Измена в подарок на свадьбу

– Это значит человек, который…

– Я знаю значение этого выражения, – отзывается мужчина, и на его губах появляется очаровательная улыбка. В уголках глаз собираются крохотные морщинки. Словно лучики, которые освещают его потрясающие глаза. – Я спросил, почему вы так меня называете.

– Потому что… вы спасли меня. Или это были не вы?

– Я, – кивает.

– Как все произошло?

– Если вкратце, то вы летели в столб. Я въехал в вашу машину, чтобы столкнуть с дороги. Вы улетели в сугроб. Поскольку были не пристегнуты, ударились головой о руль. Врач сказал, что вы родились в рубашке, потому что при таком столкновении вы могли свернуть себе шею. Ну, и подушка безопасности сработала вовремя.

– Спасибо, – шепчу хрипло. Тяну улыбку, но она дается мне с трудом.

– Вы просили увезти вас и спрятать, – вдруг серьезно говорит он, и густые брови съезжаются на переносице.

А мне внезапно становится стыдно за то, что обратилась к нему на “ты”. Но тогда я почувствовала его как очень близкого человека. Защитника. Спасателя. А когда мы заговорили, теперь вспоминаю о своих манерах.

Чувствую, как к лицу приливает кровь.

– Что случилось, Алиса? Вы от кого-то убегали на той машине?

– Да, – моргаю, потому что кивнуть сейчас – это просто непосильная задача. – Моя семья… и мой жених… они хотят упрятать меня в психушку.

– Зачем им это? – хмурится мой спаситель.

– Долго рассказывать. – Вздрагиваю, когда слышу шаги в коридоре. – Но мне надо, чтобы ты… вы… помогли мне уже сейчас. Совсем скоро здесь будет отцовская охрана, и тогда ничего точно не выйдет.

– Отцовская охрана? – спрашивает, слегка прищурившись. – Как, говорите, вас зовут?

– Алиса. Алиса Коваль.

– Интересно, – задумчиво бормочет он.

– Так вы мне поможете?

– Алиса, я пока не могу точно сказать, но попытаюсь что-то сделать для вас.

– Это долго! – нервничаю, хоть кричать из-за саднящего горла и больной головы просто не могу. – Надо прямо…

Замолкаю, когда дверь палаты распахивается, и на пороге появляется Павел. Впивается взглядом в моего посетителя и хмурится.

– А вы еще кто? – спрашивает.

Подходит сразу ко мне и хватает за руку, как будто обозначает свою территорию. Я вытаскиваю ладонь из его хватки. Тогда он кладет руку мне на плечо. Она ощущается как пудовая гиря, которая придавливает меня к кровати, чтобы не рыпалась.

Хочется смахнуть его ладонь, но сил нет. Я только дергаю плечом, но Павлу плевать на мой искомфорт и на то, что я брезгливо скривилась от этого жеста. Зато все эти мелкие нюансы не ускользают от моего Ангела-хранителя. Он мрачно обводит взглядом представшую перед ним картину, а потом засовывает руки в карманы классических брюк.

Только сейчас я окидываю его вхглядом. Черные брюки, такого же цвета гольф. Кажется, из кашемира, потому что выглядит ткань очень мягкой и качественной. Фигура у мужчины потрясающая. Он не перекачен, но даже через одежду видно рельеф его мышц и массивность фигуры.

Темные глаза мужчины впиваются в Павла. А я ловлю себя на мысли, что даже имя его не спросила. Интересно, как его ховут? Ему бы пошло что-то неординарное, но при этом мощное.

– Я – тот, кто спас Алису на дороге, – отвечает он на вопрос Павла, вырывая меня из размышлений.

– О, мы все вам так благодарны, – рассыпается Павел в лести. Подходит к мужчине и протягивает руку, которую тот без промедления пожимает. – Павел Подоляк, жених Алисы.

– Жданов Ильдар.

Мои глаза сами собой распахиваются.

Ну конечно! Я же видела его на страницах светской хроники и на обложках деловых журналов! Как я могла не узнать самого завидного холостяка города и обладателя старых денег?

У Ждановых огромный старинный особняк в том же поселке, что и дом моих родителей. Папа с отцом этого Ильдара вроде даже в гольф играет. Удивительно, что раньше мы нигде и никогда не пересекались. Но, говорят, Ильдар не любитель светских мероприятий. Ведет практически замкнутый образ жизни.

Ну надо же! Как я могла его не узнать? Удивительно.

Жданов бросает на меня взгляд, а потом переводит его на Павла.

– Я знаю, кто вы, – продолжает мой жених. Бывший жених, напоминаю себе. – Рад познакомиться лично. Знаете, у меня даже есть для вас одно деловое предложение…

– Не думаю, что в палате вашей невесты, которая чудом избежала смерти, уместно говорить о бизнесе. Полагаю, Алиса сейчас нуждается больше в вашем внимании.

– О, Алиса уже привыкла к такому. Правда, малыш? – не отрывая взгляда от Жданова, произносит Павел.

Он даже не смотрит на меня! А мне почему-то становится чертовски стыдно за поведение моего почти-жениха. Стыдно перед Ждановым за то, что я могу быть помолвлена с таким уродом. И почему мои глаза только сейчас начинают открываться, и я начинаю видеть истинную сущность Павла?

– Я предпочитаю говорить о бизнесе в рабочее время, – твердо произносит Ильдар. Смотрит на меня так внимательно, что хочется натянуть одеяло до самого носа.

– Да бросьте. Алиса… – Павел понижает голос. – Она немного не в себе. Так что ей будет плевать, о чем мы тут говорим.

Закрываю глаза, чтобы не умереть со стыда, раз уж авария меня не убила. Горят даже веки и, кажется, кончики волос тоже воспламенились. Как же неловко! Отвратительное чувство, когда теюя выставляют душевно больной.

– Скорейшего выздоровления, Алиса, – вдруг произносит Ильдар, и я распахиваю глаза. Сталкиваюсь взглядом с серыми глубинами и мысленно умоляю не бросать меня с этой сволочью – моим якобы женихом.

Но Жданов кивает, снова пожимает руку Паше и выходит из палаты.

Неужели я обречена? Неужели он мне не поможет?!