Здравствуйте, я ваша няня, или Феям вход запрещен

Глава 1. Здравствуйте, я ваша фея

Фея – та же ведьма, но вместо метлы

Она дерется волшебной палочкой.

Улыбалась.

Осторожно поднималась по ступенькам, крепко удерживая Ромину руку. С завязанными глазами подниматься было не совсем удобно, но желание скорее увидеть сюрприз вело меня впереди планеты всей. Не каждый день мне устраивали неожиданный романтик в два часа ночи. После тяжелого дня, проведенного в поездках по различным магазинам, было в этом всем что-то сказочное.

– Еще один шаг, и стоим, – услышала я голос супруга и замерла.

– Мы что, в лифте? – спросила, ощутив то самое чувство, которое появляется от легкого толчка.

– Не скажу, – пробормотал Рома, отпуская мою руку. – Три шага вперед, дальше лестница.

– Может, я уже сниму повязку?

– Еще рано. Не порти сюрприз.

Невыносимо пахло краской. Горло першило, будто от пыли, а под ногами явно попадался какой-то мелкий мусор. Я запиналась несколько раз, что-то при этом падало, но упорно шла вперед, примерно представляя, где мы находимся.

Сюрприз на крыше? Конечно, это было несколько банально, но все равно приятно, учитывая, что поженились мы только четыре недели назад, а медового месяца у нас не было вовсе. Внезапно свалившееся наследство от дальнего родственника не только принесло с собой финансовое благополучие, но и притащило в мою жизнь огромные проблемы, которые Рома, как мог, помогал мне решить последние полгода.

Честно говоря, я вообще не представляла, что бы делала, если бы полгода назад не познакомилась с Ромой. Он успешно решал все мои проблемы, помогал во всем, что относилось к юриспруденции, и даже сам контролировал строительство нового отеля. В связи со смертью моего троюродного дяди стройка отставала от плана почти на месяц, и, не будь в моей жизни Ромы, все наверняка обернулось бы полным коллапсом.

Мне некому было помочь. Родители погибли несколько лет назад в автокатастрофе, а других родственников я не знала. Даже с троюродным дядей знакома не была, так что наследство действительно стало для меня неожиданностью. Впрочем, как и свадьба.

Я не планировала выходить замуж так быстро, но, когда Рома сделал мне предложение, отказать не решилась. Он действительно очень многое делал для меня, для нас, и я была ему безгранично благодарна. Такого заботливого мужчину я навряд ли еще когда-нибудь встречу, хотя было в наших отношения и то, что меня не устраивало.

Рома не хотел детей. По крайней мере, в ближайшие годы. Я же чувствовала потребность в материнстве, но супруг эти темы жестко пресекал, иной раз даже проявляя агрессию. Такая резкая смена поведения временами меня сильно напрягала, но потом все возвращалось на круги своя, и Рома оплетал меня заботой и вниманием. Хотя…

В последние две недели я мужа почти и не видела. Он едва ли не круглосуточно находился здесь – в отеле, в котором уже заканчивали внутреннюю отделку. Открытие было назначено на конец месяца, а сделать необходимо еще очень многое, так что романтический сюрприз меня действительно удивил. Особенно сюрприз в два часа ночи.

Он же меня буквально из кровати вытащил!

– Повязку не снимай. Мне нужно кое-что подготовить. Сделай десять шагов вперед.

– Десять? Рома, мне страшно. А если я запнусь?

– Я здесь все расчистил. Повязку не снимай, иначе сюрприза не получится.

Я сделала десять шагов. Шла осторожно, медленно. Адреналин клокотал в груди, пульсом стучал в висках. В горле пересохло, а в душе появилось неприятное чувство страха, но я пыталась от него отмахиваться. Это же Рома. Что может быть страшного?

– Так хватит? – громко спросила я, водя руками впереди себя.

– Еще один широкий шаг вперед! – крикнул он как-то нервно и зло.

– Почему ты злишь… – договорить я не успела.

Я не думала. Я не могла предположить, чем обернется этот шаг. То, что я камнем полетела вниз, дошло до меня уже в процессе. Да только даже закричать я оказалась не способна, парализованная страхом. Повязку сдернула, а крик так и застрял в горле при виде стремительно приближающегося широкого козырька.

Удар.

Остатки воздуха вышибло из легких. Как же так? Кажется, меня – наивную, доверчивую дуру – только что убил собственный муж.

Чувствовала на себе чужой взгляд. Взгляд пристальный, цепкий и какой-то осуждающий. Голова болела настолько сильно, что и словами не передать. То же касалось и спины. Тихонько застонав, я попыталась понять, на чем лежу. Неужели меня все-таки спасли, а сейчас я ощущаю всю прелесть падения? Тогда моему бывшему супругу не жить. А он теперь точно бывший! Тюрьма ему покажется раем, чертов подонок!

– Кажется, она очнулась, – раздался незнакомый мне мужской голос.

– Вижу, – коротко ответил другой – тяжелый, грубый.

Осторожно пошевелив ногами и руками, несколько раз сжала и разжала пальцы, чтобы убедиться, что ничего не парализовано, но, к своему удивлению, вдруг нащупала траву, и это было странно, учитывая, что падала я на козырек. Пришлось срочно открывать глаза.

– А… – потеряла я дар речи, встретившись с темным обжигающим взглядом.

Красивое мужественное лицо. Немного грубые черты, но в целом внешность была приятной. Даже выступившие иголочки щетины не портили облик мужчины.

Широкие плечи, цепкий взгляд и прямая спина. Густая шевелюра темных волос и странный наряд. Незнакомец был одет в карнавальный костюм века так восемнадцатого. Белый шейный платок прятал под собой часть белой же рубашки. Поверх темно-синего камзола был накинут того же цвета кафтан, украшенный тонкой вышивкой. Темные штаны уходили под высокие сапоги.

Это какой-то розыгрыш? Или предсмертные глюки?

Чуть отклонив голову, я заглянула ему за спину. Над нами возвышались мужчины в серых с золотыми пуговицами мундирах, черных штанах и внушительных кожаных сапогах до колена. Их хмурые лица и брезгливо поджатые губы не обещали ничего хорошего. Непонятно только кому. Мне или все-таки моему глюку?

За их спинами я отметила море зелени. Деревья с мощными, будто нарисованными, стволами уходили кронами высоко в голубое небо, которое из-за широких листьев едва ли проглядывалось.

Странно. Ночь же была только что. Какого черта я лежу посреди бела дня в каком-то лесу?

– С вами все хорошо? – поинтересовался мой глюк.

Голос его сделался вкрадчивым, мягким. Таким только соблазнять и соблазнять, если бы не его выражение лица. Казалось, что от меня чего-то ждут, и определенно это «что-то» плохое. Синие глаза опасно прищурились, тонкие губы сжались в упрямую линию.

– Не знаю, – честно ответила я и осторожно села, оглядываясь по сторонам.

Рядом со мной в траве лежала яркая желтая птичка. Небольшая – размером с ладонь. Кажется, признаков жизни она не подавала. Неужели это я прибила ее своим падением? Но не могла же я падать с крыши, а приземлиться в лесу?

Переложив желтоперую себе в руку, я с удивлением осмотрела свой наряд. Теперь понимала, отчего болела моя спина. Корсет стягивал грудь и талию так, что я не могла себе позволить лишнего вдоха. Мягкая юбка покрывала ноги до самых мысков аккуратных туфель, чуть расстилаясь по траве полукругом.

Закончив с осмотром наряда, я взглянула в сторону фонтана, от которого исходило слабое журчание воды. Три чаши стояли одна над другой, напоминая форму конуса. Кованая лавочка украшала массивное сооружение, как и клумбы с розовыми цветками, что росли по обе стороны от дорожки. Чуть дальше, теряясь на фоне сада, раскинулся высокий замок. Он как будто шагнул к нам прямо из средневековья, настолько внушительным и готичным казался.

За разглядыванием окружающего меня антуража я упустила из виду, как мужчина в синих одеждах поднялся и протянул мне руку, желая помочь встать. С благодарной улыбкой вложила пальцы в его ладонь, неизвестно зачем продолжая удерживать дохлую птичку.

Наверное, ее нужно похоронить…

– Проводите девушку в казематы. До выяснений, – коротко распорядился незнакомец, а мои пальцы выскользнули из его руки.

Я все еще улыбалась ему. Во-первых, потому, что его внешность действительно была приятной, хоть и несколько пугающей. Во-вторых, потому, что откровенно не понимала, где я, что происходит и что конкретно мне с этим делать. А в-третьих, потому, что слова, произнесенные этим завораживающим голосом, не сразу до меня дошли.

Только тогда, когда мужчины в серых мундирах двинулись в мою сторону, я поняла, что приказ касается именно меня.

– В казематы? – переспросила я неверяще, точно зная, что это то же самое, что подземная тюрьма. – За что?

– Вы нарушили границы герцогства, без приглашения проникли на защищенную территорию, взломали охранный контур, – сухо ответил герой явно не моего романа.

– Но я…

Я хотела сказать, что ничего не помню. Хотела воскликнуть, возразить, потребовать адвоката, но пока только пятилась, отчаянно разыскивая пути отхода. Мужчины же наступали, но за оружие – тонкие, словно большие иглы, шпаги – пока не хватались.

Может, это какое-то представление?

– Держите ее! – отдал незнакомец очередной приказ, и тут произошло сразу несколько вещей.

Птица, которую я так и держала на ладони, резко встрепенулась и с боевым чириканьем полетела прямо на стражу, стараясь клюнуть мужчин побольнее то в лоб, то в нос, то в глаза. Я же запнулась о небольшой мешок, что возник на моем пути неожиданно, и завалилась обратно в траву.

Схватив своеобразную преграду к побегу, я запульнула в сторону незнакомца мешком, с ужасом наблюдая за тем, как его завязки открываются, обнажая нутро, и по воздуху разлетаются странные розовые блестки, с головы до ног покрывая рванувшего ко мне мужчину, вынуждая его застыть на месте подобно статуе.

Очень злой статуе, в глазах которой как-то неестественно сверкнуло.

Больше я не тянула. Мигом вскочив на ноги, я драпанула через кусты, ломая цветы и тонкие ветки, что попадались мне на пути. Бежала куда глаза глядят, пока не увидела впереди распахнутые настежь ворота.

Обернувшись всего на мгновение, вновь встретилась взглядом с темным обжигающим взором. Мужчина в синих одеждах так и продолжал стоять на месте, пока птица с яростью взбесившегося кота отвлекала на себя серые мундиры.

Эх, давно я не бегала, но ноги действовали сами, хоть и путались в многочисленных юбках платья. Вылетев за высокие кованые ворота, я остановилась, не понимая, куда бежать дальше, но прямо передо мной вдруг возникла самая настоящая карета. Дверца порывисто распахнулась, и две пары рук затянули меня в темное тесное нутро.

– Вы кто? – встрепенулась я, падая на мягкое сиденье, потому что экипаж резко тронулся с места.

– Ты что, головой ударилась? У тебя получилось? – требовательно спросила миловидная молодая женщина в темно-зеленом глухом платье.

Длинные рукава, чуть пышная юбка, пуговицы, застегнутые до самого горла. Черт возьми, да куда я попала?

Вторая девушка, что сидела рядом со мной, казалось, была еще моложе. Бежевое платье почти сливалось по цвету с ее волосами, убранными в высокую элегантную прическу. Но вот взгляды…

Взгляды выдавали в этих дамах все прелести порока, которые и не снились вчерашним пансионеркам, чьими образами прикрывались мои спасительницы.

– Что получилось? – запоздало спросила я, щипая себя за запястье.

Проснуться не удавалось, как бы я ни пыталась. Неужели это все происки моего воспаленного сознания? Может быть, я сейчас лежу в коме, а все это просто придумала, чтобы отрешиться от реального мира?

Тогда откуда эта детализация? Запахи? Мельчайшие подробности вроде седого волоска у женщины напротив?

– Встретиться с дочерью герцога. Ты в птицу превращалась?

– Да, – зачем-то соврала я, увидев за окном кареты маленькую желтую пташку, что с упорством заядлого охотника пыталась нас нагнать, яростно орудуя крыльями. – Но не получилось. Меня поймали в парке, и я еле вырвалась, – осторожно добавила, пытаясь врать как можно меньше, чтобы не выдать себя.

– Да чтоб этого мага! – в сердцах выругалась женщина, сидящая рядом.

– Огра, спокойнее, – окликнула ее та, что величественно разместилась напротив. – Мы знали, что это рискованно. Ничего страшного, Айя, мы придумаем что-нибудь еще.

– Простите, матушка Тез, – смутилась Огра, как-то по-детски покладисто положив руки на колени. – Просто… Просто я ненавижу герцога де Зентье!

– Мы все не питаем к нему любовных чувств. Верно, Айя?

– Конечно, – так же покладисто кивнула я, отзываясь на чужое имя.

Если это сон, то он как-то уж слишком затянулся.

– Вот и замечательно. Пожалуй, есть у меня одна идея, – заговорщицки прищурилась матушка Тез и понизила голос. – Пока тебя не было, появились кое-какие новости. Но не будем пока об этом. Тебе нужен отдых, моя дорогая. Дела мы оставим до вечера, – подмигнула она, широко улыбаясь.

А желтая птичка по-прежнему яростно размахивала крыльями, преследуя карету.

Дурдом? Неа, не слышали.

Глава 2. Волшебная секта

До сих пор не могла поверить в то, что все происходящее реально. Когда карета остановилась у храма, выложенного белым камнем, я все еще надеялась на чудо. Надеялась на то, что мне удастся проснуться, но спустя несколько часов моего пребывания здесь поняла: чуда не будет.

Все реально: каждый листик вокруг, каждая стена, каждый человек. Нет, я, конечно, слышала, что души людей после их смерти идут на новый круг, но представляла себе это несколько иначе. Как минимум я пропустила стадию рождения и, если верить отражению в зеркале, детства. То есть получила жизнь девушки по имени Айя, с которой что-то случилось.

Что?

К сожалению, знать этого я не могла. Я вообще ничего не знала о ней, кроме имени и того, что она является младшей воспитанницей при храме Матери Природы. Да-да, тут и такие водились, а я, судя по всему, была верной адепткой этой религии.

Маленькая комнатка, а точнее, келья представляла собой помещение два на два метра. Каким-то чудом сюда сумели запихнуть деревянную односпальную кровать, на которой даже сидеть было жестко. Еще имелся грубо сколоченный шкаф, так похожий на гроб, и зеркало, в которое я вынужденно смотрела, потому что больше смотреть было не на что.

Молодая, симпатичная и…

Совершенно не я. У девушки, чье тело я заняла, были светлые, почти белые волосы. Голубые глаза казались по-детски большими, а пухлые губы то и дело складывались бантиком. Было трудно осознать, что теперь это я и есть.

– А ты чего здесь сидишь? – заглянула в открытую дверь молодая девушка, совсем девчонка, с яркими огненно-рыжими волосами. – Почему к себе не идешь?

– В каком смысле? – не поняла я.

Женщины, с которыми я приехала в храм, проводили меня именно к этой комнате, минуя все остальные двери.

– В комнату почему не идешь? – кивнула она на гроб, то есть шкаф.

– Я просто задумалась, – выдавила я из себя улыбку.

– Расстроилась, что не получилось задание пройти? – сочувственно спросила девушка, покачав головой. – Не переживай, в следующий раз у тебя обязательно все получится.

Незнакомка ушла, прикрыв мою дверь, а я бегом ринулась к шкафу, чтобы уставиться на совершенно обычную гладкую заднюю стенку. Но не зря же она кивала именно сюда. Приложив ладонь, я толкнула стену со всей силы и с удивлением поняла, что она открывается подобно двери.

И это скромная келья адептки при храме Матери Природы? Для кого же тогда нужна серая невзрачная обманка?

Огромная двуспальная кровать под светлым покрывалом, солнечные желтые стены и полки с книгами и какими-то разноцветными склянками. Здесь даже письменный стол имелся, не говоря о кресле и кофейном столике, на котором ютились чашки и стеклянный сосуд, так напоминающий чайник. Мягкий ковер с длинным ворсом, неплотно закрытый шкаф с одеждой. А неплохо устроились эти почитатели природы.

За большим квадратным окном я без труда могла разглядеть ухоженный сад, но привлекли мое внимание не разноцветные клумбы, а желтая птичка, барабанящая клювом по стеклу. Та самая птичка, которая нападала на мужчин и гналась за каретой.

Создавалось стойкое ощущение, что она хочет попасть внутрь комнаты. Открывать окно не хотелось, но шум мог кого-нибудь привлечь, поэтому пришлось запустить гостью в свое новое пристанище. Да только едва птичка залетела в комнату, я сразу же пожалела о своем решении.

Метнувшись в сторону, крылатая засранка налетела на полки, на которых стояли разноцветные сосуды, и начала скидывать склянки вниз одну за другой. И не абы как, а выбирала какие-то особенные, аккуратно обходя другие.

– Ты что делаешь? – возмутилась я, бросившись к ней, но птичка уже слетела вниз.

Рухнула со всей дури прямо в рассыпавшийся порошок, сверкающий розовыми блестками. Обвалявшись в нем от лап до самого клюва, твердым шагом направилась ко мне. Увидев ее хмурый взгляд, я даже попятилась, опешив от такой сюрреалистичной картины, но сбежать не успела.

Взлетев, она обсыпала порошком и меня, зачирикав что-то то ли воинственное, то ли ругательное. Буквально через секунду чириканье каким-то невероятным образом превратилось в нормальную речь.

– Да стой ты на месте! – ругалась она.

Замерев, я испытала самый настоящий шок. Нет, мне сразу показалось, что это ненормально – занять чужое тело и оказаться в месте, которое отдает запахом средневековья, но чтобы еще и магия!

А ведь это тот же самый розовый порошок, из-за которого мужчина в синем камзоле замер недвижимой статуей. Или нет? Кажется, оттенок немного отличался.

– Ты говоришь! – в ужасе воскликнула я, словно мешком по голове ушибленная.

– Я не говорю, это ты понимаешь птичий. Мы же дети Матушки Природы, – с явной гордостью ответила птичка, но тут же встрепенулась и посмотрела на меня, как суровая тетка на неразумное дитя. – По какому праву ты заняла мое тело?

– Я? Твое? Да я вообще не понимаю, как здесь очутилась! Я с высоты упала и… Похоже, что умерла, – посмотрела я на нее, сама до конца не веря в свои слова. – А потом очнулась уже в том лесу.

– В парке, – поправила меня птичка. – Искренне сочувствую, но только это не отменяет того факта, что ты заняла мое тело и теперь мне вернуться просто некуда, – села она рядом со мной поверх покрывала, смешно сложив лапку на лапку.

– Может быть, попросим помощи у кого-нибудь? У той же матушки Тез? – прощупывала я почву, внимательно следя за реакцией пернатой собеседницы.

– Ты что! Ни в коем случае никому нельзя говорить, что я – это ты! – взвилась вверх птичка, замельтешив у меня перед лицом.

– Почему? – Желтоперая замолчала, вновь уселась на покрывало и всем своим видом показывала, что мне не доверяет. Ее молчание затягивалось, а потому я предприняла попытку наладить контакт: – Если ты мне все расскажешь, я попытаюсь помочь тебе, а заодно и себе. Мне тоже не слишком нравится здесь находиться. Да и дома у меня… дела.

– Клянись, что никому ни о чем не расскажешь, – велела птичка, наставив на меня свое крыло.

– Клянусь, если молчание не будет угрожать моей жизни, – добавила я несколько слов от себя, не собираясь разбрасываться невыгодными для меня клятвами.

Все же за время нашего знакомства мне было чему поучиться у Ромы, но каков подлец! Неужели позарился на наследство? Теперь мне казалось странным, что познакомились мы с ним сразу после первой встречи с нотариусом, в тот же день. И пусть я не могла сказать, что между нами полыхала любовь, но и такого удара в спину не ожидала.

Дура! Как есть дура, которая прекрасно понимала, что идет по крыше, но тем не менее проявила максимальную степень доверия. Как после такого вообще можно доверять людям?

– Понимаешь, я только ученица, и сегодня матушка Тез отправила меня на мое первое задание. Я и так провалилась – не выполнила то, что мне велели, а если узнают, что у меня и заклинание не получилось, то точно лишат магии и с позором выгонят из храма. А я от волнения, понимаешь? Перепутала слова, и… вот. Нельзя, чтобы кто-нибудь узнал, что я – это не я.

Она плакала. Крупные слезинки скатывались по ее перьям, свисали с клюва. Птиц мне еще никогда не доводилось успокаивать, но, узнав, что девчонке всего семнадцать, и дальше держать дистанцию я больше не могла. Гладила ее, успокаивала. Говорила о том, что мы обязательно что-нибудь придумаем, хоть сама и не верила в это.

Нет, в своих силах я никогда не сомневалась, но здесь и сейчас была слепа как новорожденный котенок. Да я даже не на Земле была. Черт знает куда попала, и в этом черт знает всем свои правила, а еще магия, но…

Но не могла я сказать девчонке, что все пропало. Да и не в моих правилах отступать.

– Я сделаю все, чтобы помочь и тебе, и себе, – улыбнулась я, заметив, что Айя успокоилась, и уже жестче добавила: – Тем более что мне действительно нужно вернуться домой.

Мы проболтали еще какое-то время. От Айи я узнала, что этот мир действительно магический. По крайней мере, магией в разной степени обладала чуть ли не половина населения. Никаких технологий – все держалось на честном слове и волшебстве. Даже вода из крана и то грелась благодаря зачарованным камням.

Насчет средневековья я тоже оказалась почти права. На самой верхушке иерархии стоял король, правящий Третьим Королевством. За ним шли принцы, герцоги, маркизы и прочая аристократия, которой было немало, но большую часть населения составлял простой люд, к коим себя относила и Айя, хотя девушка и обмолвилась, что храмовники стоят несколько выше, но у них своя замкнутая, скажем так, секта.

Секта, состоящая из самых настоящих фей.

Я честно пыталась не смеяться. Айя говорила совершенно серьезно, но улыбка так и проступала на моих губах. И да, это наверняка было нервное, но в глупую истерику я так и не скатилась. Не успела на самом деле, потому что в дверь мою, которая шкаф, внезапно постучали.

– Кто там? – спросила я, наблюдая за тем, как птичка прячется под покрывало.

Спряталась, а трясущийся желтый хвостик так и остался торчать снаружи.

– Матушка Тез приглашает всех учениц в зал приемов, – прокатился звонкий голосок, и я поднялась.

Пора было начинать решать свалившиеся на меня проблемы.

Айя со мной идти ни в какую не хотела, но я ее уговорила, объяснив, что без нее я тогда точно сдам нас обеих. Просто потому, что не знаю куда идти, как кого зовут, что можно, а чего делать категорически нельзя. Правда, птичку пришлось спрятать за распущенными волосами. Так и она мне сможет шепотом что-то подсказывать, и другие ее не увидят.

Зал приемов оказался… внушительным. Все-таки хитрые они – эти феи.

Сначала мне пришлось дойти до столовой – помещения, ничем не примечательного. Деревянные, грубо сколоченные столы, рядом длинные лавки и… все.

Зато чуть дальше – за отодвигающимся каменным камином – открывался аркообразный проход в комнату размерами куда больше. Тут и столы были сделаны из хорошего дерева, с резными ножками и рисунками на столешницах, и лавки покороче да с мягкой обивкой, и посуда – не простая железная, а не меньше чем белый фарфор.

А уж золотые канделябры, которыми были украшены стены, и вовсе говорили о зажиточности храма. Причем об этом же шептала огромная картина с изображением матушки Тез, что разместилась на стене за массивной кафедрой.

Молоденькие девушки занимали свои места, пока я мимолетом осматривалась и ждала подсказок. Расположившись за одним из дальних столов, пыталась найти в таких же ученицах, как Айя, какие-нибудь признаки фей, но ни крыльев, ни золотой пыльцы, ни острых ушек я не наблюдала.

Может быть, оно и к лучшему. Психика моя и без того воспринимать происходящее за реальность категорически отказывалась.

– Дочери мои! – с излишним пафосом обратилась к присутствующим матушка Тез. – В этот добрый день сама Природа благоволит нам. Несколько часов назад по королевству прокатилась радостная весть: герцог де Зентье открывает отбор на должность няни для своей единственной дочери. Для нас это огромный шанс наконец-то попасть в его замок, чтобы отыскать и вернуть украденную им Чашу Желаний. Ешьте, пейте, празднуйте! Совсем скоро мы снова обретем свою власть! Будь проклят герцог де Зентье!

– Будь проклят герцог де Зентье! – ответили ей воспитанницы хором, а я неконтролируемо вздрогнула. У меня по коже озноб пробежал, столько ненависти было в их голосах.

Казалось, эхо все еще звенит под сводами просторного зала, или это у меня в ухе звенело от того, с каким жаром проклинала герцога Айя, сидящая у меня на плече. Если они так его проклинают три раза на дню, представляю, как икается бедному герцогу. Да тут никакие талисманы и обереги не помогут.

Ужин был действительно праздничным – столы ломились от яств. Я впервые пробовала незнакомые мне блюда, но они оказались вполне себе вкусными. Утолив неожиданно проснувшийся голод, как и все воспитанницы, я ждала разрешения покинуть столовую, но дождалась совершенно иного.