Лучший приключенческий детектив

Глава четвертая,

в которой Даша закапывает Коня в казахскую землю

На площадке второго этажа стояла тишь, чистота и благолепие. С подоконника свешивались фиолетово-зелёные веточки традесканции, пламенела пышная герань, влажный бетонный пол еще не просох от недавней уборки. За дверями соседней квартиры слышался умиротворяющий звук телевизора. Виктор с чувством прихлопнул дверь и обратил на Алису возмущённый взгляд.

– Ты мне можешь это объяснить? – гневно спросил он, прикрывая ладонью глазок.

Алиса привалилась спиной к косяку и отвела взгляд от экрана.

– Могу, – кивнула она. – Мы втроём отправляемся в долгий туристический поход. Сейчас проверяем нашу боеспособность, – уставилась в ноутбук.

– Какой поход?! Опомнись! – задохнулся Виктор. – Когда ты поймёшь, что эти двое не могут быть твоими друзьями! Средоточие примитива, глупости и бездарности! – выплюнул он.

– Эдик примитивный, Дашуня глупая, а я, должно быть, бездарная.

– С ума сошла? Я про них говорю! А тебя я люблю.

Он взял паузу, чтобы до объекта дошло признание. Объект щурился и таращился на экран.

Пылко влюбленный ударил кулаком в дверь.

– Что надо? – поинтересовалась из-за двери глупая Громова, и Виктор взбеленился.

Он пресек Дашкину попытку прорваться в подъезд, потянув ручку двери на себя. Подружка не сдавалась, призывая на помощь брата. Алиса с удивлением наблюдала яростную борьбу, где каждый хотел одержать победу над её дверью. И над ней. Жалобно скрипели ручки, пыхтели заклятые враги.

– Прекратите! – Алиса с трудом оторвала жениха от двери и запихнула в квартиру ликующую подругу. – Дашунь, иди в комнату. Я сейчас вернусь.

Она плотно прикрыла дверь и грустно посмотрела на жениха.

– Зачем ты звонил моим родителям? Настроил их против меня. Они требуют, чтобы я вместо Италии ехала в местный пансионат «Елочка». Это подло и нечестно!

Последние слова она выкрикнула хриплым шепотом. От огорчения перехватило голос и на глаза навернулись слёзы. Виктор, напротив, успокоился. Перед ним стояла прежняя слабая, сговорчивая Алиса. Бунт на корабле подавлен, осталось уладить мелочи. Он слегка приобнял ее за плечи и принялся терпеливо увещевать:

– Ссора пустяковая.

– Не пустяковая!

– Эти два дня я думал только о тебе. Отпуск проходит. Купил нам горящие путёвки в пансионат.

Он уткнулся лицом в гладкие волосы, глянул из-за плеча в ноутбук и прочитал:

– Искусство выживания. Что за бред? Я думал, партитуру разбираешь.

– Совсем не бред. А как же Софья Эдуардовна?

Виктор с улыбкой захлопнул ноутбук и аккуратно поставил на блестящую крышку коробочку с белой орхидеей.

– Изысканная, правда? – Подождал, пока невеста послушно кивнет, и продолжил, – Наша мама едет с нами.

Алиса неинтеллигентно фыркнула и рванулась вперёд, высвобождаясь из удушающих объятий.

– С нами? Нет! – Она развернулась, в глазах плескалось недоверие вперемежку с ужасом. – Как в прошлом году?!

Прошлый июль она вспоминала с внутренней дрожью. Требовательная, капризная и болезненно-мнительная Софья Эдуардовна превратила две недели её отпуска в «подай-принеси, закрой окно, открой окно». В начале третьей недели Алиса сбежала с каторги, оставив мать и сына в тесном семейном кругу. В прошлый раз их отношения спасло клятвенное обещание Виктора «…следующий отпуск мы проведем где-нибудь в Италии, вдвоем. Ривьера тебя устроит?». Алиса дала себя уговорить.

– Но тебе понравилось тогда, – мягко уговаривал жених. – Ты сама говорила, что было неплохо. Ты врала?

– После слова «неплохо» шло длинное уточнение. Не перекручивай мои слова, оправдывая свою ложь. Италию и Ривьеру предложил ты, а я согласилась ждать. Ты не оправдал моих ожиданий.

Ее голос обрел необычную силу. Жених сдвинул брови и покосился на противоположную дверь. Любопытная соседка, несомненно, подслушивает.

– Счастливого вам пути!

Она толкнула дверь с намерением оставить его в подъезде, и Виктор схватился за ноутбук.

– Шутишь? Как это счастливого пути? А ты?

Алиса пошла на таран, бесцеремонно отодвинув настойчивого жениха плечом.

– Я тоже улетаю через два дня.

– С этими, что ли? – Он презрительно кивнул в сторону двери.

– Да, с ними. Они, по крайней мере, говорят правду, а не врут в глаза, как некоторые. – Она сунула Виктору орхидею. – Купил он путевки в хороший пансионат. Когда вы это с мамой решили? Три месяца назад, четыре, полгода? А мне про Венецию и Флоренцию рассказывал, как мы вдвоем…

Она запнулась. Судя по бесстрастному выражению, он ничуть не раскаивался в обмане. Его волновало совершенно другое:

– Твои родители знают о предстоящем вояже с друзьями детства?

Красавцу-жениху было не до сантиментов. Сейчас он сколачивал мощную бригаду единомышленников, которая должна подавить сопротивление противника и победить. Вот как она умудрилась встречаться два года с мужчиной и совершенно его не знать?!

Алиса сокрушенно покачала головой, отметив злые глаза, сдвинутые брови и плотно сжатые, тонкие губы. Она зашла в квартиру и прильнула к глазку с обратной стороны. Виктор поставил коробку с орхидеей на коврик под дверью и полез в карман за телефоном. Взглядом выхватил пылинку на брюках, раздраженно отряхнулся и, приложив к уху мобильник, лениво пошел вниз по ступенькам.

Когда Алиса вернулась в комнату, то обнаружила там уныло обвисшую палатку, кривые стопки книг на растяжках, бесцельно слоняющегося Эдика и воинственную подружку.

– Ушел твой вампир? – недобро поинтересовалась Громова, помахивая остро заточенным колышком.

– Он не вампир, – привычно затянула Алиса, – он…

– …дирижёр, – согласилась Даша. – И чеснок в коробке, кровопийца, унёс.

Алиса вяло махнула рукой в сторону порога, где ее дожидалась орхидея.

– Так мы едем за Конем? – наступала подруга. – Я мануал принесла.

– Что? – не поняла Алиса и оглянулась на Эдика.

Студент явно утомился, разыскивая стойку. Он не торопился выдавать синхронный перевод, а пристраивался вздремнуть на диване.

– Карту сокровищ, не мной нарисованную. – Даша сунула измятую и потрепанную бумажку подруге.

– Так ты не шутила?

– Я серьёзна как никогда, Шуйская. Деньги нужны вот как! – Громова провела ребром по шее. – Братец мечтает о новом компе. Мне байк починить. Шафт, пистоны – всё ни к черту!

Алиса не знала, что такое шафт и пистон, но догадалась связать их с мотоциклами. Она присела на диван, вгляделась в карту сокровищ и повела пальцем:

– Лес, речка или ручей, оз. Зеркальная падь, оз. Шайтанколь. – Растерянно перечитала по слогам. – Шай-тан-коль. Какое название нехорошее. Шайтан – это черт, а коль – озеро, Чертовое озеро получается. Что за… Даш, мы куда-то не туда едем!

Алиса выронила листок, и он мягко спланировал на лицо задремавшего Эдика. Студент встрепенулся, на ощупь отыскал под подушкой очки и водрузил их на нос.

– Хотела поплескаться в тёплом итальянском море, а вместо этого страшный Шайтанколь. Со мною что-то не так.

– Согласен, – промычал Эдик, переворачивая лист и рассматривая геодезические загогулины. – Название стрёмное.

Алиса присела рядом с младшим Громовым, ткнула пальцем в многочисленные холмики, напоминающие горы.

– Ты говорила – лес, а тут – горы.

– Сопки, – небрежно бросила Даша и добавила поспешно. – Мелкосопочник вокруг…гм, нашего горнолесного оазиса. Но мы в горы не пойдём.

– Хорошо, что не пойдём. У меня от высоты голова кружится. Где ты взяла эту карту?

– Один пилот подогнал. Безбашенный перец! Не боялся ни бога, ни черта! Мы вообще-то вместе за сокровищами собирались, поэтому отжигали на его железяке. Чуть не гробанулись, люстру даже разбили!

Она раскраснелась, увлёкшись чудесными воспоминаниями, но скучная Шуйская не оценила выкрутасов безголового перца и его недалёкой подруги.

– По-русски, пожалуйста.

Даша презрительно скривилась:

– А я по-каковски? Мы с одним хорошим парнем пиво-чай пили, гуляли на мотоцикле, звезданулись красиво, фару на агрегате разбомбили. Короче, неважно. Ребята говорят, что ночью кто-то позвонил Пробойнику на базу, он отъехал на полчасика и пропал. На звонки не отвечает, мобила вообще отключена, – обеспокоенно пнула пустой чехол из-под палатки. – Может, звонили с военкомата, а там загребли Пробойника в армию?

Тупая Шуйская непонимающе мотала головой. Фары, железяки и военкомат ни на шаг не приблизили её к пониманию ситуации.

– Убил бы гада! – проворчал Эдик, свешивая ноги с дивана. – Подогнал лохушке металлоискатель, левую карту и благополучно слинял с косарём.

Даша потянулась к брату, чтобы отвесить подзатыльник, но студент отгородился подушкой.

– Странная история, – высказалась Алиса. – Хотелось бы услышать подробности.

– Она не помнит этих подробностей, как и фамилию-имя замечательного перца. Кличка Пробойник сама за себя говорит. Я её два дня допрашивал. – Эдик со вздохом уставился на карту. – Кресты какие-то пьяные, набок заваливаются. Говоришь, там наши сокровища лежат? Под одним крестом – голова коня, под другим – копыта.

Даша радостно закивала. Алиса закрыла глаза, откинулась на спинку дивана и забормотала:

– В огороде, на реке Алатырь, в конце средней гряды – выход. В том выходе три осьмины золота, ружьё, образа жемчужные, да посуда серебряная.

– Бредишь? – влезла в речитатив подружка.

– Сказку сегодня читала. Написана для глупых кладоискателей.

– А мы умные. У нас есть металлоискатель, карта и ты, Шуйская. Ты всегда всё находишь.

– Если оно там лежит, – добавил Эдик.

Алиса открыла глаза и взялась за ноутбук. Она вошла в Интернет. Вбила фразу «Золотой конь» в поисковик.

– Кофе хочу, – заявила Даша, потягиваясь. – Вся надежда на тебя, Шуйская. Ищи наводки, информацию. Иначе, дура я, если последние деньги вбухала в проклятую железяку.

Эдик отбросил подушку и сорвался вслед за сестрой. На кухне громко звенела посуда, щедро лилась вода, бурлил и щёлкал электрочайник, а пытливая Алиса выбирала статьи, читала легенды, задумчиво смотрела на экран и хмурилась.

«…После того, как хан Батый разорил русские княжества, он вернулся в низовья Волги и с помощью искусных мастеров построил посреди степей столицу золотоордынского ханства – Сарай-Бату. Это был прекрасный город с мечетями, фонтанами и тенистыми садами. Всю дань, собранную за год, хан Батый приказал обратить в золото, и из этого золота отлить двух коней. Отливал коня колокольных дел мастер, захваченный в плен в Киеве. Потом Батый решил, что две одинаковые конные статуи по бокам ворот будут смотреться лучше. Мастер изготовил второго золотого скакуна, точную копию первого. Золотых лошадей с горящими рубиновыми глазами поставили у главных ворот Сарай-Бату, после чего киевского мастера убили, чтобы не смог повторить свой шедевр.

Золотые кони поражали воображение каждого, кто их видел. Вот что написал об этом в своём отчёте посол французского короля Людовика Святого Виллем Рубрук: «Ещё издалека мы увидели сверкание у ворот и решили, что в городе начался пожар. Подъехав ближе, поняли, что это сияют в лучах восходящего солнца две золотые статуи коней в натуральную величину.

После того как Батый умер и власть перешла к его брату Берке, тот перенёс коней, символ богатства и могущества Золотой Орды, в свой город Сарай-Берке. Более сотни лет украшали золотые скакуны главные ворота двух сильнейших золотоордынских городов. В 1380 году скончался хан Мамай и в его могилу положили одного из коней – «Мамай сторожит золотого коня». Говорят, могила находится на одном из холмов близ Ахтубы.

Где же другой конь? Легенды гласят, что отряд неизвестных воинов совершил дерзкий набег на Сарай-Берке и выкрал оставшегося Золотого коня. Преследуемые золотоордынцами, воины утопили золотой трофей в озере, где он и лежит по сегодняшний день, охраняемый сильными руническими заклинаниями».

В комнату вошла Даша с чашкой кофе в руках и, глядя под ноги, осторожно пробралась к дивану.

– Что вычитала? – кротко поинтересовалась она.

Алиса забрала чашку из рук подруги.

– Ваши Золотые кони – легендарные сокровища, точное местонахождение которых неизвестно никому.

– Поищем. Про Казахстан совсем ничего?

– Почему? К тысяча двести двадцать четвертому году Казахстан прочно вошел в империю Чингисхана. Сегодня утром читала легенду о многотысячном войске монголо-татар, обнаружившим в пустыне дремучий лес.

– Вот видишь! – возликовала Даша.

– Чингисхан – дедушка Батыя. При нем кони еще не были отлиты.

– Не путай меня, Шуйская! Мне все равно, чьего коня искать: внука или его деда. Эти монголо-татары и их враги шлялись по Казахстану уйму веков. Те и другие вполне могли прикопать статую под Карагандой.

– Где-где? В Караганде! – пропел Эдик. – Еще километров двести двадцать до места пиликать.

– У меня карта есть, а на ней три крестика, прямо указывающие на клады. Я хочу стать их владелицей.

– Утаить найденное – прямое нарушение закона, – упрямилась Алиса.

– О-хо! Нарушение закона я беру на себя, а ты будешь невиноватая. Откажись от сокровищ прямо сейчас. Хочешь, оформим дарственную в письменном виде?

Эдик взялся быть миротворцем:

– Местные турагентства наперебой зазывают в Каркаралинский природный парк, коротко – Каркаралы. Утверждают, что места там красивые и романтичные. – Он кивнул в сторону Алисы. – Будем наслаждаться живописными видами. И побегаем для твоего, – отвесил поклон сестрице, – удовольствия с миноискателем.

Последнее слово вызвало внезапное волнение у потенциальной хозяйки сокровищ.

– Где он? Я должна была его привезти, – обернулась к Алисе. – Тогда ночью.

– Привезла, – успокоила ее Шуйская. – Мешок с трубками за диваном.

Она полезла за диван и вытянула за ручку брезентовый сумку.

– Целая! – умилилась подружка. – Это не трубки, а секции штанги! – просветила она присутствующих. – Видите, запомнила! Там еще подлокотник жёлтенький, катушка и куча всякой мелкой фигни.

– Инструкция есть? – сурово спросил Эдик, заглядывая в сумку.

– Должна быть, – не очень уверено ответила Дашуня. – Кстати, этот металлоискатель зовут Аськой. Ее надо собрать и обучить.

– Кого обучить? – удивился Эдик, вытряхивая на обвисшую палатку запчасти из мешка.

– Аську. Настроить, чтобы она отличала золотые колечки от пивных крышек. Инструкция выпала! – обрадовалась Даша явлению помятой книжицы. – Давай, Эдик, ты же технарь. Пробойник говорил, что там все суперски написано.

Эдик полистал инструкцию, поправил очки и вслух прочитал первое, что его заинтересовало:

– Металлодетектор GARRET АСЕ 250. Вот как правильно он называется. Предназначен для тех, кто хочет освоить для себя новое увлечение, приобщиться к увлекательному миру металлопоиска. Доступно пишут.

Эдик присел на диван и углубился в изучение техники. Алиса зомбировано таращилась в компьютер. Кофе, позабытый на краю стола, остыл и подернулся тонкой плёнкой.

Распределив обязанности, Даша успокоилась. Она слегка переживала, что из-за какой-нибудь досадной мелочи, вроде Алискиных принципов или тошного тромбониста, жизненно важная поездка может сорваться, и останется она бедная.

– Шуйская, у тебя деньги есть?

– Есть. Прямо сейчас дать?

– Угу. У меня совсем швах. Я миноискатель купила.

Все трое одновременно тяжко выдохнули.

Глава пятая,

в которой кладоискателей ведёт потомок Сусанина

Разболтанный ПАЗик вздрогнул старым железом, притормаживая на пустынной остановке. Весь долгий четырехчасовой путь автобус двигался невообразимыми рывками, вызывая у пассажиров тошноту и уйму замечаний насчет профессиональных способностей водителя. Эдик вполголоса ругался, Алиса стойко держалась за сиденье, а Дашуня за Алису.

– С похмелья, – прочувствовала ситуацию молодуха напротив. – Мой Санёк, когда после работы выпьет с мужиками лишнего, наутро так же грузовик водит.

Автобус со скрежетом остановился. Погнутые двери лихорадочно задрожали и разъехались, выпуская из душного салона троицу кладоискателей.

Первой на разбитый, поросший клочками травы, асфальт выпрыгнула суровая Громова. В зеркальных очках, чёрной майке-боксерке, пятнистых штанах и крепких ботинках-берцах она выглядела суперменшей из крутого боевика. Для полного сходства с Рэмбо ей не хватало автомата на груди и спички в зубах. Следом за Дашей спустилась Алиса. На фоне яркой подруги она выглядела бледной поганкой. Её неброская серо-голубая куртка, самые обычные джинсы и довольно большие для девушки кроссовки не добавляли значимости, а высокий рост и светлые волосы вызывали у семидесяти процентов мужчин желание самоутвердиться, что выражалось в кривых ухмылках и сериях анекдотов про блондинку.

– Задолбали! – рычала Дашуня, и любители анекдотов замолкали и съеживались, уменьшаясь в росте и самомнении.

Пока защитница вытаптывала пырей на безлюдной остановке, Алиса тянула рюкзаки со ступенек. Последним из салона выпрыгнул Эдик. Выглядел он замечательно: зеленая бейсболка козырьком набок, широченные штаны, в которые мог поместиться еще один Эдик, и удобная куртка в духе милитари. Ясное дело, что сестрица-свободный дизайнер приложила талантливую руку к наряду братишки. Вот только очки не вписывались в придуманный образ, заставляя сомневаться в крутости хозяина.

Даша копалась в рюкзаке, когда прогудев на прощание, автобус неожиданно резво сорвался с места. Алиса проводила глазами его запыленные габариты и обнаружила с противоположной стороны дороги еще одного персонажа.

На трухлявом брёвнышке, в сиротливом одиночестве, сгорбился невысокий мужичок лет сорока. Маленькая кепка и огромная ветровка делали их хозяина приземистым, а невыразительные мелкие черты загорелого лица прекрасно вписывались в цвета наземного ландшафта. На общем фоне хозяин кепки и ветровки выглядел незаметным. У ног «незаметного» валялся видавший виды полупустой рюкзак.

Мужичок пробежался оценивающим взглядом по персоналиям и багажу вновь прибывших и, не вставая с брёвнышка, задал вопрос:

– Молодёжь, я вас ожидаю?

Эдик, который стоял к нему спиной, резко обернулся, поправил на носу очки и, близоруко сощурившись, всмотрелся в мужчину.

– Девочки, это наш гид, – признал он с недоверчивым смешком.

Даша, сидя на корточках, с удивлением рассматривала гида.

– Тот самый? Граф? На фотке, что болталась в сети, перец выглядел суперменом.

Алиса со вздохом приподняла и уронила плотно набитый рюкзак. Поход, можно сказать, не начинался, а она уже намаялась с этим угловатым неудобным багажом.

– Раз типаж на Графа не тянет, зовите человечка Графином, – вполголоса предложила она.

Эдик насмешливо хмыкнул, одобряя новое прозвище. Даша нахлобучила добытую из рюкзака пятнистую бейсболку, и прикрикнула на зевающего Графина:

– Эй, дядя, в какую сторону пойдём: туда или туда? – Она ткнула пальцем в направление гида и в противоположную сторону.

Графин подергал головой, нехотя поднялся с бревна, нацепил лямку рюкзака на левое плечо и направился к группе зубастых туристов.

– Эх, молодёжь, молодёжь! Иду.

Алиса и Дашуня изучали расслабленную походку проводника.

– Мда, облом, несимпатишный. Как считаешь, Шуйская?

– Проводника положено слушаться. Теперь он для нас бог и царь.

– Сколько годочков царю?

– Сорок три. – Графин приближался. – Сорок шесть.

– Окунуть бы его в молодильный кипяток. На Графа купились.

– И на фотографию двадцатилетней давности.

Между тем Графин уже топтался рядом. Росточком он оказался значительно ниже Алисы и Эдика, зато на целых пять сантиметров возвышался над Громовой.

– Евграф Силантьич, – представился персонаж и протянул руку Эдику.

Не слишком церемонясь, Даша перехватила и крепко пожала протянутую длань.

– Дарья Петровна. С вами что-то не так.

Графин выдернул руку и с некоторой опаской взглянул на бойкую Дарью Петровну. Без слов было ясно, кто здесь главный, а кто подчиненный. Эта рыжая в десантном прикиде всем даст прикурить.

Вперёд выдвинулся младший Громов с протянутой рукой.

– Эдик. Мы вас с трудом признали. На фотографии вы слегка другой.

– Выше и моложе, – суровая Громова резала правду-матку. Дружба с честной Шуйской не прошла бесследно. – Пришло время сменить юзерпик.

Она протянула Графину пачку купюр.

– Аванс. Как договаривались. Все денежные дела решать со мной. А спонсор нашего предприятия Алиса Шуйская.

– Алиса, – представилась Шуйская. – Очень приятно.

Графин без подобострастия покосился на бледно-голубого спонсора и спрятал рублевую наличность во внутренний карман необъятной ветровки. Честно заработанные деньги грели душу. Впрочем, всем остальным было не до радостей Евграфа Силантьича, они деловито натягивали рюкзаки.

Проводник поправил кургузую кепку и решительно возглавил туристическую группу. Следом за ним шагал Эдик, к рюкзаку которого был приторочен футляр с металлоискателем. Далее по ранжиру выступала энергичная Дашуня:

– Мы же не будем идти молча?

Алиса и ее шарообразный рюкзак выступали замыкающими.

– Предлагаешь песни петь? – пробормотала она, приноравливаясь к тяжести. Рюкзак подпрыгнул у неё на спине.

– Расскажи что-нибудь, Графи… – Громова благоразумно свернула окончание.

– Вы идете по древней земле, где живут потомки казаков и казахов, – с готовностью затянул проводник, бодро ступая по знакомой тропинке. – Одно из красивейших заповедных мест. Вы читали легенды о нашем крае?

Он обернулся и удовольствовался энергичным отрицанием Эдика.

– Прекрасная девушка-казашка гуляла по степи и обронила каркару – драгоценный головной убор, украшенный дорогими камнями и высокими перьями. Камни рассыпались по земле. Изумруды превратились в густые леса. Бриллианты обернулись прозрачными озерами. Рубины выросли горными массивами. Перья улетели в небо и обернулись прекрасными белыми птицами. И на месте девичьей потери родился удивительный край – Каркаралы. Восхитительный зеленый оазис посреди бесконечных степей Сары-Арки.