Эпоха Полтины. Декста Квинта

– Частенько в ступор впадаешь?

– Я просто задумался, – проворчал Бэн и уставился в документы.

Кейн хмыкнул и тоже принялся за тщательное изучение договора. Условия были весьма неплохи: Аэгис Материум предлагало тысячу марок в месяц плюс премиальные, не считая производственных расходов. Отдых раз в год сроком до месяца. И если он хоть что-то понимал в договорах, то тут всё было чисто. Никаких мутных строк мелким почерком, все чётко и доступно. Кейн не долго думая расписался и вернул бумаги – всё-таки он сюда не на отдых приехал, чтобы придираться к деталям. Костоправ тоже сомнениями не терзался и всё быстро подписал.

Когда все заключили контракт и с официальной частью было покончено, Тарто Джадс вновь взял слово:

– Теперь, после того, как вы сообщите адъютанту ваш размер, вам выдадут обмундирование. На всякий случай отмечу, чтобы вы тщательно следили за своим внешним видом. Что касается амуниции, то её вы сможете получить в оружейной. Душевые и столовая находятся на территории блока. По расписанию: обед в двенадцать, ужин в семь.

– А завтрак? – спросил кто-то из наёмников.

– Только обед и ужин, остальное за ваш счёт. Ещё вопросы? – Он обвёл взглядом ветеранов – вопросов больше не было. – Тогда это всё. Поздравляю со вступлением в Аэгис Материум.

Кейн медленно вошёл в пустующие душевые. Запах сырости, пожелтевший и потрескавшийся от времени и влаги пол, звук беспрерывно капающей из проржавевших кранов воды и гудение временами гаснущего «светара» – магифактического кристалла, освещающего эту душевую для сумасшедших. В подобные комнаты они когда-то сгоняли военнопленных и заставляли мыться в ледяной воде, а те дрались за единственный кусочек выданного им мыла. Кейн сплюнул.

Сложив выданную ему форму гильдии на трухлявую скамью, он не без удовольствия стянул свои провонявшие обноски и вышвырнул в стоящее в углу жестяное ведро. Словно сбросил старую шкуру. Открыв сразу оба вентиля, подставил своё испещрённое шрамами тело потоку ледяной воды, ожёгшей его, словно пламенем. Он чувствовал, как струи ржавчины стекают по волосам, коже, перемешиваются с его собственной грязью, но это не мешало ему подставить им лицо и наслаждаться той расслабленностью, которую дарил ему душ. Кейн стоял так не двигаясь до тех пор, пока ржавчину не сменила чистая горячая вода. Взяв выданный ему пузырёк с надписью «против вшей» он усмехнулся – мелким паразитам на его голове пришёл конец.

Не без сожаления он перекрыл воду – Кейн уже и не помнил, когда в последний раз принимал горячий душ. Быстро отеревшись, стал надевать новую форму: тёмно-синие штаны, серую льняную рубаху с карманами по обе стороны груди и со стоячим воротником, как у монаха, а также крепкие военные сапоги с высокими голенищами. Тёмно-синий вообще считался цветом Аэгис Материум, и их солдат в народе называли «синими» как раз из-за цвета их формы. Ему также полагался плотный мундир с нашивками рядового, который можно было застегнуть аж до самой шеи. Из своих старых вещей он решил оставить лишь шляпу, ремень с потайными отсеками и тяжёлой бляхой, да плащ-пыльник, который накинул поверх мундира – осенние ветры на Винтаде всегда были безжалостны, а уж в дни тьмы лишняя одежда ему точно не помешает.

Закончив одеваться, Кейн вышел в коридор и осмотрел себя в мутное ростовое зеркало. Хм. Неплохо. Весьма неплохо. Он почесал бороду и скривился – это уже становится привычкой. Надо бы побриться и что-то сделать с волосами. Как сказал младший лейтенант – Кейн усмехнулся – надо тщательно следить за своим внешним видом. И, к сожалению, с выпивкой придётся завязать. Ведь чтобы его заметили, надо показать себя с самой лучшей стороны – обычным рядовым служебные тайны не доверяют. К тому же кто знает, может ему здесь понравится?

С этими мыслями он неспешно покинул душевые. Теперь нужно сходить за амуницией, получить аванс и можно приступать к службе.

Кейн наткнулся на Костоправа по дороге – тот стоял голый по пояс у бочки с водой и окунал в неё голову. Подойдя к нему, он поставил ногу на стоявший рядом ящик и опёрся локтем о колено.

– Про душевые ты, видимо, не расслышал.

Бэн сплюнул в бочку и стал натягивать рубаху на мокрое тело.

– Если ты про тот ушатанный хлев с прогнившими досками и проржавевшими кранами, то я предпочитаю бадью с чистой водой.

Кейн усмехнулся и поскрёб ногтем в ухе.

– Тебе надо было дождаться, пока ржавчина стечёт, а там уже и чистая горячая пошла бы. Между прочим, горячая у нас тут будет только по определённым дням, так что советую сходить искупаться.

Бэн немного помедлил, прежде чем ответить:

– Обойдусь.

– Как знаешь. Тогда хватай манатки и пошли.

Скривившись, Костоправ на ходу натянул мундир, застегнув его до половины. Всё-таки зря он нормально не обтёрся – здешние ветры ему определённо не нравились. Но зато теперь его практически не ограничивают светские законы и с каждым мгновением он чувствовал, что притворяться больше не придётся. А то он почти свыкся со шкурой услужливого ветеринара.

– А куда мы, кстати? – запоздало спросил Бэн, сообразив, что не знает, куда они направляются.

– Нам нужен оружейный склад, – ответил Кейн, осматриваясь. – Возьмём всё необходимое и покончим с формальностями.

Дальнейший путь проделали молча, изредка останавливаясь, чтобы узнать направление. В конце концов вышли к складам, которые, если судить по тому, что они успели увидеть с холмов, занимали практически всю восточную часть городка. Вход на их территорию хорошо охранялся, но мундир и выданные документы позволили избежать лишних вопросов. Миновав ворота, они растерянно остановились.

– Бездна, надо было у охраны спросить, где тут оружейная, – проворчал Кейн и уже было повернулся к воротам, но Бэн хлопнул его по руке.

– Смотри, это не Язва там?

– Кто?

– Лордрот, который с язвой на шее. – Бэн присмотрелся к человеку, который пытался застегнуть на поясе ножны с мечом. – Точно, он. Пойдём. Эй, Язва!

Лордрот посмотрел в сторону свистящего Костоправа и, махнув им рукой в знак приветствия, направился на встречу, по пути всё-таки приладив ножны как следует. Пожав руку Бэну, потянулся было и к Кейну, но тот проигнорировал этот дружеский жест. Наёмник сразу стушевался и в замешательстве принялся ковырять свою язву.

– Э-как, секурист снова в деле. Умеешь заводить знакомства, Костоправ. Уважаю.

– Заткнулся бы ты, пока я добрый. – Язва даже не успел среагировать, как Бэн резким движением выхватил из ножен его клинок. Кейн невольно напрягся и сделал шаг в сторону, наблюдая за тем, как он стал перекидывать его из руки в руку. Мало ли что могло прийти Костоправу в голову – например, выпустить ему кишки. Лордрот, видимо, был такого же мнения и мгновенно вспотел, не сводя глаз с наточенного лезвия. – Хороший меч, Язва. На складе взял?

– Ну.

– А мушкет что, не выдали? – спросил в свою очередь Кейн.

Лордрот покосился на него.

– Я плохо стреляю, ток если в упор. С мечом привычнее.

– Понятно. – Бэн протянул меч рукоятью вперёд и Язва неуверенно взял клинок. – А остальные где?

– Да где-то тут шляются. – Лордрот вложил клинок в ножны и вновь принялся скрести свою болячку, и Кейн, наблюдающий за тем, как из под лопнувшей корки вытекает белесый гной, не выдержал и в отвращении скривился.

– Слушай, эта дрянь не заразная?

– Болячка штоль? Да шут его знает. – Язва равнодушно пожал плечами. – Ладно, пошёл искать жральню. Бывайте.

Проводив его взглядом, Кейн повернулся к Бэну.

– Здороваться с тобой я больше не буду.

– Больно надо было.

Служившее складом большое здание, из которого вышел Лордрот, напоминало коробку, состоящую сплошь из бетонных плит. Двери хоть и проржавели, зато были крепкими и толстыми. Видимо, раньше это было одним из убежищ, построенным ещё во время войны для защиты от магических ударов. Люди не сильно доверяли барьерам, которые якобы поддерживали рубежные маги, предпочитая обезопасить себя чем-то более осязаемым, и поэтому строили подобные убежища по всем колониям. Как оказалось, в большинстве своём не зря. Но вот только винтадцев это не сильно спасло.

Кейн повернулся к двери спиной и пару раз с силой ударил по ней ногой. Вскоре смотровая щель открылась и также быстро закрылась. Послышались звуки отодвигаемых засовов, после чего дверь, к их удивлению, совершенно бесшумно открылась и наружу вышел щурящийся рыжеволосый детина в рабочем комбинезоне.

– Бумаги есть? – хриплым голосом поинтересовался он, промаргиваясь и протирая покрасневшие глаза.

– Есть. – Кейн с Костоправом показали разрешение на получение амуниции, выданные им вместе с формой. – Мы пришли…

– За тем же, зачем и все остальные. – Забрав бумаги, рыжий небрежно свернул их и засунул в нагрудный карман комбинезона. Посторонившись, кивнул в сторону освободившегося прохода. – Шустрее.

Перешагнув порог, Кейн приготовился попасть в холодный склеп, но вместо этого оказался в тёплом коридоре, хорошо освещённом гудящими светарами, идущими вдоль стены. Позади них рыжий детина закрыл дверь и повернул колесо посередине – щёлкнули двойные засовы, заблокировавшие дверь наглухо. Пройдя мимо них, он обронил «идите за мной» и молча повёл их в глубь склада, изредка оборачиваясь, чтобы проверить, идут ли они за ним.

– Как тебя зовут, приятель?

Хмуро посмотрев на нарушившего тишину Кейна, рыжий дёрнул щекой, но всё же ответил.

– Борб.

– Давно тут работаешь?

– Давно.

– Сегодня к тебе, наверное, частенько заходят, да?

– Типо того. – Перед появившейся развилкой Борб повернул направо и стал спускаться по лестнице. – Сюда.

Кейн, также как и Бэн, не особо понимал, чего он собственно хотел добиться от старины Борба и зачем вообще затеял этот, без сомнения, «содержательный» разговор. Наверное, ему просто было не по себе вновь оказаться в стенах убежища. Виски сразу стали ныть, а тишина давить на нервы. Стали мерещится далёкие крики и плач, и его начало слегка покачивать от лёгкого головокружения. Дико захотелось закурить. Кейн достал пачку дрожащей рукой и вытащил папиросу пересохшими губами. Вдруг яркий свет заставил его зажмуриться. Когда же он вновь смог открыть глаза, то его взору предстал огромный зал, потолок которого терялся в темноте, так же, как и дальние стены убежища. Всё свободное пространство когда-то заставленного койками зала теперь занимали ровные стеллажи с самым разнообразным оружием и какими-то коробками, а доступ к некоторым стеллажам перекрывали решётки с крепкими замками на цепях.

– Эту хрень можно выключить? – Бэн прикрыл глаза одной рукой и указал на установленные по бокам огромные кристаллы, яркие лучи которых были направлены прямо на проход, в котором они стояли.

Борб, который привычно зажмурился, проходя мимо – как он их называл – «слепилок», обернулся к ним с довольной ухмылкой.

– Нельзя. Не положено. – Он перевёл взгляд на Кейна и, шагнув к нему, вытащил из его рта папиросу и потряс перед ним. – Здесь курить нельзя. – Борб подошёл к бочке у стены и сел на неё. Достал из комбинезона пачку спичек, не торопясь раскурил отобранную у Кейна папиросу и постучал по бочке костяшками пальцев. – Порох.

Бэн усмехнулся – этот парень ему определённо нравится. Кейн же молча убрал пачку в карман и сухо поинтересовался:

– Что мы можем взять из твоих запасов?

– Всё, чем умеете пользоваться. – Борб выдохнул в его сторону поток дыма. – Мушкеты, пистоли, мечи. Стандарт.

– А магифакты?

– Пока не положено. Не по чину.

Бэн улыбнулся и направился прямиком к стеллажам, напевая примитивный мотивчик какой-то кабацкой песенки. Кейн проводил его взглядом и тоже пошёл отовариваться. А выбрать было из чего. Аэгис Материум явно не скупилась на оружие для своих наёмников – тут действительно было всё, начиная от кастетов и заканчивая эспадонами. Причём, насколько он мог судить, оружие было в отменном состоянии. Видимо, Борб умел заботиться о вверенном ему имуществе. Кейн подобрал себе обычную шпагу из хорошей стали и дагу к ней, кинжал с ножнами на бедро, пистоль и панталер с креплениями для него и патронной сумки, а также взял короткий засапожник – так он привык называть нож, который прятал за сапогом или крепил на голени. Немного поколебавшись, решил всё-таки взять к пистолету мушкет – мало ли, вдруг пригодится. Хотя что из арбалета, что из пистоля или ружья он не стрелял уже больше десяти лет и сомневался, что сможет попасть в цель хотя бы с расстояния в пятнадцать ярдов. Но Кейн надеялся, что это как с плаванием – раз научишься и никогда не забудешь. Особенно если раньше поражал с расстояния в пятьдесят ярдов бегущую цель. Хотя «поражал» не совсем верно, правильней будет сказать «убивал».

Закончив облачаться в выбранное снаряжение, он несколько раз подпрыгнул, проверяя, всё ли хорошо закреплено. На первый взгляд ничего не мешало. Он положил ладонь на эфес шпаги и не смог сдержать улыбки. Кейн чувствовал какое-то странное облегчение, словно груз, который всё это время давил ему на плечи, наконец-то спал, и он обрёл свободу. Вновь был виден смысл в жизни и была чёткая цель, которую он мог достичь. Закинув мушкет на плечо, Кейн вышел к Борбу и тот смерил его одобрительным взглядом.

– Быстро. Это хорошо. Давай сумку, отсыплю пороха и пуль.

– Это можно. – Кейн отстегнул сумку и, наблюдая за тем, как кладовщик её наполняет, решил продолжить свои расспросы: – Слушай, Борб, а я тебя нигде не видел? В смысле ты служил? Был на войне?

– Был.

– Служивый, значит. И кем? И откуда ты родом? Отсюда? С Винтады?

– Не совсем. – Борб закончил засыпать порох в пороховницу и аккуратно уложил её в сумку. После чего взял специальные патронташи и также стал заполнять их порохом. – Я служил Империи и родом я с побережий Алтании, с мыса Далты.

Кейна это известие настолько удивило, что он чуть было не сел мимо стула, но успел за него ухватиться и сохранить равновесие. В полуприсяде он внимательно рассматривал невозмутимое лицо Борба. Бывший имперец? Здесь? Заведует складом оружия и раздаёт его своим бывшим врагам? Как ему вообще смогли доверить подобное? Безумие. Хотя чему тут удивляться, ведь у него самого в знакомых Кровавый Костоправ из Антригора.

– Смотри-ка, Брустер, вокруг одни имперцы. – Бэн вышел из-за тёмных стеллажей, неся на плече внушительных видов мушкетон, а на его поясе красовался не менее внушительный боевой топор, топорище которого он сжимал свободной рукой. – Советую почаще оглядываться.

Костоправ его тоже удивил – он-то ожидал, что тот обвешается оружием и унесёт на себе чуть ли не весь склад. Но тот ограничился топором, панталером и мушкетоном.

Бэн отстегнул патронную сумку и бросил её Борбу на стол.

– Набери и мою тоже. Знаете, эта аркебуза мне по нраву. – Он снял с плеча мушкетон и, нацелив на Брустера, щёлкнул затвором. – Наверняка может пробить насквозь даже двоих.

– Это не аркебуза, Костоправ. Это мушкетон. Он бьёт в основном картечью.

– Картечью? – Бэн усмехнулся. – Это даже лучше, чем я думал.

– Кто ж в этом сомневался, – хмыкнул Кейн и вновь переключил своё внимание на Борба. – И чем ты занимался на войне?

– Тем же, чем и сейчас. – Он пожал плечами, застёгивая плотно набитую сумку Кейна. – Выдаю оружие убийцам вроде вас, чтобы вы и дальше могли убивать всех подряд.

– Чертовски правильная позиция, Борби. – Бэн поднял большой палец вверх, Кейн же развёл руками.

– Тут я тебя разочарую – мы вроде никого убивать не собираемся.

– Не знаю, как ты, Дым, а я лично не стал бы зарекаться. – Бэн нежно погладил мушкетон.

На лице Борба заиграла странная улыбка. Он подхватил потяжелевшую сумку и подошёл к Брустеру, смотря на него сверху вниз так, что Кейну стало не по себе, но глаз он не отвёл.

– А это не имеет никакого значения. Люди всегда найдут причины убивать друг друга. И всегда нужен тот, кто будет подавать им оружие. – Борб протянул ему патронную сумку.

Кейн слегка помедлил, прежде чем взять её. Но когда сумка оказалась в его руках, он удивился её солидному весу. Борб же вновь отошёл к столу и стал наполнять сумку Костоправа, одновременно давая инструкции.

– Я положил вам полную пороховницу отборного пороха, отдельно наполнил патронташи и вдобавок накидал бумажных патронов. Кроме этого положил мешочек с пулями. Должно надолго хватить. – Рыжий вернул наполненную сумку Бэну. – Тебе положил и картечь, и обычных зарядов.

– Спасибо, земляк.

Борб слегка кивнул в ответ и уселся на стол. Перегнувшись через него, пошарил под ним рукой и вскоре выпрямился, держа довольно старенькую табулу. Эти магифакты были довольно распространены в колониях, особенно в послевоенные годы. Можно сказать, что это просто промышленный аналог волшебного зеркала. Делали их частные зачарователи и торговцы редкостями, осевшие в колониях и наладившие бизнес – ведь состоятельные покупатели были не прочь приобрести зеркала, ведающие различные тайны и выступающие в роли удобных хранителей информации.

И во время войны табулы поставили на поток, что было чертовски здравой идеей – мало того, что надо было уметь с ней обращаться, так всё ещё было на десять раз закодировано. Даже если имперцам удавалось перехватить табулу, они ничего не могли поделать с «бесовской» магией колонистов. Жаль только, что в то время они были редкой диковинкой, да и сами колонисты в большинстве своём не умели ими пользоваться. Так что чаще всего приходилось передавать информацию по старинке – документами.

Табула напоминала средних размеров прямоугольное зеркало из чёрного «стекла Терсека» в стальной оправе, правая сторона которой была толще и напоминала трубку, в которой имелось специальное отверстие для кристалла – арканита. Без него магифакт не работал. Собственно, практически все магифакты работали на этом чудо-кристалле, компоненты которого на Яме же и добывали, чтобы впоследствии создать арканит, зарядив его игнитарной энергией огня в специальных концентрационных печах. Тут, конечно, не такие богатые месторождения, как на Эг-Вигади, ещё одном промышленном острове, но и не такие бедные, как, скажем, на Гес-Вигади.

Борб достал из кармана тускло блестящий изумрудный арканит и пристально изучил его при свете ламп – судя по его яркости, он ещё мог дать достаточно заряда для магифакта, хотя и сильно потускнел. Нахмурившись, он потёр кристалл о штанину и вставил в табулу – раздался медленно нарастающий пронзительный свист, потом что-то щёлкнуло, и магический туман, заполняющий стекло терсека, стал складываться в вязь подрагивающих символов.

– Неплохие хреновины выдают кладовщикам, – буркнул Бэн, наблюдая за манипуляциями с магифактом.

Борб, закончив водить пальцем по стеклу табулы, удовлетворённо кивнул и протянул её наёмникам.

– Приложите руку к стеклу.

– Зачем? – Бэн буравил недоверчивым взглядом гудящий магифакт. За всё время своего пребывания в Телионе, столице Эг-Вигади, он старался избегать магифактов. Почему? Он и сам не знал. Это, скорее, было на уровне инстинкта.

Кейн ответил за Борба, подойдя к табуле и прикладывая руку к её вибрирующей ледяной поверхности.

– Чтобы заверить список того, что он отпустил тебе со склада. Не волнуйся, эта штука не кусается.

Бэн метнул в его сторону злобный взгляд.

– Я и не волнуюсь, Дымок.

Костоправ быстро приложил руку к холодному стеклу и почувствовал лёгкое покалывание в ладони. Борб ещё раз посмотрел на табулу и кивнул.

– Это всё. На выход.

Кейн был только за – ему не терпелось как можно быстрее покинуть убежище. Как только они оказались снаружи, он облегчённо вдохнул свежий воздух и тут же закурил, блаженно закрыв глаза и вгоняя горький дым поглубже в лёгкие.

– Поберегись! – раздался дикий вопль, заставивший его вздрогнуть и мгновенно распахнуть глаза.

Он едва успел отпрыгнуть в сторону от чуть было не переехавшей его тяжёлой телеги, запряжённой парой здоровых коней. Возница, придерживая шляпу на голове, привстал на козлах и что-то проорал ему, но Кейн точно не разобрал, куда именно его только что послали. Вслед за первой телегой проехали ещё пять точно таких же. Судя по вспененным коням и оставленным колёсами глубоким следам, телеги были полны под завязку. Брустер задумчиво проводил их взглядом и обернулся к кладовщику, уже было собравшемуся скрыться за дверью убежища.

– Не знаешь, что они везут?

Тот без всякого интереса посмотрел на указываемые телеги и пожал плечами.

– Груз. Вся тяжёлая промышленность расположена ближе к шахтам, там же всё обрабатывают, а потом на поезда и свозят сюда готовое сырьё.

Кейн кивнул. Как только дверь захлопнулась, Бэн поравнялся с ним.

– Ну что, идём? Или будем и дальше тут торчать? Я проголодался.

– Да, твоя правда. Пошли.

Когда они вышли за ворота, Бэн не переставал наблюдать за Брустером краем глаза и думать о том, почему Дым так зацепился за него. Что это – специальная уловка, чтобы притупить его бдительность и ударить исподтишка? Или он задумал использовать его в своих тёмных делишках? У Бэна от этих мыслей появилось стойкое желание не мучиться догадками, а просто свернуть Брустеру шею.

Но, видимо, Кейн и сам понимал, что следует прояснить данный вопрос, поэтому начал разговор:

– Если уж говорить начистоту, Костоправ, то я не хочу надолго задерживаться в рядовых. У меня немного другие планы.

Бэн насторожился.

– Это какие же?

– Хочу в кратчайшие сроки сменить свои нашивки на более презентабельные, – Кейн пожал плечами. – Так и мошна будет туже, и связи шире.

– Хорошие планы. Вот только я тут при чём?

– При том, что в одиночку это будет труднее сделать. Понимаешь, я тут навёл справки и выяснил, что нас скорее всего распределят в группы для большей эффективности. Поэтому было бы просто замечательно, чтобы в мою группу вошёл человек, на которого я мог бы рассчитывать и вместе с которым мы бы хорошо сработались. К тому же для ветеранов здесь создана упрощённая система продвижения по службе. Так что условия имеются, было бы желание. – Кейн сделал паузу. – И я подумал, что это может тебя заинтересовать.

Костоправ задумчиво склонил голову набок.

– Взаимовыгодное сотрудничество, да?

– Верно, – Кейн кивнул. – Из всех наёмников Эгиды я хорошо знаком только с тобой. К тому же мы оба хорошо знаем, чего можно ожидать друг от друга и на что каждый из нас способен. Так почему бы не воспользоваться этим?

Бэн улыбнулся.

– Дело говоришь, Дымок. Я согласен.

Кейн в ответ тоже улыбнулся и они пожали друг другу руки.

В конце концов, это будет даже забавно – два бывших врага в одной упряжке.

Надёжно скрытый тьмой, Кейн осторожно полз по земле, правой рукой подтягивая следом крепко сжимаемый мушкет, а левой шпагу. Его обострившийся слух уловил какой-то подозрительный шум, выбивающийся из окружающих ночных звуков, и он в очередной раз замер.

Налетевший порыв ледяного ветра всколыхнул пожухлую траву, принеся с собой запах моря и шелест волн. Но кроме этого Кейн почуял гарь костра и соблазнительный запах жареного мяса, от которого рот мгновенно наполнился слюной. Хорошо ещё, что перед вылазкой он плотно поел и желудок не должен заурчать в самый неподходящий момент. А он подполз уже достаточно близко, чтобы такая мелочь была способна демаскировать его. Если, конечно, контрабандисты догадались выставить часовых.

Он уже вполне мог расслышать обрывки фраз и грубый хохот, и по меняющимся интонациям мог даже предположить, что на берегу находится как минимум четверо. Но разведка сегодня не была его целью – её уже успешно совершил Малой Эллад – поэтому, выждав для надёжности ещё некоторое время, он подполз к краю небольшого берегового обрыва, раздвинул кусты, взял на изготовку мушкет и залёг на позиции.

Малой Эл не ошибся – как он и говорил, контрабандистов действительно было девять: четверо сидело у костра, пятый спал в некотором отдалении от них, один копошился в вытащенных на берег лодках, ещё двое ходили вокруг с мушкетами и явно были часовыми, а последний так и вовсе торчал у воды и меланхолично бросал камешки в море. Видя такую беспечность, Кейн усмехнулся. Конечно же, откуда привыкшим к собственной безопасности «ребятам» было знать, что в Веновале повязали покрывавшего их чинушу, и тот с радостью сдал подельников. И эта банда была уже третьей на этой неделе, которую им предстоит накрыть. Хотя сказать что-либо конкретное именно по этой группе чинуша так и не смог – ему просто платили за то, чтобы в нужный момент он смотрел в другую сторону, так что о том, каким именно товаром промышляют эти контрабандисты, выяснить не удалось. Но рассматривая поверх мушкета хорошее обмундирование и вооружение людей на берегу, Кейн предполагал, что с деньгами у них проблем не наблюдалось.

От размышлений его отвлёк намотанный на ладонь медальон – затёртая, испещрённая закорючками монетка. Он ощутил, как нагрелся металл, слегка обжигая кожу. Вот и сигнал. Значит, все уже на позициях и ждут приказа к атаке. Кейн несколько раз глубоко вдохнул, успокаивая сердце, и прицелился в ногу ближайшему к нему часовому. Плюс и одновременно минус Сумеречных дней в том, что ночью темно, хоть глаз выколи. Подкрасться незамеченным не в пример проще, чем при полной луне, но и целиться в разы сложнее. Но света от костра вполне хватало, чтобы не промахнуться.