Город Кондора

А потом Кир открыл холодильник. В нём оказалось четыре свежих фильтра для системы жизнеобеспечения и бородатый кусок сыра. Судя по длине «бороды», этот старец мудростью скоро затмит Наблюдателей. Как назло, живот сказал булькающее «ур-р» и потребовал его накормить. Следом потекла слюна – несмотря на то, что сыра в холодильнике явно было меньше, чем плесени.

Понаблюдав минутку за растущим организмом и убедившись, что он не планирует пока вылезать, Командор закрыл дверцу и сказал вслух:

– А пожрать оставить не подумали?

Квартиры сотрудников «Группы» изолированы от прослушки, и его возмущение никто не услышит. А может, и услышит, но, скорее всего, это будет компьютер, который посчитает, что голодный боец менее опасен, чем накормленный, и не передаст сообщение. Как и бурчание в животе, которое становилось всё громче и настойчивее. И всё более знакомым.

Мио обещала принести карту, но сейчас Командор мог свободно попасть только в собственную квартиру. Не заказать доставку, не сходить за хот-догом. Пить домашний кофе не хотелось – от него пустой желудок только в узел сворачивает. Командор аж скривился от воспоминаний – в прошлый раз только Марта убедила его, что разумнее доехать до Базы и сходить в столовку, чем гоняться за автоматическими фурами с хот-догами.

Сейчас у Командора не было альтернативы в виде Базы. Он рухнул на стул на кухне, облокотился на стол, но есть всё равно хотелось. Поторопить Мио не получалось – никто даже не подумал, что без Марты Кир лишился доступа к сети, а значит, и к связи.

Можно двинуться к Базе, но только пешком. А пока он дойдёт, кишечник переварит все внутренности вплоть до коленных чашечек. Терпеть становилось всё тяжелее, и пришла странная мысль: надо попросить кого-то связаться с Базой.

А кто готов помочь бравому служаке и кому доверяют на Базе? Серинити Касаандра. Вон, ей даже передали ключ от его квартиры. А всё благодаря её мужу. Ныне покойному. Хороший был дядька, научил не только стрелять, но и думать на поле боя. Настоящий полевой командир, таких мало.

Решено.

Подгоняемый конвульсиями желудка, Командор запер все двери в квартире, накинул куртку и выскочил на лестницу. Спустился на этаж вниз, нажал кнопку вызова. Панель рядом с дверью засветилась, и на ней появилось лицо Касаандры. Прежде чем Кир успел что-либо сказать, изображение сообщило:

– Меня нет дома. Да и чего здесь делать. Ищите меня там, где музыка и танцы. Или оставьте сообщение, зачем приходили.

Замигал огонёк камеры. Командор пожал плечами:

– Касаандра, в смысле Серинити. Если вы дома, пожалуйста, откройте. Нужна ваша помощь.

Он замолчал, и на панели возникла надпись: «Закончить запись?»

Кир ткнул в зелёную «Да», и Касаандра с экрана исчезла. За дверью ни звука. Командору очень хотелось плюнуть на всё и пойти ломать ларёк с хот-догами, как он это делал очень давно. Но он пообещал бороться с хаосом как внутри себя, так и в других.

Ладно, ещё одна попытка. Раз Серинити нет, то придётся спросить у другой соседки, с которой общается Касаандра. Ляо, кажется. Командор никогда не интересовался соседями, предпочитая общаться с коллегами, и Касаандру знал только как супругу уважаемого командира и мать известных в «Группе» спецов. Кто же знал, что это когда-нибудь пригодится?

Желудок запульсировал, подгоняя ноги и отключая мозг. Кир поднялся по ступеням на два этажа и, уже подходя к двери, понял, что видеообращение Серинити не врало.

Гул музыки доносился даже сквозь стену. Он подошёл ближе к двери, и она открылась, практически врезавшись ему в лицо. Из квартиры вывалился качающийся кореец, с трудом подпевая скороговорке рэпа. Трек густой басовой волной заполнил лестничный пролёт. Казалось, что его тягучие волны расшатывают кости, а речитатив в токсичной обработке, как рыба-летяга, отвлекает внимание от спрута, затягивающего человека на дно океана.

Дверь хлопнула, отсекая Кира от музыки. Качающийся кореец прижал руки к лицу, сморщился, сдерживая то ли слёзы, то ли тошноту. А потом медленно поплёлся по лестнице вниз, не смотря себе под ноги. Ему удалось пройти несколько ступеней и даже не споткнуться. Явно не в первый раз здесь.

Командор оценивающе посмотрел мужчине вслед. Фиксировала ли Марта таких, как он, и помечала ли как безопасных? Или он впервые здесь? Сейчас не у кого даже не спросить. Лишь память говорила привычным сухим голосом: «Риск ниже фиксируемого».

Примечания