Уничтожить Бессмертного
- -
- 100%
- +
Воронов подставил лицо лучам ласкового весеннего солнца, мечтательно произнес:
– Эх, пивка бы сейчас и пожевать чего.
– Экий ты обжора, все бы тебе утробу ненасытную набивать, – проворчал Лешко.
– Ты на себя погляди. От горшка два вершка, а съедаешь больше, чем весишь. Ты лучше бы мне чего от блох присоветовал, жрут, заразы.
– В бане тебе надобно попариться да чистотелом обмыться, а как в лесу будем, я тебе бузун-травы отыщу. Привяжешь ее к поясу, тогда ни вошь, ни блоха, ни гнус тебя не тронут.
– Добро, Лешко, и чего бы мы без тебя делали. Венедиктович, – обернулся Олег к профессору, – вы видели, они двери даже на засов не запирают, а у нас за железными дверями, за десятью замками добра не убережешь.
– Что поделать. Меняются времена, меняются нравы, – ответил Кашинский, разглядывая проходивших мимо горожан, которые в свою очередь с интересом посматривали на странную троицу.
– Девчата здесь ничего, ладные. Может, мне жениться, а, Венедиктович? – мечтательно сказал Олег, провожая взглядом местную красавицу.
Он стал выискивать новую «жертву», но неожиданно его глаза встретились с глазами молодого человека. Парень был в шерстяном плаще, заколотом медной брошью на правом плече. Кожаная с медными бляшками безрукавка была надета поверх рубахи светло-серого цвета, заправленной в синие, свободного покроя штаны. На ногах незнакомца красовались коричневые кожаные сапоги. Широкий металлический браслет, наборный серебряный пояс, к которому были подвешены нож и меч в скромно отделанных ножнах, а самое главное, особенный взгляд выдавали в нем профессионального воина. Воронову, прошедшему воинскую службу, не составило большого труда определить это. Воин отвел глаза от Олега, внимательно посмотрел на Кашинского и быстро зашагал дальше. Воронов проводил его взглядом. Вскоре голова незнакомца с волнистыми, светло-русыми, схваченными кожаным ремешком волосами исчезла за углом соседнего дома. Что-то показалось Олегу в этом парне странным, но он не мог объяснить себе, что именно.
– Вставайте, други, дозволено нам на княжьем дворе переночевать. Радегаст с воями в поход к морю Теплому пошел, молвят, вскоре возвернуться должон. Пришлось все обсказать старосте-воеводе Хмуру, он-то и перескажет князю по его возвращении. Так что завтра отправляюсь в обрат, в городец свой к родовичам – хоробритам, что кон на окраине земли славянской издревле берегут. А как вам поступать, сами решайте.
Лешко долго не думал:
– Я с тобой, Дружинушка.
– Завтра торгу большому быть у Княжина, так вам, купцы, надобно туда подаваться, глядишь, знакомцев повстречаете, так с ними до Новгорода и доберетесь. Мы с Лешко с вами пойдем, надобно ему порты, рубаху да поршни справить, а то люд княжинский глядит да дивится – что за лохматый дед в драную рогожу одет.
Лешко возмутился:
– Это я?! Я-то лохматый дед?! Ты на себя глянь, жеребец, – грива нечесаная!
– Будет тебе, угомонись. В баньку сходим, попаримся, добрым молодцем станешь, а там, может, невесту тебе отыщем.
– Без надобности мне твоя невеста, и баня не надобна, парко там, пущай в ней банник моется, а я лесовик, мое место в лесной речке купаться.
– Коли в баню не желаешь, далее своим путем следуй, а я тебе не сотоварищ.
– Пошто это ты меня бросаешь? Ведь был ряд меж нами, вместе нам быть, покуда не отыщу себе места нового!
– Как же мне с тобою вместях быть, ежели от тебя дух тяжелый исходит. – Дружина изобразил брезгливое лицо и незаметно подмигнул Олегу.
Воронов улыбнулся. Лешко обреченно промолвил:
– Ладно, пойдем в баню.
Олег вопросительно посмотрел на Кашинского:
– Как нам быть, профессор? Куда подадимся?
– К сожалению, не могу похвастаться успехами. Прибор испорчен, энергетическое плато утеряно, а запчастей нам здесь не найти.
– Это точно, магазинов электроники в Княжине нет, – с иронией в голосе констатировал Олег.
– Боюсь, мой друг, остаток жизни нам придется провести здесь.
– Прикольно. Умеете вы, профессор, радовать «хорошими» новостями. К тому же нечто подобное от вас мне приходилось слышать.
– Извините, Олег, это все из-за меня.
– Ладно уж. Да, попал ты, товарищ Воронов! Венедиктович, а у тебя семья есть?
– Да. Супруга Мария Львовна, сын Андрюша в Англии учится, дочь Надежда в Петербурге, – грустно ответил Кашинский.
– Тебе хуже. Ищут уже, наверное? А у меня никого, потому и беспокоиться за меня, кроме начальника да двух корешей, некому. Ты не переживай, Альберт Венедиктович, может, чего и придумаем! Полагаю, главное от места, где мы приземлились, далеко не уходить.
– Если это будет зависеть от нас, – задумчиво промолвил профессор.
– Послушайте, профессор, а как вам в голову пришло заняться изобретением машины времени?
Кашинский помолчал, устремил взгляд в одну точку, словно что-то припоминая, затем заговорил:
– Это было много лет назад. Мне тогда было не более семи лет. Летом мы часто всей семьей выезжали на дачу. Так было и в тот год. В один из дней мы с соседским мальчишкой Мишкой пошли рыбачить, но, так как у дач клева не было, мы пошли вниз по реке в поисках более удачного места и ушли довольно далеко. Мишка забеспокоился, так далеко мы прежде не уходили, да и солнце начинало садиться. Я согласился с ним и сказал, что оставшегося времени нам едва хватит, чтобы вернуться засветло домой. Тут увидел округлившиеся глаза Мишки, который смотрел на другой берег. Я посмотрел туда же. На другом берегу сидели двое. Это были девушка в серебристой, словно сделанной из рыбьей чешуи, тунике и парень в точно такой же набедренной повязке. До нас доносились их голоса, но язык был непонятен, скорее, он походил на пение и щебет птиц.
– Чему же удивился ваш друг? Неужели он до этого момента не видел загорающие на солнце влюбленные пары?
– Это была необычная пара.
– В чем же их необычность?
– Их рост был не менее трех метров.
– Это откуда же такие дяди Степы? Наверное, вам показалось. В детстве все кажется большим.
– Может быть, но тогда чем вы объясните их невероятное исчезновение? Заметив нас, девушка вскрикнула. Молодой человек схватил в руки коробочку, отдаленно напоминающую мое изобретение, нажал кнопку, и они в тот же миг исчезли.
– Машина времени?
– Возможно, – задумчиво ответил профессор. – Поначалу решил, что это мне показалось, но, поговорив с Мишкой, понял, что это не было видением… К тому же на песке остались их следы. Огромные следы… Единогласным мнением мы постановили, что это были пришельцы из будущего или с другой планеты. Посоветовавшись, решили никому об этом не говорить, тем более мы были уверены, что нам никто не поверит, приняв это за очередные детские фантазии. Увиденное стало нашей тайной, а мне в голову засела идея создать прибор для перемещения во времени. И вот мечта моя сбылась… Правда, ненадолго…
Громкий голос Дружины прервал их разговор:
– Эй, купцы, вы с нами али как? Ежели с нами, так за мной на княжий двор ступайте, ночевать там будем.
Глава 9
Утром двинулись на торжище, которое располагалось на лугу за крепостными стенами. Олег, Кашинский, Дружина и помытый, причесанный, одетый в новые порты и большую, не по размеру, рубаху Лешко неторопливо шествовали среди шумливой, гомонящей на все лады толпы, которая состояла из горожан, приезжих купцов и селян, прибывших по случаю торга в Княжин. Вокруг царило веселье. Солнечный ясный день дарил людям свою теплоту. Ладьи грели под весенним солнцем смолено-конопаченные выпуклые бока у деревянных причалов, к ним присоседились долбленки-однодеревки. Половину прилегающей к причалам территории торга занимали многочисленные повозки, приведенный для продажи скот и разложенный на кусках полотна, а порой и на молодой траве товар, который на разные голоса, перекрикивая друг друга, расхваливали хозяева. Другая половина предназначалась для потехи. Веселили люд честной скоморохи-музыканты, приплясывал неуклюже обряженный в женские одежды медведь, неистово схватывались в ожесточенной битве петухи и гуси, шутливо-испуганно кричали на качелях девицы. Посреди всего этого веселья стоял высокий, шестиметровый, гладко обструганный столб, увенчанный двумя закрепленными крест-накрест перекладинами, на которых висели лапти, сапоги, рубахи, штаны, ковши для питья, сладости, гребни, бусы, куски материи и радующие глаз княженских девиц разноцветные ленты. Молодые парни, желая показать свою удаль и добыть призы, один за другим пытались влезть на него, но пока их попытки оставались безуспешными.
– Погодите, ребята. – Воронов снял ветровку, отдал Дружине и, насвистывая себе под нос, направился к столбу. Отодвинув в сторону соскользнувшего со столба очередного неудачника, Воронов поплевал на ладони и обхватил столб. Олег оказался удачливее предшественников. Он ловко взобрался на вершину, снял с перекладины рубаху, спустился вниз. Передав добычу Кашинскому, Олег вновь подошел к столбу. Толпа замерла. Воронов стал взбираться по столбу, но на этот раз не так быстро.
– Гляди, инородец опять полез!
– Неужто и другой раз верха достигнет!
– Ловок молодец! – раздались возгласы среди собравшихся. Воронов вновь спустился с добычей, на этот раз это были сапоги. Он отдал их профессору и, к удивлению зрителей, снова направился к столбу. Процедура повторилась несколько раз, итогом чего стали: две пары сапог, две рубахи и двое штанов. Когда Олег возвращался с очередной добычей, путь ему преградил один из парней-неудачников:
– Эй, инородец, да ты никак все себе забрать решил!
На помощь пришел Дружина. Отодвинул богатырским плечом задиру, пробасил:
– Охолонь, молодец! Кто словчил, тот и получил. А гостей замать негоже! С ворогом на поле брани надобно свою силу и удаль показывать!
– И то верно!
– Правильно молодец молвит!
– Не обижай гостей, Живун! Если до князя Радегаста дойдет, то он тебя за это не пожалует.
Парень сделал шаг назад, пропуская Дружину и его друзей:
– Пущай идут.
Отошли в сторону, Воронов стал перебирать добычу.
– Это Альберт Венедиктович нам с тобой, чтобы из толпы не выделяться, а то уж больно мы не вписываемся в интерьер данного времени.
Неожиданно взгляд Олега упал на вчерашнего незнакомца, который не только пристально рассматривал, но и, как ему показалось, вслушивался в их разговор. Незнакомец перехватил взгляд Олега и быстро растворился в толпе.
– Профессор, по-моему, за нами следят. Слышь, Дружина, думается мне, что преследует нас воин неизвестный, не твой ли, часом, ворог?
Дружина придвинулся к Воронову, что-то зашептал на ухо, и вскоре они направились в сторону города. Дружина и Лешко возглавили шествие, за ними следовали Кашинский и Воронов. У входа в ворота Олег краем глаза успел заметить, что незнакомец, стараясь быть незамеченным, следует за ними. Дружина с сотоварищами миновали ворота и свернули за угол близлежащего дома. Незнакомец повторил маневр, но за углом избы неожиданно столкнулся лицом к лицу с Дружиной и Лешко. Их взгляды не сулили ему ничего хорошего.
– Не нас ли ищете, молодой человек? – раздался позади незнакомца голос Воронова.
Незнакомец схватился за рукоятку меча, резко развернулся, но, увидев перед собой профессора и Олега, убрал руку от оружия.
– Профессор Кашинский! Вы? Как? – взволнованно проговорил преследователь.
Олег, ожидавший услышать все, что угодно, поперхнулся и перевел ошарашенный взгляд на профессора. Тот удивился бы меньше, если бы незнакомец заговорил на китайском языке.
– Еще один варяг объявился, – пробасил за спиной воина Дружина.
Профессор первым пришел в себя:
– Да, я профессор Кашинский. С кем имею честь?
– Извините, я должен объяснить. Давайте поговорим в спокойной обстановке, где-нибудь неподалеку от торга.
Кашинский обратился к Воронову:
– Олег Петрович, как вы думаете, стоит ли доверять этому человеку?
– Что ж, пойдем, по крайней мере, внесем во всю эту нелепицу ясность. Иначе я окончательно уверую в то, что с моей психикой не все нормально, а скорее, совсем ненормально. Честно говоря, мне этот тип не очень нравится. – Воронов бросил недоверчивый взгляд на незнакомца.
– Как говорил один философ: «Люди, повстречавшиеся вам на пути, есть часть вашей жизни, поэтому относитесь к ним соответственно».
– Я не силен в философии, профессор, но, возможно, вы и правы. – Олег обернулся к Дружине и Лешко, спросил: – Вы с нами?
– А то, – ответил Дружина, поведя плечами.
Лешко дернул Дружину за рукав:
– Может, не надобно, Дружинушка? Пущай купцы сами со своими делами разбираются, а мы иным путем последуем.
– Не хочешь идти – оставайся, – бросил Дружина и направился следом за остальными.
– Эх, Дружина, большой ты вырос, а ума не вынес. Ох и связался я с тобой на свою голову, – обреченно вымолвил Лешко и, спотыкаясь, путаясь в подоле рубахи, бросился догонять Дружину.
Для разговора расположились на берегу реки в отдалении от людей. Первым к незнакомцу обратился Кашинский:
– Что же вы изволите рассказать нам, молодой человек? Может, сообщите, кто вы и почему преследуете нас?
– Расскажу все, но, пожалуйста, ответьте: вы действительно профессор Альберт Венедиктович Кашинский?
– Да, – кратко ответил Кашинский.
– Не думал, что увижу вас, тем более в таких обстоятельствах! – восхищенно заговорил незнакомец.
– Извините, но мы ждем объяснений, – напомнил профессор, обрывая словоизвержения незнакомца.
– Да, да, прошу прощения. – Незнакомец вопросительно посмотрел в сторону Добрыни и Лешко.
– Это наши друзья, – предупреждая вопрос незнакомца, ответил Олег.
– Что ж, раз вы меня раскрыли, слушайте. Я – Никита Жиховин, лейтенант Службы Безопасности Времени.
Воронов подозрительно посмотрел на Жиховина.
– Что-то не слышал о такой организации.
– Я прислан из будущего…
– Этим нас не удивишь.
– Я из далекого будущего, гораздо более далекого, чем ваше.
– Вот это интересно. Чем дальше в лес, тем больше дров. Профессор, вам не кажется, что, чем дольше мы здесь находимся, тем интересней становится? Извините, уважаемый, что перебил вас, с этого момента, пожалуйста, поподробнее.
– Недалеко от Земли, – продолжил Жиховин, – произошла битва с инопланетными кораблями. Сражение было выиграно нами, но один из летательных объектов противника проник во временное пространство. Проникновение произошло в этом временном периоде, где-то на территории древних славянских поселений или близлежащих земель. Мы предполагаем, что противник проник в прошлое с целью уничтожить нашу планету или, по крайней мере, изменить ход истории.
– Ну и дела.
– Я обследовал основную часть предполагаемой территории высадки десанта противника, но инопланетного присутствия не обнаружил. Собрав сведения о политической ситуации на исследуемых мной территориях и в прилегающих землях и странах, а также добыв информацию о некоем космическом теле, упавшем к востоку от этих мест, которое вполне может быть инопланетным кораблем, я очутился в данном районе. Естественно, повстречав вас, я насторожился. Ваша одежда и разговор не соответствовали данному времени. Это совпадение и невероятная встреча вызвали мои подозрения и большие опасения. Нашей службой предусматривалась возможность встреч с другими путешественниками во времени, но инструкция предполагает избегать контактов во избежание нарушения временного баланса.
– Ваша инструкция правильна, и не следовало ее нарушать, – вставил свое слово Кашинский.
Воронов возмутился:
– Профессор, вы чего это говорите, неужели вы не понимаете, что это наш шанс выбраться отсюда!
– Бывают вещи важнее, чем наши жизни, – это безопасность всей нашей планеты. Вспомните, как с ней ради своих потребностей, наживы и сиюминутных удовольствий обращаются в наше время. Вспомните, что весь наш мир на грани экологической и политической катастроф. Дай бог, если все закончится благополучно. Извините, что перебил вас, Никита. Продолжайте, пожалуйста.
– Не беспокойтесь, профессор, все в вашем времени образуется, основная масса человечества, ее позитивные силы смогут осознать ошибки и выбрать правильный путь. В противном случае сейчас не сидел бы рядом с вами.
Профессор облегченно вздохнул:
– Спасибо, Никита, порадовали старика.
– Пожалуйста, но сейчас не об этом. Я стал присматриваться к вам, и каково было мое удивление, когда в одном из вас признал первого изобретателя так называемой машины времени и основоположника временных перемещений профессора Кашинского, чей портрет висит у нас при входе в здание Института Временных Перемещений и Службы Безопасности Времени. Там вы в очках.
Кашинский покраснел и смущенно кашлянул.
– Профессор, так вы у нас знаменитость! Светило науки! – восхищенно воскликнул Воронов и шутливо спросил: – Послушай, Никита, а моего портрета там нет?
– К сожалению, не видел.
– Так получается, я в историю не попал.
– Олег, давайте дадим слово Никите.
– Я не возражаю, пусть говорит.
– Знаете, профессор, я не думал, что смогу вот так вот, вживую, увидеть вас! – взволнованно заговорил Никита. – Зная вашу биографию и обладая информацией о присущей вам порядочности, я решил, рискуя служебным положением и нарушая инструкции, прибегнуть к вашей помощи. Земля в опасности, а время играет против меня. Вместе мы могли бы быстрее найти и обезвредить диверсантов. Перед тем как дать согласие или отказаться от моего предложения, объясните, как вы оказались здесь?
Кашинский спокойным, ровным голосом, словно читал лекцию в аудитории, рассказал их с Олегом грустную и невероятную историю.
– Теперь вы наш шанс, Никита. Надежда на вас. Вы сможете помочь нам энергоблоком и другими недостающими частями или, что было бы более предпочтительно, доставить нас назад?
Воронов добавил:
– Да. Мы в свою очередь поможем тебе. Бартер, понимаешь?
Жиховин задумчиво изрек:
– Возможно, все три перемещения, то есть ваше, рикколлийского объекта и мое, каким-то образом взаимосвязаны. К сожалению, я не могу обеспечить вашу доставку назад. Энергии осталось лишь на два перемещения, и я должен, по возможности, вернуться и доложить об обстановке. Это раз. Во-вторых, прыжковый прибор рассчитан на одного человека, и это чудо, что вы переместились невредимыми. Такие опыты привели к гибели многих исследователей времени. Разработки по групповому перемещению ведутся в наше время при помощи новейших технологий. Так что, естественно, я не могу взять вас с собой и доставить в ваше время. В-третьих, нужных запасных частей я не имею. Перемещаясь во времени, мы берем минимум предметов, чтобы не оставлять следов и не нарушать временной баланс. Ваше присутствие здесь может изменить ход истории, и поэтому я должен позаботиться о вашей доставке обратно.
– Дело не в этом, Никита. В моем времени у меня есть враги, люди, которые стремятся завладеть моими знаниями в корыстных целях, и если они найдут спрятанные мной в дачном домике чертежи, то это тоже может изменить ход истории.
– Что ж, это усугубляет положение, но я в любом случае постараюсь вам помочь. Возможно, проблему с энергоблоком мы решим с помощью инопланетного корабля, если найдем его. Если это не удастся, то я перемещусь в свое время и смогу выслать вам помощь. Если со мной что-то случится, знайте, на смену мне должна явиться группа специалистов из трех человек. Надеюсь, что так и произойдет, если не будет сбоя. Это ваш шанс. Они вам помогут. Контейнер с информацией я оставлю. Так что не переживайте, профессор, – оптимистично закончил Жиховин.
– Спасибо, вы нас успокоили, – произнес Воронов с иронией в голосе. – Ожидая вашей помощи, мы можем состариться или, как говорят аборигены, живота лишиться.
– Между прочим, эти аборигены ваши предки, а безопасность я постараюсь обеспечить.
– Мы и сами себя обезопасим, нам не впервой. – Олег подмигнул профессору. – Я вот о чем подумал, лейтенант, Дружина с Лешко нам тут сказки интересные сказывали, может, и тебе стоит послушать. А ну, Дружина, поведай Никите про Змея Горыныча да про Кощея Бессмертного.
Дружина, недоверчиво глянув на незнакомца, начал пересказывать свою повесть, в которую время от времени, перебивая богатыря, вносил коррективы неугомонный Лешко.
– Сдается, Дружина, враг у нас один. Кощей Бессмертный, молвишь? – задумчиво проговорил Никита, когда богатырь окончил рассказ.
– Это мы его так нарекли, гунманы же иначе кличут. Схоже, но иначе.
– Хкош-ин-ин-мэй?
– Вроде так.
– Я предполагал, что на это задание они пошлют самого достойного. Хкош-ин-ин-мэй – великий таум – лучший пилот-ас Рикколлийского космического флота, представитель сильнейшего клана Рикколлийской коалиции… Точнее сказать, Рикколлийской империи, так как независимые кланы имеют общий Совет и периодически избирают себе правителя – эрмонга или, как они его называют, сына Грр-ин-ина. Это нечто среднее между императором, верховным жрецом и идейным лидером.
– Какого Грина? Это не нашего ли, случайно, писателя? – спросил Олег с легкой иронией.
– Если вы имеете в виду писателя, создавшего литературное произведение «Алые паруса», то вы ошибаетесь.
– Надо же, он и наших писателей знает, – удивился Воронов.
– Мой род деятельности предполагает обширные знания, в том числе и знание литературы прошлого. Так вот, – продолжил Никита, – Грр-ин-ин – древнейший рикколлийский деятель, основатель Рикколлийской империи, сумевший объединить враждовавшие между собой кланы и направить их агрессию против других цивилизаций, а точнее, форм жизни.
– Я так понимаю, он был этаким Чингисханом или Аттилой своей цивилизации? – спросил Кашинский.
– Верно. Созданное им учение, возведенное в ранг религии, пропагандировало насилие, порабощение и уничтожение всего живого, подогревая и без того природную агрессию жителей Рикколла, вызванную их быстрым размножением, феноменальной живучестью и скудностью ресурсов планеты, на которой они ради потребностей уничтожили все живое, питаясь его энергетикой.
– Разве человечество лучше? Вспомните, сколько уничтожено на Земле видов животных и растений и как ее, родимую, изуродовали, – произнес Олег.
– Этого нельзя отрицать. На Земле параллельно развивались различные искусства, и немаловажную роль в жизни землян играл созидательный процесс, в то время как вся деятельность рикколлийцев была направлена на изготовление орудий убийства. Благодаря этому они стали быстро развиваться и вскоре покорили другие планеты, приписывая успехи гению почившего к тому времени и обожествленного Грр-ин-ина.
– Олег отчасти прав, – размышляя вслух, заговорил профессор. – Ведь и у нас военные разработки во многом способствовали прогрессу. У нас целые страны превращались в военную машину, запущенную властолюбивыми маньяками. Это страшно. Вы правы, Никита, если бы созидательные процессы не происходили в нашем обществе…
– Профессор, оставим философию на потом, – перебил Кашинского Олег. – Никита, давай про этого, как его, ну, в общем, Кощея.
– Мне пришлось столкнуться с ним в бою, во время Первой рикколлийской войны. Тогда наш поединок закончился не в мою пользу, мой корабль был поврежден. Второй раз мы встретились при заключении мира, когда я сопровождал генерала Ашимшара, принимавшего капитуляцию у рикколлийской верхушки. И вот теперь судьба преподнесла мне шанс взять реванш. Что ж, посмотрим, чем закончится наша третья встреча. Бессмертие его я, полагаю, заключается…
– В яйце! – воскликнул Олег, ассоциируя инопланетянина с Кощеем.
– Извините, в чем? – спросил Никита.
– Или в игле, – обескураженно ответил Воронов, понимая, что сказал что-то не то.
– Я думаю, его бессмертие заключается в боевом защитном космокостюме. А насчет яйца вы отчасти правы, но об этом поговорим позже, когда наступит время. На данный момент это предположения, и мы даже не знаем точного его нахождения.
– Нечего кручиниться, молодец, одолеем супостата, – успокаивающе пробасил Дружина.
– Благодарю тебя, славный богатырь, во многом помог твой рассказ разобраться. Я так понимаю, экипаж приземлившегося на Землю объекта, по всей видимости, состоял из одного рикколлийца, то есть Хкош-ин-ин-мэя. Корабль был поврежден. Причем повреждены были и его боевые установки, в противном случае планета была бы уничтожена. Но, судя по рассказу Дружины о черной земле, радиоактивные вещества все же попали на Землю вместе с огненной колесницей, то есть с полуразрушенным кораблем, отсюда и черные земли, и мертвая вода. Вывод напрашивается сам собой: диверсант, не сумев выполнить основное задание, решил использовать второй вариант – изменить ход истории. Жаль, я потерял много времени на поиски, но теперь мне известно, где искать его, и моя задача – уничтожить врага.
– Это не только твоя задача, лейтенант. Теперь нам всем по пути, и задача у нас одна – защитить свою землю! – произнес Олег.