Нелепая и смешная жизнь капитана К. Офицера без имени

151. С КАПИТАНОМ ЛЕТАТЬ

Хохотунья княжна, хохотунья княжна

Посмотрите как полночь бела и нежна.

Ах всю ночь до зари я хочу хохотать

С капитаном лежать с капитаном летать.

152. Меня возле Смольного в третьем часу терзали собаки; ну думаю подобрали местечко ах вы мои милые а они тяв-тяв… гр-р-р… ну грызите меня грызите… а мне еще в елисеевский к пяти; вы говорит княжна не опаздывайте; ах капитан неужели вы были среди них; как я теперь князю Ю-ву покажусь; что вы княжна что вы ангел я был в адмиралтействе там новый броненосец в сырую воду спускали; ого-го думаю ого-го какая силища! Сколько пузырей! Какая мощь. Как он помчится по воде! Как шарахнет.

152а. Зря вот только дырку в боку просверлили. Слишком большая.

152б. Фельшерская борода обвенчалась с г-ном майором; куда смотрит фельшер? он ангел… ангел… на полковой свадьбе облопалась облопалась рыжая засранка ее тошнит противно конечно; приходил г-н полковник давал всем палок ну это уже за казенный счет. Господи видела б все это государыня.

152в. Г-н майор говорит ничего этого не было а тебе гауптвахта сукин ты сын.

152г. Глазеем на фельшерскую бороду? А вот нечего.

153. Поймите княжна тут мои нежные чувства могут простираться в основном только в гастрономической так сказать проэкции. Вот еще тефтельки в брусничном соусе бывают чудо как хороши… Мне купец Ветрогузов рассказывал. А фельшерская борода… зачем она вам княжна с нею невозможно построить прочное ну или там долговременное счастие. Завести с нею детишек? Это все иллюзии, друг мой. Туман, зыбь, трясина.

153а. Только гвардейцам дозволено целоваться с фельшерской бородою ну там если драгуны или кирасиры например; там все расписано на несколько дней вперед да г-н м-р еще и деньги за это берет все это подло подло конечно; г-н майор недостоин носить погоны. Да и вам борода будет не по вкусу сударыня; солдатских объедков на них многовато-с. Ну там ежели побрызгать на нее чем-нибудь ну да чем брызгать.

154. Капитан вы неисправимый пошляк вы как все вокруг страна варваров просто у вас вместо мозга казарма конногвардейского полка. А ваш денщик вылитый пятикантроп. Я уйду от вас к купцу Ветрогузову в Зоологический музей он хоть и чудовище но тонкая натура в Швеции бывал обращение знает он вообще как швед а вы хуже чудовища.

155. Пергюмякиссен уберите княжну Тараканову обратно в холодильник.

156. Не боюсь я вашего холодильника меня и на колышек сажали рядом с михаилом потапычем ну знаете вместе в обнимку сидели «как спрашиваю у вас там в морском ведомстве» «нормально отвечает вы видите – я тут» а кто спрашиваю в броненосце дырку-то просверлил; ну… ну не я во всяком случае; я и с дрелью как следует обращаться не умею а задок у него крепкий убористый не то что у некоторых и туалетную бумагу не ворует «не вас ли говорит я на прошлой неделе в перинных рядах немного помял» «что ж отвечаю иной раз меня туда калачом румяным не заманишь а иной раз и метлой поганой не выгонишь» «а вот вы клавдия потаповна какими духами пользуетесь» «польскими» отвечаю «польскими… ну ничего себе только что-то в носу свербит» сами же прекрасно знаете… холодильник ваш три года как мышами попорчен «посмотрим сестрицы здесь ли капитан непотребные открытки с витебского вокзала содержит» ах на витебском вокзале прекрасные открытки…

156а. Ну смотрим а там нету никаких непотребных открыток а лежит одинокая пожилая селедка глазами хлоп тоска… тоска… а селедка разве грешница? разве по своей воле заперлась она в холодильнике? Я только на минуточку… я думала… хочет сказать что-то очень важное… промерьте глубину… ради бога промерьте глубину… фарватер… тоже мне военная тайна какая разница какая там глубина… у вас холодильник в зловонных лужах… ненавижу… я уйду от вас к подполковнику повитухину так и знайте… господи как выбраться отсюда… плетей каждому… вот так и знайте из холодильника вашего убежала а из трубецкого бастиона и подавно убегу. Ну то есть все наоборот.

156б. Откройте мне дверь свинья.

156в. Денщик пальто княжне таракановой.

156г. Нет еды нет счастья. Это каждая собака знает.

157. Не выкручивайте мне руки капитан больно ведь.

158. Мы уедем с подполковником куда-нибудь на край света. Подальше отсюда и от вас. Вот в Сестрорецк например. Подполковник чудесный и милый словно кролик. Ну я не знаю. Где он там. Ну или в Перекупной переулок. Говорит такой любовь моя до Сестрореца у меня недостаточно средств… Ну а до Перекупного это мы мигом домчимся.

158а. Ах как мы с подполковником будем счастливы в Перекупном переулке.

158. Присоединяйтесь к нам капитан голубчик что вы тут забыли.

159. Так вот ты какой решил променять меня на молочную сосиску. Гимназистку на сосиску. А я думала ты рыцарь. А я думала ты ланселот думала трубадур там зигфрид или сусанин вот его взять хотя бы. А ты… А у меня ведь завтра экзамен по географии. Реки Восточной Сибири принимает майор Дарлингтон вот Енисей куда впадает куда впадает спрашиваю.

160. Господи катинька голубушка ну какая разница.

160а. Разве это так важно?

161. Какая разница говорю все реки в мировой океан впадают кроме таракановки деточка так и скажи свинье этой: таракановка впадает в тартарары мне купец Тит Францевич Ветрогузов рассказывал он плавал. «Видел говорит Таракановку своими глазами». Эх майор думаю знал бы ты как грешна земля наша теперь все дамы за ним хвостом бегают магнит у него там какой что ли.

162. Представь себе магнит. Сама видела.

163. Академик Павлов с собакой!

163а. Голубчики! Госпожа холера подскакала к нам из-за 3-ей Рогатки.

164. Знали бы вы господа хорошие что там такое на улице творится еле ноги унес. Чернь бунтует все горчичные лавки разбиты вдребезги. Я говорю вдре-без-ги а не вдрызг. Что вообще за слово такое дурацкое. «Вдрызг». Кабацкое какое-то. Е. И. В. сам на кобыле прискакал в мыле кричит уймитесь уймитесь а ему в ответ горчицы горчицы в общем белиберда всякая. Сказал плевать мне на вас на всех и на вашу горчицу плевать плюнул на всех и ускакал куда глаза глядят. Народ очень расстроился. Батюшка батюшка а какой я вам батюшка буду я вам теперь прежестокий отчим. Буду так сказать из вас все соки на мостовую выжимать. Выкручивать. А они: жми нас батюшка жми. Крути нас. Вечно они за свое как дети.

165. Вот вы сударыня бывали в Ропше.

166. Я бывала на острове Серный. Там у меня волчонок я его тайно кормлю. Его зовут михайлопотапыч. Я барышня из морского ведомства а вот вы откуда. Я… Впрочем я не вполне уверена что это волчонок. Я… я… не знаю кто это такой. Да кто мы все? Призраки.

167. И ведь пошли же навстречу: поставили соковыжимательную машину на Семеновском плацу. А на ней кнопок миллион. Миллион! А с кого начать-то? Вон какая толпа привалила. Волнительно.

167а. Ну давайте начнем с телеграфистов.

167б. Полезайте сукины дети.

167в. Господи какая холодрыга.

167г. Вот сюда вот сюда вот голубчик. Сюда. Пред вами все двери открыты.

167д. Жми вот эту.

168. Господи какая холодрыга.

169. Интересная у вас собачка.

170. Тэк-с что у нас тут скажите а-а-а.

171. Редкий случай да-с. Хитрый сосисочный вирус обошел все карантинные посты в городе эпидемия. Пушкин и тот не обошел «это говорит мне не по зубам» а вот вирус видите ли обошел. Обскакал. Обтрюхал. Да-с. Неслыханно-с. Вот вам мой совет дружище горчица и кетчуп в равных долях смотрите не перепутайте. Кетчуп уж где-нибудь сами сыщите а горчицу у немца штепселя на Унтерофицерской улице звонить три раза. Или четыре стукните как следует он все равно откроет. Очень доверчивый человек. Говорит раз государь обещал соковыжимательный аппарат к рождеству пусть значит так и будет. Обязательно приду смотреть. А там и проводов-то нет. Все видимость! Все туман… все зыбь… Скажите это от меня ему из Нюренберга каждый год с оказией присылают. Город такой вы может слышали. Пальчики оближешь. М-м-м. Так бы и слопал бы вместе с пальцами. (Начинает грызть).

172. Вы издеваетесь? Никто. Никогда. Не лечил. Княжну. Тараканову. Кетчупом. Я буду жаловаться купцу Ветрогузову. Тоже мне доктор-шмоктор.

173. Мы совершенно серьезно. В Академии Наук шутить не любят.

174. Тяв!

175. Пергюмякиссен денщик спаси меня из пасти этого отвратительного безголового чудовища.

176. Пергюмякиссен бежимте со мной на край света от этих монстров.

177. Убегают.

177а. Княжна ангел я не знаю куда бежать. Везде так прекрасно.

178. Это еще что а то у меня в полку еще и котлеты сырые разбежались; а я им куда вы сукины дети не я ль вам отец ну и все такое уж я вас под трибунал; а они такие «наша родина в другом месте» ну как это в другом; родина котлет это желудок не так ли?

178а. Так и есть г-н капитан так и есть голубчик сущая правда побольше б нам таких офицеров ни один швед бы сюда не сунулся.

178б. А г-н м-р Дарлингтон говорит: если ты не вернешь котлеты ты займешь их место сукин ты сын.

178в. То есть это что ж вы сожрете боевого офицера что ли.

178г. Такого в нашем полку никогда не было никогда ну вот если в соседнем полку вот только да и то наверное враки.

178д. Катинька ангел в нашем полку офицеров не едят а фельшер кукушкин врет.

178е. Господи ну как позвонить в адмиралтейство.

178ж. А они мне припомни капитан детально: в котором часу сие приключилось и откуда фарш котлетный брал; фарш говорю брал на ямском рынке «мне бы ½ свининки и ½ говядинки равнодольно» а вот остального не припомню; а воду велено брать из лиговского канала супротив кузнечного переулка там вода пожестче; ну и я так и сделал.

178з. Водица там просто чудо.

178и. А они мне: «капитан ты там еще на проводе?» ну разумеется на проводе а где же мне еще быть… вот что я вам скажу голубчики: ночью говорю наверное я спал; окошко оставил открытым я обожаю сквозняки через отверстое окно к нам проникают ангелы и сновиденья; во сне к нам являются удивительные создания о девяти головах; крылатые ангелы сидят на деревянном подоконнике болтают хрустальными ногами воздух у нас сырой и не то чтобы очень здоровый; но у нас все равно другого воздуха нет и государь у нас один другого нет ну и все такое прочее отстань капитан вечно ты со своей ерундой. Вечно. Вечно. Вечно. Пьян… пьян… пьян…

179. На часах

Полночь глухая

стою на часах

пушка стреляет

бубум!

бабах!

180. Смотрю сквозь замороженное окошко на фельшерскую бороду рыжая борода манит меня: «идем… идем капитан любовь моя… летим… г-н майор все равно ничего не узнает…» Ну и фельшер кукушкин тем более ничего не узнает надоел он мне.

180а. Бородушка я капитан лейб-гвардии я не умею летать.

180б. Вот мой денщик Перогюмякиссен он как воробей.

180в. Куда мы с тобою пойдем бородушка? Сейчас так холодно; государыня не одобряет такой погоды.

180г. Говорит мне «капитан голубчик когда же этому придет конец?» Ну говорю ей матушка господь завещал нам терпеть да и подполковник повитухин предписал нам то же самое насколько я помню.

180д. Говорит такой нам «терпите сукины дети» ну а мы рады стараться ну и все такое.

181. Променяю ли я милую катиньку на рыжую засранку? Променяю ли я Батискафную улицу? променяю ли я на рыжую бороду милую отчизну? ну государю это вряд ли понравится… Да и как это г-н майор не узнает еще как узнает.

181а. Да и борода ежели хорошенько разобраться фу какая противная а Батискафная улица по сравнению с ней довольно прекрасна.

181б. Ах милая бородушка наш брак невозможен… я дворянин…

181в. Мы могли бы обвенчаться у купца деревяшкина.

181г. Что за белиберда думаю.

182. Господи ну что она там вытворяет.

182а. Бедная бедная Батискафная улица!

183. А что г-н академик почем у вас собачка?

183а. Пятьдесят рубликов.

184. Премного вам благодарен вы же знаете какая сейчас с наукой ситуация непростая совсем вот, академики и письмо на сей счет на самый верх писали. А уж сколько лжеученых тьма тьмущая тьмы и тьмы и тьмы так-то вот сокол мой. Сколько лжеломоносовыхлжеменделеевыхлжепоповых развелось. Один майор Дарлингтон чего стоит он и диссертацию у меня спер а ему сразу академика а за что спрашивается. Мечта моей жизни говорит не могу без науки. Мне надо чтоб нобелевская премия. А гимназистки за ним так и липнут магнетический феномен-с позорит всю науку.

185. А собачку чем кормить?

186. Как это чем сосисками. Ну вот же у вас. Уж не пышками. Ни в коем случае. От пышек она совсем теряет голову сам проверял. Даже странно слышать. Будьте здоровы.

187. Хлопот судырь ты мой хватает.

187а. Когда-нибудь я превращусь в трюфель друзья мои; да вот еще вы и вы и вы; да-с; процесс этот необратим я и князю Ю-ву сколько раз об этом говорил; а он все носом крутит говорит «как это так»; как это я в виде трюфеля пользу отечеству принесу; ну голубчики ежели разобраться то никак. Трюфель это трюфель. Берегите же собачку друзья мои; от нее зависит людское счастие.

187б. Ежели она околеет отечество наше будет несчастно.

188. Все присутствующие незаметно друг для друга обмениваются телами.

188а. Катинька любовь моя сходи в апраксин двор за сосисками собачка воет. Ты знаешь где там сосисочный ряд не знаешь ну спросишь там любой подскажет а так прямо и налево а потом спросить. Смотри не перепутай. Сначала прямо потом налево а потом спроси у бутошника.

189. Кто такой убутошник?

190. Ты совсем тупая. Это писатель такой.

191. Вы его в своей гимназии что ли не проходили.

192. Сам сходи здесь тебе не казарма умник.

193. Нева это сосуд наполненный до краев водой.

193а. Господь вверил нам его… ее…

194. Что ж думаю я ведь ни за что ни за что не променяю солдат на какую-то паршивую бороду; всю ночь ночевал в казарме где солдаты; вот где правда; вот где свет и все что к нему прилагается; ну а фельшерская борода подождет еще; злой огонек вертится и крутится в хрустальной лампе.

195. Ну думаю ребятки от вас есть еще толк.

195а. Есть!

195б. Ну ведь это работа такая.

196. Фельшер голубчик заберите же ее; от вашей бороды одни несчастия.

197. Фельшер кукушкин говорит он не может отращивать свою бороду до бесконечности. Да и жизнь фельшерская куда как коротка.

197а. Ну то есть фельшерская жизнь много короче бороды получается.

198. За окном пляшет вьюга; видел однажды нашего подполковника он лежит весь белый как снег. Господи ну какая же красота.

199. И вот значит и чмок ее и цап ее и цап-царап ее а г-н майор все равно ничего не узнает потому что пьян как бочка ну и валяется где ни попадя.

200. Ну это вроде как китайские письмена.

201. Капитан! Мы будем счастливы.

201а. Фельшер кукушкин, поразмыслив с полчаса или более, отослал свою бороду прочь. «Вот что голубушка мы более не можем жить как единое целое; я тебя отпускаю ты свободна. Ступай на Лифляндскую улицу к швейцару Алексей Петровичу в деревянную будку, его сыскать не так уж и сложно. Он человек добрый и кулаков по всяким лишним пустякам распускать не любит. Иди к нему, а обо мне забудь. Не плачь. Не плачь. Он тебя не обидит. Все будет хорошо».

202. Господи как все хорошо.

202а. Как велик и славен божий мир как прекрасна Батискафная улица ну и все такое.

202б. Мои голштинцы растаяли как дым. Все призрак все мираж все утренний туман. Куда вы спрашиваю в страну голштинию где ни печалей ни радостей. А только лишь один сладостный сумрак после обеда. Где это спрашиваю далеко где-то за Таракановкой а то может еще чуть дальше. Жизнь есть сон см. п. 34.

202в. Государю ли потушить горячее сердце мое?

Пасха у фельшера кукушкина

После нечаянного ухода своей бороды к швейцару Алексей Петровичу фельшер кукушкин впал в божественную немилость, тоску и депрессию. Он сидел в своей малюсенькой каморке в Фонарном переулке размером чуть более шляпной коробки. Из всей видимой мебели там наблюдалась лишь колченогая занозистая табуретка – и грубоватый сосновый стол, на которых бедный фельшер спал, ел и приготовлял замысловатые ядовитые вещества по заказу Кабинета его императорского величества. Или же мастерил чудесные целебные пилюли для лечения лбгв. Ф-го полка. Еще совсем недавно фельшер кукушкин вел довольно-таки роскошную и расточительную жизнь, на которую только был способен, но после скандала и разрыва с собственной бородой вынужден был сменить образ и обстоятельства жизни. Сквозь крохотное потайное оконце, величиной с мышиную нору, он видел и слышал, как к соседнему особняку, с грохотом и зычной роговой музыкой, подпрыгивая на неровностях и выпуклостях мостовой, в рессорном экипаже, звякая алмазными и рубиновыми орденами, подъезжал майор Дарлингтон в компании немецкого посланника и развеселых барышень. Барышни смеялись, хихикали, махали ему нежной рукой, зная, что он их видит, видит, и звали присоединиться, окунуться с головой в пучину беззаботного веселья и весеннего непотребства, отведать совместно куличей и что вообще бог подаст и отдохнуть от тягот зимы и семинедельного убиения и умерщвления плоти. Но фельшер кукушкин сказывался больным и просил передать что никак не выйдет. Чтобы не заразить опасной болезнью немецкого посланника и не стать, упаси боже, причиной и поводом к бессмысленным и братоубийственным военным действиям. Война была так некстати в этом году. «Кукушкин, сладкий голубчик, милый, иди же к нам есть куличик – призывали его барышни – расцелуй же нас покрепче». Кровь кипела внутри фельшера и сердце стучало как пулемет, но он был непреклонен. «Свой светлый праздник я буду справлять один, без всяких там» – твердо решил для себя принципиальный добродетельный фельшер.

«Да и вдруг они людоедки, зачем мне там быть – подумал фельшер, слегка волнуясь за судьбу немецкого посланника – а у меня еще вся жизнь впереди».

Рядом с ним, на расстоянии чуть вытянутой руки, покоилась немного початая бутыль с полынной настойкой. Фельшер пригласил меня быть третьим в сей славной немногочисленной компании. «Я хотел отпраздновать Пасху как человек – поведал фельшер – покушать вволю крутых яичек, засоряя бороду крупнозернистой поваренной солью и краснокирпичной ломкой скорлупой, но теперь все мои радужные мечты рассеяны, разбиты и разрушены. Нет более бороды, нет скорлупы, вообще ничего нет. Мы с нею распрощались и разошлись. Я выразил фельшеру свои искренние сожаления. «Вы же, однако, при известном старании можете отрастить себе новую – предположил я – и жить с ней душа в душу. Как едина плоть. Человек – и борода. Фельшер – и борода. Борода – и фельшер. Встречать вместе рассветы и закаты, глядя из подслеповатого окошка, любоваться причудами ранней осени и проказами ворчливой старушки зимы. Брать ее в Екатерингоф. И ездить с ней в обнимку посреди прихотливых водяных загогулин. А когда придет вечно юная и вечно голодная весна, вся в ландышах и одуванчиках – наряжать ее в разноцветные ленты и шелковые бантики». Барышни будут визжать от восторга, да и солдаты вас полюбят. «Нет, не могу – ответил фельшер – второй такой бороды у меня нет и уже никогда никогда более не вырастет. Мой подбородок отныне будет девственно чист и светел, как Семеновский плац перед разводом гвардейского караула. Все, что на нем ни вырастет, будет сметено беспощадным клинком».

Фельшер внимательно глянул на соблазнительную пузатую бутыль, слегка заляпанную немытыми пальцами. «Моя мятежная юность безвозвратно закончена и утеряна – сообщил он мне по секрету – как впрочем и ваша, голубчик капитан. Знайте – я решил раздать свое имущество бедным, зачем оно мне. Свою одинокую квартиру в Фонарном переулке, а также деревянную табуретку и нехитрый стол грубой столярной работы я поручаю Адмиралтейству. Государю – коллекцию ядов, которую собирал и составлял годами. Достаточно одной капли, чтобы отправить на тот свет весь лбгв. Ф-ий полк. Вам же, любезный капитан, я уступаю свой янтарный мундир, оснащенный и утыканный тысячью тысяч драгоценных пуговиц и крючочков, кнопочек, усеянный янтарными запонками и алмазными застежками, плюс пятьдесят восемь накладных и выдвижных карманов различной ширины и глубины – смотрите не утоните ж в них. В некоторых легко умещается хоть гусарская лошадь, хоть сабля, хоть пушка «единорог» – никто и не заметит. и глазом не моргнет. Сей мундир достался мне от деда, деду – от прадеда, а прадеду – от самого Фридриха Великого, у коего упомянутый прадед был верным оруженосцем до скончания дней последнего».

«Когда Фридрих Великий отдавал богу душу – поведал фельшер кукушкин – под пленительные звуки скрипки, флейты и барабана, он сказал: «носи сей мундир, mein Herr Kukuschkind, и не отдавай никому. Само бессмертное солнце заключено в его янтарных закоулках, закромах, карманах и запонках. Сама Луна прячется в его беззастенчивых карманах. Я отправляюсь в Вальгаллу, а ты – ступай в свою печальную конуру, в Фонарный переулок». Больше они друг друга не видели, Фридрих Великий превратился в пар и улепетнул прямо вверх, а прадед – по указанному адресу, сюда, в эту несчастную позабытую богом каморку; в Фонарный переулок».

С благоговением и трепетом я взял драгоценную реликвию с тысячью тысяч янтарных и алмазных пуговиц. «Сам Фридрих Великий водил в нем свои полки – продолжал тем временем фельшер кукушкин, опорожняя бутыль с полынной настойкой – води ж теперь и ты, смотри ж, не урони его в нечистоты и грязь, пребывая по случаю праздника в пьяном виде и дурном настроении». Я пообещал, что не уроню, да и кто когда видел меня в пьяном виде?