двух десятков квартир, игровых заведений, частных клубов, в которых он так или иначе пересекался с Литой или видел кого-то, похожую на нее. За пару вечеров можно управиться, но вероятность отыскать следов Литы невелика.

– Начнем прямо сегодня вот с этого клуба, – Дуглас ткнул пальцем в список.

– Э, нет, дружище, с тобой нам туда вход заказан, – сказал Каллен. – Ты родился с рожей полицейского.

Дуглас заиграл желваками.

– Поедешь с нами, но будешь дежурить на улице, приглядывать за главным и черным входами, – пояснил Каллен. – И пока ты не начал спорить, просто признай, что мы с Боунс куда лучше можем сыграть друзей или возлюбленных, которые решили развлечься этим вечером.

Он подмигнул Рите и растекся в довольной улыбке.

– Как же, мечтай, – подхватила Рита.

Губы Дугласа сжались до нитки. Фрост снабдил всех инструкциями, дважды напомнил о безопасности и трижды напомнил, что бы ни случилось – не геройствовать.

– О любых результатах – сразу ко мне. Я буду дежурить здесь всю ночь на телефоне.

– Есть! – одновременно отчеканили Рита и Каллен.

Дуглас коротко кивнул.

Глава 6 о поздних визитах и недосказанности

Это был уже шестой бар с помещением для своих, откуда Рита и Каллен вышли с опущенными плечами. Ноги гудели, впрочем голова тоже. Дуглас топтался возле кэба. Дважды рвался на передовую, но Каллен забалтывал его. Все повторял про рожу полицейского и слишком изящные девичьи руки. Дуглас в ответ раздувал ноздри и сопел.