Влюбиться в звезду

Глава 11

Настя

Прошло уже три недели с моей памятной поездки в Москву, а впечатления все ещё не отпускали. Нет, о проведённой ночи с красавчиком из российского списка Форбс, я не жалела. Ну почти. Иногда, конечно, накатывало чувство стыда и щеки начинали гореть от воспоминаний своей.. мм.. страстности и развязности, но дело не в этом. Теперь другие мысли жгли сознание.

И почему я так странно устроена? Нет бы просто оставить ту ночь в приятных воспоминаниях и спокойно жить дальше. Ну переспала, ты Настя, с классным мужиком, и чего теперь? Терзать себя, заставлять мозг вновь и вновь выдавать картинки наших скрещённых тел? Фантазировать ночами о мускулистых руках парня с чудной татуировкой..

Кажется мажористый Егор пробудил во мне блудницу. Недавно поймала себя на том, что теперь даже на улице глазами выискиваю симпатичных парней, оцениваю их. Нет, до того, чтобы улыбаться им и заигрывать, не доросла ещё. Но вдруг стало интересно, как на меня реагируют мужчины.

Даже купила себе сарафан с открытыми плечами и минут десять крутилась в нём около зеркала. Правда, пока так и не решилась выйти в нем «в свет».

Странно это, раньше меня такое не привлекало. Может Мира была права, и во мне, наконец, стала пробуждаться женщина?

Правда, обретённой легкости мне пришлось радоваться недолго. В среду, в утро моего 20 дня рождения, новенький смартфон, купленный взамен утерянного в Москве, вдруг разразился незнакомой мелодией. Я удивилась. На всех контактах из записной книжки у меня стоял свой трек, благо их было немного. Но сейчас на экране высвечивался незнакомый номер, да ещё чудной, с тремя шестерками на конце. Настроение сразу испортилось, терпеть не могла все, что хоть немного выходило за рамки привычной жизни.

Но все таки беру телефон в руки и жму на зелёную кнопку.

— Привет. Настя, ты?

Я сглотнула. Голос узнала сразу. Егор. Мое случайное приключение. Но зачем он звонит? И как номер мой нашёл?

— Привет, — выдавливаю с трудом. Понятия не имею, как разговаривают с бывшими любовниками.

— Как дела? Нормально домой добралась в тот раз?

Как-то запоздало о таком спрашивать, но думаю, он просто хочет как-то начать разговор.

— Да, все в порядке, — внезапно осеняет. А вдруг он из-за тех 5000 звонит?! Да, для него это не деньги, но все же я их забрала без спроса. На минуту стало страшно и я решила действовать на опережение, — Егор, ты прости, что я взяла у тебя те 5000 тысяч, у меня с собой ни телефона, ни сумки не было. Просто не знала, как ещё добраться до подруги. Я верну, прямо сейчас могу перевести..

— Стоп! —замолкаю, слыша строгий оклик Егора, — Какие деньги? Да плевать на них. Я по другому поводу звоню.

— А, ну ладно, — успокаиваюсь немного, но все равно ничего не понятно.

— Настя, ты так быстро сбежала, что мы даже не успели поговорить.

— Да, ну я очень торопилась, подруга бы переживала..

— Сейчас это не важно. Меня другое интересует. Ты нормально себя чувствуешь? Изменений никаких нет?

— Каких изменений? — округляются глаза и сильнее прижимаю трубку к уху. Может я че не так расслышала? — Все в порядке вроде..

— Настя, я понимаю, ты девочка неопытная, — ох, и зачем он об этом напомнил? Опять краснею, — А вот я совершил глупость, продался эмоциям. И теперь могут быть последствия.

— Ничего не понимаю, какие последствия?

— Мы с тобой занимались незащищенным сексом. И теперь ты можешь быть беременной. Поэтому и спрашиваю, как себя чувствуешь?

Если бы мы разговаривали по видеозвонку, то сейчас бы Егор мог во всю любоваться моими вылупленными глазами и отвисшей челюстью. Почему я о таком даже не подумала??

— Настя, Настя, ты меня слышишь? Я угадал, ты беременна?

Его голос в секунду вернул хладнокровие. Не знаю, почему в следующее мгновение я сказала ему именно это. Все, как на автомате было, но в тот момент именно эти слова показались правильными.

— А, нет, все в порядке. Можешь не переживать. Нет никакой беременности.

— Ты уверена? — в его голосе слышалось сомнение.

— Да, полностью. То есть, ну, есть чёткие свидетельства, что нет никакого ребёнка.

— Да? Ну что ж, это к лучшему. Если что звони. Хорошо.

— Да, хорошо, спасибо. Пока, Егор.

— Пока.

Обрываю звонок и валюсь на кровать. А вот теперь стало по-настоящему страшно. Я соврала. Не было у меня месячных. Даже хуже, была задержка. Всего 3-4 дня пока, но раньше такого за своим организмом не замечала.

Хороший день рождения, ничего не скажешь. Что же делать? Ждать не смогу, с ума сойду от этих мыслей. Вскакиваю и бегу к выходу, по пути хватая карту и напяливая босоножки. Сердце колотиться, словно воробушек в клетке. Сколько не бегу от реальности, но жизнь все равно кидает меня из поворота в поворот. И что ждать за очередным изгибом пути, не знаю.

— Солнышко! Мы пришли. Настя! Ты где?

Слышу, как пришли мама с отчимом, но спускаться вниз не хочу. Уж пусть лучше мама сама поднимется ко мне.

— Давай вместе скажем ей, — голос Андрея звучит бодро и громко, даже на втором этаже слышно. Ну чего, чего они мне такого сказать хотят!? Весело ему. Да нет, он неплохой, но я пока еще не привыкла к новому «папочке» и старалась держаться от него подальше.

— Нет. Ты разбери продукты, а я сама с ней поговорю.

Все таки мама у меня умничка. Слегка скрипят уже давно не новые ступеньки и в комнату тихо вплывает мама. Я даже не дернулась, все так же лежу, скрючившись. Сил нет.

— Доча! Ты чего? — мама пугается моей позы, подскакивает, хватает меня за плечи, приподнимает и прижимает к себе, — Что случилось? Настя, не пугай меня.

Больше не могу держать все в себе. Обнимаю маму и тут же начинаю рыдать.

— Мама! Я натворила глупостей.. Мама..

— Настя, доча, — мамины руки гладят меня по спине и волосам, принося такое желанное успокоение, — Расскажи, расскажи мне всё. Что с тобой?

Отодвигаюсь немного и заглядываю ей в глаза.

— Мама, я беременна.

В первые секунды на её лице отображается шок, потом сомнение и внезапно мама запрокидывает голову и начинает смеяться. Теперь в недоумении я. Даже слезы высохли.

— Мам? Мам.. — трясу я её за плечо.

— Прости, родная, — мама утирает слезы от смеха, сжимает своими ладонями мои щеки и целует в нос. — Я не сошла с ума. Просто мы с Андреем только что из больницы. Я тоже беременна, почти два месяца.

Теперь смеемся вместе. Как же легко стало на душе. Мама не орала, не ругала, она меня поняла. Теперь уже моя личная катастрофа не казалась такой уж ужасной.

— Так ты не против? Не будешь мне читать нравоучения о «разрушенной молодости»?

— Насть, тебе сегодня 20 лет, а мне 39, я сама родила тебя в 19 лет и ни капли об этом не жалею. И ты не жалей. Если хочешь ребёнка, он у тебя будет. Ну и у меня тоже. Ты хочешь малыша?

Задумалась. Я так была ошарашена, увидев две полоски на десяти тестах, что даже не думала об этом. Единственно, что меня преследовало, это страх предстоящих изменений. И только сейчас я поняла, что беременность влечёт не только проблемы. У меня будет ребёнок, мой ребёнок.

— Хочу, да, я хочу этого ребёнка.

Так и начался новый этап моей жизни.

Глава 12

Настя

Когда в доме одна беременная женщина, это прекрасно. Казалось, чего страшного то? Ну помочь иногда по хозяйству, ну изредка перетерпеть капризы будущей мамочки. Иногда даже мило. А вот когда беременных женщин две, и настроение у обеих меняется быстрее погоды на тропическом острове, уже опасно.

Весь ужас положения Андрея, моего отчима, я ощутила в пятницу, когда выслушивая новый список наших с мамой «хотелок» на выходные, словила его грустный, почти молящий взгляд. Тут же бросились в глаза его впалые скулы, футболка, мотающаяся на исхудавших плечах и неприлично отросшие кудри. Да, на восьмой месяц нашей с мамой беременности, Андрюша сдал.

Внезапно стало его жалко. Хороший он оказался. Маму сильно любил, боготворил даже. И у нас с ним сложились тёплые чувства. Но все равно я чувствовала себя здесь чужой. У них семья, скоро будет общий ребенок, а тут я со своим пузякой и проблемами. Ради успокоения совести, пару раз вяленько я пыталась заикнуться о самостоятельной жизни, но мама каждый раз поднимала такой визг, что я сразу замолкала. А про себя выдыхала. До чёртиков боялась остаться одна. Только не сейчас.

Столько мыслей, страхов, предположений. И больше всего я боялась оставаться со всем этим грузом одна. Я ничего не сказала Егору. А смысл? Сильно сомневаюсь, что парень 25 лет будет рад незапланированному ребенку. Ведь звонил он мне с одной целью, узнать о беременности и предотвратить её. Я уверена. Трудно представить, что состоятельный человек, у которого вообще нет проблем с женщинами, вдруг скажет: «Ну что ты, рожай, я так рад быть папой!». Бред.

А вдруг он бы стал настаивать на аборте? Для меня это уже нереально. Если первые месяцы я как-то легкомысленно относилась к ребенку в моем животе, то сейчас материнское чувство окатывало каждый раз, как я чувствовала удары пяток моей дочки. Нет. Я хочу ребенка. И не позволю кому-то вмешаться в то, что сейчас происходило со мной.

Решив для себя железно, что ничего не скажу Егору о дочери, я успокоилась. Правда, не надолго. Совесть, совместно с Мирой и мамой, мягко, но все же упорно внушали мысль — отец должен знать о ребёнке. Сначала я отметала эту мысль. Боялась ее. Откладывала на потом.

Но когда впервые увидела свою Соню. Когда поняла, насколько ее чёрные глаза похожи на глаза её, папы, разревелась и сдалась. Конечно, это эмоции давили после 11 часов родов, но даже когда проснулась на следующий день, поняла, я должна все ему рассказать. Пусть он не захочет признавать её, пусть не поверит, плевать. Сказать то я должна!

Днём еще как-то держалась. Пыталась привести кучу доводов «против», но «за» оказалось больше. И к вечеру сдалась. Решила действовать правильно, составить грамотный текст, где все спокойно и по полочкам разъясню Егору его новое положение.

Ага. В мыслях то было все прекрасно, по-взрослому, а в итоге, получился сумбур. Позвонила и наболтала всякой ерунды.

Смотрю на телефон, слышу протяжные, пустые гудки и до сих пор не верю, что делаю это. Так, без паники, жду пятого гудка и отрубаю. Или нет, семь гудков и все. Четвертый, пятый, если сейчас он не возьмет трубку, бросаю. И чуть не подпрыгиваю на кровати, когда где-то там, за тысячи километров мне отвечают «Алло?».

На автомате жму на красную кнопку. Вот дура! Ведешь себя, как ребенок, хотя сама меньше чем 36 часов назад стала мамой. Так не пойдет, начала, уж доводи до конца. Хватаю свой старенький, но такой любимый смартфон, и снова жму на вызов последнего номера.

На этот раз он отвечает сразу:

— Алло? Алло, эй, кто это?

— Егор привет, — выдавливаю внезапно писклявым голосом.

— Не понял, кто это? — на фоне слышу шум, играет громкая музыка, слышны голоса и чей-то заливистый вопль «Гоу в бар!!»

— Это Настя.

— Какая Настя? — Вот дура ты, Крылова. Ну с чего ты вообще взяла, что он тебя помнит?? Девять месяцев прошло как никак. Да у него таких Насть.. Но я все это предвидела, ведь неправда ли? Вот и не кипешуй, выровняй голос и обрадуй, наконец, «счастливого» папашу.

— Это Настя с автопати. То есть мы с тобой познакомились на автопати в прошлом июле, там сначала вечеринка была после Камеди — а че дальше говорить? Общих воспоминаний у нас как бы почти по нулям, — Ты меня по Москве возил на машине, а потом мы поехали к тебе..

Понимая, что тараторю невпопад, замолкаю. Уюю, почему так страшно то?

— Подожди, я выйду, здесь шумно.

В следующие секунды слышу какой-то неясный гул, вроде шаги. Голоса на фоне стихают. Потом раздается треск зажигалки, Егор закурил.

— Да, Настя, помню я тебя, — голос спокойный, но мне почему-то кажется, что он улыбается, — А еще помню твои сверкающие пятки, когда убегала в 5 утра из моей квартиры. Туфли, кстати, так и остались у меня.

Вот, блин, Золушка нашлась! От воспоминаний того вечера краска залила все лицо. Да нет, вру, уверена, я вся превратилась в сочный помидор. Хорошо, что мою соседку по палате сегодня выселили, а другой пока нет. Не была б я одна, вряд ли бы позвонила.

— Ты почему так резко умотала? Все нормально же было. Даже телефон не оставила.

Да, кстати, почему я убежала? Да потому-что испугалась. Не каждый день твоим первым парнем становится топовая рэп-звезда. Я первые недели вообще не могла понять, а взаправду ли это все было? Со мно ли?

Информация о собственной беременности как-то вернула мозги на место. Да, уж реальнее некуда.

Так, теперь самое сложное. Надувают щеки, задерживаю дыхание. Это я так нервы успокаиваю, но пока что-то не очень получается. Егор тоже молчит. Слышу только, как парень делает затяжку и выдахет дым почти в трубку. Не сбрасывает, видимо, я его заинтриговала.

— Егор, я понимаю, что свалилась тебе на голову внезапно, — смотрю на листок, где среди перечеркнутых каракулей проглядывала моя заранее заготовленная речь, но слова расплываются перед глазами, теряю смысл того, что сочиняла пол ночи. Психую и отбрасываю бумажку. Уж лучше сразу в омут. — Я ничего у тебя не попрошу, никогда. Если ты захочешь участвовать во всем этом, хорошо, если нет, я не буду настаивать. Моя семья довольно состоятельная и мы не нуждаемся, родители..

— Стоп! Ничего не понял. Ты о чем вообще? В чем участвовать? Какие родители.

Я замолчала, но набирать в рот воздуха не стала. Не поможет.

— Ты прости, что сообщаю тебе это вот неожиданно. Надеюсь ты ни с кем сейчас не встречаешься? Нет серьезных отношений.

— Настя, — почти рычит мужчина, — Я сейчас буду дико ругаться. Ты можешь объяснить, в чем дело?

— Могу. Вчера я родила ребенка. Девочку. Это твоя дочь.

Всё. Я это сделала. Замолчала и жду реакции. Понимаю, что хорошего будет мало.

— Что за бред? — голос мужчины звучал спокойно. Мне кажется, он не поверил, — Я же звонил тебя, спрашивал. Что за разводы дешёвые?

— Это не развод. Тогда я тебя обманула. Прости. То есть в тот наш разговор я ещё не знала о беременности. А когда узнала, испугалась..

— Кого?

— А? — я так перенервничала, что потеряла нить разговора.

— Кого испугалась. Я сам тебе позвонил, нормально спросил. Ты сказала, что нет никаких признаков беременности. А теперь ты говоришь, что у меня есть дочь??

Ой, как стыдно. Зажмурилась от переизбытка чувств. Действительно, повела себя глупо и трусливо. Но деваться уже некогда, так что только вперёд.

— Егор. Я понимаю, как это звучит. И ты имеешь полное право мне не верить. Честно говоря, я сама бы не поверила. Но это правда. У меня был только один мужчина в жизни. Ты. И ребёнок твой. Но повторяюсь, я не буду ни на чем настаивать, не буду подавать на алименты или просить чего-то. Моя семья достаточно обеспеченная, да и я после учёбы собираюсь работать. Я правда тебя ни о чем не попрошу.

Выдохнула. Я это сказала. Все таки у паники есть плюсы, сразу мозг активизируется. Я протянула руку к высокой прозрачной люльке и осторожно потрогала тёмные волосы своей дочки. Да, маленькая моя, ради тебя это. У каждого ребёнка должен быть отец. Возможно, будет он и у тебя.

— Зачем тогда мне сообщила, раз такая самостоятельная, — в его голосе слышалась ирония и я его понимала, логики в моих словах реально было мало.

— Просто. Хочу, чтоб ты знал. Может быть ты захочешь её видеть. Ну иногда.

Сердце предательски бьётся о любимую синюю ночнушку. Страшно. Больше всего боюсь грубости, обвинений, сейчас бы я не пережила этого.

— Все это. Странно. Я пока не понял, как реагировать, — он замолчал, а мысленно поблагодарила Егора за искренность. Я бы тоже на его месте вряд ли испытывала радость, — В каком ты роддоме?

Вопрос ошарашил. Но раз решила идти до конца, не сдамся.

— Первый роддом. Ярославль. Ты хочешь приехать? Это не обязательно. Я позвоню, когда нас выпишут и ты сможешь увидеть Соню.

— Соню?

— Я так назвала дочь.

— Мне не нравится имя. Ладно, обсудим позже. Я тебе позвоню, мне нужно время все это переварить. Это твой постоянный телефон?

— Ну да.

— Держи рядом. Пока.

Все. Запульсировали цифровые гудки. Я убавила звук на телефоне до нуля и легла на подушку. На сердце было легко. Я сделала то, что должна была сделать. А дальше будь что будет. Может Егор мне все таки не поверил? Тогда просто ничего не будет и мы начнём эту жизнь с дочкой вдвоем. А даже если он захочет принять участие в воспитании, что в этом плохого? Вот мама с отцом развелись 10 лет назад, но папа не перестал быть для меня хуже. Я его люблю, он меня тоже. И у нас так будет.

Засыпала я с улыбкой. Будущее, наконец, становилось яснее.

Глава 13

Настя

— Крылова. Анастасия. Мамочка, просыпаемся.

Слышу чужой женский голос, но никак не могу понять, откуда он у меня дома? К маме что ли кто пришёл? Ой, блин! Да я ж в больнице! За мгновенье сон улетучился, я села на кровать и с удивлением уставилась на вошедшую медсестру. За окном темень, значит, проспала я всего несколько часов. Будить то зачем? Дочка спала. Она у меня вообще спокойная. Пока. Как дальше будет, не знаю.

— Вставай давай, переезжаешь ты вместе с ребёнком.

— Куда? — таращусь в недоумении, — Что-то случилось?

— Случилось. Главрач мне позвонила в 3 утра и велела вип-палату готовить. Для тебя. Так что давай, собирай вещи, я помогу все перенести.

Сказать, что я была удивлена, ничего не сказать. Мама и так заплатила за роды и палату, но так почти все делают. Но вип?

Тут в голове всплыл недавний разговор с отцом своей дочери. Может быть это его инициатива? Подмывало спросить, но промолчала. Что-то мне подсказывало, что это только начало.

Моя новая палата больше походила на номер в дорогом отеле. Никогда бы не подумала, что в таком невыразительным снаружи здании может скрываться такая милая, стильная комнатка.

Мне здесь сразу понравилось. Кровать, не койка, матрас так просто мечта. Мягкий, но упругий, обволакивает, словно сугроб, когда в него ангелом падаешь. Как только покормила Соню, погрузилась в новое спальное место с огромным удовольствием. Шикарная кровать, себе такую же хочу. И только я начала думать, как и кто поспособствовал моему переселению, глаза застелил туман и я провалилась в сон.

Правда не надолго. Голодная дочка разбудила еще до рассвета. Сонно, с огромным сожалением, я проснулась, покормила ребёнка и упала на подушку в полном осознании, что этот же сценарий ждет меня минимум ближайший год. Но погоревать не успела, опять окатила радужная сладость сна.

Проснулась внезапно. И не просто так. Подсознательно ощутила кого-то рядом, кого-то чужого. Поднимаюсь и с удивлением наблюдаю более чем странную картину.

В полуметре от меня, чуть скрючившись, сидела большая мужская фигура. Только сейчас поняла, что меня разбудило. Мои голые пятки почти упирались в кожаную куртку пришельца, на которую небрежно был накинут белый, по всей видимости женский халатик.

Егор. Он не понял, что я проснулась. А я застала и старалась никак не выдать себя. Почему-то до ужаса хотелось посмотреть на этого, пока чужого мне человека, сейчас, в момент, когда невозможно подделать эмоции.

Егор смотрел в прозрачную колыбельку. Казалось, что безучастно. Так бы он мог оценивать и витрину с тортами. Но это было первым впечатлением. Да, я не знала этого человека. Но по повороту головы, по пальцами, которые то тянулись, то исчезали с бортика детской кроватки, я понимала, ему не все равно.

И тут я испугалась. Почему-то не хотелось видеть его настоящим. Это было слишком личным, будто бы я интересовалась его чувствами. Но ведь это было не так. Егор чужой мне. Единственное, что нас связывает, это дочка. Вот по этой общей точке и нужно общаться, а я тут расплылась от красивого мужского профиля.

— Егор? — решила, наконец, обнаружить себя.

Мужчина резко повернул ко мне голову. Его взгляд изменился, стал холоднее и отстранение, а у меня почему-то защемило. Минуту назад он был другим.

Егор ещё раз бросил взгляд на Соню, и, убедившись что она спит, привстал и придвинулся ближе ко мне. Я уже успела приподняться и теперь сидела, опираясь о стенку кровати. От следующего его жеста потемнело в глазах.

Его пальцы протянулись к моему лицу, нежно, удивительно нежно, коснулись брови, потом сползли вниз по щеке. Вроде мгновение, но я аж дышать перестала. Да и любая девушка бы перестала под таким горячим взглядом. И хоть света в палате почти не было, только от лампы в углу, я отчётливо видела выражение его лица. Не могла понять, что оно значило. Но то, что что-то значило понимала инстинктивно.

— Хорошо выглядишь. Симпатичная.

Вот не знаю, какой реакции он от меня ждал, но вышло только одно:

— Как ты..?

— Частная авиация творит чудеса, — Егор усмехнулся и придвинулся чуть ближе. — Тебе удалось меня удивить. Ребёнок очень похож на меня.

Я открыла рот, но тут же захлопнула. Понятия не имею, что говорить в таких ситуациях.

— Только не думай, что я так просто поверил. Через несколько часов приедут мои адвокаты. Придётся сделать генетический анализ. Ты не против?

— Нет, — выдавливаю горлом, хотя очень хотелось сказать бодро. А ведь я предвидела этот разговор и хотела сказать длинную речь, что мол понимаю его, что это нормально сомневаться, что на его месте сделала бы тоже самое. Но в итоге вышло только это слабое «нет». Бесит.

— Ну и хорошо. Нам ещё о многом придется говорить. Но не сейчас. – Егор встает и направляется к выходу, — Когда мои адвокаты подтвердят отцовство, я приеду опять, обсудим ваш переезд и все остальные вопросы.