Смыслообразующая функция сознания, как фактор преодоления тревожных состояний, в процессе системно-стратегической психотерапии

1.1.

Психотерапия как научная дисциплина и форма психологической практики.

1.1.1. История возникновения психотерапии

В истории психотерапии традиционно выделяют два периода становления, это донаучный (до середины XIX века) и научный. Донаучный период связан с использованием для влияния на человека магических и шаманских практик, а также в этот период на человека оказывало огромное влияние церковь и религия. Донаучный период часто связывают с использованием психологических механизмов внушения, самовнушения, трансового изменения сознания. Донаучный период охватывает тысячелетия, опирающийся, как правило, на мифологию древних культур, различные теологические толкования, мистерии, носителями же в этот период данного знания были адепты, окутанные таинственностью оккультных обрядов. Их деятельность была связана с внушением и самовнушением человека, введенного в транс или гипнотическое состояние.

Начало же научного периода связано с именами Ф.Пинеля, Ф. Месмера и З. Фрейда. Филипп Пинель – «родоначальник психиатрии», освободив из цепей душевнобольных, изменил отношение к ним и проблему душевных болезней вывел на другой уровень рассмотрения. Он предложил более гуманный подход к психологической опеке и уходу за психическими больными, который был определен как «моральное лечение». Пинель много сделал для выделения психиатрии в отдельную отрасль медицины. Он внес значительный вклад в классификацию психических расстройств и был признан как “отец современной психиатрии”. (Каннабих, 1923)

Франц Месмер, с его исследованием магнетизма, дал толчок научному исследованию феномена гипноза, попутно впервые обозначив целый ряд важных психотерапевтических феноменов и технологических приемов таких как раппорт и групповая динамика. (Каннабих, 1923)

Исследования Пинеля и Месмера явились переломным моментом в развитии психиатрии и обозначили, важные предпосылки для совершенно нового развития будущей психотерапии, они начали относиться к лицам с психическими расстройствами как к обыкновенным больным, которые нуждаются в хорошем обращении и лечении.

Научный период психотерапии датируется с середины XIX в., начала XX в. и продолжается по настоящее время. Первоначально основное внимание исследователей было обращено на природу и механизм гипноза (Нансийская школа гипноза и Сальпетриерская школа). В России изучением гипноза занимались многие видные ученые своего времени: Н.Я.Данилевский, А.А. Токарский, В.М. Бехтерев, И.Л. Янушкевич, И.Р.Тарханов. С конца 90-х годов XIX века, как реакция на чрезмерную экспансию гипноза, стали разрабатываться принципиально иные методы психотерапевтических воздействий. В Швейцарии невропатолог П.Ш.Дюбуа разработал метод рациональной психотерапии. Оригинальный психотерапевтический метод – «арететерапия» был предложен в 1908 г. русским врачом-терапевтом Яроцким. Греческое слово arete включает такие понятия, как доблесть добродетель, стремление к осуществлению высоких идеалов и нравственному совершенствованию. Своеобразный метод психотерапии был предложен, немецким врачом Ж. Марциновским в 1909 г. – лечение идеалами (психотерапия миросозерцанием), суть которого заключалась в формировании у пациентов целительного духовного миросозерцания: пациент поднимается над своей страдающей, обремененной проблемами личностью и начинает видеть себя частицей человечества в целом и вообще всей Природы. (Гриншпун, 2015)

Появление психологии, выделение ее в самостоятельную науку в конце XIХ века, позволило дать толчок по трансформации психотерапии из медицины в психологическую науку, это произошло и в том числе с появлением консультирования, что также повлияло на становление психотерапии в немедицинском направлении.

Огромное влияние на историю психотерапии оказал американский психолог и философ Уильям Джеймс, пытаясь понять роль религиозного сознания в развитии человека, не имея при этом религиозного опыта. Его труды наиболее важны для становления психотерапии в связи с тем, что он впервые затронул вопросы психического здоровья, исследования клинических случаев заключались в применении метода наблюдения или самонаблюдения. Впоследствии Джеймс будет говорить, что рефлекторная концепция в психологии и вообще материализм, как он его понимал, – «страшное, наводящее ужас мировоззрение». (Джеймс, 1993)

Первое, что нам дано, по Джеймсу, – это поток ощущений. Этот поток непрерывен (идея непрерывности очень важна для Джеймса, он первый об этом говорил), изменчив, стремится стать частью нашего личного сознания. Получается, сознание как бы удвоено: есть некая периферическая часть сознания, первичный опыт и есть какое-то более глубокое сознание, которое работает с этим опытом. (Csikszentmihalyi et al., 2005; Джеймс, 1993)

Из потока ощущений наше сознание в соответствии с потребностями вырывает отдельные сгустки ощущений, которые мы называем вещами (или предметами). Вырывается то, что наиболее важно. Из этого следует довольно любопытная мысль – об уникальности внутренних миров, неповторимости внутреннего мира каждого человека, множественности этих уникальных миров. Множественность и неповторимость – это то, что потом сильно повлияет на Якоба Морено с психодрамой, на Альфреда Адлера. (Ansbacher & Ansbacher, 1956; Гриншпун, 2015)

В связи с этим впоследствии и возникает проблема реконструкции этого мира и работы с ним, что является инструментом в процессе психотерапии.

Люди, обладающие еще и речью, языком, т.е. средством взаимопонимания, как писал Джеймс, могут не то, чтобы понять друг друга в полной мере (он связывает это не с эмпатией в современном смысле), но и могут договориться, что и как называется, и поэтому могут пытаться понять друг друга. Но есть нечто, абсолютно уникальное для каждого, что до конца никогда не может быть понято, – это человеческое Я. А если точнее, это разделение всего, что существует, на Я и не-Я, или, что близко, Мое и не Мое. И вот то, что мы относим к своему Я, и все остальное, – это уникально для каждого. (Джеймс, 2020) Собственно с уникальностью каждого человека и работают в психотерапевтическом процессе.

Через проблему самосознания Джеймс впервые в истории психологии выходит на проблему личности, при этом его идеи будут в дальнейшем использованы в гуманистической психологии, а именно с появлением гуманистического направление в психологии можно говорить об окончательном разделении медицинской и немедицинской психотерапии.

Джеймс демонстрирует нам возможности психотерапии, где мы можем работать не просто со словом, обращая его к другому (как это тогда развивалось в психотерапии), а и с телом, что способствовало в будущем появлению телесно-ориентированной терапии, с той же самой одеждой, вообще с предметным миром, в реальности или в воображении. Можно работать с человеком через организацию предметной среды, через понимание вот этого его личного материального пространства. (Angus, 2015; Гриншпун, 2015)

Джеймс в своей книге пишет, что вообще стремление привлекать к себе внимание других свойственно человеку и, даже если он будет заключен в одиночную камеру и не будет никого видеть, то предпочтет, вероятно, общение даже с палачом, потому что это общение, т.е. Джеймс затронул социальную сторону человека, как один из важнейших составляющих развития человека, а также психотерапевтического воздействия. Он выводит понятие «социальная личность» Морено же в дальнейшем сформулирует идею «человека как социального атома»: человек как индивид – это абстракция, мы всегда «несем с собой» важных для нас людей. (Лейтц, 1994)

Джеймс, первым начинает обсуждать проблемы личности, что прекрасно включается в психотерапевтическую работу.

Джеймс также первый в истории обсуждает проблему самооценки (по англ. self-esteem, что, строго говоря, переводится как самоуважение). Джеймс пишет сначала вроде бы банальность для нас: самоуважение бывает высоким и низким. От чего это зависит? Он предлагает ставшую известной формулу, которая никакого математического смысла не несет, будучи метафорической: дробь, где в числителе успех, а в знаменателе притязания. Если успех равен притязаниям – единица, если он больше притязаний – высокая самооценка, если меньше – низкая. Уровень притязаний и самооценка не прямо коррелируют друг с другом. Могут коррелировать наоборот. Человек может ставить задачи, заведомо более низкие, чем его возможности. Но задачи, которые мы ставим – это уровень притязаний. В те времена этого понятия еще не существует, оно будет введено Куртом Левином. Однако Джеймс уже поднимает эти проблемы. (Andrews, 1998; Lambert et al., 2016; Trzesniewski et al., 2013; Гриншпун, 2017)

Джеймс говорил о том, что каждый человек в жизни должен найти свою главную линию, то, где будут его притязания. Непонятно – найдется, не найдется, – но нужно искать. И вот тогда действительно возможен успех. Но здесь есть и риск, потому что в этом случае и неуспехи будут моими неуспехами. Джеймс абсолютно прав – развиваться можно, только рискуя, ставя себя в какие-то ситуации, в которых мы раньше не были. Тогда еще не было экзистенциализма как философского направления, но это то, что сейчас мы называем «экзистенциальный риск».

Идея риска тоже потом войдет в психотерапию. Борис Мастеров и Галина Цукерман развивали, опираясь вначале как раз на идеи Джеймса, концепцию «психотехники риска»: учить человека ставить себя в ситуацию экзистенциального риска, чтобы двигаться. Как ее найти – это другой вопрос. Интуитивно оказывается понятно, «мое» это или «не мое». Для полноценной аутентичной жизни нам нужно открывать в себе главное и двигаться там, несмотря на риск. (Гриншпун, 2017; Лэнгле, 2009; Ялом 1999, 2016)

Идеи Джеймса были для того времени абсолютно новыми в психологии и ввели в нее новое пространство – личность, они еще и очень сильно повлияли на самые разные направления психологии и психотерапии: бихевиоризм, гуманистическое и экзистенциональное направления.

Дальнейший научный период связан с развитием психоанализа Зигмунда Фрейда, как основателя одного из трех направлений психодинамического подхода в психологии.

Важно понимать, что Фрейд заложил основные принципы психотерапевтической работы в психоанализе, ввел понятие аналитическая терапии, как противоположный метод к гипнозу, которая «не старается ничего накладывать, не вводить ничего нового, а отнимает, устраняет, а для этой цели она задумывается над происхождением болезненных симптомов и психической связью патогенной идеи, устранение которой составляет ее цель». (Blum, 1999; Davis, 2008; Фрейд, 2002)

На первом этапе развития своего метода, он совпадал с катартическим методом И. Брейера, было обнаружено терапевтическое воздействие воспоминаний о травмирующей ситуации. Пациент, находясь в состоянии гипноза, вспоминал изначальное конфликтное переживание, породившее тот или иной симптом. При полноценном эмоциональном отреагировании ситуации симптом исчезал. Гипноз использовался не для внушения, а для исследования вытесненных травмирующих ситуаций и переживаний в бессознательное и их перемещение в сознание. Отреагирование при этом происходило после выхода из гипноза.

Далее Фрейд отводит центральное место технике свободных ассоциаций, в ходе которой пациента призывали сообщить все, что приходит ему в голову. Таким образом, психоаналитическая техника приобрела форму беседы между терапевтом и пациентом, где пациент рассказывает, жалуется, признается, терапевт наблюдает, слушает, управляет ходом мысли и дает объяснения. Задачей психоаналитика на данном этапе становилась расшифровка явных сознательных феноменов для прояснения скрытого за ними содержания, отреагирование ушло на задний план (Холлвэй и Джефферсон, 2000).

И в конечном итоге Фрейд предложил и продолжил свою работу с процедурами анализа сопротивления и переноса.

Не меньший вклад в развитие психотерапии внес А. Адлер. Его психотерапия отличается от других видов психотерапии характером психотерапевтических отношений между клиентом и терапевтом, содержанием и формой оценки личности, больший акцент уделяется социальным последствиям стиля жизни клиента. В основе этого направления психотерапии лежит разработанная Адлером теория индивидуальной психологии, что, несомненно, расширило спектр психотерапевтических инструментов.

В психотерапевтических отношениях А.Адлер подчеркивает равенство их участников. Делается это для того, чтобы продемонстрировать и компенсировать характерные для клиента проблемы неполноценности-превосходства и “социабельности” (стремления принадлежать к чему-то, соответствовать чему-либо). (Mosak & Maniacci, 2013; Адлер, 1927)

Цель индивидуальной психологии состоит в усилении социальной составляющей целей и поведения клиента. Психотерапевт и клиент располагаются лицом к лицу, а сам процесс психотерапии представляет собой осуществляемый совместно процесс обучения, в котором участвуют два эксперта: клиент, являющийся экспертом в вопросах, касающихся его самого, и психотерапевт – эксперт, помогающий клиенту обратиться к вопросам теории и подчеркивающий особое значение того, что называется “социальным интересом”.

В психотерапии по Адлеру анализ или оценка личности осуществляются в ходе опроса клиента, в котором основное внимание уделяется его стилю жизни. Оценка стиля жизни клиента позволяет выявить его цели. Становится понятным, как клиент сформировал эти цели в семье, из которой он происходит, и как можно интерпретировать эти цели на основе семейной констелляции, воспоминаний пациента, относящихся к его раннему детству, а также анализа снов. Все это вместе составляет ядро процедуры анализа стиля жизни. Анализ стиля жизни показывает постоянство целей индивида в социальных ситуациях на протяжении его жизни, а также ошибки, преувеличения и крайности, присущие этим целям, как они понимаются клиентом, т.е. присущие его индивидуальной логике. Выявленные цели и связанное с ними поведение могут затем быть оценены с точки зрения их дисфункциональности, несоответствия здравому смыслу социальной жизни, понятиям социального равенства и социального интереса. (Адлер, 1927)

“Индивидуальная подстройка” этого анализа осуществляется в ходе дискуссии до достижения психотерапевтом и клиентом согласия, а затем начинается процесс интерпретации. Постепенно клиент приходит к пониманию собственного стиля жизни и своих целей – в мыслях, чувствах и действиях, как в прошлом, так и в настоящем.

После того как клиент признает и поймет свою ответственность за формирование собственного стиля жизни и за жизненные ситуации своего прошлого и настоящего, становится возможным начать четвертую фазу психотерапии, заключающуюся в том, что психотерапевт стимулирует клиента изменить цели в результате улучшения его социального функционирования и наоборот: улучшить социальное функционирование за счет изменения целей. Эти задачи взаимосвязаны: так, уменьшение чувства неполноценности уменьшает стремление к демонстрации клиентом своего превосходства над другими и позволяет ему функционировать вместе с другими, а не против других, и, опять-таки, возможен обратный порядок: функционирование вместе с другими уменьшает стремление к демонстрации своего превосходства и т.д. Для того чтобы добиться осуществления этих целей, теория Адлера разрешает психотерапевту использовать любые техники, соответствующие теории и позволяющие надеяться на успех. (Адлер, 1927)

К.Г.Юнг расширил инструменты аналитической терапии, разработав собственную аналитическую психологию. Он ввел понятие коллективного бессознательного как наиболее глубокого уровня психической деятельности, содержащего в себе архетипы (врожденный опыт прошлых поколений). В дальнейшем К.Г. Юнг выделяет психологические типы, определяет понятия интроверсии и экстраверсии. (Eisold, 2002; Гриншпун, 2017)

Юнг считал, что каждый индивидуум, вернее, фокус его интересов, может быть обращен преимущественно к своему внутреннему Я или, наоборот, к внешнему миру. Первый тип людей он назвал интровертами, второй – экстравертами. Экстраверсия исключает интроверсию, но ни один из этих типов не имеет предпочтений перед другим.

Юнг выделяет четыре основные психические функции: мышление, чувствование, ощущение и интуицию. Мышление и чувствование, по Юнгу, есть альтернативные способы формирования суждений и принятия решений.

У мыслительного типа ярче, чем у других, проявляется способность к обобщениям, абстрагированию, логическим построениям. Мыслительные типы – способные составители планов, но часто оказываются в их плену, даже если эти планы противоречат конкретной ситуации.

Чувственные типы логике предпочитают эмоции, а решения принимаются ими по принципу: хорошо – плохо, красиво – некрасиво. Если мышление и чувствование Юнг расценивал как способы принятия решения, то ощущение и интуицию – как способы получения информации. Ощущение основано на конкретных фактах, на том, что можно увидеть, понюхать, потрогать руками. Интуиция – способ обработки информации, накапливаемой преимущественно в бессознательном. Индивидуум, у которого доминируют ощущения, более адекватно, чем другие типы, реагирует на конкретную ситуацию, но и более зависим от нее. Интуитивный тип более доверяет собственному опыту. Информация у таких людей обрабатывается очень быстро, тут же автоматически связывается с прошлым опытом, а принятое решение, если оно и правильное, нередко «противоречит» здравому смыслу. (Гриншпун, 2017)

Гармоничная оценка внешнего и внутреннего мира, по Юнгу, возможна при гармоничном сочетании всех четырех психических функций. К сожалению, у человека эти четыре функции развиты неравномерно. Обычно одна из них доминирует и еще одна – сопутствует. Остальные две функции выражены слабо и находятся в бессознательном. Чем более развиты доминирующая и сопутствующая функции, тем более антагонистичны им их противоположности.

По Юнгу, помимо личного бессознательного существует еще и коллективное бессознательное, которое содержит в себе опыт развития всего человечества и передается от поколения к поколению. По убеждению Юнга, психика ребенка при рождении не является «чистой грифельной доской», а содержит в себе определенные структуры (архетипы), которые в дальнейшем влияют на развитие ребенка, на формирование его Я и его взаимодействия с внешней средой.

Архетипы. Основу коллективного бессознательного составляют архетипы. Архетип, по Юнгу, – форма без собственного содержания (отпечаток), которая организует и направляет психические процессы.

Архетипы проявляют себя в виде символов: в образах героев, мифах, фольклоре, обрядах, традициях и т. д. Архетипов много, так как это обобщенный опыт наших предков. Главные из них: архетип Я, архетип матери, архетип отца.

Кроме символов индивидуального бессознательного, по мнению Юнга, существуют такие символы, которые отражают коллективное бессознательное (крест, шестиконечная звезда Давида, буддийское «колесо жизни» и т. д.). Юнг относил к архетипам и основные элементы структуры личности.

Юнг выделяет следующие элементы (слои) в структуре личности: персону, Эго, тень, Аниму (у мужчин), Анимус (у женщин) и самость.

Очень важным вкладом в психотерапию Юнг определяет как способность человека к самопознанию и саморазвитию, слияние его сознательного и бессознательного он назвал процессом индивидуации. «Индивидуация, – говорит Юнг, – означает становление единым, однородным существом, и поскольку «индивидуальность» – это наша наиболее внутренняя, постоянная и ни с чем не сопоставимая уникальность, то Индивидуация также подразумевает становление собой». (Юнг, 2020)

Первый этап индивидуации – это анализ персоны. Персона выполняет запретные функции, но в то же время она является маской, скрывающей самость. Внешнее проявление личности (имя, титул, должность, персональная машина и т. п.) еще не является ее сущностью. «Анализируя персону, – указывает Юнг, – мы срываем маску и обнаруживаем, что то, что называли индивидуальным, на самом деле является коллективным».

Второй этап – осознание тени. Если мы признаем ее реальность, то можем освободиться от ее влияния. Кроме того, осознание личного бессознательного – путь к ликвидации неврозов.

Третий этап индивидуации – это встреча с Анимой и Анимусом. Сам Юнг относился к этому архетипу как к реальному существу, находящемуся в тайниках его души. Он советовался со своей Анимой, считался с ее мнением, учился у нее…

Четвертый этап – анализ самости. «Самость – наша жизненная цель, потому что это наиболее полное выражение того судьбоносного сочетания, которое мы называем индивидуальностью». Юнг считал, что «человек должен быть собой, должен нести собственную индивидуальность, тот центр личности, который одинаково удален и от сознания, и от бессознательного; мы должны стремиться к этому идеальному центру, к которому природа, кажется, направляет нас». В процессе индивидуации сознание расширяется и «комплексы» из бессознательного переводятся в сознательное.

По Фрейду, комплекс – вытесненное в бессознательное аффективно окрашенное сексуальное представление. Юнг считает, что комплекс далеко не всегда имеет сексуальное содержание. По Юнгу, комплекс – скрытая в глубине бессознательного неразрешенная жизненная проблема, неосознанное столкновение самых различных актуальных противоречий. Источником этих противоречий обычно является какой-то моральный конфликт, который и является главной причиной невроза. В отличие от Фрейда Юнг понимает невроз не как конфликт между примитивными влечениями и требованиями общества, а в основном как проявление дисгармоничного развития самой личности. Юнг, так же, как и Адлер, придает основное значение не прошлому человека, не его раннему детству, а насущным сегодняшним ситуациям и жизненным проблемам. (Clark, 1955; Дмитриева и др., 2020; Литвак, 2014; Юнг, 2020)

Аналитическая психотерапия направлена в основном на уравновешивание сознательного и бессознательного, на оптимизацию динамического взаимодействия между ними, что в свою очередь является ядром психоаналитической терапии.

Как уже было сказано выше психотерапия, как и сам этот термин, возникла из медицины, хотя потом вышла за ее пределы в том числе с появлением консультирования. Оно выросло из различных социальных практик, таких как юридическое и медицинское консультирование, они были наиболее распространены в те времена. Но чаще всего говорят о том, что то, что мы называем консультированием по личным проблемам, и то, что по-английски называется «counseling», произошло из движения протестантских священников в США накануне Второй Мировой войны, когда они стали выходить к людям с предложением помощи, совета, поддержки. Это и было названо counseling. Затем консультирование перешло в светское пространство, а именно к протестантским священникам. В протестантизме священник никогда не выступает от имени Бога. Он всегда выступает как человек, потому что в протестантизме связи человека и Бога более интимны. Например, там священник (которого чаще называют «проповедник») не принимает исповеди, не отпускает грехов. Не случайно среди психотерапевтов, особенно экзистенциального плана, достаточно много людей с религиозным образованием или практикующих священников. Например, Ролло Мэй, Карл Роджерс. Благодаря этому в 60 годы XX века и появилась гуманистическая психотерапия, которая предлагает новый путь для восполнения ошибок классического бихевиоризма и ортодоксального психоанализа. В этом отношении гуманистическая психотерапия внесла значительный вклад в психотерапию и в разработку методов актуализации возможностей человека. Гуманистическая психотерапия направлена на утверждение ценности человеческой жизни и свободы выбора человека. Главной целью гуманистической психотерапии является пробуждение сил человека, направленных на созидание собственной жизни. Ведь собственная жизнь – это произведение искусства, которое создаёт каждый творческий человек, и гуманистический психолог способен оказать в этом творчестве необходимую помощь. (Романин, 2018; Эллис, 2002)

В основе гуманистической психотерапии лежит идея, что целью каждого человека является потребность в самоактуализации, т.е. в актуализации собственных возможностей и способностей, в свободном выборе человеком собственного пути и движении по нему, в осознании и принятии ответственности за собственную жизнь. В процессе гуманистической психотерапии человек учится прислушиваться к себе и другим, пытается стать более гибким в своем восприятии, принимать себя таким, какой есть, прикладывает усилия к личностному росту, к борьбе с негативными личными качествами и привычками, учиться ставить для себя реальные цели и избирать оптимальные способы их достижения. Таким образом можно считать, что окончательное отделение психотерапии произошло в середине ХХ века, в этот же период стали появляться современные направления в психотерапии. (Эллис, 2002)