Свадебный переполох для графа Вракулы
- -
- 100%
- +
За разросшимися кустарниками и деревьями было плохо видно, кто там, так что я решила подойти поближе и все разузнать, так сказать, глаза в глаза. Правда, белкам мое самоуправство не понравилось. Они активно жестикулировали лапками в сторону замка.
Пробравшись через зеленые заросли по тому, что когда-то давно являлось серой каменной дорожкой, я разглядела того самого торговца орехами, собирающего с кустарников коричневые плоды. Вопросов у меня появилось сразу два, но задать я решила пока только один:
– И как давно вы обворовываете мой сад?
Грузный торговец вздрогнул от моего голоса, задел ногой темно-серый мешок, и орехи повалились в густую высокую траву. Красиво так повалились.
Это ж их не только собрать надо, но и пару недель сушить, а значит, эти орехи он сможет продать только через пару недель. Но он же сегодня ими торговал, что подразумевает ежедневные вылазки и кое-какие запасы.
– Ваше Сиятельство… – проблеял торговец.
– Она самая, – грозно подтвердила я. – Итак, сколько вы уже заработали на моих орехах?
– Совсем немного. Я в первый раз и… – затараторил мужчина, мелко сотрясаясь всем телом.
Причем то, что его трясет, я поняла исключительно по дрожащему голосу.
– А почему вы не пошли со всеми? Я же приказала собраться всем мужикам, у которых есть руки и ноги.
Торговец не ответил. За него это сказали забегавшие по сторонам глаза.
– Конечно, чтобы обворовать меня в мое же отсутствие. Это ведь такое удачное время, – понятливо покивала я головой. – Живо к остальным на берег реки и чтобы я вас здесь больше никогда не видела!
Заклинанием, которое используют для растапливания камина, я пулялась под ноги торговца. Завидев настоящую магию, что была направлена на него, мужчина испугался до розовых ежиков в глазах и мчался до ворот так, как молодой никогда бы не пробежал.
Забрав собранные торговцем мешки, я магией отправила их в замок вперед себя, но, войдя в полуразрушенный холодный холл, сразу же почувствовала неладное.
Во-первых, здесь горели свечи, рассеивая мрак. Они были зажжены в холле, в бальном зале для приемов, проглядывающем через приоткрытую дверь. Но ярче всего свет исходил из столовой, что использовалась для праздников и застолий с гостями. Больше того, оттуда, к моему глубочайшему изумлению, лилась приятная мелодия.
– Ежики мои, это что еще у нас тут за подселенец завелся?
Затушив тройку свечей, я быстро вытащила их из канделябра, обжигая пальцы об нагревшийся воск. Вооружившись им, взвесив его в руке, тихонько ступая, я направилась прямиком в столовую.
А там во главе стола как ни в чем не бывало сидел вампир, медленно попивая вино из высокого золотого кубка.
Ну, я, по крайней мере, очень сильно надеялась, что красное в графине – это вино.
А столовая тем временем преобразовалась. Открыв рот от удивления, я никак не могла справиться с эмоциями.
Во-первых, тут было чисто и светло: в люстру под потолком были вставлены десятки свечей. Во-вторых, здесь появились детали, добавляющие уюта. Красный ковер с длинным ворсом лежал под длинным массивным деревянным столом, занимая большую часть отреставрированного каменного пола.
На высоких окнах висели тяжелые портьеры, на стенах – красочные гобелены. Больше десяти стульев с мягкими круглыми спинками занимали место у стола. Статуи крылатых львов стояли по углам комнаты, а у стен расположились тонкие резные скамейки. У одной стены находился длинный стол, над которым висело такое же длинное зеркало в золотой раме.
Роскошно. Я бы даже сказала, по-королевски, если бы не одно но. За столом, буквально заставленным различными блюдами, по-прежнему сидел вампир с хорошим таким синяком под глазом. И что-то мне подсказывало, что получил он его по моей вине. За что, видимо, и пришел расплачиваться.
Проморгавшись как следует, я ущипнула себя за запястье, а потом и вовсе, плюнув, укусила за руку, но боль чувствовалась отчетливо, напоминая о том, что реальность всегда сурова.
– Смею заметить, вы неправильно кусаете, – подал голос вампир, слегка поворачиваясь, чтобы видеть меня полностью. – Хотите, покажу как?
– Ненафо! – промычала я и отпустила собственное запястье. – Почему вы опять позволили себе прийти в мой замок?
– В ваш замок? – искренне возмутилась клыкастая морда. – Это вы притащились в мой замок, а я, как видите, проявляю гостеприимство. И заметьте, даже не пытаюсь вас убить, хотя стоило бы. Вы оставили мне синяк и шишку.
– Да? – удивилась я не меньше. Не шишке и синяку, а тому, что кто-то покусился на мою собственность. – А из-за вас мои нервные клетки покончили жизнь массовым самоубийством. Это вы ввалились в мою спальню и хотели меня сожрать!
– Напоминаю, это мой замок и мои земли, куда ввалились вы, – размеренно повторил вампир, чем изрядно меня взбесил.
Вот прямо-таки до праведного гнева!
– Вы ошибаетесь! – гаркнула я не менее вежливо.
Достав из корсажа документы, ничуть не стесняясь вампира, у которого от моих действий с любопытством изогнулась правая бровь, я четкими шагами сократила расстояние между нами наполовину и развернула исписанный лист, продемонстрировав его клыкастой морде.
Что я, дура, что ли, к живому вампиру ближе подходить?
– Простите, я отсюда плохо вижу. Не могли бы вы подойти поближе?
Смерив злодея бесстрашным взглядом, я сделала шаг вперед.
– Еще ближе, если вас не затруднит.
Я сделала еще шажочек. Совсем маленький.
– Да не съем я вас, – закатил он глаза, смешливо фыркнув.
– А по вашим кровожадным глазам не скажешь! – разоткровенничалась я, и не думая приближаться.
– По вам тоже не скажешь, что вы аристократка. Вы принесли с собой грязь и траву, а пахнет от вас… – решил и он быть откровенным.
– Ну знаете ли! – возмутилась я. – В вашем замке нет воды!
– Так все-таки вы признаете, что замок мой? – мигом подловил этот хитрец мою оговорку.
– Да сейчас! У меня есть все документы. Я Клариса де Келье, графиня де Жопенья.
– А я граф де… Чего?! – Глаза вампирюги расширились от удивления, а после мгновенно сузились от злости, будто я его лично оскорбила. Растоптала, так сказать, вампирскую честь. – Это замок Браус! Я граф Алдис де Браус!
Клыкастая морда оказалась рядом со мной за одну-единственную секунду. Так и не успев шарахнуться в сторону, я была крепко поймана за руку. Вырвав у меня документы, граф немедленно вчитался в записи, а когда дочитал, поднял свои кровожадные алые глаза, останавливая свой взгляд на мне.
В этот момент сердце мое решило остановиться. Видимо, оно забыло, что в качестве мертвецов долго и счастливо жить могут только вампиры.
А я-то не вампир!
– Страшно? – поинтересовались у меня участливо, обнажая улыбкой острые клыки.
Собственно, это-то и стало его самой главной ошибкой. Просто, мне когда страшно, у меня инстинкт самосохранения включается, а он у меня специфичный. Наглый такой, не заткнешь.
– Очень, – согласилась я, и не подумав дрожать. – Документы отдайте.
– Вы не можете здесь жить, – произнес он, сгибая руку так, чтобы я не смогла выхватить бумаги.
– Могу и буду, – рявкнула я, обманным маневром забирая листы. – А вы немедленно выметайтесь!
– И вот я пока по-хорошему прошу… – протянул он с угрозой в голосе.
Его алые глазищи опасно сузились, налились цветом, ловя отражение огоньков свечей.
– Вы? – усмехнулась я. – Это я прошу по-хорошему! Не уйдете сейчас же – и завтра здесь будет вся королевская гвардия!
– Да плевать вашему королю на вас, если он отослал вас сюда. Вы этого еще не осознали?
Его насмешка меня покоробила. Прямо как гвоздем по железному ведру!
– Ну знаете ли…
– Знаю, – припечатал вампирюга строго, разом растеряв все свое хорошее настроение. – Позволяю вам отужинать и заночевать сегодня здесь, но завтра вас здесь быть не должно.
– Ваше Сиятельство, граф Дракула! Граф Дракула вернулся! – вдруг заорали где-то в холле замка.
Стремительно обернувшись, через распахнутые настежь двери я увидела, как в бальную залу влетают зареванные женщины и девушки. Многие из них прижимали к себе таких же заплаканных детей и, кажется, узелки с пожитками. В их глазах застыли ужас и отчаяние.
– Граф Дракула вернулся! – едва ли ни хором прокричали они, сотрясая и без того ненадежные стены и потолки.
Оглянувшись назад, вампира я не обнаружила. Сбежал, гад, от разговора! Ну ничего, дальше этого замка явно не уйдет!
Невозмутимо сложив руки на груди, как и подобает графине, я вполне себе вежливо попросила:
– А с этого места поподробнее.
Глава 5: Графские развалины
Через пять минут разноголосого галдежа я научилась вырывать из контекста отдельные фразы. Через десять минут даже начала понимать, о чем крикливо вещают ворвавшиеся ко мне дамы. А через пятнадцать уже мучилась дикой головной болью, потому что их было слишком много.
Точнее, их-то как раз было не больше двадцати, но орали они так, будто ко мне в замок целый город набился.
Из того, что я вычленила из их криков, можно было понять следующее: терроризировал их как-то давно вампир. Давно – это с десяток лет назад в последний раз его на этих землях видели. А до этого он веками тут ошивался, по ночам буйствовал, на честных граждан нападал.
И не только на честных! Тьфу ты, не только на граждан.
Скот весь пожрал, а когда крупных животных не осталось, младенцев начал воровать. Естественно, чтобы кровь их пить и проводить кровавые ритуалы! А еще продукты пропадали! И вещи! И даже мебель на себе утаскивал, а в последний раз бочку спер. Почти целую!
Пожаловались честные граждане на него градоправителю. Сколько ж можно этот произвол терпеть? Ну а градоправитель, в свою очередь, королю написал. Властитель, как и полагается, прислал сюда своих верных подданных, чтобы от узурпатора избавились да за графство взялись.
Бились они тут не на жизнь, а на смерть – даже стена у замка не устояла.
– …но вампир всех сожрал!
– А сам пропал! – добавила другая женщина.
– А сегодня мы его снова в городе видели, представляете?
– Опять диточек наших воровать пришел! – закудахтали где-то в задних рядах.
Галдеж мгновенно возобновился, кидая в меня очередную порцию мигрени. Помассировав виски кончиками пальцев, я выслушивала новые подробности правления на этих землях графа Дракулы.
Причем, почему вампира так прозвали, мне никто объяснить так и не смог.
Насобирав целую кучу обвинений в адрес своего временного соседа, я с облегчением отправила всех обратно по домам, пообещав, что во всем разберусь. Да я бы им в этот момент что угодно пообещала, лишь бы они оставили меня в тишине! Даже дракона из-под земли достала бы несмотря на то, что их давно вживую никто не видел.
Заперев двери скорее по привычке – дыра-то вместо стены так и зияла, – я размеренным шагом вернулась обратно в столовую. Как ни странно, вампира там не было, зато все остальное осталось в неизменности. Все такая же шикарно обставленная комната, будто только после ремонта. И все такой же незабываемый ужин, которого хватит, чтобы накормить целую толпу.
Да у меня сегодня прямо пир!
Облизнувшись на разнообразие блюд, я одернула себя и решила для начала найти вампира. У меня на него от добрых людей насобиралась целая папка компромата, и я была этим несказанно довольна. Даже речь успела заготовить. Она начиналась с фразы “Итак, или вы выметаетесь…” – но, увы, ни в одной из комнат клыкастая морда не обнаружилась.
Вот совсем. Вообще.
Я даже в подвал спускалась, но и там меня ждали только темнота и тишина. Единственное помещение, куда мне так и не удалось попасть, к сожалению, так и оставалось запертым.
Может, он от меня именно там прячется?
Постучав по массивной створке ногой, я сама испугалась образовавшегося грохота. Казалось, вместе с моими волосами зашевелился весь замок, но то ли вампир был глухой, то ли прятался он в другом месте – мне никто не открыл.
И вот тогда я решила обидеться.
Ну, просто вот так нагло от меня еще никто не сбегал.
Решив, что надо срочно добреть, я отправилась есть. В конце концов, такой пир совершенно точно не должен пропадать из-за какого-то клыкастого гада. Запугивать он меня еще будет! Да я во дворце такого насмотрелась, что мои нервные клетки даже не шевельнутся при виде василиска.
А он, между прочим, в камень взглядом превращает!
Отведав все самое вкусное, чувствуя себя королевой во главе огромного стола, я накрыла все блюда стазисом, чтобы ничего не испортилось, а сама отправилась в свою спаленку, чтобы наконец-то привести себя в порядок.
Плохо, конечно, что постельное белье сегодня в городе так и не купила, но что-то мне подсказывало, что нового я бы там все равно не нашла. В моем же приданом его просто не было.
Я не любила вышивать и уж тем более шить, а потому мастерила носовые платочки. Вот их-то как раз мне хватит на год, а то и на два.
Поставив канделябр на столик в ванной, я успокоилась, настроилась, собралась с силами и запустила один за другим два магическим импульса, чтобы прочистить трубы. Открутив винты, с замиранием сердца ждала, пойдет ли вода, и – о, чудо! Мое сегодняшнее блуждание к реке и обратно было вознаграждено.
Неохотно, словно бы лениво, мутная вода потекла, и это было уже кое-что. Набрав полную ванну, я очистила воду заклинанием и с блаженством погрузилась в пену, которую навела.
Наконец-то!
Это был мой маленький ритуал. Каждый вечер перед сном во дворце я принимала ванну с пеной, освобождаясь от тягостных мыслей, оставляя в этой воде все свои проблемы, отдавая ей всю черноту, что облепляла меня за день на службе у королевы и короля. Да, во дворце было много грязи, и мало кто мог выдержать находиться там месяцы, а то и годы.
Но, увы, у воспитанниц не было иных вариантов.
Расслабившись, задремав в теплой ароматной воде… Я потеряла бдительность. Чужой взгляд снова пронзал меня, вынуждая спешно вырваться из мира грез. Открыв глаза, я даже не удивилась оскалившейся морде, что нависала над ванной, а точнее, прямиком надо мной.
– Да вы издеваетесь? – кипела я от возмущения.
Стащив с низкой табуретки полотенце, я как смогла прикрылась им, но на мои оклики, как и на мои действия, вампир не отреагировал. Продолжал скалиться, глядя на меня своими красными глазюками.
И вот он сам напросился!
Схватив ковшик, я от души окатила наглеца водой. Наглец в лице красноглазого мигом очнулся, замахал руками, будто пытаясь прикрыться от воды, и…
Разозлился.
– Да как ты…
Только хватило его ненадолго. Оглянувшись по сторонам, он прикусил клыком нижнюю губу, что явно говорило о замешательстве. А еще он забарабанил пальцами по ванне, в которой я продолжала лежать.
– Я вас не смущаю? – поинтересовалась я вежливо, несмотря на всю бессовестность ситуации.
– Да что я там не видел? – отмахнулся он от меня, как от чего-то незначительного.
Почувствовав себя оскорбленной, я вдруг поняла очевидное:
– Вы не помните, как здесь оказались.
– Что? – обратил клыкастый на меня внимание, сделав вид оскорбленной невинности. Мол, как вы посмели обо мне такое подумать? – Конечно, помню!
– А я думаю, что вы не помните, как пришли сюда, как не помните и то, что побывали в этой спальне вчера ночью, и тем более не помните, как нападали на городских, изводя их скот, обворовывая их и утаскивая их младенцев!
– Зачем мне младенцы? – озадачился граф.
– Чтобы есть? – сделала я предположение, о котором тут же пожалела.
Просто мужчина вдруг посмотрел на меня как на полоумную.
– Не знаю, что вам там понарассказывали, но скот исчез по вине местных жителей. Не нужно было загрязнять реку.
– А вы об этом откуда знаете? – Я даже села, рассматривая вампира въедливым взглядом. – Вас же тут больше десяти лет не было!
– Кто вам такое сказал? То, что я не выхожу отсюда, совсем не означает, что я не слежу за событиями, происходящими на моей территории. Это мои земли.
– И вам на них плевать! – не выдержала я, вспомнив всю ту разруху, которая мне досталась.
– Вынужден согласиться, – неожиданно ответил мой собеседник, – но земли все равно мои.
– А это мы еще посмотрим!
На последнюю фразу ужас и страх горожан никак не отреагировал. Смерив меня искрящимся смехом взором, он покинул ванную комнату, а после хлопнула и дверь моей спальни.
Как говорил военный советник короля: “Не откладывай на завтра войну, которую можешь начать сегодня”. Его совету я и собиралась последовать.
Прямо сейчас.
Выбравшись из ванной, я надела чистое платье, потому как в сорочке по дому расхаживать не собиралась. Пусть вампир, по убеждению знатоков, и был трупом, но когда-то давно он все же родился мужчиной, а значит, этикет в нашем положении надо соблюдать.
Вооружившись в столовой ножом, я искала по дому пригодные палки. Пригодные для крестов, которые сооружала при помощи своих поясов от платьев. Расставив их в своей спальне, я снова спустилась на кухню и была несказанно обрадована найденным ссохшимся связкам чеснока.
Потратив на оживление белых пахучих ожерелий большую часть своего резерва, я развесила их у окон и дверей спальни, чтобы вампирюга еще на подходе знал, что его тут ждут. Дверь для верности подперла креслом, а из обрубка швабры выточила себе кол. К сожалению, это все, что отложилось в моей памяти про вампиров.
Погасив все свечи, кроме одной, ибо надо экономить (да и вообще спать при зажженных свечах нельзя), я завернулась в свое одеялко с чувством выполненного долга, а проснувшись не сожранной и даже не покусанной, несказанно обрадовалась.
По плану на сегодня я наметила еще раз тщательно осмотреть дом и найти в нем то, что можно восстановить и дорого продать. Плюс хотелось поработать над холлом и отсутствующей стеной.
Ну, по крайней мере, попытаться.
То, что восстановить не удастся, необходимо вытащить на улицу и сложить в одну кучу. Но прежде – обязательно позавтракать.
Именно с этим пунктом у меня и возникли проблемы. Спустившись в столовую, я обнаружила на блюдах только крошки. Как будто ночью тут ураган прошел. Бокалы были перевернуты, остатки еды развеяны по белоснежной скатерти, как и загадочное содержимое графина насыщенного красного цвета.
– Нет, определенно первым делом нужно поставить забор вокруг замка, – выдохнула я, осматривая побоище. – И… нанять охрану.
В город в гости к градоправителю я отправилась голодная и злая. Собственно, злой я была как раз потому, что есть хотелось просто жутко. Вчерашний ужин давно переварился, оставив о себе только вкусные воспоминания.
Эх, надо было все в спальню перетащить, но нет же! Понадеялась на совесть городских, которой у них, судя по всему, давно нет. Видимо, она у них вместе с мозгами атрофировалась, когда реку загрязняли.
Градоправителя я заметила еще издалека. Он стоял недалеко от управления и разговаривал с каким-то мужиком бандитского типа. Его среди горожан я еще совершенно точно не видела. Да и не походил он на них. Почище был одет, во все темное, да и смотрел совсем не так: взгляд его был острым, бегающим, все подмечающим.
Увидев, что меня заметили, я приветливо помахала мужчинам, что стало причиной неожиданного поворота. Градоправитель резко развернулся прямо на ходу, прибавил скорости и спешно скрылся в управлении. Его собеседник простоял на мгновение дольше, но тоже широкими шагами покинул главную улицу.
Мне же стало любопытно.
Ворвавшись в управление, я толкнула дверь уже знакомого кабинета, но она оказалась заперта.
Становилось все интереснее и интереснее.
– Господин градоправитель, – произнесла я ласково. – А я ведь знаю, что вы там.
По ту сторону что-то неожиданно зазвенело, будто бы монеты упали на пол, стукнувшись друг о друга. Я была вконец заинтригована.
– Открывайте, милейший, – приказала я уже совсем другим тоном. – Считаю до трех, и потом от вашей двери останется только пепел. Раз…
Между дверью и косяком тут же появилась узкая щель, а в ней – знакомый испуганный глаз.
– Ваше Сиятельство, вы ко мне? – закосил он под дурачка. – А я не слышал, работаю тут…
Я скептично выгнула бровь, демонстрируя, насколько поверила ему. В следующую секунду мне с силой пришлось толкнуть дверь, и не зря. Брови мои поползли вверх, наверное достигая макушки.
Горки золотых, серебряных и медных монет лежали на столе, золотые монеты были раскиданы на полу, а из сундука, что стоял у стены в открытом виде, так вообще всякое барахло выглядывало.
– Это что? – выдохнула я, мгновенно просчитав ближайшие перспективы.
Как градоправителя, так и этого города.
– Это… – замялся мужчина, разом побледнев и покрывшись красными пятнами. – Это мои личные сбережения. Я просто дома не храню, вот и… Тут надежно, понимаете…
– Не понимаю, – отчеканила я, проделывая в нем разом пару дырок. Пока исключительно взглядом, но вскоре все могло поменяться. – Откуда у градоправителя, чей город откровенно бедствует, такие деньги? Налоги вы не собираете, торговлю город с другими городами и деревнями не ведет, а ваше жалование и в лучшие времена не было выше среднего по графствам. Признайтесь, кто был тот человек, с которым вы разговаривали? И имейте в виду, его уже задержали люди короля, присланные мне в помощь. Ваша честность повлияет лишь на мой вердикт касаемо вас.
– Пощадите! – бухнулся градоправитель на колени, сотрясая пол.
Он обливался потом, бледнел и трясся, пока рассказывал мне занимательную историю. Несколько лет назад ему довелось самолично повстречать в наших лесах бандитов. Исключительно для того, чтобы спасти свою тушку, он заключил с ними на словах договор о том, что станет сообщать им обо всех приезжих.
Вот едут торговцы с обозом из других городов и деревень, сообщают заранее о том, что проедут через наши земли, а градоправитель бандитам докладывает. Те, в свою очередь, нападают и все самое ценное забирают.
– И, естественно, вам положена доля, – не спрашивала, констатировала факт.
– Я… Нет, я…
– Не упрямьтесь, я же не слепая. Все награбленное я конфискую. И пока конфискую, вы найдете мне трех крепких мужчин, желающих работать. Что стоим? Я отдала приказ.
Я умела превращаться в фурию, когда это было необходимо. Причем ни властности, ни твердости во мне не было никогда. Они пришли вместе с изменениями в моей жизни, потому что во дворце иначе вести себя просто нельзя. Задушат, наступят на горло и разотрут в пыль.
Мысленно сделав себе памятку, что градоправителя нужно менять, я покопалась в сундуке. В нем лежали неплохие картины, серебряная посуда, золотой кубок, инкрустированный драгоценными камнями, парочка диадем и многое другое, что пряталось глубже. Что именно, рассматривать уже было некогда: явились парни, что на работящих мужиков походили мало.
Ссыпав все до единой монеты в пустой мешок, найденный на полу, я приказала мужчинам забрать его и сундук. Следуя за мной по пятам по дороге до замка, мои новые работники прямо-таки неустанно осыпали меня комплиментами.
У меня уши в трубочки свернулись от того, сколько слов в них влетело и вылетело. А уж когда один из них снял свою рубаху и бросил ее поверх лужи, что находилась чуть правее меня, а следовательно, не являлась для меня преградой, у меня и вовсе дернулся глаз.
Что это у нас за галантность, основанная на дурости, вдруг приключилась?
Пока мы шли, я как раз размышляла над этим вопросом, глядя на парней с исследовательским интересом. Все они были молодыми и дохлыми – сундук и мешок несли кое-как. И вот я бы вполне могла бы переправить все магией, но что-то мне подсказывало, что руки им освобождать не стоит.
И, как ни странно, оказалась права.
Стоило нам только попасть в замок да подняться на второй этаж в мою спальню, как мне сделали предложение, от которого я, по-видимому, никак не должна была отказаться. Будь у меня под рукой в этот момент что-нибудь тяжелое, так я бы зарядила без каких-либо сомнений. Так откровенно “развлечь госпожу” даже во дворце не предлагали. В этот момент я и поняла, о чем птички поют.
– Ну-ка, вон отсюда! – приказала я, демонстрируя магические искры.
Из старого замка трудящиеся выбегали в ужасе, а вслед за ними, чеканя шаг, шествовала я. В город я возвращалась злая, собираясь творить и вытворять.
И первым делом я отправилась на площадь к центральному столбу.
Если кто-нибудь когда-нибудь сказал бы мне, что я буду стоять посреди запыленной улицы и кричать во все горло о том, что в замок нужны работники, я покрутила бы пальцем у виска, демонстрируя все, что думаю по этому поводу. Ведь аристократия – это власть, это сила королевства. А еще голодная злая я, напрочь наплевавшая на этикет.
– Три работящих мужика! Две трудолюбивые девицы в служанки! – перечисляла я громко, а вспомнив о еде, поспешно добавила: – И кухарка! Все шестеро требуются для работы в моем замке!