Стерва

Глава 1

– Негодяй! Да как, ты мог?! И, это после стольких лет, что я потратила на тебя! Вот, как ты мне отплатил? – Эстер Уотерби вне себя от гнева наступала на мужа, который будучи пойманным с поличным, и, чётко осознаающий, что назад хода нет, с затравленным видом озирался по сторонам, лихорадочно соображая, как выпутаться из столь щекотливой ситуации.

Тем временем обманутая супруга распалялась всё сильнее:

– А ты! Нет, вы только поглядите на неё! – это она уже мне. – Ни стыда, ни совести! И как вас таких только земля носит? – брызжа слюной, она словно фурия носилась по кабинету.

«Нормально так носит, вроде не жалуюсь, чего и вам желаю», – крутилось у меня на языке, но вслух произносить я этого не стала. Не стоит подливать масла в огонь, он и без меня полыхает, мама не горюй.

Поправив чуть растрепавшуюся причёску и взяв сумочку, я обернулась к этим двоим:

– Ну, вы, тут уж как-нибудь без меня. Прости, пупсик, но мы больше не увидимся, – помахав на прощание обалдевшему "пупсику" и его жене, я, высоко держа голову, покинула кабинет.

Захлопнувшаяся дверь приглушила возмущенные крики обманутой жены, и я облегчённо вздохнула.

Проходя мимо стола пожилой секретарши, которая поджав тонкие губы, неодобрительно взирала на меня из-за вороха папок с документами, я, порывшись в сумочке, небрежно кинула ей ключи:

– Передашь шефу… вернее тому, что от него останется, когда мадам с ним закончит – подмигнув, и не дожидаясь ответа, я направилась к лифтам.

Звон разбитого стекла и мужской вопль, донесшиеся из кабинета, заставили меня улыбнуться.

***

Я сидела в кафе на двадцать седьмой улице, за второй чашкой кофе.

– Гм… однако, – посмотрев на часы, показывающие четверть третьего, нахмурилась. Больше ждать я не могла.

Собираясь попросить счёт, я обернулась, и встретилась взглядом с только что вошедшей женщиной. Немолодая, но достаточно ухоженная, одетая с большим вкусом, она, сверкнув ослепительной улыбкой, демонстрирующей отличную работу ее дантиста, подошла к моему столику и уселась на заботливо придвинутый официантом стул.

– Ну, и как всё прошло? – откидываясь назад, спросила я.

– Великолепно! – лицо Эстер светилось от счастья. – Всё произошло именно так, как мы и планировали. Я пригрозила, что уничтожу его, опозорю перед всеми, и он согласился на половину! Пятьдесят процентов! Вы хоть представляете, сколько это?

Если честно, то нет. Да мне это и не интересно. Кто, кому, сколько должен… Пусть они разбираются без меня. Небрежно пожав плечами, я, скучающе зевнув, произнесла:

– Мой гонорар?..

Женщина была удивлена тем, что её так бесцеремонно прервали, однако же, быстро придя в себя, ответила:

– Ах, да, точно… – открыв ридикюль, она вынула из него довольно пухлый конверт, и подвинула ко мне:

– Вся сумма, как и договаривались.

Вот это уже другой разговор. Улыбнувшись, я протянула руку с тщательно наманикюренными ноготками и, взяв конверт, убрала в сумочку:

– Отлично! Ну, что же, моя миссия выполнена, дальше справитесь без меня. Кстати, заплатите за кофе, – я поднялась.

– Что? Вы, даже не пересчитаете? – женщина была удивлена. Моя самоуверенность раздражала её, чего она даже и не пыталась скрыть.

Нужно было поставить её на место, чтобы немного поубавить спеси. Без тени улыбки, смерив её холодным взглядом с головы до ног, я произнесла:

– В ваших же интересах, чтобы всё было ровно, иначе, мне придётся рассказать вашему мужу о нашей милой проделке, и, боюсь, в этом случае вы не получите ничего. Я ясно выразилась?

– Вы этого не сделаете! – побледнев, женщина вскочила следом. От высокомерия не осталось и следа.

– Испытайте меня, и узнаете! – отрезала я и, более не оборачиваясь, покинула заведение.

– Стерва! – донеслось до меня.

О, а это уже комплимент.

Глава 2

Все мы лишь песчинки в огромном мире. Каждому отведена своя роль в этом сценарии под названием жизнь. Кто-то сколачивает миллионные капиталы. Кто-то тратит их. Кто-то отчаянно пытается заработать хоть пару долларов, чтобы прокормить свою, едва сводящую концы с концами, семью. Что же касается меня… то я та, кому очень рано и не слишком деликатно объяснили, что ничто в этом мире не даётся просто так. Чтобы остаться на плаву, нужно зубами и когтями выгрызать себе место под солнцем. Идти по головам, если нужно, и никогда ни о чем не сожалеть, потому что слабые, в этом мире не выживают.

Хотите знать, как я дошла до такой жизни? Всё очень просто – так сложились обстоятельства. Но, если честно, то будь у меня второй шанс, поступила бы так же. А как же иначе? Ведь на кону стояло счастье и благополучие самого родного мне человека – сестры.

А как всё красиво начиналось!

Кто бы мог, тогда, в начале нулевых, подумать, что Катька Орлова из пятьдесят четвёртой квартиры, расположенной в одном из спальных районов белокаменной, не только получит возможность обучаться в далёкой Америке, но и умудрится подцепить себе там жениха. Да ещё какого! У папаши его был собственный бизнес, ну, и сынуля, как говорится, пошёл по стопам родителя.

Помню, я тогда в классе пятом училась. Прихожу домой, а там… прямо пир горой. Родители наши – простой сантехник и домохозяйка, приоделись по такому случаю, как на свадьбу. А Катька, счастливая, порхала по квартире, что-то лопоча по-английски своему "америкосу".

Помолвку справили знатную, позвали всех соседей. Стол ломился от угощений, на которые скидывались всем подъездом – кто грибочков притащил, кто пирогов напёк. Помню маму, весёлую, заправляющую салаты майонезом…

На меня, мелкую, тогда никто и внимания не обращал, все были заняты выигравшей путевку в счастливую заморскую жизнь сестрой и обрушившимся на неё счастьем.

Поженились молодые через несколько месяцев в Филадельфии. Нас, правда, из-за документов не позвали, но фотографии с торжества потом всё же выслали. Катерина, которая к тому времени превратилась в Кэтрин, была чудо, как хороша в длинном подвенечном платье. Высокая, стройная, светловолосая – копия нашей мамы в молодости, она казалась мне эталоном красоты и нежности, особенно на фоне своего белобрысого избранника, тощего, краснолицего, и с торчащими ушами.

Поначалу, писала Катька часто, со всеми подробностями. Звонила. Но, постепенно, весточки стали более скудными, редкими, а звонки вскоре и вовсе прекратились.

Время шло. Я окончила школу с золотой медалью и готовилась поступать в университет. Планируя когда-нибудь навестить сестру, всерьёз занималась английским языком.

И вот, прихожу я как-то домой, а мама вся в слезах. Десять лет прошло с тех пор, а я, как сейчас помню выражение её лица. Слова были не нужны, я сразу поняла, что с сестрой что-то случилось.

Как оказалось, Катерина застала своего ненаглядного с другой, прямо на его рабочем месте.

Ой, что тут началось…

Она орала благим матом, в котором, впрочем, мата было больше, чем блага, ну а ее благоверный, в котором ни блага, ни веры не наблюдалось вовсе, на все упреки и причитания весьма откровенно заявил: "Да, кто тебе поверит? Ты здесь вообще иностранка. Будешь много рыпаться, по миру пущу или вообще депортирую домой к маме с папой".

Ну, сестра моя, конечно, сразу же в слёзы. И тут, вдруг, до неё дошло, что она в этой Америке проклятущей, одна-одинёшенька, поплакаться, и то некому. Вот, и давай она звонить домой почти забытым родственникам, мол, одна, я тут, как перст, присылайте сестру, и жилетку побольше, плакаться буду.

Ну, а что я? Документы она мне выправила, визу оформила. Собрала я свой нехитрый скарб, попрощалась с отцом и матерью, и отправилась в далёкую Америку, сестру из беды вызволять.

А сестра, через столько лет, меня и не узнала. Стоит, ждёт. Я к ней подбегаю, обнимаю, а она мне по-английски:

– Мисс, вы ошиблись, я сестру жду.

Ну, и смеху было! Катька-то с годами, всё больше на мать походить стала, а я на бабку Аксинью, мать отца. Говорят, и характером в неё пошла… коня на скаку? Да, раз плюнуть!

В отличие от сестры, роста я не высокого, хотя и тоньше в разы, да, и шевелюра у меня не светлая, а каштановая с рыжиной. Цвет глаз, и тот у нас разный: У неё зелёный, а у меня отцовский синий.

Вот, стоим мы рядом друг с другом, а у нас ни одной общей черты, будто и не сёстры вовсе.

Ну, Катерина быстро опомнилась, вспомнила, какой я была десять лет назад, признала. А, как признала, так слёзы буйным потоком и полились. Рассказала, как муженёк над ней все эти годы измывался, про его измены, и про то, как приходится терпеть всё это из страха остаться на улице. Единственное, на что она смогла решиться, это, в знак протеста, временно переехать в отель, а вдруг Говард заскучает, и осознает свою ошибку.

Как же, держи карман шире.

Я её, конечно, утешала, как могла, а сама при этом думала, как бы я поступила на её месте. И решение пришло само собой. Катюха, долго сопротивлялась, но от шанса отомстить отказаться не могла.

Мы, конечно, очень сильно рисковали, но попробовать всё же было нужно.

И вот, я, выведав с помощью сестры, где будет обедать неверный родственник, во всеоружии отправилась туда же.

Его, я узнала сразу же. О, единожды увидев подобные уши, их уже ничем из памяти не вытравишь.

Он был не один. Его спутницей была невысокая девица, с платиновыми «а ля Монро» волосами. Симпатичная, но, скажу вам честно, против меня у неё не было никаких шансов. Славянская кровь – не водица.

Я села за столик напротив и заказала мартини. Я заметила, каким заинтересованным взглядом неверный зятек окинул меня с головы до ног. О, да, это была игра по моим правилам. В универе я на спор и не такое творила.

Поймав очередной его взгляд, я, ослепительно улыбнувшись, салютовала ему бокалом.

Вы бы его видели. Говард засмущался, сбился с речи, начал заикаться, демонстрируя недоуменно следящей за ним спутнице, как, сначала его лицо, затем уши и шея стали пунцовыми. Он стал прятать от неё глаза.

Воспользовавшись моментом, я подозвала официанта, и попросила поставить от моего имени перед Говардом бокал с шампанским, и пригласить его за мой столик.

Я не очень хорошо его знала, и у меня было очень мало времени на подготовку. Мысленно приготовилась сосчитать до двадцати, и, если он не примет моего приглашения, можно будет полагать, что эту партию я проиграла.

Говард опустился на соседний стул, на счёте – девять…

Глава 3

Ах, Говард, Говард…

Мне потребовалось ровно две недели для того, чтобы совершенно свести с ума несчастного родственничка. Обещая ему неземное блаженство, я раз за разом заставляла его совершать ошибку за ошибкой. Посещая вместе со мной рестораны, выставки, театр, он и понятия не имел, что за каждым нашим шагом следил нанятый сестрой частный детектив. Каждый его подарок мне, каждая покупка чётко фиксировались, и свидетельства прилагались к уже достаточному количеству собранного компромата

И вот, пришёл день, когда нужно было поставить жирную точку в нашем спектакле.

Заманив обещаниями о долгожданной близости в домик у озера, я, в кружевном неглиже и с "едва сдерживаемой страстью" в глазах, наконец, очутилась на огромной кровати в спальне. Совершенно обезумевший от желания мужчина склонился надо мной.

И тут, нежданно и негаданно (но, не для меня, разумеется), дверь распахивается, и на пороге появляется разгневанная законная супруга в сопровождении частного детектива, и парочки репортёров бульварных газетенок, которые абсолютно не смущаясь, делают весьма пикантные снимки предающегося разврату почетного члена высшего общества.

Надо ли говорить, что после этого, Говард согласился на все условия? О, да! Он был готов на что угодно, лишь бы замять скандал. Катька получила развод, а с ним и половину состояния мужа.

Единственное, чего он так и не узнал, а мы об этом особенно позаботились, так это того, что его "поимела" собственная свояченица. Давать ему козыри в руки и позволять оспорить решение суда, было не в наших интересах.

Говард… он был у меня первым…

С тех пор прошло десять лет. И то, что началось, как месть, превратилось для меня в источник весьма приличного дохода. Мои клиентки – жёны и любовницы богатых мужчин, которые при расставании рассчитывают получить весьма приличные отступные. И поверьте, с моей помощью, им это прекрасно удаётся.

Да, я красива, даже очень. Есть в нас, славянках что-то такое, от чего буквально сносит крышу этим снобам-иностранцам. А за последние годы, я в совершенстве освоила уроки соблазнения сильного пола.

Последняя моя клиентка – Эстер Уотерби, супруга стального магната, вот уже много лет активно пропагандирующего пуританство. Ха! Для того чтобы соблазнить строгого пуританина понадобилось три дня!

Все мысли о воздержании разом покинули его голову, стоило мне только протиснуться мимо него в переполненную кабину лифта. Недовольные взгляды по мере движения лифта превращались в заинтересованность, а выходили мы, уже вовсю улыбаясь друг другу. А что обладает такой мощной стимуляцией флирта как не улыбка?

Уже через полчаса я покидала здание, где располагался офис "жертвы", с номером его мобильного телефона и приглашением поужинать в тихом и спокойном месте.

Ну, а дальше – дело техники. "Изменник" – разоблачён, "обманутая жена" – переквалифицировалась в достаточно богатую "бывшую жену", ну, а я, получив щедрый гонорар, могу позволить себе немного расслабиться и съездить отдохнуть куда-нибудь.

Я занималась сбором чемоданов, когда раздался звонок моего "рабочего" телефона. Посмотрев на светящийся экран, я, уже собиралась отключить звонки, но отчего-то передумала. Поражаясь собственной реакции, я ответила на вызов:

– Алло?

– Здравствуйте, – приятный, хотя несколько жеманный женский голос, раздался на другом конце линии – Могу ли я поговорить с мисс Ольгой.

– Я слушаю вас. Только говорите быстрее, у меня мало времени, – довольно резко ответила я. Терпеть не могу, когда меня отвлекают от заранее намеченных планов. Я к этому отдыху, между прочим, семь лет шла.

– О, я понимаю! Я постараюсь покороче. Меня зовут Кэссиди Лоутон. Дело в том, что одна моя знакомая, которой вы, в своё время, очень помогли, посоветовала обратиться именно к вам. Схема, в общем-то, проста. У меня есть жених, с которым планирую создать семью в ближайшее время.

– Мои поздравления, – бесцеремонно прервала я, – однако, свадеб я не организовываю. Это, видите ли, несколько не мой профиль.

– О, я знаю. Дело не в моём женихе.

– Гм, не понимаю. В чём же?

– В моём муже.

Так, это уже интересней. И муж, и жених… Так и подмывало спросить: "А рожа не треснет?"– но, я благоразумно промолчала. Однако дамочка ждала моей реплики, и я просто буркнула:

– Ну, и?

– Проблема в том, что муж мой весьма богат, а вот жених – не очень. Вот я и подумала, что было бы неплохо получить после развода приличную сумму, чтобы иметь возможность выйти замуж за своего любимого.

Я посмотрела на часы:

– Ок. Мне нужно уехать на несколько дней, а как вернусь, обязательно свяжусь с вами.

– Ольга… простите, что перебиваю, но дело в том, что мой муж, как раз сегодня вечером уезжает и вернётся не раньше, чем через месяц.

– Ну, тогда, тем более, не вижу причины торопиться, – разговор начинал меня утомлять, и мне не терпелось уже его побыстрее закончить.

– Послушайте, Ольга, – девушка затараторила так, что я бы и при всём желании не смогла бы вставить ни слова, – я готова, помимо гонорара, оплатить вам перелёт бизнес-классом, отель, и вообще, взять на себя все ваши расходы, если вы согласитесь изменить маршрут, и уже сегодня вылетите на Барбадос.

– Куда? – о, а это уже интересно. Можно совместить приятное с полезным.

– На Барбадос. У моего мужа там несколько предприятий, и он едет их проверить. Вы, могли бы познакомиться с ним под видом туристки, или же… ну, я, не знаю, как там у вас это делается…

В голове, тем временем в полную силу работали счётчики. Так, дорога, отдых, шоппинг, "работа", а это значит рестораны, подарки… В конечном счёте, нужно же мне как-то развлекаться…

– Я согласна, высылайте информацию…

Глава 4

Ох, и не люблю я эти незапланированные дела! Постоянно преследует ощущение, что я упустила нечто важное. Прибыв на два часа раньше и, пройдя все процедуры, я сидела в VIP-зоне в ожидании объявления о посадке.

Ловя на себе заинтересованные взгляды мужчин, я гадала, кто из них мог оказаться моим "клиентом". Общего признака, по которому их сразу же можно было бы распознать, в общем-то, нет, поэтому я, обычно, полагаюсь на своё внутреннее чутьё. Оно меня ещё ни разу не подводило.

Так-так… поглядим, что тут у нас…– окинув взглядом зал, я остановила свой выбор на двух, походивших под описание миссис Лоутон. Фотографии у меня не было, приходилось действовать наугад.

Один – невысокий, подтянутый, с цепким взглядом, но абсолютно некрасивым лицом. Усевшись напротив и прикрывшись журналом, бросал на меня заинтересованные взгляды.

Другой – мужчина с довольно-таки приятным лицом, ни на секунду не прерывающий какого-то очень важного разговора по телефону. Фразы, типа: "документы на подпись", "собрание акционеров", "производственный процесс" – склоняли меня к мысли, что это, скорее всего, "он".

Но, вот нас попросили занять свои места в самолёте. Каково же было моё удивление, когда место рядом со мной, где благодаря стараниям "верной супруги" должен был сидеть мистер Чейз Лоутон, оказалось свободным. Ну вот, теперь окажется, что он ехать передумал. И, черт с ним, значит, развлекусь на своё усмотрение.

Уткнувшись в иллюминатор, я приготовилась продремать всю дорогу, когда на место рядом со мной, весьма бесцеремонно плюхнулся какой-то субъект.

"Вот непруха, он всё-таки летит", – пронеслось в голове. Вытащив из своего арсенала приветливую улыбочку, я повернулась к попутчику. Улыбка погасла, едва я рассмотрела мистера Лоутона.

О, Боже! Его жена либо слепая, либо сумасшедшая! Разве можно изменять такому?!

Стильный, творческий беспорядок светло каштановых волос, серые глаза, с интересом оглядывающие тебя с ног до головы, высокий рост и ладно сидящий костюм… Мама дорогая! Впервые за семь лет, я готова приступить к работе с удовольствием.

Тем временем, на лице мужчины, заиграла ясная улыбка, отчего обозначились ямочки на щеках:

– Привет, я …

– Мистер Лоутон, – прервала его бортпроводница, – прошу вас пристегнуть ремень безопасности, самолёт готовится к взлёту.

– Ах, да, благодарю, – подмигнув внимательной девушке, он торопливо застегнул ремень, и вновь обернулся ко мне.

Тем временем, я терзалась весьма смутными сомнениями. В иное время, я с удовольствием проболтала бы с привлекательным попутчиком, но, он не был им. И, пусть он пока обо мне ничего не знает, я знала о нём достаточно. Он – мой клиент, моя жертва, которого я, образно говоря, как Далила Самсона должна соблазнить, и отрезать ему волосы.

Отчего-то настроение сразу испортилось. Он мне нравился. И делать ему больно совершенно не хотелось.

– И? – его лицо выражало нетерпение.

– Что? – не поняла я.

Видя выражение разочарования на его лице, мне захотелось рассмеяться. Он был похож на малыша, которого лишили конфеты:

– Да ничего. Просто, обычно, мне говорят, что моё лицо им кажется знакомым и, что они меня где-то уже видели…

Ну вот, всё впечатление испортил! Грубо намекает на то, что богат и знаменит. Ну, а мы, простые смертные, должны знать в лицо своего кумира. Как бы ни так!

– Точно! – улыбнулась я. – Я вас действительно видела, – и, видя, как его лицо озаряется самодовольной улыбкой, добавила, – в рубрике "Их разыскивает полиция". Это ведь вы, тот самый маньяк, терроризирующий беззащитных старушек, разгуливая перед ними нагишом?

Моя реплика мужчину шокировала, но ненадолго. В сероватых глазах мелькнули хитрые огоньки:

– Да, – ухмыляясь, ответил он, – это я. И, так как вы как раз подходящего возраста, собираюсь при первом же удобном случае продемонстрировать свои прелести и вам.

"Негодяй! Он назвал меня старухой? Ладно, сам напросился!" – окинув его презрительным взглядом с головы до ног, я процедила сквозь зубы:

– Не стоит. В вас нет ничего такого, чего я уже прежде не видела, и что могло бы меня заинтересовать.

Не желая продолжать разговор, где вполне могла оказаться не на высоте, я вновь отвернулась к окну. Но не тут-то было:

– У вас такой интересный лёгкий акцент… вы иностранка?

– Угу, француженка.

Лёгкий смех прозвучал почти над самым моим ухом:

– Нет, акцент не французский. Скорее…

Договорить я не дала. Изобразив оскорблённое достоинство, возмутилась:

– Что? По-вашему, я лгу? Вы в своём уме?

Озадаченное выражение лица Лоутона и его молчание всю дорогу бальзамом пролилось на моё самолюбие.

Вот-вот, жертва, сиди и помалкивай!

Восемью часами ранее

– Чейз, послушай, по-моему, это уже перебор. С чего ты решил, что Кэсси тебе изменяет? – от новости, обрушившейся на его голову, мужчина поднялся с кресла.

– Тай, ты мой брат, и знаешь меня как никто другой. Я похож на параноика? – налив себе на две трети бурбона, Чейз кивком предложил собеседнику присоединиться к нему.

– Нет, конечно, нет! Но, как ты собираешься это выяснить? – пить не хотелось, и он отрицательно покачал головой на предложение брата.

– Всё просто. Сегодня, я должен лететь на Барбадос, о чем Кэсси прекрасно известно. Готов побиться об заклад, что она уже предвкушает встречу со своим любовником, о существовании которого, похоже, знает уже весь город, – залпом опрокинув в себя огненную жидкость, Чейз даже не поморщился.

– Постой, ты хочешь, чтобы я проследил за твоей женой, пока ты будешь в отъезде? – Тай смотрел на брата, в душе надеясь, что ему не придется рыться в грязном белье невестки.

– Нет, этим займусь я сам, лично.

– Ничего не понимаю. Ты ведь сказал, что должен ехать…

– Именно! Только вместо меня, на Барбадос поедешь ты, Тай. Ты – Лоутон, а значит, можешь принимать решения от моего имени.

– Но, я актёр, а не бизнесмен!

– Ничего заодно и попрактикуешься. Не буду же я всю жизнь вести за тебя дела.

– Чейз…

– Тайсон, выручай. Я не могу позволить водить себя за нос. Я должен разобраться со всем этим.

Тай знал, что спорить с братом это всё равно, что биться головой о бетонную стену. Раз он все решил, значит, так оно и будет.

– Ок, ладно, говори, что я должен делать…

Глава 5

Ну и штучка! Не язык, а бритва, прямо хоть не общайся! Зато, какие глаза…

Тайсон заметил её сразу. Задержавшись из-за последних напутствий Чейза, он чуть не опоздал на регистрацию. И, был бы рад, будь это так. На душе был погано из-за того, что брат рассказал о невестке. Они, хоть и не часто виделись, тем не менее, с Кэсси у него сложились вполне приятельские отношения, и ему совсем не хотелось думать о ней плохо. Но, мужская солидарность и тот факт, что изменяла она не кому-нибудь, а его брату, заставлял сжимать зубы от досады.

Всё же, чудом умудрившись не опоздать, он в самый последний момент влетел в самолёт. И, тут же оказался в центре внимания экипажа. Как и везде, где он оказывался, его тут же узнали, и попытались сделать несколько фотоснимков. Он согласился лишь потому, что спешил отделаться от назойливого внимания, и поскорее очутиться на своём месте.

И тут, она…

Ух ты, ну и взгляд! Оглядела, как просканировала. Но, вот в её глазах мелькнуло что-то похожее на одобрение, и выражение лица смягчилось. Наверняка узнала его. Что же, ей-то он совсем не против дать автограф, или же сделать совместное селфи… Вообще- то, он бы и от ужина с ней не отказался…

Но, девица повела себя совершенно непредсказуемо. Для начала, отмела все его заигрывания, потом, просто сбила с ног острым язычком, ну а затем, – он снова бросил на неё взгляд исподтишка, – она его совершенно проигнорировала. Его! И, между прочим, продолжает это делать уже второй час!

Ну, и ладно, он тоже так умеет. Уткнувшись в лэптоп, он постарался сосредоточиться на речи, которую придётся произносить вместо Чейза. Вот у кого никогда не было проблем с тем, когда и что сказать. Тай готов был побиться об заклад, что уж Чейз-то точно не позволил бы красотке на соседнем кресле себя игнорировать. Может, и ему не стоит смущаться.

Он повернулся к девушке, чтобы нарушить затянувшееся молчание, когда понял, что она спит. Да-да, спит. Откинувшись на спинку кресла, она дремала, совершенно наплевав на его внутренние терзания, происходящие, между прочим, по ее вине.