Зона Питер. На одной волне
- -
- 100%
- +
– Если это Зона, не называй меня по имени, – попытался отшутиться Хамелеон. – Возьми себя в руки, ну какие аномалии? Посмотри, и лес не такой, как в Зоне… Мы гораздо севернее, дружище, совсем в других краях. Где-то тут Питер должен быть. А об аномалиях даже не начинай!
Не сговариваясь, оба сталкера вдруг остановились. Налетевшие на них парни застыли и беспокойно переглянулись.
– Что-то не так? – осторожно спросил Игрок. – Заблудились?
Напарники молча вглядывались во что-то перед собой. Страшила почесал затылок и вышел вперед на пару шагов.
Хамелеон чувствовал себя глупо, он не понимал, почему же не нравится кусок такого же леса, как тот, что они прошли за последние часы. Стиляга за рукав придержал Страшилу и покачал головой.
– В чем дело? – тихо спросил тот.
– Стой тут, парень. Что видишь, Андрюх? – поинтересовался сталкер.
– Ничего не вижу. Хоть убей.
– Не накаркай! – оборвал его Стиляга.
Он огляделся и медленно двинулся в сторону, Хамелеон внимательно наблюдал за его перемещениями. В это время неугомонный Страшила вновь осторожно пошагал вперед. Когда под его каблуком сломалась ветка, Хамелеон оглянулся и заметил, как прямо перед ногами парня пробежала рябь. Будто ветер колыхнул траву, пролетая мимо. Пару метров туда, теперь еще дальше, теперь обратно.
– Стой, Страшила! – крикнул сталкер, но не привыкший к приказам юнец сделал еще шаг и исчез, будто провалился сквозь траву. Дохнуло жаром, Хамелеон растопырил руки, останавливая готовых броситься на помощь ребят. Напарник тут же оказался рядом и недоуменно глянул на друга.
Несколько секунд стояла тишина, затем земля с громким хлопком исторгла из себя нечто. Оно с шумом упало к ногам сталкеров, вызвав вздох ужаса у ребят за их спинами. На земле лежал человек, покрытый запекшейся коркой. Рот был раскрыт в немом крике, растопыренные пальцы походили на огромные когти.
– Что за нафиг? – выдохнул Стиляга.
Хамелеон осторожно опустился на корточки и протянул руку к трупу, от него несло жаром, как от раскаленной сковородки. Стиляга присел рядом, посмотрел на напарника и стянул с головы бандану. Сталкеры приказали застывшим товарищам несчастного Страшилы оставаться на месте, набрали камней и шишек и принялись кидать их туда, где полоска травы снова и снова колыхалась под несуществующим ветром. Все снаряды исчезали, проваливаясь сквозь землю, и почти тут же вылетали обратно. Раскаленные камни и обугленные комочки шишек шлепались рядом с трупом.
– Это похоже на тостер, – произнес Корень.
– Что? – повернулся к нему Хамелеон.
– На огромный тостер, изжаривший кусок хлеба и вытолкнувший его прочь, – ответил за парня Стиляга.
Хамелеон обвел взглядом бледные лица новичков и медленно заговорил:
– Не знаю, где мы, но перед нами явная аномалия. Слушайте внимательно! Идем след в след, никакой самодеятельности. Подчиняться беспрекословно!
Новоявленные «отмычки» кивали после каждого предложения. Стиляга сосредоточенно обкидывал аномалию, выясняя ее границы.
– Теперь медленно выстроились друг за другом, идем за Стилягой, я замыкаю. Заметите странное – тут же докладываете. Даже если это за гранью разумного! Особенно за гранью! Тут ничего не кажется, все смертельно опасно!
Ветераны отошли в сторону.
– Похоже, мы в Зоне, дружище, – тяжело проговорил Хамелеон. – Значит, тут есть не только аномалии. Нужно оружие.
– Нам этих «отмычек» ни в жизнь не вывести, – ответил Стиляга. – Что делать-то будем? Мы уже потеряли одного мальчишку!
Хамелеон сжал плечо друга. Несколько мгновений он молчал, не в силах подобрать слова. Зная напарника, сталкер понимал: его нужно как можно быстрее привести в чувства, иначе тот уйдет в себя. И тогда придется одному вести неопытных «отмычек» вместе с потерявшим веру в себя ходоком, что означает почти верную смерть всей команды.
– Это правда. Но разве можно было поверить, что столкнемся с такой опасностью? Кто бы подумал о неведомой Зоне, в которую нас каким-то образом занесло? И мы идем по ней, а не ведем стайку юнцов по обычному лесу? Конечно, это не снимает с нас вины, но кто мог представить такое? Слишком дико и невероятно звучит! Просить прощения и посыпать головы пеплом будем дома!
– Так что же нам теперь делать, Хамелеон?
– А что делать? Кроме как выводить? Давай не раскисай! Ты же сталкер!
– Есть не раскисать! Но вооружиться надо, палки нам мало помогут! И теперь, когда мы знаем, с чем столкнулись, мы обязаны вывести остальных живыми!
– Определиться бы, куда вывести. Как бы не получилось так, что попасть сюда гораздо легче, чем выйти. Но насчет оружия ты прав, по дороге что-нибудь подберем, вариантов у нас немного. Пойдем, не нужно тут оставаться. Смотри, вон там виднеются электрические столбы, такие ставят над железной дорогой. Пройдем немного вдоль нее, поищем станцию, уж там-то должны быть люди. Если что, будем возвращаться, откуда пришли, и искать способ вернуться обратно своими силами. Все, двинули.
Стиляга пошел вперед, за ним потянулись молодые, только Шнурок стоял, не в силах избавиться от страха. Хамелеон встряхнул его за шиворот.
– Ты остаться захотел? Ждать не будем! Двигай вперед и помни, что я сказал!
Шнурок затравленно глянул на сталкера, затем почти побежал вслед за уходящими товарищами. Хамелеон догнал его и еще раз схватил за шиворот, заставив идти медленно.
Стиляга осторожно шагал вперед, зрение и слух работали на пределе, в глазах скоро начнет рябить, а это плохо: увидишь то, чего нет, и пропустишь, что не должен пропустить никак. Наверное, нужно будет поменяться с напарником и дать отдых зрению, насколько это возможно.
А прикрывать-то и нечем. Дорого бы он сейчас отдал за АК с запасом патронов. Душу бы точно отдал. Или на какой-нибудь артефакт махнул. Кстати, как тут с артефактами? Надо было посмотреть повнимательнее там, у «тостера». Хотя плод этой аномалии мог оказаться радиоактивным. С трудом поборов в себе исследователя, Стиляга стиснул зубы и прекратил думать об артефактах.
Хамелеон на ходу возился с парой коммуникаторов молодняка, привычно совмещая это занятие с ходкой. Ни один не показывал местоположения, только прыжки по двум картам. Значит ли это, что они все же в районе Петербурга? И что это – новая Зона? Подобных аномалий точно раньше не встречалось, ноэто никак не назовешь иначе. Обескураживало отсутствие какого-либо шума, только птицы и насекомые издавали звуки. А их в старой Зоне не было! Тогда где они находятся? И как, как они сюда попали?!
Стиляга резко опустился на колено, молодые парни почти синхронно присели. Хамелеон насильно усадил Шнурка и теперь осматривался в поисках причины остановки. Наконец, махнув рукой, гигант чуть изменил направление и медленно двинулся вперед.
Через минуту компания пряталась за штабелем пахнущих креозотом шпал. Впереди расположилась большая железнодорожная станция, пустая, насколько можно было судить по чертовой пугающей тишине. Хамелеон кивнул на здание склада неподалеку, подобрался к нему и исчез за открытой дверью. Через пару минут он махнул рукой из окна на втором этаже. Стиляга повел подопечных в здание.
На складе царило запустение. Видимо, он стоял заброшенным довольно долго. На втором этаже находились конторские комнаты, в которых когда-то помещалась администрация. Напарник уже нашел где-то топорик и вытачивал из палки кол. Стиляга деловито огляделся, затем отломал подлокотник от старого кресла, из широкого конца торчала пара здоровенных гвоздей. В выдвижном ящике нашлась катушка черной изоленты.
– Эх, синюю бы, а то не канон, – пробурчал Стиляга, обматывая узкий конец подлокотника, чтобы не скользил в ладони.
Сталкер окликнул слонявшихся без дела «отмычек» и приказал вооружиться, кто чем сможет. Скоро разношерстная компания стала напоминать сельских ополченцев. Вздохнув, Хамелеон пожал плечами.
– Да, вояки! – скептически высказался он. – Команда охотников за неприятностями.
– Это тебе не наш былой схрон. Уж чем богаты, – возразил ему напарник. – Ну, что, потешный полк, готовы идти дальше?
«Полк» выразил согласие, только Шнурок все трясся от страха. Хамелеон неприязненно посмотрел на него и продолжил:
– Алгоритм движения тот же: вперед ведущего не лезть, в стороны не отходить, что бы ни случилось. Запомните, особенно некоторые, – наставлял он. – Смотреть по сторонам и на ведущего, команды выполнять моментально! И снова: шаг в шаг, докладывать обо всем немедленно, в остальное время соблюдать тишину!
Хамелеон заткнул за ремень топорик и поднял чудовищно ощетинившийся гвоздями заостренный дрын. Спустившись вниз, он осторожно выглянул наружу. Наконец компания выбралась со склада и двинулась к железнодорожным путям.
Ветка проходила через небольшую насыпь, покрытую щебнем. Две колеи, погрузочно-разгрузочные платформы у склада, все настолько обычное для взгляда человека, живущего в привычном и понятном мире. И не было никаких обозначений, даже название станции на крепком щите как будто нарочно стерли.
Теперь первым шел Хамелеон. Вот под ногой захрустел щебень, и голову сдавило ощущением опасности. Сталкер присел, озираясь, потом быстро пересек пути и остался ждать, когда к нему переберутся остальные. Рядом опустился Корень, за ним Игрок, Болтун. Когда Юнга оказался между рельсами ближайшего пути, Хамелеон засек тихое шуршание и повернул голову. К мальчишке приближалось что-то невидимое, рельсы проседали под его тяжестью. По щебню в стороны расходилась волна, будто от лодки, плывущей по воде.
– Юнга, назад! – закричал Хамелеон. – Стиляга, отойдите от рельсов!
Напарник оттащил обмершего Шнурка в сторону, толкнул его на землю и побежал к Юнге. Тот что-то беззвучно спрашивал у Хамелеона, удерживающего рвущихся на помощь друзей, затем повернулся к Стиляге, который почти добрался до железнодорожного полотна, и тут «волна» настигла парня. Подброшенное в воздух тело врезалось в платформу, Хамелеон упал на спину от тугой волны воздуха. Земля дрожала, будто по рельсам несся мимо невидимый состав.
Миновав всхлипывающего от ужаса Шнурка, Стиляга подбежал к лежащему лицом вниз Юнге, присел рядом, в бессильной ярости сорвал бандану и швырнул ее на землю. Напарник все еще сдерживал разведенными руками оцепеневших парней. Где-то далеко прогудел поезд-невидимка.
– Перебирайтесь сюда! – крикнул Хамелеон, всматриваясь в мирно лежащий щебень.
Его друг поднял на ноги Шнурка:
– Давай, пошел, бегом!
– Н-нет, я н-не могу! – заикаясь от дикого страха, лепетал паренек.
– Идиот, нам надо туда, опасно оставаться вдвоем! – заорал Стиляга и отвесил оплеуху Шнурку.
– Н-нет, не могу! – трясясь всем телом, повторял тот.
– Хорошо, успокойся, – уже мягче заговорил сталкер. – Смотри, я перейду сам. Ничего страшного нет. Ты сможешь. А если не сможешь, мы уйдем без тебя!
С этими словами Стиляга двинулся к путям, огляделся и перебрался через них парой прыжков. Возле последнего рельса он махнул дрожащему парню рукой. Шнурок поднялся, вытирая мокрое от пота и слез лицо. Внезапно откуда-то из леса за спинами перешедших на другую сторону железной дороги людей раздался шум, что-то двигалось там, невидимое за деревьями. Шнурок растерянно глядел на остальных, не зная, что ему делать. Одновременно снова зашуршал щебень, волна приближалась.
Хамелеон оттащил яростно машущего руками напарника, парни отскочили в сторону. Призрачный состав вновь пронесся, распространяя волну холода и страха, в этот момент за деревьями раздался грозный рык.
Для Шнурка это было слишком. Он повернулся и бросился прочь, туда, откуда они только что пришли. Падая на скользких корнях, сдирая с них мох, Шнурок мчался по лесу. Что-то метнулось ему под ноги, и он со всего маху ударился о землю. Вереща, беглец молотил напавшего ногами. Не сразу он понял, что бьет обугленный труп Страшилы. Всхлипнув, Шнурок на четвереньках прополз пару метров, вскочил и в дикой панике понесся дальше.
Впереди показалась халупа, в которой они провели ночь. С разбега распахнув дверь, перепуганный паренек взвизгнул, когда его оглушил вопль. Почти в обмороке Шнурок вывалился на улицу Петербурга, а за спиной, в доме, орал от боли бомж, зажимая разбитый дверью нос.
За пригоршню артефактов
Было так.
Хамелеон метался по квартире, как тигр в клетке, сталкер ощущал дикую ярость, что случалось с ним крайне редко. Они со Стилягой недавно вернулись из Зоны, взяв очередной перерыв. Заработанные деньги пристроить, кое-какие артефакты, оставленные напарником для изучения, припрятать, закупить всякое. Торговцы продают втридорога, вот и мотаются бродяги изредка за Периметр, где за банку тушенки не требуют денег, как за банку икры. Пока еще красной, но если так дальше пойдет…
В общем, вернулись в тихую и скучную жизнь без мутантов и торгашей-мироедов. Но сталкер везде себе аномалию найдет, угораздило же вляпаться. Какая-то банда придурков, желающих легкой наживы, захватила Вадима в заложники и требует просто смехотворную сумму – десять тысяч неместных денежных единиц. Кто-то выдал их, разболтал этой своре недоумков, что друзья в Зоне неплохо зарабатывают на поиске интересных предметов. Только не учел этот аноним, что оба все больше приключения находили, а не артефакты. Да, кое-что удавалось подобрать, но почти все уходило на возможность выжить: патроны, медикаменты, снарягу. За Периметр-то не набегаешься, а боеприпасы и спецснаряжение через блокпосты тащить неприлично.
Внезапный звонок мобильного резанул по напряженным нервам, еще больше вывел из себя, и Хамелеон от злости лишь раза с третьего нажал на прием.
– Ну что, ты подумал? – раздался в трубке вкрадчивый голос.
– Дай мне поговорить с напарником, – давя в себе желание обматерить звонящего, процедил Хамелеон.
– Поговори, конечно, – разрешил голос.
– Але, это я! Ничего им не давай! – завопил Вадик так, что пришлось убрать мобильник от уха. – Я их тут всех положу!
Эскапада Стиляги закончилась звуком удара и хрипом. Хамелеон заорал изо всех сил:
– Перестаньте, я согласен! Стиляга! Я согласен!
– Вот и хорошо. А если что-то сделаешь не так, будем тебе видео присылать. В стиле «Пилы». – Трубка умолкла, собеседник отключился.
Хамелеон посидел, сжимая в кулаке телефон, затем сдернул с вешалки куртку и захлопнул за собой дверь. Вернувшись поздно ночью, он затащил в квартиру огромную сумку, расстегнул ее и принялся выкладывать на кровать содержимое.
АК со складным прикладом, нож, несколько гранат, пистолет, бухта тончайшей нейлоновой нити, практически невидимой, но очень крепкой. Рядом встала пара стеклянных банок, наполненных мелким металлическим ломом. Все, что удалось найти или купить за ту небольшую сумму, какой располагали друзья.
А вот эти «сувениры» из Зоны в тяжелом контейнере достались Хамелеону и Стиляге бесплатно. Экспериментируя с артефактами, Стиляга добился некоторых успехов. Сочетания «сувениров», называемые сборками, давали порой непредсказуемый результат, чаще всего разрушительный.
Автомат был стар, зато ухожен; жаль, патронов маловато. Но если план удастся, это не будет иметь значения. Хамелеон облачился в серый комбинезон, сверху натянул куртку, рассовал по карманам кое-какие инструменты, снова собрал сумку. Выйдя из дома, он сел в потрепанную «девятку» и вырулил по направлению к названному бандитами месту. Вообще, времени до «стрелки» оставалось много, но бывший военный гнал на полную, он старался добраться до места заранее, чтобы по-своему подготовиться к предстоящей встрече.
Автомобиль мчался по загородной дороге. Хамелеон автоматически обгонял, перестраивался, поворачивал; руки делали все сами, в голове бродили мысли, далекие от вождения.
Наконец справа показался поворот на разбитую дорогу, Хамелеон свернул и медленно покатил, маневрируя между ямами. Впереди вырастало старое кладбище, возле которого стоял заброшенный поселок. На его краю над покосившимися избами возвышался старый Дом культуры – двухэтажное здание с ржавой крышей и без единого целого окна.
Хамелеон проехал мимо, спрятал машину от чужих глаз во дворе одного из домов, внимательно осмотрелся и двинулся к ДК с тяжелой сумкой. Двери здания неприятно, до мурашек по спине скрипели. Внутри было светло и тихо. Осторожно ступая среди мусора и обломков зрительских кресел, Хамелеон пробрался к лестнице. Второй этаж представлял собой огороженный перилами настил, идущий по периметру над залом. Балюстрада кое-где была проломлена, но держалась крепко. Над входом не хватало двух столбиков, перила висели, ощетинившись гвоздями.
Хамелеон присел у пролома, огляделся, оставил сумку и прошел в директорскую, находящуюся в задней части второго этажа, рядом с лестницей. Там он обследовал покрытую потеками влаги от дождей старую печную трубу. Кусок ее валялся на полу, дыра в потолке была кое-как заткнута брезентом. Сталкер выдернул скомканную ткань, с трудом погрузил на нее спаянные в монолит кирпичи и поволок к прорехе в балюстраде. Там он затянул брезент в виде мешка, отрезал кусок нейлоновой нити, один конец привязал к брезентовому узлу, а на конце второго сделал скользящую петлю и повесил на край сохранившихся перил.
В банки с ломом Хамелеон воткнул по паре гранат так, чтобы торчала чека, и забросил конец нити на висящую над центром зала люстру с остатками дешевых стеклянных плафонов. Затем он привязал к свисающему нейлону одну банку, обмотав нить вокруг горла, почти разогнул усики колец и аккуратно закрепил на них еще один конец нейлона. Банка медленно поднялась к люстре и повисла там, спрятавшись между ржавых рожков. Нить, прикрепленная к кольцам, заняла свое место на перилах второго этажа. Такой же сюрприз стоял на подоконнике над крышей крыльца и ждал своего часа.
В помещении с разрушенной трубой Хамелеон соорудил из директорского стола подобие укрытия, за которым можно спрятаться от пуль.
Постепенно ДК окутался сумраком, стало заметно темнее. Сталкер сидел, прижавшись спиной к двери директорской, и глядел через балюстраду вниз. Напротив него неплотно закрытые входные двери поскрипывали на ветру. На коленях у Хамелеона стоял контейнер с артефактами, каждый из них был знаком сталкеру как сам по себе, так и в комплекте с остальными. Получающиеся сборки они со Стилягой опробовали еще в Зоне, экспериментируя с сочетаниями. Этот арсенал – на крайний случай, секретное оружие. Хамелеон пустит сборки в ход, если его собственная подготовка не поможет. Но сталкер надеялся избежать этого: слишком губительным могло быть срабатывание вывезенных из Зоны аномальных «игрушек».
Потолок осветился перемещающимися пятнами; снаружи, постепенно приближаясь, негромко работали моторы. Бандиты заявились к самой встрече, даже чуть припоздали, это значило, что их нисколько не волнует вероятность подготовки «жертвой» каких-либо неприятностей. Стало быть, опыта у них недоставало. Хамелеон прислушался; бесшумно вскочив на ноги, отнес за баррикаду контейнер и занял позицию над входом в ДК.
Автомобили остановилась, захлопали двери, выпуская людей. Снаружи послышались негромкие разговоры и отдающий приказания голос, знакомый по разговору с мобильного. Несколько человек удалились от входа, остальные направились внутрь. Первый бандит с пистолетом в руке остановился под Хамелеоном, осмотрелся, в дверь начали входить остальные. А вот и Стиляга! Его вели в середине, держа за руки, связанные за спиной. На голову был надет мешок, но по раздраженному дерганью и походке Хамелеон окончательно опознал напарника. Его провели в зал и усадили на сохранившееся кресло.
Первый вошедший расположился у двери, и Хамелеон неслышно спустил петлю, прикрепленную к мешку с кирпичами, оставив ее висеть в паре сантиметров над его головой. Бандит прислонился плечом к одной из колонн, что поддерживали балюстраду. Остальные завели разговор, стоя спиной к нему, Хамелеон решил рискнуть. Петля опустилась ниже и легла под подбородок бандита-охранника. Сталкер толкнул мешок, извивающееся тело потащило вверх, кирпичи в брезентовом коконе плавно опустились на пол первого этажа. Бьющийся в петле бандит медленно провернулся по кругу и увидел перед собой сталкера. Хамелеон выдернул оружие у него из наплечной кобуры, глядя прямо в глаза затихающей жертве.
Стандартно тупое, отталкивающее выражение лица вновь вселило гнев в Хамелеона. Он заставил себя успокоиться и присел за трупом, держа вошедших на мушке. Те даже не услышали, как один из них умер, самоуверенность этих идиотов бесила. Недоумки, возомнившие себя бандой. На таких Хамелеон насмотрелся в Зоне – жестокие убийцы сталкеров, возвращающихся из ходки. Сами же они слезно умоляли пощадить их, когда попадались военным или сплоченным яростью отрядам одиночек.
Лишь один из бандитов, постарше, держался чуть в стороне от самодовольно расхаживающих вразвалку юнцов. Он шагал, как робот, неслышно чеканя шаг, рука лежала на висящем на плече пистолете-пулемете МП-5. Этого нужно убить первым, иначе он сможет дать отпор. А вот его походка показалась Хамелеону знакомой, где-то в Зоне он такое видел.
Пару раз глубоко вдохнув, сталкер прицелился в опасного бандита из трофейного пистолета. Автомат висел за спиной, вторая рука должна быть свободной.
– Вадик, ложись! – заорал Хамелеон, толкнул стоящую на подоконнике банку, что тут же покатилась по крыше крыльца, и прыгнул на висящий труп.
Пуля прошла мимо бандита, метнувшегося под прикрытие столба, а Хамелеон уже бежал к другу, стреляя в сторону бестолково суетящихся людей. За дверью послышались приближающиеся голоса, и тут сюрприз сработал. С грохотом гранаты взорвались в банке, высвободив множество металлических деталей. Над дверью стена превратилась в решето, снаружи заорали, крик сразу же захлебнулся. Висящий труп дернулся и снова закачался, приняв на себя шрапнель. Хамелеон выстрелил по высунувшемуся из-за столба бандиту, пуля отколола щепку возле его лица.
Стиляга лежал на полу и вертел башкой, силясь понять, что делать. Хамелеон свалился на напарника, быстро сжал его запястье, предупреждая, и перерезал веревку. Он вскочил, потянул за собой друга, скинувшего наконец мешок, и оба сталкера взлетели по лестнице на второй этаж. Захлопнувшаяся за ними дверь начала покрываться отверстиями от пуль, бандюки пришли в себя и лупили из всего оружия, что у них было.
Стиляга довольно заурчал, получив автомат, щелкнул затвором и приготовился дать отпор. Хамелеон в это время достал свой пистолет, отбросив опустевший трофейный.
– Кстати, привет, Андрюха! – весело поприветствовал друга Стиляга.
– Кстати, привет, – ответил тот, озабоченно разглядывая дверь, уже совсем никакую. – Как ты? Сильно обижали?
– Да ладно, не в первый раз! Помнишь, как нас та банда…
– Помню, я все помню, Вадик. А теперь помолчи, я должен сосредоточиться.
– Ты что, весь наш запас сюда притащил? – кивнул на контейнер в открытой сумке Стиляга. – Обездолил ведь вконец.
– Ситуация требует, – со вздохом ответил Хамелеон. – Пришла беда – отворяй ворота.
– Пришла беда – отворяй врагу кровь, – уточнил Стиляга, вжимая голову в плечи, когда пули начали свистеть совсем рядом.
– Полностью согласен с тобой, напарник.
За дверью выстрелы стихли. Друзья переглянулись и приготовились к штурму их убежища.
– Эй, сталкеры! – донеслось снаружи. – Мы вас теперь живыми не выпустим.
– Будто вы собирались, – прокомментировал Хамелеон. – Не, ребята, это мы вас живыми не выпустим.
– Что, думаешь, всех мочить придется? – хищно улыбнулся Стиляга.
– Да, Вадик, всех. До единого.
За дверью раздался шорох, кто-то неразборчиво зашептал. Стиляга покрутил пальцем у виска и нажал на спусковой крючок. Стон раненого слился с воплями прячущихся врагов, дверь снова начала подергиваться от прошивающих ее пуль. Из-под нее в комнату стала просачиваться кровь. Застучал МП-5, заставив друзей вжаться в пол. Пули летели близко, представляя реальную угрозу.
– Это тот бандюк палит, опытный, зараза, – проговорил Хамелеон в перерыве между выстрелами.
– Повезло, что только один такой попался, – отозвался Стиляга, экономными очередями простреливая тонкие деревянные стены в надежде попасть по врагу. – Надо же, ты за какие-то секунды уничтожил половину банды. Не тот пошел мародер.
МП-5 вновь заработал, выплевывая пули так прицельно, будто бандит видел сквозь стены. Кирпичная крошка брызнула на головы напарников. Вадим дождался паузы и со вздохом подтащил к себе сумку. Лицо озарилось неповторимым свечением, когда он откинул крышку контейнера, на пару секунд длинные пальцы замерли над артефактами, будто раздумывая. Наконец в одной руке запульсировал оранжевый свет, а другую окрасил нежный лазурный.
– Андрюха, по моей команде делаешь так, чтобы дверь упала, – проговорил Стиляга и прижал артефакты друг к другу.
Хамелеон кивнул, стараясь не смотреть на казавшиеся живыми комки аномальной энергии, они в умелых руках поглощали друг друга, сливаясь в совершенно новый артефакт. Такой союз создавал иную форму, высвобождая поток энергии, воздействующей на живые организмы через зрительные нервы. Проще говоря, после сильного удара по артефакту его мерцание через глаза уничтожало мозг. Оставалось только добить врага. Хамелеон не был сторонником таких жестоких мер, но слух о том, что случилось с горе-бандой, должен будет раз и навсегда удержать других кретинов, алчущих нажиться на сталкерах. А значит, игра стоила свеч.