Пришедшая с туманом

– Я не смею ослушаться, Ваше Величество, – заявил он, на этот раз изобразив более выразительный поклон. – Эта девушка и ее спутник получат все необходимое, заверяю вас. Если это все, то я хотел бы немедленно вернуться в Нергард. Вместе с моим капитаном.

– Вы можете это сделать, – милостиво разрешил советник.

А король вдруг поднялся с трона, спустился с возвышения и подошел к лорду, оказавшись заметно ниже.

– Я не хочу, чтобы вы воспринимали это как принуждение, – мягко заметил он. – Двадцать пять лет назад вы оказали стране и нашей семье неоценимую услугу, когда спасли моего отца от туманных монстров.

«Двадцать пять лет назад? – мысленно удивилась я. – Когда лорду было сколько? Пять лет?» Видимо, он все-таки просто выглядит моложе, чем есть на самом деле.

– Я тогда еще не родился, но отец вспоминал об этом до самой своей смерти. Не думайте, что я забыл об этом. Но такое решение выглядит наиболее справедливо, учитывая все обстоятельства. Вы согласны?

Лорд молчал несколько напряженных секунд, после чего заявил:

– Подозреваю, что всех обстоятельств Ваше Величество не знает, но все равно я вынужден согласиться.

– Вот и славно, – подытожил советник.

Лорд снова поклонился, повернулся и, ни на кого не глядя, стремительно вышел из тронного зала. Я проводила его взглядом, а когда он скрылся за двойными дверями, с удивлением обнаружила, что все цветы в композициях выглядят поникшими. А ведь когда мы пришли, они были абсолютно свежими.

– Может, объяснишь мне, что происходит? – тихо поинтересовался Охотник, когда и мы наконец покинули тронный зал.

До этого он успел выторговать у короля еще одно «материальное поощрение» для себя: новый меч взамен тому, который остался в деревне, поэтому на аудиенции у юной монаршей особы мы задержались дольше. Король распорядился выдать ему такой же комплект оружия, какой получали его гвардейцы. Так что Охотнику достались еще пистолет и небольшой кинжал, все «отменного качества», по его собственной оценке.

– Подробно пока нет, – почти не разжимая губ, ответила я, выразительно косясь на гвардейцев, сопровождающих нас к выходу из дворца. – Если коротко, то выбор был между костром и Нергардом, так что считай, что никакого.

– Ясно, – лаконично отозвался Охотник.

Вот нравился он мне: такой спокойный, надежный, готовый прийти на помощь незнакомке. Должно быть, у него не было планов на будущее, раз он совершенно спокойно отнесся к тому, что нас «рекрутировали». Или просто время от времени он так и поступал: нанимался к кому-нибудь для выполнения определенной работы? На что-то же он жил и путешествовал…

Я решила, что при случае надо будет его расспросить. Пока же все происходило так быстро, что у меня не было времени ни осмыслить события, ни собрать в кучку возникающие вопросы, ни как следует покопаться в памяти. Впрочем, много ли накопаешь в пустоте?

На этот раз на улицу нас вывели через парадный вход. Мы оказались на белоснежном высоком крыльце, залитом солнцем. На улице снова было довольно жарко. Видимо, температура тут все время прыгала от очень низкой ночной к очень высокой дневной. Или это просто такое время года?

У подножия лестницы нас ждал экипаж, заправленный двумя лошадьми. Рядом стояли лорд Нергард и капитан Соланж. Последняя виновато склоняла голову и что-то тихо говорила, я не смогла разобрать, а вот поведение лорда меня удивило. На его лице не осталось и следа недовольства. Он смотрел на женщину с теплотой и мягкой улыбкой, а в глазах его больше не было ни пустоты, ни безразличия. Когда Соланж замолчала, он коснулся ее плеча, слегка сжал его (движения его все равно казались резкими, нервными) и ответил что-то короткое и, скорее всего, ободряющее, поскольку его собеседница тут же подняла голову и неуверенно улыбнулась в ответ.

К сожалению, они заметили нас быстрее, чем мы успели приблизиться достаточно, чтобы услышать их разговор. Соланж тут же перестала улыбаться, вся подобралась, как будто готовясь к битве. Интересно, с кем?

Мы дали понять, что готовы ехать. Соланж открыла дверцу экипажа для своего лорда, а тот сделал приглашающий жест, предлагая мне первой забраться внутрь. Даже руку подал, на которую я сначала настороженно покосилась. Он снял перчатку, а меня почему-то несказанно нервировала необходимость коснуться его. У меня вообще не было перчаток.

– Не бойся, дитя, я тебя не обижу, – неожиданно мягко пообещал Нергард, улыбаясь.

Я мысленно возмутилась: дитя? И он туда же?

Руку я решительно подала и залезла в экипаж, сев на один из двух диванчиков. Куда более комфортных, чем скамьи в той арестантской повозке, в которой нас везли из Хопвела.

Лорд забрался следом и сел напротив меня. За ним последовал Охотник, который, конечно, сел рядом со мной. Соланж досталось место рядом с господином, против чего она явно не возражала. Дверца захлопнулась, и через пару мгновений мы тронулись в путь.

Долгое время между нами висела неуютная тишина. Пока мы ехали по городу, я сама все больше смотрела в окно, с интересом разглядывая его при дневном свете. Наш экипаж катился по широким улицам, вдоль которых тянулись разноцветные дома с покатыми крышами. Одни стояли вплотную друг к другу, соревнуясь между собой красотой фасадов и вывесок, другие – особняком, окруженные садами или парками. Мы проезжали мимо площадей, на которых бойко шла торговля, мимо аллей, по которым прогуливались разодетые дамы и кавалеры. Люди, одетые попроще, не прогуливались, а все куда-то спешили. Тут и там я замечала то громоздкие памятники, то изящные скульптуры, то искрящиеся на солнце фонтаны. Все это казалось чужим, но притягательным и интересным.

Нергард в окно не смотрел. Он откуда-то извлек небольшую книжку (то ли она лежала у него во внутреннем кармане, то ли где-то в экипаже, я не уследила) и уткнулся в нее. Я не представляла, как можно читать при такой тряске, но он довольно бодро перелистывал страницы.

Капитан Соланж сердито молчала, скрестив руки на груди и тоже предпочитая смотреть в окно (со своей стороны). Иногда мне казалось, что она прожигает меня взглядом, но сколько раз я ни пыталась поймать ее на этом, она ни разу не попалась.

Когда мы выехали за пределы города и за окном стало не так интересно, я тоже позволила себе разглядеть капитаншу получше. Она была красивой: темно-русые густые волосы до плеч, выразительные глаза под яркими бровями, крепкое тело, хорошая осанка. По возрасту она казалась ровесницей Нергарда, но в его отношении к ней (в том эпизоде, что я наблюдала) мне почудилось нечто покровительственное, отеческое. В его взгляде была нежность, чем-то хорошо знакомая, хотя я и не могла понять чем.

Впрочем, я многое только чувствовала, но не могла ни полностью осознать, ни сформулировать.

Через несколько часов мы сделали остановку в одном из городов, которые проезжали мимо. Это было очень кстати: мне ужасно хотелось есть и в туалет. И не мне одной. Мы пообедали и отдохнули в придорожном трактире, весьма приятном, на мой вкус. Охотник попытался заплатить за нас из тех денег, что ему пожаловал король (мешочек с монетами он убрал за пазуху, чтобы не привлекать внимания, но несколько штук положил в карман), однако Нергард воспротивился.

– Вы же сами слышали, – объяснил он. – Его Величество возложил все расходы на ваше содержание на меня.

Во время еды (куда более простой, чем во дворце, но после долгих часов в дороге ничуть не менее вкусной) за нашим столом также царило молчание. Если мы и обменивались фразами, то в основном между собой: я с Охотником, лорд с капитаном. Последние постоянно улыбались друг другу, снова выдавая, что между ними куда более близкие отношения, чем обычно связывают состоятельного и влиятельного человека с капитаном его стражи.

«Может быть, они любовники? – проскочила в голове непрошенная мысль. Отчего-то неприятная. – Поэтому он так на нее смотрит. И поэтому советник знал, что Нергард согласится на все, если его капитану что-то будет грозить».

Это выглядело вполне правдоподобно, но почему-то совершенно мне не нравилось.

Когда наш путь продолжился, мы заняли те же места. Нергард снова уткнулся в книгу, хотя за это время на улице успело заметно стемнеть, а в экипаже было еще темнее. Да и качало на проселочных дорогах сильнее. Однако лорд переворачивал страницы все с той же скоростью.

Некоторое время я наблюдала за ним, вспоминая его разговор с королем и советником. И в конце концов не выдержала:

– Скажите, а почему советник короля назвал вас Безымянным?

Вопрос прозвучал так неожиданно, что все непроизвольно вздрогнули. Нергард быстро вскинул на меня взгляд, после чего дернулась уже я: его глаза светились в темноте. По-настоящему светились!

Заметив мой испуг, лорд моргнул – и глаза стали выглядеть нормально.

– Меня так иногда называют, – спокойно ответил он. – Потому что у меня нет имени.

– Как это – нет имени?

– Очень просто. Вот какое у вас имя?

– Я не знаю. Я не помню.

– Вот и я не помню, – он улыбнулся.

Так вот о чем говорил король, когда упомянул его «личные обстоятельства», которые могут помочь мне освоиться.

– Вы тоже потеряли память? – удивилась я.

– Я теряю ее время от времени.

Я тряхнула головой и бессмысленно моргнула, не понимая.

– В каком смысле?

– В прямом, – со вздохом пояснил лорд, опуская книгу и прикрывая ее, чтобы не держать на весу. – То ли болезнь, то ли проклятие. Время от времени несколько лет моей жизни просто… стираются из памяти. Вот, например, король упомянул случай, когда я спас его отца. А я этого уже не помню. Совсем. Его отца помню. Как мы общались, пока тот был жив, а вот как познакомились… На этом месте туман. Думаю, однажды я проснулся полностью как чистый лист. Как вы сейчас. Может быть, это случилось и не один раз. Когда-то тогда я и утратил память о своем имени. Безымянным меня назвал прежний король.

– Но кто-то же должен вас знать, – возразила я. – Вы не последний человек в королевстве, как я понимаю.

– Возможно, кто-то должен, – легко согласился лорд. – Но я такого человека пока не встретил. До знакомства с прежним королем я был… никем. Просто странником. Как ты, – он посмотрел на Охотника.

– Все это очень необычно, – пробормотала я, опуская взгляд, но тут же снова испуганно посмотрела на Нергарда. – Думаете, у меня может быть такое же заболевание? Или проклятие?

– Откуда мне знать? – он легкомысленно пожал плечами. – Поживем – увидим.

И снова невозмутимо уткнулся в свою книгу. Мог бы и поподробнее рассказать, между прочим.

– А как же вас тогда называть? – снова обратилась к нему я, не желая вот так заканчивать разговор. Да и тишина порядком надоела.

– Вы можете называть его как и все: лорд Нергард или милорд, – неожиданно резко вмешалась Соланж. – Обращаться к лорду по имени вам все равно без надобности.

– А вы его как называете? – тут же с вызовом поинтересовалась я. – Вам-то определенно без имени не обойтись.

– Не твоего ума дело.

Запаса вежливости у Соланж хватило ненадолго.

– Леди, я прошу вас, – укоризненно протянул Нергард.

Но на вопрос об имени не ответил, снова спрятался за книгой. А меня почему-то не отпускало, хотелось продолжить.

– Я буду называть вас… Трой, – брякнула я, сама не зная почему.

Нергард резко перевернул страницу, не отрывая от книги взгляда и в остальном оставаясь спокойным.

– Договорились. А я буду звать тебя Бабочка.

Это сбило меня с толку. Вариант Охотника мне был хотя бы понятен.

– Почему – Бабочка? – насупившись, уточнила я.

Наверняка здесь это означает что-нибудь обидное, судя по тому, как Соланж прыснула в кулак.

– А почему – Трой? – хмыкнул Нергард и снова посмотрел на меня светящимися глазами.

– Я называю ее Незнакомкой, – внезапно вклинился Охотник. Он тоже чему-то улыбался, расслабленно откинувшись на спинку нашего диванчика.

– А тебя, как мне сказали, зовут Охотником? – уточнил Нергард, снова посмотрев на моего спутника.

Тот, кстати, совершенно спокойно отреагировал на светящиеся глаза лорда.

– Да, все меня так называют.

– Безымянный, Незнакомка и Охотник, – фыркнула Соланж. – Не экипаж, а воровская сходка. Одни погоняла вместо имен.

– Зои, следи за языком, – поморщился Нергард.

Капитан Соланж только фыркнула, снова уставившись в окно. Нергард вернулся к книге: ему оставалось прочитать не так много.

Я почувствовала на себе вопросительный взгляд Охотника. Он как бы говорил: «Что на тебя нашло? Что ты тут устроила?» А я не знала, что на это ответить, и лишь пожала плечами.

В экипаже вновь повисла тишина, а вскоре меня окончательно укачало, и я задремала, уронив голову на плечо Охотника.

Не знаю, как долго я спала. Проснулась от того, что экипаж особенно сильно качнуло. Мне показалось, что мы сейчас перевернемся, поэтому я дернулась и села прямо. Охотник рядом тихо выругался, помянув интимные места некоего обитателя сумрака. И тут же кашлянул, смутившись. А мне стало смешно.

Капитан Соланж, отчаянно вцепившаяся в ручку дверцы, тоже непроизвольно улыбнулась, удивленно приподняв брови. Как будто Охотник только что слегка расширил ее лексикон.

И только лорд Нергард остался невозмутим. Он уже не читал, наверное, книжка наконец закончилась. Сидел, скрестив руки на груди, откинув голову назад и закрыв глаза. Его не потревожили ни угодившее в яму колесо, ни сквернословие Охотника.

Я снова выглянула в окошко со своей стороны. Мы проезжали по уже засыпающей деревне, дорога поднималась вверх, бежала к притаившемуся на горе замку, который темнел на фоне усыпанного звездами неба, ярко освещенный луной. Экипаж ехал медленно: уставшим лошадям было трудно тащить нас. И еще я снова чувствовала, что стало очень холодно.

Дорогу обступили деревья, кроны которых смыкались, перекрывая лунный свет. На какое-то время мы погрузились в кромешную темноту, которую развевал лишь фонарь кучера, словно оказались в тоннеле. Но вскоре преодолели его, и вокруг снова стало светлей: мы въехали на нижний двор замка, а тут горели факелы и костры, толпились гвардейцы короля. Наверное, те самые, которых обещал послать в помощь Нергарду советник-кудесник. Они добрались раньше нас.

Наш экипаж неторопливо просочился сквозь толпу, поднялся на верхний двор и остановился у главного входа основного строения. Капитан Соланж резво выбралась наружу, за ней последовал Охотник, кряхтя и разминая затекшую спину. Лорд жестом предложил мне последовать за моим другом, а сам вылез последним.

В отличие от нижнего, верхний двор выглядел совершенно пустым. Нам навстречу из замка выбежал только пожилой мужчина. Судя по обращению «милорд» и почтительному тону – слуга Нергарда. Местный распорядитель дома, решила я про себя.

Пока они разговаривали, я оглядывалась по сторонам, хотя в темноте мало что было видно. Разве что высокие замковые стены, острые башни замысловатого основного здания, строения поменьше вокруг него. Со стороны одной такой постройки мне послышался приглушенный, но от этого не менее жуткий рев. И скрежет.

Обычно все происходящее быстро находило в моей голове определение. Я отличала мужчин от женщин, господ от слуг, лошадей от собак, например. Знала названия предметов и явлений, но этому реву в моей голове никак не находилось определения, а потому от него кровь застыла в жилах. Он был непонятен, а потому пугал.

Настолько, что когда рука Охотника легла мне на плечо, то я едва не подпрыгнула. И только сейчас заметила, что и он, и пожилой слуга выжидающе смотрят на меня.

– Уже уснула? – насмешливо поинтересовался Охотник. – Подожди, сейчас нас поселят, покормят, потом будешь спать.

Я кивнула и последовала за ними, между делом отмечая, что сам лорд Нергард и его верный капитан как раз успели скрыться за массивной входной дверью. Когда и мы добрались до холла, Нергард уже исчез из вида, зато я успела услышать, как капитан Соланж тихо велела двум стражникам:

– Приставить к ним охрану, никуда не выпускать без разрешения лорда. Головой отвечаете, ясно?

Стражники кивнули, а я подумала, что следить за лордом будет непросто, если нас с Охотником посадят под замок.