Дикий танец Жасмин

Глава 5: Глупец тот, кто считает себя повелителем жизни

Драйян

Кое-как сидел на полу, опираясь дрожащими руками о высокий постамент, на котором лежало девичье тело. С каждой пройденной секундой сил оставалось все меньше, но я отчаянно звал душу Авроры, проклиная ее сопротивление.

Темные стены храма давили на плечи, а от приглушенного света рябило в глазах. Свечи нещадно чадили, выгорая до самого основания. Сколько уже прошло? Наверное, несколько минут, но казалось, что целая жизнь.

А ведь так хорошо все начиналось. Отправив Аврору в Шагдарах, я позаботился абсолютно обо всем. Деньги, новые документы, жилье. Ей оставалось только добраться до постоялого двора и дождаться там моего приезда, но эта упрямая девчонка сбежала, едва оказавшись в столице.

В порыве бессилия я уничтожил кучера, ворвавшись в таверну, в которой он пропивал заработанное. Задушил собственными руками и нисколько не сожалел о произошедшем, потому что среди его вещей нашлась сумма – куда большая, чем та, которую я заплатил. Правда, проклинал себя за порывистость и резкость, потому что от него мог бы вызнать о судьбе Авроры, но что сделано, то сделано.

Должен был сейчас готовиться к войне с Певерхьером, которая, увы, неминуема, помогать родителям с делами империи, устанавливая единые законы, пересматривая титулы, но не был способен думать ни о чем, кроме своей невозможной супруги.

Объединение королевств прошло гладко, насколько это возможно. Дворец утопал в крови подосланных наемников и слуг, что продались за горстку монет. Мы пережили тот день, успешно перенесли Мальтера в Шагдарах, а потом вернулись на зачистку. Подавили бунт.

Уже давно просчитали всевозможные развития событий, готовились не год и не два, расписывая ходы наперед. К сегодняшнему дню почти все устаканилось, вошло в колею, но сделать еще нужно слишком многое.

В отличие от Певерхьера, Реверонг нас нисколько не беспокоил, несмотря на сорвавшиеся планы. Младшая принцесса пропала прямо из Шагдараха. Подозревал, что девица попросту сбежала, узнав, кто уготован ей в супруги. Сын моего отца никогда не отличался здравомыслием. В первый же день знакомства он продемонстрировал невесте, которая всю жизнь была целителем и спасала людей, все грани своей жестокости, публично казнив недовольных на площади свободы. Где были его мозги?

Но на тот момент было еще не все потеряно. Оставалась наследная принцесса Реверонга, но и она исчезла несколько дней назад, прихватив с собой небольшой отряд, который в военном деле ни на что не способен. Король Реверонга обратился за помощью к нам, наивно соглашаясь на любые условия вступления в империю. Я бы на его месте таких обещаний не давал.

Все изменилось уже на следующий день. К вечеру резко носом пошла кровь, стекая по губам и подбородку. Не придал этому значения. Только искренне удивился. Аврору уже разыскивали в Шагдарахе – я назначил вознаграждение за любую информацию о ней и баснословную сумму тому, кто приведет ее ко мне целой и невредимой, но все напрасно.

Любители легкого заработка приводили не тех или откровенно врали, придумывая информацию об Авроре на ходу. Неимоверно злился, но не желал признавать бессилие даже тогда, когда личная гвардия ничего не нашла. Она будто и не появлялась в Шагдарахе ни под своим именем, ни под именем Рэйоры Арокос.

К вечеру того дня я начал испытывать жар. Не сразу понял, что происходит, но, едва ощутил ожоги, осознал, что Аврора в опасности. Она заживо горела, покрываясь все новыми и новыми ранами. Я чувствовал ее боль, пытался вылечить наши раны, применяя дар, но, едва заживая, ожоги появлялись вновь, вынуждая испытывать настоящую агонию.

Ослабленным и почти умирающим меня нашла мать. Она по капле вливала свою магию в мое тело, но раны затянулись лишь к утру нового дня. И не с ее помощью. Кто-то вылечил Аврору.

– Как ты посмел провернуть такое? Темным запрещено совершать этот ритуал! О чем ты думал? – кричала мать, а я не мог не то что подняться, но и возразить. Сил не было.

Это отвратительно – чувствовать себя беспомощным, слабым. Давно позабыл об этих ощущениях. Ненависть оплетала грудь, но кого я ненавидел? На кого злился? Только я был виноват в том, что сейчас происходило с Авророй. Самоуверенность часто выходит боком тем, кто привык побеждать.

– Она моя предначертанная, – едва шептал и от этого злился еще больше.

– Она твоя погибель! – закричала мать, бессильно сжимая кулаки в тихой ярости, но тут же взволнованно подошла к моей постели. – Как ты мог отдать ей во власть свое тело?

– Я забрал намного больше. Я забрал ее душу, – ответил, понимая, что мать уже обо всем догадалась.

– Ты испытываешь все то же, что и она. Всю ее боль. Что будет, если она умрет? – впервые видел, как по щеке этой сильной женщины стекает слеза. – Твоя сила, да и мой дар бесполезны. Я не смогу вылечить тебя.

– Я сильнее, чем кажусь на самом деле. Я не дам нам умереть, – ответил твердо.

– Но ты не властен над ее телом. Только над душой, и тебе это известно! – порывисто поднялась она, отворачиваясь, а взметнувшиеся юбки ее платья с шелестом опали к ногам.

– Значит, я удержу ее душу.

Все то время, пока я лежал, личная гвардия прочесывала Шагдарах, пытаясь отыскать места, где случился пожар, но неудача постигла вновь. Два жилых дома, один сарай, развалины старого замка на отшибе – они не нашли ни пылинки, которая бы указывала на то, что Аврора была там.

Следующая боль пришла днем. Спину обжигало. Красные полосы разрастались, а густая кровь растекалась по постели. Кожу буквально разрывало. Мать сидела со мной, не отходя. Ее магия облегчала страдания, притупляла ощущения, но крови было слишком много. Моя же сила не откликалась вообще, но вскоре и эти раны затянулись.

Не представлял, что сейчас происходит с Авророй. Наверняка она сходила с ума и как никогда желала смерти, но я хотел испытывать ее боль, хотел разделять ее, чтобы знать, что с ней. Чтобы знать, что она еще жива.

– Лорд Ранисах Арокос ждет вас внизу, Ваша Светлость, – после тихого стука заглянул в комнату управляющий.

– Не смей никуда уезжать! Я запрещаю тебе! Я… я… Я прокляну тебя и лишу наследства! – фурией металась по покоям мать, ругая меня на все лады.

– Прости, но я должен. Аврора – часть меня. Лучшая часть.

Спешно спустившись к другу, я тепло поздоровался с ним. Мать всегда недолюбливала Ранисаха, и сейчас ее лицо выражало все оттенки недовольства. Она так и стояла наверху, опираясь на перила лестницы. Не спустилась даже тогда, когда мы направились к выходу из дворца.

– Я больше чем уверен, что она на одном из невольничьих рынков. Именно там наказывают за непослушание плетьми, – объяснил я другу, забираясь на коня. – Отец, как и всегда, воспротивился тому, чтобы искоренить подобные сборища.

– Какой аргумент нашел Его Величество на этот раз? – с усмешкой спросил Ранисах.

– Никакой. Он ответил прямо и не скрываясь. Если приму бразды правления, смогу делать то, что посчитаю нужным, – без удовольствия повторил я услышанную фразу.

– Но ты не примешь?

– Я и без разрешения испепелю там все к Тьме…

Носились с одного рынка на другой, переворачивая каждую доску, вскрывая все замки, пересматривая всех рабынь. Оставался последний, и мы спешили как могли, но не успели. Тьма не дала выйти ближе чем за пять десятков метров от ворот, а когда мы подъехали, уже было поздно. Аукцион закончился.

– Она может быть в том дормезе! – закричал Ранисах, поворачивая коня. – Девичье лицо мелькнуло в окошке!

Понимал, что это могла быть совершенно другая девушка, которую удачно продали. Кареты сопровождали воины повелителя Певерхьера. Они неслись с огромной скоростью вперед, когда заметили преследование. Последний дормез резко затормозил и перевернулся, перегораживая собой дорогу, а с десяток воинов повернули лошадей.

Покончив с воинами, всей душой желал, чтобы оставшиеся на невольничьем рынке гвардейцы отыскали там Аврору, но тем не менее несся вперед, пытаясь догнать кареты. Мы не успели совсем немного. Вспышка Темного портала мелькнула в свете дня, а пустые дормезы так и остались стоять на границе.

Вернувшись к рынку, я в который раз разочаровался. Ее там не было. Не было сейчас, но все это время, пока я ее искал, она находилась именно там. Сил не осталось. Едва я получил от хозяина ответ, кто ее купил, все строение сгорело дотла вместе со скотами, которые много лет торговали живыми людьми, словно псами. Не боялся гнева отца. Наплевать. Уже наплевать.

– Драйян, она не придет. – Рука Ранисаха легла на мое плечо и несильно сжала в знак поддержки.

Все это время собранный отряд стоял внизу у ворот и ждал команды к отправлению в Певерхьер, а я не мог и шага сделать из храма, что находился внутри дворца. Кровь уже перестала течь, а глубокая рана на животе затягивалась. Только Аврора все никак не приходила, а я звал и звал, приготовив для нее новое тело, которое вмиг смог бы излечить, едва душа коснулась бы его.

Красивая девушка со светлыми волосами оставалась бледной и бесчувственной, мертвой. Ее нашел для меня Ранисах, позволив втянуть себя во все это, но напрасно. Я даже ее боль перестал ощущать, с ужасом осознавая, что она мертва. Рванув ее душу в последний раз, не надеялся на то, что она откликнется…

Но она откликнулась!

Не здесь, нет. Не в этом теле, но в ком-то другом!

В том, кто позволил ей сделать это.

– Немедленно выдвигаемся в Певерхьер, – скомандовал я, поднимаясь и отряхиваясь.

– Твоя рана? – попытался остановить меня друг.

– Уже затянулась.

Я ощущал огромный прилив сил, едва связь с телом Авроры полностью прервалась. Она больше не была властна над моим телом, но я…

Я до сих пор владел ее душой.

Глава 6: Одна маленькая ложь может как спасти, так и погубить

Жасмин

Не сразу осознала, что этот дикий страшный хрип принадлежит именно мне. Резко распахнув веки, ожидала увидеть всю ту же комнату, все то же окно и вечер, что ложился на город, но разум сыграл злую шутку.

Я лежала на полу, а надо мной с безумным взглядом нависал старик-лекарь. Он будто растерялся и не знал, что делать, замерев подобно статуе. С другой стороны рядом со мной на колени упал младший принц. Схватив меня за руку, он что-то кричал старику, но я не могла разобрать ни слова. Хрип по-прежнему стоял в ушах, играя свою страшную музыку. Захлебывалась кровью, а она стекала по губам, подбородку.

Едва завидев повелителя, я забилась в настоящей истерике. Клинок уже вытащили, и лекарь занимался раной, но я не чувствовала себя лучше. Понимала, что вновь умираю.

– Нужно снять кандалы! Я не могу так лечить! – расслышала я паникующий голос, но будто через вакуум.

– Нет, – спокойно ответил повелитель, поворачиваясь к нам спиной и направляясь к дверям.

Я видела взгляд младшего принца. В его карамельных глазах плескалось озеро боли, смешанное с негодованием. Черный ключ появился в его руках в одно мгновение, и в следующие секунды комнату огласили звонкие щелчки.

Чужая магия полилась, обнимая, окутывая, проникая в нутро. Но, прежде чем уплыть в спокойный сон, я долго мерилась взглядами с повелителем, который замер в дверях. Ему явно не понравилось то, что его брат ослушался его. Ему явно не нравилась я.

В первый раз я проснулась среди ночи. В просторной спальне было невероятно холодно, несмотря на то, что в высоких чанах на тонких подставках горел огонь. Я лежала под мягким лоскутным одеялом, закутанная в него, словно в кокон, а рядом дремал младший принц. Аккуратно выбравшись из постели, я отодвинула темный балдахин и направилась прямиком к зеркалу, что стояло рядом с резным шкафом.

Увиденное нисколько не удивило.

Я просто устала удивляться происходящему со мной. Смотрела на себя, но видела Жасмин. Ее темную кожу, ее черные волосы, заплетенные в длинную густую косу, ее глаза – темно-синие, как ночь, и ее губы – красные и без косметики. Пока я была в беспамятстве, меня переодели в темно-зеленый наряд, ничем не отличающийся от прошлого. Разве что золотом был вышит цветочный рисунок.

Прикоснувшись ладонью к отражению, я хотела что-то сказать, но одернула себя, посчитав, что это глупо. Навряд ли она меня услышит. Ее просто нет.

Второй раз я проснулась рано утром, услышав, как скрипит кровать. Краем глаза наблюдала за тем, как младший принц поднялся и скрылся за одной из дверей. Притворялась спящей, когда он вернулся обратно в комнату. Только темные штаны скрывали его тело.

– Пора просыпаться, моя шелая. – Мужчина присел рядом со мной и погладил меня по щеке, а я сонно приоткрыла веки и моментально отползла от него, демонстрируя ужас, страх во взгляде.

– Кто вы? Что вам нужно? – театрально кричала я, натягивая на себя одеяло.

Идея пришла в одночасье. Я толком ничего не знала о жизни Жасмин, не могла управлять ее магией, даже не подозревала, что было до того, как я увидела ее мертвой. Именно поэтому я решила, что самое время потерять то, чего у меня и так нет – чужую память.

– Тише-тише, Жасмин… – мигом поднялся на ноги младший принц, выставляя вперед ладони.

Он выглядел растерянным мальчишкой.

– Где я? Кто вы? – выскользнув из постели, я бегом направилась к дверям, но чужие руки ловко схватили меня и утащили обратно.

Мужчина старался успокоить меня, пытался что-то объяснить, но я устроила ему настоящую истерику со спецэффектами из слез и дрожи, что охватила тело. Понимая, что не справляется, младший принц спешно покинул комнату, заперев меня, а вернулся уже с лекарем.

– Простите, но здесь я бессилен. Успокоительное будет действовать еще несколько часов, но на этом все, – поправляя круглые очки, обратился к мужчине старик. – То, что девочка пережила, оказалось ей не по силам. Так бывает, поверьте. Наш разум – самая величайшая загадка мироздания. Поэтому, увы, пока не захочет вспомнить, она не вспомнит. Это защитная реакция организма.

– Но что-то ведь можно сделать? – не унимался младший принц.

Слегка поклонившись мне, старик увел мужчину к дверям. Я вслушивалась в каждое слово, произнесенное шепотом:

– А вы действительно хотите, чтобы ваша гостья, вспомнила все? Ведь вы можете рассказать ей то, что выгодно вам. Только сначала узнайте, что именно она помнит…

Лекарь ушел, оставив нас наедине, но, едва мужчина подошел к постели, а я сжалась в комок, будто в страхе, в дверь постучали:

– Хаар Джа, вас срочно вызывает повелитель, – раздалось по ту сторону, но в комнату никто не вошел.

– Я сейчас спущусь, – громко ответил младший принц, но смотрел на меня. – Сейчас мне нужно уйти. Я пришлю сюда гене. Она позаботится о тебе в мое отсутствие. Прошу тебя, шелая, не делай глупостей. Когда вернусь, я обязательно отвечу на все твои вопросы.

– Что означает «шелая»? – не удержалась я от реплики, ненавязчиво уворачиваясь от чужой руки, которая вознамерилась погладить меня по щеке, словно маленькую.

Младший принц улыбнулся – едва заметно и как-то грустно.

– Это означает «любимая».

Мужчина вышел, и только тогда я позволила себе широко улыбнуться. Ощущала себя победительницей: первый раунд остался за мной. Пока не могла с уверенностью сказать, что выберусь из этой передряги, но мой статус здесь несказанно радовал.

Я не была рабыней, несмотря на кандалы, в которых сюда привезли Жасмин. Я ночевала в отдельной комнате, но не думаю, что была причислена к гарему. Да и это – любимая…

Нет, пока не могла утвердительно заявить, что у младшего принца есть к Жасмин какие-то чувства. Особенно после того совета, который дал ему лекарь. Но…

Вчера он действительно переживал и даже пошел наперекор брату, чтобы спасти ее. Если это и впрямь любовь, на этом можно неплохо сыграть.

Почему-то я не удивлялась той жестокости, которая поселилась в сердце. Не знаю, откуда именно она взялась. Возможно, переняла от Драйяна, а может быть, поспособствовали те злоключения, через которые я прошла. Просто надоело быть мягкой и молчаливо сносить все удары судьбы. Она меня не жалеет, так почему же я должна кого-то жалеть?

Поднявшись с постели, я расправила плечи и легкой поступью направилась искать ванную. Правда, все-таки остановилась у окна. Замерла, едва заслышав громкие голоса.

Открыв стеклянную створку с разноцветным витражом, бесстрашно высунулась на улицу, облокотившись о широкий подоконник. Вообще, окна здесь напоминали арки или небольшие округлые выемки, в которых вполне можно было сидеть.

Окно выходило прямиком на центральный вход, где днем ранее останавливались слоны. За высоким светлым каменным забором вдалеке виднелся город, а внизу у подножия лестницы стоял конный отряд. Никаких опознавательных знаков – только темные одежды и темные же платки, скрывающие лица. Отсюда никак не могла расслышать хоть слово, но точно знала, что это не воины повелителя. Возможно, это люди Жасмин…

Уже хотела окликнуть их, чтобы выдать свое здесь нахождение, когда увидела спускающихся по лестнице младшего принца и повелителя. Они статно шествовали в окружении охраны, а за ними неспешно следовал тот, кого я никак не ожидала увидеть.

В ужасе вскрикнув, я закрыла рот руками, но поздно – меня уже услышали. Словно в замедленной съемке видела, как абсолютно все взгляды вмиг устремились к тому самому окну, в котором застыла моя фигура. Я даже пошевелиться не могла, обмирая от страха, потому что там, внизу, на меня смотрел Драяйн – живой и невредимый.

Темные волосы с проседью, черные глаза и хищные заостренные черты. Широкие плечи… Я запомнила его именно таким, а теперь меня будто преследовал самый худший мой кошмар. Он словно вернулся, чтобы отомстить.

Изо всех сил зажмурившись, хотела отогнать наваждение, но, едва открыла веки, мираж не растворился. Мужчины так и продолжали свой путь, но Драйян и человек, сопровождающий его, все еще смотрели на меня.

Он выжил – это стало настоящим открытием. Словно обухом по голове. Несмотря на то, что я сама видела, как стилет вонзился в его сердце, он выжил. Просто невозможно.

Узнал ли он меня? Возможно, но не Аврору, а, скорее всего, Жасмин. Могла бы предположить, что супруг искал здесь именно меня, но навряд ли. Наверное, дело в объединении королевств или, в крайнем случае, в пропавшей наследной принцессе Реверонга…

Не хотела надеяться на его помощь. Наверняка, даже если буду умолять, не спасет. Он жив, а значит, сейчас у него другие заботы и ему нет дела до какой-то там принцессы. Жасмин не Аврора. Он не станет за нее мстить.

– А вот и моя девочка… – дверь в комнату без стука открылась, и внутрь вошла гене в сопровождении нескольких служанок.

Все они смотрели на меня как на дурочку, что поселилась в палате психбольницы. Как-то уж излишне натянуто улыбались, но удивили меня поклоны. Они кланялись мне.

Мысленно махнув на них рукой, я вновь повернулась к окну, желая понять кое-что важное. Смотрела на удаляющуюся фигуру Драйяна и вдруг встретилась с ним взглядом. Не отвернулась, не сбежала. Я выдержала эти долгие секунды, пока меня сканировали, буквально пронзали, словно острым кинжалом. Выдержала, потому что к моему огромному облегчению больше ничего не чувствовала к нему.

Ничего.

Ни ненависти. Ни любви.

Глава 7: Ложь никогда не бывает во благо всем

Жасмин

Думала, что меня проведут в другие покои, но мы остались здесь же. Гене открыла для меня одну из дверей, за которой скрывалась купальня. Широкий бассейн имел форму изогнутого овала. От воды исходил пар, но меня волновал ее цвет. Темно-фиолетовый, будто в нее пару литров марганцовки опрокинули. А может быть, и больше.

– Простите, а что с водой? – спросила я на шагдарахском.

Не знала язык, который для Жасмин являлся родным, а потому решила говорить на том, в котором уверена. В конце концов, могу запросто списать это на беспамятство.

– Это распоряжение Хаар Джа. Не переживайте, ваша кожа не окрасится, – поспешила успокоить меня гене, а до меня дошло, зачем это все сделано.

Вода не должна быть чистой. Жасмин говорила, что ей хватит и капли, чтобы призвать свою магию и перенестись, но я-то, как это сделать, не знала. Правда, могла хотя бы попытаться воспользоваться даром. Основы стихийной магии помнила на зубок.

Раздевшись, я вошла в бассейн и сделала несколько гребков, чтобы почувствовать воду. Она была тяжелой, словно густой, но в своей темени отлично скрывала мое тело. Коса расплелась, и волосы плыли вслед за мной, словно мягкий плащ. Под водой удалось пустить небольшую волну – никто и не заметил, а я порадовалась успеху. Все-таки уметь постоять за себя – это важно.

Я стойко выдержала все процедуры. В этот раз служанки действовали мягко, осторожно. Нежно омывали мое тело, занимались волосами, втирали масла. По купальне разносился запах сладких цветов с едва заметной кислинкой. Пыталась расслабиться, но не могла. Тело было напряжено.

Белоснежная ткань наряда обняла тело. Топ был украшен камнями, что переливались, едва на них попадали солнечные лучи. Мягкие балетки оказались удобными. В принципе, я была готова, но вот только не знала к чему.

– Хаар Джа скоро придет. Не скучайте, – улыбнулась на прощанье женщина.

Как бы я ни хотела не думать о Драйяне, мысли все равно возвращались к нему. Переживала, во что может вылиться мое незапланированное представление в окне. Повелитель наверняка недоволен, а младший принц…

Скоро узнаю. Пока не придумала, как к нему подступиться. Мне нужны были ответы на вопросы, которых снова оказалось слишком много.

Он вошел в комнаты как раз тогда, когда я бесцельно стояла у окна и любовалась жарким днем. Внизу устанавливали какой-то постамент. Солнце вынуждало жмуриться, но обогревало своими лучами.

– О чем грустит моя шелая? – его руки легли мне на плечи, прижимая меня к чужой груди.

Сначала хотела воспротивиться, но в последний момент передумала. Пусть считает, что расположил меня к себе. Моя же задача – обрести незримую власть над ним.

– Пытаюсь вспомнить хоть что-нибудь, но не удается, – ответила, не поворачиваясь.

– Я могу помочь тебе в этом. Что ты помнишь? – он развернул меня к себе и повел к постели, чтобы усадить, словно маленькую девочку.

Держал мои ладони в своих, нежно поглаживая пальцами, и смотрел мне в глаза, будто специально хотел создать максимально близкий контакт.

– Мое имя Жасмин, – сделала я вид, будто вспоминаю. – Я наследная принцесса Реверонга. У меня есть младшая сестра, которая пропала. У меня есть дар. Кажется, целительство…

– И водная стихия, – добавил мужчина, а я поняла, что это он от меня скрывать не собирается.

– И водная стихия, – повторила я за ним. – Но я не помню, как пользоваться моей магией. Еще я точно знаю, что у меня есть отец. И… Кажется, я вчера умирала, а вы меня спасли. Почему я умирала? На меня кто-то напал?