Каждой клеточкой тела

Глава 19

Следующее наше свидание с Тейлором мы провели, гуляя по парку. Он держал меня за руку и рассказывал о встрече с семьёй в воскресенье. Тейлор забавно описывал то, как его маленький племянник Скотт решил искупаться в бассейне, при этом поедая мороженое. Вся семья уговаривала его этого не делать, но малыш не послушался. А потом родителям ребёнка буквально пришлось выдирать из рук малыша мороженое, которое он знатно искупал в воде. Казалось бы, ничего особо смешного в ситуации не было, но Тейлор сумел преподнести её так, что, я думала, лопну от смеха.

Потом мы присели в открытой кофейне, где заказали сэндвичи и холодные напитки.

– Расскажи о своей студенческой жизни, – попросила я.

– О, она очень насыщенная, – с улыбкой ответил Тейлор. – Я играю в футбол. Правда, особо не мечу в профессиональную лигу, но, если вдруг приглянусь какому-то клубу, наверное, не буду сопротивляться тому, чтобы сделать спортивную карьеру.

– То есть, ты не сильно стараешься? – поддразнила я.

– Вообще не стараюсь, – спокойно ответил он. – Играю для удовольствия.

– А как же амбиции?

Тейлор в пренебрежительном жесте пожал плечами.

– У меня их нет.

– То есть, ты просто плывёшь по течению?

– Ну, да, – ответил он спокойно.

Пока официант расставлял перед нами еду с напитками, я смотрела на Тейлора и пыталась понять, как такое может быть, чтобы у человека напрочь отсутствовало стремление к покорению новых вершин? Он напомнил нашего соседа мистера Уокера. Он всю жизнь проработал сантехником. Нет, я не имею ничего против рабочих специальностей, но когда у тебя в кармане диплом инженера каких-то там супер-машин, то довольно странно им не воспользоваться. Когда я задала мистеру Уокеру вопрос об этом, он точно так же, как Тейлор, пожал плечами, и сказал что-то вроде: «Мне на хлеб хватает, а больше мне и не нужно». Думаю, миссис Уокер ушла от него именно по этой причине пятнадцать лет назад.

Мы приступили к своей еде, но я всё ещё мысленно пережёвывала слова Тейлора.

– А что говорит твой тренер по этому поводу? – не унималась я.

– Уже ничего.

– Уже?

– Ага. Он махнул на меня рукой примерно год назад.

– То есть до этого он пытался убедить тебя в том, что ты можешь больше?

– Да. Он прочил мне место в Лиге, но из-за моей «лени», – сказал он, рисуя в воздухе кавычки, – «я ни черта не добьюсь». Конец цитаты.

– И тебя такая ситуация устраивает?

Он снова пожал плечом.

– Вполне.

Я решила, что с меня достаточно выслушивать о том, как человек просто пускает свои таланты по ветру, поэтому я решила сменить тему.

– А что касается развлечений в колледже?

– Я состою в братстве. Мы проводим очень крутые вечеринки в нашем доме. Тебе надо как-нибудь приехать. Это действительно эпичные тусовки. Девчонки приходят практически голыми. – Он поиграл бровями.

– Гм, – отозвалась я, не зная, что сказать на его последнюю фразу. – И много там девчонок?

– Да, к нам весь кампус съезжается, – гордо ответил он.

Повисла пауза, во время которой я не сводила взгляда с Тейлора. Он действительно был настолько прост и беспечен, или просто притворялся идиотом, пытаясь показать мне, что между нами это лишь временные игры на лето? Через пару минут он поднял взгляд от своей тарелки и перестал жевать, вопросительно глядя на меня.

– Что-то не так? – спросил он. Я отрицательно покачала головой, и продолжила смотреть на него. Тейлор выровнялся на стуле, дожевал кусок сэндвича и сделал глоток колы. – Я сказал что-то оскорбительное?

– Нет.

– Хорошо, – выдохнул он, и расслабился.

– Мне вот всегда было интересно, – начала я тему, которую даже не думала поднимать, но его рассказ о развлечениях изменил ситуацию, – во сколько лет такие парни, как ты, задумываются о создании семьи?

– Эй, мне ещё рано думать об этом, мне всего двадцать два, – сказал Тейлор, откидываясь на спинку стула и поднимая руки в защитном жесте.

– Ты неправильно понял меня, – со смехом сказала я. – Я не намекаю тебе на то, что хочу замуж. Мне просто интересно стало. Вы так много развлекаетесь там в доме братства, плюс у спортсменов обычно достаточно расслабленный режим в плане учёбы, из чего я делаю вывод, что у вас куча свободного времени. Так вот вопрос был больше о том, не пресыщаетесь ли вы женщинами настолько, что потом не хочется иметь с ними ничего общего.

Тейлор стал серьёзным и подался вперёд, положив локти на стол.

– Я никогда не изменял своей девушке.

– Тейлор, я не об этом хотела…

– Да я понял. Просто хочу, чтобы ты знала, что если из этого… – он указал рукой между нами, – что-то получится, то ты можешь быть уверена в моей верности. Я ненавижу ложь и измены.

В груди кольнуло так, что мне стало тяжело дышать. И этот ненавидит лжецов. Мне бы радоваться, правда? Но я нахмурилась, схватила стакан со своим лимонадом и осушила наполовину.

– Так о чём ты на самом деле хотела спросить?

Я выдохнула и поставила стакан. Снова обратив своё внимание к Тейлору, я спросила:

– Мне было интересно вот что: если вдруг ты завтра встретишь ту единственную, что будешь делать?

Тейлор подумал минуту, прожевав ещё кусочек бутерброда.

– Наверное, объясню ей, как сильно она мне нравится, а ещё скажу, что пока не готов жениться.

– Так и скажешь?

– Ну тебе же сказал?

– Полагаю, я – это другое.

– Какое – другое?

– Ну, я не та самая единственная, думаю, – замявшись, ответила я.

– Почему? Мы же не знаем, – отозвался Тейлор, буравя меня взглядом.

– Да. Не знаем, – согласилась я.

Внезапно эта тема мне чертовски опротивела. Я ругала себя за то, что вообще затеяла этот разговор.

– Расскажи мне о своей специальности в университете, – попросила я, чтобы сменить тему, и дать себе подумать, пока Тейлор в подробностях описывал свою учёбу.

Во мне боролись две Мэлори: одной нравилась эта беззаботность и лёгкость Тейлора, а вторую такая безответственность раздражала. Невольно посетила мысль, что, если бы Тара сказала ему, что будет с ним, но только после свадьбы, мне казалось, что он тут же отбросит свои дурацкие принципы, и уже через максимум месяц наденет ей на палец кольцо. Эта мысль заставила меня задуматься о том, буду ли я для кого-нибудь такой же единственной. Той, ради кого мужчина будет способен бросить всё, чем дорожит, только бы быть рядом со мной.

Остаток вечера я почти ничего не говорила, но была активным слушателем для Тейлора. Я задавала вопросы, кивала, смеялась, где от меня ждали, улыбалась. В общем, всячески показывала, как мне интересно. Но подсознательно я всё ещё перемалывала мысль о том, что так ещё и не встретила свою половинку. Точнее, встретила, но, кажется, я ему не подходила.

Когда я вернулась домой, мама сидела в кухне и читала на ноутбуке последние светские новости. Она подняла голову и улыбнулась, глядя на то, как я шла к ней. Мама сняла очки и отложила их на стойку.

– Ты голодна?

– Нет, спасибо, мы с Тейлором поужинали.

Я села рядом с мамой и кивнула на ноутбук.

– Что новенького?

– Ничего особенного. Я приглашена на ужин. Вот, смотрю, какие наряды нынче в моде, чтобы быть на волне.

– Мама, костюмы Шанель всегда в моде, – пошутила я.

– Да-а, – протянула мама, запрокидывая голову и смеясь. – Только для моего кармана они тяжеловаты. – Мама перестала смеяться и внимательно посмотрела на меня. – Ты чем-то расстроена.

– Нет. – Я пожала плечами и отщипнула виноградинку из вазы с фруктами. Закинув её в рот, я принялась тщательно жевать.

– Милая, – позвала мама, коснувшись моего локтя.

– Мам, я когда-нибудь встречу своего мужчину? – Я посмотрела в удивлённое лицо мамы. – Ну, знаешь, того самого единственного?

– Мэл, тебе всего девятнадцать, – нежно сказала она, погладив моё плечо. – У тебя ещё всё впереди.

Я со стоном наклонилась вперёд и уперлась лбом маме в ключицу. Она обняла меня и погладила по волосам.

– Мам, я странная и, наверное, поэтому меня остерегаются мужчины.

– Ты не странная, детка. Ты нормальная. И с чего ты взяла, что они тебя опасаются?

Я не ответила на её вопрос, а вместо этого задала свой:

– Наверное, неправильно в таком возрасте хотеть завести семью?

Мама помялась, а потом ответила.

– Не то, чтобы неправильно… скорее, преждевременно. Впереди тебя ждёт ещё столько всего интересного. Столько дверей ещё не открылось. Позволь жизни идти своим чередом, не торопи её.

– Я хочу семью, мам, – простонала я. – Головой я понимаю, что это, возможно, рано, но так я чувствую. – Я села назад на своё место и заглянула ей в глаза. – Я уверена, что буду чувствовать себя на своём месте только тогда, когда у меня будет муж, дом, дети, собака в конце концов. Не знаю, почему, но меня как будто заклинило.

– Мэл, я думаю, что тебе просто хочется быть любимой, и это нормально. Ты смотришь на Джемму, которая уже живёт с Калебом, и тебе кажется это правильным. Но, детка, посмотри на свою кузину Сару. Она путешествует по миру, открывает для себя новые горизонты, и абсолютно счастлива этим.

– Я не хочу путешествовать, как Сара. Хочу путешествовать с любимыми людьми. Хочу делить эти впечатления с тем, кто мне близок.

– Ты скучаешь по нему, – после недолгой паузы тихо сказала мама.

– Скучаю, – ещё тише ответила я. – Скучаю так, что внутри всё сжимается. И чем ближе наша встреча у Джеммы, тем острее я осознаю, что не смогу её пережить. – Мне в голову пришла идея. – Может, мне просто не ходить? Сказать Джемме, что мне нездоровится, а в другой день пойти посмотреть её квартиру. Как думаешь?

– Думаю, что Джемма приедет по твою душу, – с улыбкой предположила мама.

– Ты права, – понурив голову, согласилась я.

– Послушай, – сказала она, взяв меня за руки. – Это нужно пережить, детка. Будет всё или очень плохо, или слишком хорошо. Просто не будет точно, это я тебе могу обещать. Я знаю, что такое всё ещё любить человека, который не любит тебя, – с грустью закончила она.

Я знала, что мама говорила о моём отце. После его ухода она ещё долго не могла прийти в себя. Даже несмотря на то, что я тогда была ещё совсем ребёнком, всё равно понимала это и чувствовала её горькую тоску.

– Хорошо, – выдохнула я наконец. – Надеюсь, что мне хватит мужества пройти через это. К тому же, со мной будет Тейлор. Ну что может случиться в его присутствии , правда? Он же для нашей компании новый человек, и Рон вряд ли позволит себе какую-то экстраординарную выходку. Меня это тоже будет сдерживать. – Я немного подумала, пялясь в столешницу, пока представляла себе, как может пройти этот вечер, а потом добавила: – Наверное.

– Тогда, я думаю, всё удастся, дорогая. – Мама положила обе мои руки на свою ладонь, а второй, слегка похлопав, накрыла. – Самое главное, помни: Тейлор – не инструмент для того, чтобы вызвать ревность Рона, а живой человек.

Я резко подняла взгляд от наших рук, и посмотрела на маму. В её глазах плескалось понимание. Я даже сама не заметила, как мысли увели меня в том направлении, но мама раскусила меня.

– Тебе нужно хорошенько выспаться. Завтра будет непростая встреча, и ты должна быть во всеоружии. Предлагаю сходить на маникюр, – предложила она.

– Да, пожалуй, стоит, – согласилась я, рассматривая свои ногти.

– Тогда иди отдыхай, милая. Спокойной ночи.

Когда я встала со стула, мама поцеловала меня в лоб, передавая ещё немного своего мужества и силы, которые позволили мне пережить ночь и день до встречи с человеком, которого я пыталась вычеркнуть из своей жизни, и вырвать из сердца.

Глава 20

– Очень уютно, – восхитилась я, рассматривая интерьер квартиры Джеммы и Калеба. – Я в восторге от подушек, – добавила.

– Мэл и подушки, – сказала Джемма, приобняв меня за плечи.

– Эй, что не так с подушками? – возмутилась я.

– У Мэл на кровати с самого детства такая огромная куча подушек, что она может лечь там и затеряться в них, – прокомментировала подруга, глядя на Тейлора.

Он махнул рукой с пивом.

– Надеюсь, в скором времени убедиться лично, – сказал он, и подмигнул мне.

Я перевела взгляд на Джемму. Её улыбка немного стухла, но она держалась молодцом, не показывая, что мой парень её раздражает. Но судя по напряжению в теле подруги, я сделала вывод, что так оно и было. Джемма потянула меня на кухню, быстро бросив на ходу:

– Мальчики, разбирайтесь с тем, что мы будем смотреть, а мы пока приготовим тарелки для пиццы.

Как только мы оказались вне зоны слышимости мужчин, с лица Джеммы слетела натянутая улыбка. Она посмотрела на меня в замешательстве.

– Серьёзно, Мэл?

– Что? – не поняла я.

– Тейлор. Где ты его взяла?

– Что значит «взяла», Джем? Я с ним встречаюсь.

Я защищалась, потому что не хотела самой себе признаваться в том, что мы с Тейлором на разных полюсах. Моя мама всегда говорила, что я родилась уже готовой к замужеству. Все мои игры были связаны с готовкой, уборкой, стиркой. Каждый мальчик, который попадался мне на пути в детстве, вынужденно становился моим «мужем». Стиви Голдман, который в детском саду отказался «жениться» на мне, ушёл домой с разбитым носом. После этого мальчики ещё охотнее стали подыгрывать мне. Так что было ожидаемо, что мой избранник будет гораздо старше меня, и готов связать себя узами Гименея. Но я привела с собой Тейлора, и теперь Джемма может осознать всю глубину моего отчаяния в отношении Рона.

– Странный выбор, – заключила подруга, слегка нахмурившись.

– Давайте посмотрим бейсбол, – услышала я голос Тейлора из гостиной.

Мы с Джеммой одинаково скривились и посмотрели друг на друга, ведя немой диалог о моём неудачном выборе спутника.

– Вряд ли это хорошая идея, мужик, – донёсся до нас спокойный голос Калеба.

Раздался звонок в дверь, и моё сердце затрепетало, словно запертый в клетке птенчик. Я знала, кто стоит по ту сторону деревянного полотна. И, когда Калеб открыл дверь, и послышались приглушённые голоса, я намеренно не смотрела в сторону прихожей. Я доставала стаканы из шкафчика, и молилась всем богам, вплоть до Древних цивилизаций, чтобы он пришёл без пары. Я отдавала себе отчёт, что, несмотря на то, что сама пришла со спутником, просто не выдержала бы, если бы Рон привёл с собой очередную куклу, висящую на его руке так плотно, как будто рухнет в силиконовую преисподнюю, если расцепит свои когтистые лапы.

– Привет, девочки, – услышала я за спиной голос, от которого все волоски на теле встали дыбом.

– Привет, – радостно протянула Джемма. – Я думала, ты не сможешь прийти.

– Не мог пропустить ваш праздник, – отозвался Рон.

И от каждого звука, вылетающего из его рта, по моей коже как будто проводили факелом, поджигая каждое нервное окончание. Дальше тянуть со стаканами уже было бы подозрительно, и я повернулась лицом к ним. Меня как будто в грудь ударили кувалдой. Он был ещё красивее, ещё суровее и неприступнее. Но я знала этот взгляд и эти руки: они могли быть ласковыми и нежными. Я затаила дыхание, ожидая того, что он скажет. Рон сверлил меня взглядом, пожирая каждый дюйм неприкрытого тела. Когда Джемма, схватив тарелки, выскочила из кухни, мы всё так же продолжали стоять и пялиться друг на друга, как будто пытались взглядами наверстать месяц, за который не виделись.

Наконец эти пухлые губы приоткрылись, и бархатный голос произнёс, пронизывая всё мое естество горячей лавой:

– Привет, малышка Мэл.

– Привет, – выдохнула я через секунду.

– Нужна помощь? – Он кивнул на стаканы, и я проследовала за его взглядом.

Выстроившаяся в ряд стеклянная армия ждала, пока её перенесут в гостиную. Я знала, что сама не справлюсь, поэтому небрежно пожала плечом и, взяв три стакана, направилась в гостиную. Проходя мимо Рона, я намеренно задержала дыхание, чтобы не сойти с ума от знакомого запаха. Но тщетно. Лишь войдя в дом своей сестры, он заполнил им всё пространство, и теперь все могли вдохнуть немного Рона.

Как только я присела на диван, рядом со мной расположился Тейлор, забросив руку на спинку, его пальцы легонько касались моего плеча. Почему-то в этот раз мне хотелось сбросить его руку, как будто меня волновало, что об этом жесте подумает Рон. А потом слева от меня сел тот, руки которого я хотела чувствовать на себе, но этот поезд уже ушёл, сопровождая своё исчезновение пронзительным гудком.

Рон откинулся на спинку и открыл своё пиво. Я постаралась незаметно посмотреть, как эти губы обхватывают горлышко бутылки, как кадык поднимается и опускается, облегчая попадание жидкости в организм. Меня застали за подглядыванием – непроницаемый взгляд Рона изучал моё лицо в ответ. Я слегка покраснела и отвернулась.

– О, «Железный человек», – сказала Джемма, входя в гостиную и выключая свет, чтобы нам было приятнее смотреть фильм.

– Да ну, – простонал Тейлор. – «Марвел» – отстой.

– О-о-о, – протянула Джемма тихо, как будто сама себе. – Сейчас начнётся.

Подруга устроилась между ног Калеба на большом раскладном кресле, и отпила пиво. Я почувствовала движение слева от себя, и поняла, что сейчас таки начнётся.

– Считаешь «DC» лучше? – негромко спросил Рон, посылая вибрации по моей коже. Он произнёс это практически мне на ухо, потому что я сидела между ним и Тейлором.

– Да, там сюжеты больше похожи на жизнь, – спокойно ответил Тейлор.

– А ты всегда смотришь фильмы, чтобы увидеть в них жизнь? —не унимался Рон.

– Такие фильмы приятнее, – не отставал от него Тейлор.

– Тогда тебе лучше смотреть «Discovery», – процедил сквозь зубы Рон.

– Просто обычно такое, – Тейлор махнул рукой в сторону телевизора, —смотрят люди, уставшие от жизни.

В комнате повисла тишина. Калеб и Рон были гораздо старше нас, хоть это и не делало их стариками. Но всё же такой грубый намёк на возраст прозвучал как будто с подтекстом.

– Зато такие люди проживают свою жизнь как следует, а не плывут по течению, погрязая в вечных вечеринках и прозябая в доме братства.

Тейлор только успел открыть рот, чтобы возразить, но его перебил дверной звонок. Джемма подскочила с кресла.

– Это пицца! – вскрикнула подруга. – Поставьте на паузу кино для старичков, я хочу досмотреть.

Пробегая мимо, Джемма подмигнула мне, и я со вздохом откинулась на диванные подушки. Сжав переносицу, я зажмурилась.

– Прости, —раздалось слева от меня тихим голосом.

Я слегка качнула головой, давая понять, что не хочу обсуждать эту идиотскую перепалку. Остаток фильма мы все сосуществовали вполне мирно. Съели пиццу, выпили ещё пива, и с горем пополам – под неуместные комментарии Тейлора – досмотрели геройскую ленту. Как только по экрану пошли титры, мой парень приобнял меня и прижал к себе, поцеловав в макушку.

– Только ради тебя, детка, – шёпотом произнёс Тейлор. Я закатила глаза незаметно для него.

– Тейлор, – позвал его Рон, и я зажмурилась. – А чем ты увлекаешься?

Мой парень выровнялся и выпятил покатую грудь, готовясь представить свою крайне интересную личность моему бывшему.

– Я играю в футбол, живу в доме братства. Мы часто устраиваем забойные вечеринки. Ну, знаешь, там девочки в коротких платьях, море пива и всякие приколы.

Я отстранилась и посмотрела на Тейлора. Он подмигнул мне, и в его взгляде был какой-то намёк, от которого я почему-то поёжилась. И почему я раньше считала его милым и приятным парнем? Сейчас он предстал передо мной тупым качком, игроком в футбол и человеком, совершенно лишённым радара сарказма. К тому же Тейлор, похоже, не уловил уничижительных ноток в голосе Рона, когда тот ранее упоминал о вечеринках и братстве.

Пока длилась словесная перепалка Рона с Тейлором, я смотрела на парней и пыталась понять, почему так всегда происходит в моей жизни. До Рона я встречалась с несколькими парнями, только чтобы не быть самой. После него я по этой же причине начала встречаться с Тейлором. Я с пятнадцати лет никогда не была сама, рядом со мной всегда был парень. И сейчас я как будто снова заполняла рядом с собой пустующее место. Как будто мне было холодно, если я была без парня.

Отчего-то эта мысль меня безумно расстроила. Ощущение было такое, словно без очередного плюс один я как будто несостоявшаяся личность. Меня начало душить чувство зажатости между двумя тестостероновыми сосудами, которые пытались померяться длиной своего эго. Причём мерялся только Тейлор, Рон же, по своему обыкновению сохраняя невозмутимость на лице и расслабленность в теле, забавлялся с моим парнем, как ребёнок играется с собачонкой.

Я почувствовала, что на глаза наворачиваются слёзы. Мне стало противно находиться в такой ситуации. Я испытывала отчаяние, находясь с Роном, потому что сердце не переставало набирать обороты и таранить грудную клетку. Когда во время фильма его нога невзначай касалась моей, я легонько вздрагивала, и наши взгляды встречались. Рон смотрел на меня, как всегда, непроницаемым взглядом зелёных глаз, над которыми нависали густые брови, образуя складку ровно посередине лба. У меня чесались руки коснуться его щеки, чтобы эта морщинка исчезла, а в уголках любимых глаз снова появились морщинки, похожие на лучи, которые образовывались только тогда, когда Рон широко улыбался. За этот вечер он не улыбнулся ни разу.

Я услышала, как голос Рона становился всё напряжённее с каждым словом Тейлора. Я вскочила, больше не в силах выдержать это противостояние. Выйдя на кухню, налила себе большой стакан воды, сделала три глотка. Положив руку на грудь – туда, где больше всего болело, – я пыталась заставить себя снова нормально дышать. Меня душили стены, ситуация, люди, даже я сама. Я подняла голову к потолку, чтобы заставить предательские слёзы затечь назад в глаза, не позволяя им испортить макияж.

Я услышала напряжённые быстрые шаги позади, и мне не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто вошёл в кухню. Я всегда чувствовала его присутствие по тому, как волоски на затылке приподнимались, а по позвоночнику пробегал волнительный холодок. Рон подошёл ко мне и, выхватив стакан из руки, бросил его в раковину, отчего тот разбился.

Я отскочила на несколько шагов и уперлась спиной в холодильник. Железный монстр задребезжал содержимым, когда мое тело соприкоснулось с глянцевой поверхностью. Ладони Рона были сжаты в кулаки так сильно, что побелели костяшки. Его взгляд пророчил мне взрыв, как только рот приоткроется.

– Серьёзно, Мэл? – спросил он сквозь зубы.

– Что? – дрожащим голосом спросила я.

– Тейлор, малышка Мэл? – Рон покачал головой, как будто не верил, что я могла привести такого парня.

– А чем он плох? – спросила я, набираясь мужества. – Он внимательный и заботливый, весёлый, и мне с ним легко.

Рон закрыл глаза и крепко сжал челюсти. Щипнув себя за переносицу, Рон потёр подбородок, и я снова оказалась в поле зрения зелёных глаз.

– Нам нужно поговорить.

– Рон…

– Нам. Блядь. Нужно. Поговорить, Мэл, – проревел он, делая ко мне два шага.

Я сжалась. Таким ужасающим он ещё не выглядел. Мне было страшно даже смотреть на него, не то что находиться рядом. Я сделала шаг влево, намереваясь обежать кухонный островок и покинуть кухню как можно скорее.

– Стоять, – прорычал Рон.

Он в два шага преодолел оставшееся между нами расстояние, и навис надо мной, поставив руки по бокам от меня. Я почувствовала, как меня начало трясти мелкой дрожью. Я пыталась убедить себя том, что это же Рон, он никогда меня не обидит. Но я не знала, на что на самом деле он способен, если будет разъярён.

– Посмотри на меня, малышка, – прошептал он у моего уха. Его быстрое дыхание обдавало мою кожу, но в этот раз меня не успокаивала его близость, а наоборот – пугала до чёртиков. – Детка, пожалуйста, посмотри на меня.

Я подняла взгляд, стараясь не приближаться к Рону ещё больше. Его глаза были подёрнуты пеленой гнева, они были цвета вечернего леса. Я, как завороженная, смотрела в них. Страх смешивался с желанием, бедное сердце трепетало и тянулось к нему.

– Коснись моей щеки. – Я шире распахнула глаза, но побоялась выполнить его просьбу. Отвернула лицо, и Рон наклонился ниже. – Малышка Мэл, положи руку мне на щёку, – попросил он снова. – Пожалуйста. Мне нужно, чтобы ты коснулась меня, – хриплым голосом пробасил Рон, задевая губами мочку уха, и пробуждая ото сна коматозных мурашек.