В плену синих роз

Все аристократы были по-своему безумными, но лишь в Безликом не было и капли нормальности. Чего только стоили его игры в садовода, о которых все шептались! Пока все демоны плели интриги и сражались за власть, Безликий собственноручно растил цветы в окрестностях своих владений и готов был обратить в пепел любого, кто посягнет на его розы.

– К чему этот нелепый бал, палач?

– Знаешь же зачем, – Лотос отвлекалась от своих размышлений. – Мы должны установить правила. Нам нельзя больше вмешиваться в людскую историю, как мы сделали это в Помпеях, иначе одной запретной зоной не ограничится. Хаос зол на нас.

– Хм… Или вы все просто трусы, – нагло хмыкнул Безликий, отчего-то развеселившись.

Лис за его спиной фыркнул, повторяя насмешку своего хозяина, а Арго напрягся сильнее, чувствуя ярость своей госпожи.

– В запретной зоне ты не был таким бравым, – ехидно пропела Лотос, отбросив попытки быть любезной.

Безликий угрожающе навис над Лотос, которая сильно уступала ему в росте. Воздух между ними накалился – Безликий был взбешен.

– В запретной зоне я вытащил тебя из пекла, разрывая чудовищ руками, палач! – прорычал он.

– Нам всем тогда досталось. Даже тебе, – напомнила Лотос. – Ты же помнишь, как это было.

Она уставилась прямо в черные прорези его маски. Она не надеялась, что ее слова его образумят, но Безликий вдруг отступил, а его губы вновь растянулись в усмешке.

– Хорошо. Я согласен соблюсти условие и пройти в двух предметах. И я даже проголосую за перемирие. Но я попрошу кое-что взамен.

Арго уставился на Лотос, поджав губы, всем своим видом показывая, что думает обо всем этом. Очевидно же – Безликий с самого начала хотел что-то получить.

– Что тебе нужно? – Лотос изо всех сил скрывала охватившее ее напряжение.

– Хочу, чтобы после официальной части наши слуги сразились. Твой Арго против моего Лиса.

– Зачем? – искренне удивилась демонесса.

– Твой слуга – слабый. Меня раздражают слабаки, – пожал плечами Безликий. – К тому же я обещал Лису веселье.

– Арго убьет твоего Лиса, – фыркнула Лотос. – По рукам.

– Что ж, уговор, – улыбнулся Безликий и щелкнул пальцами, меняя одежду.

– Ты же говорил, что не любишь египетскую моду?

– Схенти[2] не так уж плохи, – хмыкнул демон и направился к проходу.

Лотос закатила глаза: Безликий не изменял себе. Обычное схенти прикрывало лишь бедра, но это одеяние струилось до самого пола, а расцветка осталась такой же, как у его кимоно. Золото на черном под стать маске на его лице. Теперь, когда на Безликом были лишь маска и схенти, защитная магия легко его пропустила.

Лотос проводила взглядом его широкую спину с гладкой бледной кожей. В истинном обличье его позвоночник шипами выходил наружу, как и локтевые суставы, но сейчас он выглядел по-человечески, как и они все. Еще одно из новых правил, за которые они будут сегодня голосовать, – не являть свой истинный облик в мире смертных.

– Думаешь, он добивался боя с тобой или подошел бы слуга любого другого аристократа? – спросила Лотос у Арго.

– Трудно сказать наверняка.

Стоило Лотос и Безликому вместе появиться на балу, как среди гостей пробежал шепоток.

– Все судачат о вас с Безликим, – тут же донес Арго. – Боятся, что вы объединитесь.

– Глупцы, – буркнула Лотос. – Плодят пустые слухи. У палача нет союзников, это всем известно.

– Думаю, основой для слухов стало то, что Безликий спас вас в запретной зоне.

– Я бы предпочла забыть об этом, – поморщилась Лотос.

Она прекрасно знала, что именно о ней болтают. И даже догадывалась, кто распустил эти слухи. Кейси, чтоб ее! Королева суккубов, сладострастия и сплетен.

– Мне не нужно было спасение. А сплетникам бы хорошо вспомнить, что в запретной зоне все общими усилиями пытались выжить. Я лично вытащила на себе полумертвого Лао, но почему-то никто не приписал мне союз с ним.

Арго со скепсисом посмотрел в сторону Лао. Тот отпускал колкости и хохотал. Он не изменял себе: успел поболтать с каждым третьим демоном на балу и вывести из себя каждого второго. Более скользкого типа найти было сложно.

– Никто в трезвом уме не заключит союз с Лао. Члены его альянсов быстро умирают, – серьезно сказал Арго. – А от его экспериментов дурно даже аристократам.

– То ли дело Безликий, – саркастично ответила Лотос. – Мечта, а не союзник. За кого они меня принимают?! Никогда не свяжу себя обязательствами ни с одним из первородных!

Арго хотел еще что-то сказать, но музыка резко оборвалась, а затем забили в барабан. Кирино призывал демонов занять места за столами переговоров.

Лотос с облегчением вздохнула – давно было пора начать.

Демоны вальяжно проследовали к своим местам. По пути третий круг успел завязать спор со вторым, Вагис пихнуть плечом Нуара, а Лао отпустить замечание относительно мрачного наряда слуги Безликого. Ферайя следила, как коршун, за Лотос, Черные Близнецы громко ругались между собой. Переговоры перерастали в склоку, даже не успев начаться.

– Братья и сестры! – громко взревел Кирино, перекрывая поток брани. – Оставим споры в эту ночь. У нас есть общая проблема, давайте решим ее раз и навсегда, а затем как следует повеселимся на балу! Пусть ссоры останутся за пределами этого места.

Кирино говорил громко, заглушая всех, не делая пауз, не позволяя кому-то прервать его, и мало-помалу ему удалось завладеть всеобщим вниманием. Лотос слушала внимательно, хотя и знала, о чем пойдет речь. Еще пару недель назад она, Кирино и еще трое из круга первородных обсудили новые правила. Теперь оставалось убедить остальных демонов их принять и принести нерушимую клятву, которая обяжет их эти правила соблюдать.

– Хаос жестоко наказал нас за то, что мы нарушили баланс и вмешались в людскую историю – часть преисподней, нашего дома, больше не пригодна для проживания. Если мы хотим сохранить то, что осталось, то должны быть осмотрительнее. Отныне мы не вмешиваемся в дела людей, не являем без необходимости свой истинный облик и магию, но самое главное: мы не воюем в мире смертных. По крайней мере, не с таким размахом, как это было раньше. Хаос показал нам, что за разрушение этого мира мы поплатимся частью своего.

– Это что же получается, людишек и убивать нельзя? Может, еще молиться на них начнем? – возмутилась Ферайя.

– Если тебя кто-то оскорбит, можешь наказать обидчика, но нельзя явиться перед целым городом смертных, объявить себя богиней, а затем стереть его в порошок, потому что тебе надоело с ними играть! – рыкнула Лотос.

– А если я хочу наказать тебя как своего обидчика?

– Всегда пожалуйста, – ощерилась Лотос. – Но воюем либо в преисподней, либо в безлюдном месте, так, чтобы никто не пострадал! Шестнадцать лет назад Кирино, Черные Близнецы, Кейси и Вагис сошлись в битве в Помпеях. Напомнить, чем это обернулось?

Ферайя поджала губы, но ничего не ответила, зато за столами демонов второго и третьего круга поднялся гомон. Те возмущались, что ограничения нужны первородным, а они вообще никогда никуда не вмешиваются. Лао начал препираться с Кирино, настаивая на том, что раз он не участвовал в битве при Помпеях, то и правила ему не нужны. Нуар снова цеплялся к Вагису, который зло шипел в ответ. Безликий неотрывно смотрел на взбешенную Лотос, едва клыками не скрипевшую от досады, думая о том, что ее окружают идиоты.

Будто шестнадцати лет хватило, чтобы забыть, как часть преисподней обрушилась, превратившись в бездну. Как всех аристократов и, хаос знает сколько еще, демонов второго и третьего круга затянуло в воронку, а потом выбросило в место, где были только боль и страх. Черная пустыня, огненный песок, затягивающий их ноги, и багровый ядовитый туман, высасывающий силы. Запретная зона. Она кишела жуткими тварями, которых никто раньше не видел. Чудовища нападали на всех без разбора, с легкостью рвали на куски даже сильных демонов, а тех, кому удавалось отбиваться, обгладывала до костей сама запретная зона.

Лотос вспомнила, как упала на раскаленный песок, который тут же стал затягивать ее. У нее не осталось ни сил, ни воли, чтобы сражаться. Она просто лежала, когда какая-то тварь прыгнула на нее, собираясь отгрызть ей голову, но тут появился Безликий и разорвал монстра голыми руками. Он спас ее. И это было позорно, ведь что бы она ни говорила, если бы не он – она бы уже развеялась в вечности.

Выжить тогда удалость только первородным, и то лишь потому, что они объединили усилия. Забыв былые обиды, они вместе, как один, пробивали себе дорогу вперед.

И после этого такие, как Ферайя, все еще верят в то, что они боги? Есть лишь один бог – хаос, Лотос очень четко это осознала. И только хаос решает, как они будут жить. И если ему не по нраву их поведение в мире смертных, то демонам, вне зависимости от статуса, стоит заткнуться и смириться. Есть сила, которая больше, чем они. Больше, чем все.

– А если геенна образовалась не из-за нас? Не из-за разрушения Помпей?

В гомоне Лотос даже не разобрала, кто это спросил. Вместо нее ответил Кирино:

– Уничтожим что-нибудь еще и посмотрим, куда нас затянет в этот раз? – предложил он.

Демоны снова начали спорить. Лотос не понимала, к чему эти затянувшиеся переговоры, если и решать-то нечего? Либо клятва, либо рано или поздно вся преисподняя станет сплошной запретной зоной. А учитывая, что пополнять силы, ковать оружие и восстанавливаться после битв демоны могут лишь в преисподней, то… выбора не было. Им нужно защитить свой дом.

Лотос внимательно посмотрела на Безликого. Они всегда стояли напротив друг друга за столом. Она не могла знать наверняка, какое выражение лица скрывала маска, но ей казалось, что он скучал, словно ему было плевать на все. Зато его слуга нетерпеливо поглядывал поверх плеча Лотос, туда, где стоял Арго.

Ей показалось, что до начала голосования прошла целая вечность. А затем и само голосование длилось несколько часов.

Демоны третьего круга толкали много пафосных речей, словно не понимая, что их голоса мало что значат, – их присутствие на балу было необходимо, чтобы обязательства клятвы затронул всех, даже низших демонов, ведь они, как представители, берут на себя ответственность за весь круг. К тому же они должны будут распространить информацию среди своих.

Голоса демонов второго круга имели больший вес – многие из них были сильными, с ними приходилось считаться, но все же и они переоценивали собственную значимость на этом мероприятии, а их речи были долгими и нудными.

Первородные проголосовали кратко. Все, кроме Кейси и Лао, которые обожали поболтать и высказать свое возмущение по поводу и без.

Кирино подвел итоги: большинство согласилось принять новые правила и связать себя клятвой на пятьсот лет. А по истечении этого срока они проведут новое собрание, чтобы решить, нужно ли принести ее вновь.

Лотос вздохнула с облегчением и зачем-то снова посмотрела на Безликого. Он, как и обещал, проголосовал «за». Перехватив ее взгляд, он странно улыбнулся. Лотос лишь дернула уголком губ в ответ и покинула стол переговоров сразу после того, как все повторили вслед за Кирино слова клятвы.

Кирино произнес заключительную речь, а затем объявил, что официальная часть завершена и все могут предаваться развлечениям.

Началось веселье. Кто-то танцевал, кто-то переговаривался о своем, кто-то плавал в купелях, а иные обнимались с бывшими врагами, стягивая одежду. Демоны веселились, расслабленно общаясь между собой, не опасаясь получить в спину отравленный нож.

– Безликий и его слуга за вами наблюдают, – шепнул Арго Лотос.

– Знаю, – ответила демонесса. – Готов разорвать Лиса на части?

– Да, повелительница.

– Твои видения не сбылись. Переговоры прошли так, как я хотела. Раз катастрофа меня не ждет, то и тебя минует смерть. Ты победишь.

– Да, – коротко кивнул Арго, не став напоминать, что бал еще не закончился и беда все еще может найти его хозяйку.

– Идем, – приказала Лотос. – Хочу, чтобы ты стер ухмылку с лица этого рыжего гаденыша, раз ему не терпится сразиться с тобой.

Лотос сделала шаг навстречу Безликому, который только этого и ждал. Демон тут же направился к арене, окруженной факелами, где раб Ферайи ловко разобрался со слугой Крона из второго круга.

– Лотос, мой Лис желает сразиться до победы или смерти с твоим слугой Арго, – громко, чтобы все слышали, объявил Безликий. – Если, конечно, ты не против. Ведь мы соблюдаем условия бала и действуем открыто и добровольно.

Лотос едва не передернуло от его слов. Безликий всем видом давал понять, что чихать хотел на правила и играет в формальность на потеху себе, а не потому, что уважает бал перемирия. Назло ему хотелось отказаться, но демонесса уже пообещала, что битва их слуг состоится. Договор есть договор.

– Принимаю вызов, – громко ответила она. – Лис против Арго. До победы одного и смерти другого. Еще пожелания будут? – дерзко спросила она.

– Я бы посмотрел на бой на отравленных ножах, если, конечно, Арго не боится.

– С превеликим удовольствием.

Демоны, слышавшие их разговор, зашептались. Все знали, что Арго владел холодным оружием лучше любого из присутствующих слуг первородных, вдобавок он был невосприимчив практически ко всем ядам. У Лиса же не было таких умений. Яд на него действовал, а любимым оружием были лук и стрелы. Так зачем Безликий изначально усложнил задачу собственному слуге?

Этот вопрос буквально читался на лицах многих демонов, и они стали стягиваться к арене, чтобы посмотреть на бой. Лотос же держалась отстраненно, но все же было заметно, что ее удивили условия.

– Палач, хочу показать тебе, как слаб твой слуга, – глубокий, вкрадчивый голос Безликого заполнил ее уши, когда демон склонился над ней и прошептал эти слова так четко, что они достигли самого нутра демонессы.

– Отойди от меня, – прошипела Лотос, чувствуя, что ее ухо горит от его дыхания.

Она посмотрела на его лицо, на маску, скрывавшую глаза, на нахальную улыбку. Гнев стал подниматься внутри Лотос. Безликий ее бесил. Демон же выпрямился в полный рост и продолжил стоять спиной к арене, но лицом к Лотос.

– Что ты делаешь? Тебе настолько неинтересно смотреть схватку наших слуг? – возмутилась она.

Арго уже скрестил ножи с Лисом, а она отвлекалась на Безликого.

– Я же знаю, чем все закончится, на что мне смотреть?

Лотос чуть не задохнулась от бешенства. Столько надменности и самодовольства было в позе, голосе и каждом жесте, что ей захотелось самой выйти с ним на арену и как следует избить. А еще она хотела, чтобы Арго размазал Лиса по арене и выжег улыбку с губ Безликого.

– Когда Арго убьет Лиса, я погляжу, как твоя маска треснет от досады, – не удержалась Лотос, делая шаг к Безликому, забыв о бое на арене.

– Арго – ничтожество, палач. Он не достоин чести быть сопровождающим аристократа на балу. Тем более такого хилого, как ты. Тебя должен защищать кто-то посильнее, иначе быстро подохнешь, – спокойно сказал Безликий, чем окончательно разъярил Лотос.

– Ты забыл, с кем разговариваешь?! – рявкнула она.

– О, я всегда помню о твоих способностях, палач, – Безликий молниеносно схватил ее за кисть и перевернул ладонью вверх.

Тонкое запястье, нежная кожа, покрытая тонкой вязью рун, которые сейчас не горели. Лотос мгновенно вырвала руку и прижала к груди.

– Не трогай меня без моего позволения!

– Меня смешит твоя бравада.

Лотос хотела ответить, но рык и лязг оружия на арене отвлекли ее. Она увидела, что Лис уже использовал свое особое умение – он мог во время боя разделить свое тело, создавая девять своих двойников по количеству хвостов. Они были из плоти и крови, искусно сражались, но не разговаривали и не обладали своей волей, являясь продолжением хозяина. Они заполнили арену и окружили Арго, который только и успевал, что уворачиваться от отравленных ножей.

Лотос внимательно следила за Лисом, в сотый раз поражаясь тому, что Безликому удалось заманить к себе на службу кицунэ. Эти духи были хитрыми и крайне свободолюбивыми и никогда не соглашались служить добровольно, а если кому из демонов удавалось их поработить, то они всеми силами пытались испортить хозяину жизнь. Этот же добровольно таскался за Безликим, словно собачонка, да еще и согласился стать демоном. Немыслимо!

Лотос не нравилось то, что первородные повадились брать на службу созданий, не рожденных в преисподней. Все-таки духи, русалки, джинны и прочие создания принадлежали миру смертных. Они были аномалиями, появившимися оттого, что демоны воевали и погибали на земле, – высвободившийся хаос не мог вернуться в преисподнюю и порождал иные формы жизни. Поэтому-то демоны первого и второго круга должны убивать друг друга только в преисподней. Хаос к хаосу.

Именно поэтому на балу бои были разрешены только в пределах арены – Кирино заколдовал ее так, чтобы сдержать высвободившийся хаос и вернуть его домой. Лотос заметила демонов в темных плащах, которые обновляли руны после каждого сражения.

Она снова перевела взгляд на арену. Арго был силен, умен и очень ловок: ему уже удалось прикончить двух двойников и нанести Лису несерьезную, но неприятную рану. И все же Лис был очень опасным соперником – кицунэ имели много секретов, а их магия была неизученной.

Лотос непроизвольно сжала кулаки.

– Нервничаешь, палач? – Безликий встал перед ней, вновь загораживая собой арену. – Или размышляешь, какого раба поставишь на место убитого? Выбирай тщательно, я легко разберусь с каждым твоим слугой.

– Что тебе от меня нужно? – спросила Лотос, возвращая холодное спокойствие в голос.

– Ты слабая, – хмыкнул Безликий. – Ты полагаешься на свои таланты палача, но если будешь рассчитывать только на них, умрешь.

– Тебе какое дело?

– Ты часть круга первородных аристократов, не позорь его.

Это было последней каплей в чаше терпения демонессы.

– Слушай, ты, если хочешь выйти на арену со мн…

Слова Лотос потонули в гоготе и криках толпы, сомкнувшей плотное кольцо вокруг арены. Даже первородные с интересом смотрели на бой. Лотос протиснулась мимо Безликого и замерла, глядя на арену.

Повсюду была кровь убитых двойников Лиса, которые лежали на песке, а сам Лис стоял среди них. Из десятков ран текла черная кровь, а в руке он сжимал оторванную голову Арго, намотав его волосы на кулак.

Лотос смотрела, как тело слуги растворяется в вечности, – Лис разрушил его окончательно, без права на восстановление в преисподней. Арго проиграл и погиб, а она даже не видела его последнюю битву, потратив время на дурацкую болтовню с Безликим.

– Победа за тобой, Безликий, – дерзко прохрипел Лис.

Тот обернулся к арене и взглянул на раненого слугу.

– Ты позоришь меня своими увечьями, – резко сказал он Лису. – Возвращайся в замок и вылечи свои раны.

Лис молча кивнул и ушел с арены. Рыжие волосы свалялись от свежей крови – Арго сильно ударил его по голове. Каждый шаг отдавался болью из-за яда от отравленного оружия, но Лис пытался идти прямо и гордо, хоть победа и не радовала. Позже Безликий скажет ему, что думает об этой жалкой битве, где его чуть не прикончили. Он явно преподал ему урок за самонадеянность и излишнюю веру в свои силы. Урок был усвоен. Повелитель, как всегда, был прав – нельзя недооценивать врага, особенно если это слуга кого-то из первородных, – они берут к себе только лучших. Унижение жгло сильнее, чем яд, растекавшийся по телу, и Лис надеялся, что ему удастся покинуть бал до того, как он потеряет сознание на глазах у всех, опозорив Безликого.

Шум стих, демоны уже планировали новый бой, а Лотос смотрела перед собой невидящим взором. На миг она застыла, охваченная печалью, что потеряла такого преданного слугу, как Арго. Кто теперь будет занудствовать и жужжать ей на ухо предостережения? Кто будет шпионить и доносить полезную информацию? У демонов нет друзей, но годами он был верен ей, как никто. Она уважала его даже в те моменты, когда хотелось дать ему по уху за излишнюю веру в видения.

Получается, его пророчество относительно собственной смерти сбылось? Или оно ослабило его в бою, лишив веры в свои силы? Теперь уже не узнать. Да и не важно.

– Я же говорил, палач, твой слуга ничтожество, а ты слабая, – повторил Безликий.

– Ублюдок! – Лотос импульсивно, быстрее, чем подумала, ударила Безликого кулаком в голый торс.

Демон принял ее удар и даже не дрогнул, хотя знал, что она усилила удар магией. По всей площадке прокатился, как смерч, его хохот.

– Это все? – спросил он сквозь дикий смех.

Другие демоны не разделили веселье Безликого – Лотос нарушила условия бала, напав на демона вне арены. Колонны по всей площадке затрещали от магии, тут же превращаясь в каменных титанов, готовых ее выпроводить.

– Ты нарушила условия бала! – взревел Кирино. – Убирайся, Лотос! Ты больше не можешь оставаться с нами. Вдобавок предлагаю, чтобы следующие три собрания круга голос Лотос не учитывался.

– Да, накажем ее, – тут же подхватила Ферайя, радуясь позору тринадцатой.

– За что? Да она его почти погладила, – фыркнул Лао. – Тут вообще рукоприкладство не приветствуется? Мы стали скучными и мягкотелыми, друзья мои.

– Тут нет друзей! – фыркнула Ферайя.

– С такими речами у тебя даже приятелей никогда не будет, милая, – возмутился Лао.

– Заткнитесь! – крикнула Лотос. – Я нарушила условия, я ухожу с бала. Можете не учитывать мой голос хоть следующие пять столов переговоров. Плевать.

Демонесса развернулась и гордо пошла на выход, туда, где еще недавно шел Лис, капая на мраморный пол кровью.

Злость жгла сущность Лотос до кончиков пальцев. И все же Арго ошибся. Она получила то перемирие, что хотела. А потеря Арго… с этим ей придется смириться. Как ее ни печалила потеря слуги, она не могла назвать это катастрофой.