Дневник со вкусом масалы

Индия

И вот я сижу на борту самолета, несущего меня в неизвестное место. Буквально за пару дней до полета мне нашли провожатого в Дели. Оттуда надо взять автобус до другого города. Конечно, я понимаю, что нужно срочно учить английский, иначе что мне там делать? Заранее подготовила самоучители и сборник тестов в дорогу. Честно надеялась, что за девять часов полета выучить можно. Казалось, что это не сложнее высшей математики. В принципе, пока летела на самолете российской авиакомпании, все было хорошо. Даже пересадка в Абу-Даби не особо волновала. Только когда объявили регистрацию на местный, индийский рейс, вот тогда-то уже захотелось домой. Вокруг сплошные индусы, из иностранцев только я. Самолет по сравнению с предыдущим маленький и совсем не впечатляющий. Окружающая публика пугала. Еда на рейсе вообще непонятная: лепешка, рис и острые овощи. Благо, я подготовилась к поездке: полазив на различных сайтах, выяснила – если съедено не то, выпей виски. То ли обеззараживает, то ли так веселее пережить недуг. Когда ко мне подошли с иммиграционной карточкой, поняла, что шутки шутками, а что делать, неясно. Ничего непонятно. Впервые самостоятельно еду за границу, английского не знаю. Даже не знаю, как, к примеру, ручку попросить, а уже в пути. Мобильного интернета с переводчиками еще тогда не было. Поздно кричать: «Летчик, разворачивай. Передумала». Иностранная речь для меня – набор неизвестных звуков. Зато прошла пару тестов по грамматике во время полета. Как будто это может мне помочь. Идея выучить новый язык за пару часов оказалась провальной.

Аэропорт Дели встретил меня гигантскими руками на стене, странным запахом, красными коврами на полу и полным осознанием, что теперь в другой стране. Вокруг не было ни единого русского или другого иностранца, только улыбчивые местные. Что я делала, зачем это все? Это, наверное, как прыжок с парашютом: теоретически все просто и оправданно; на практике же, когда на высоте нужно сделать шаг в никуда, понимаешь, что жизнь – прекрасна, проблемы легко устранимы. И единственное, что хочется в тот момент: вернуться домой. Только осознание приходит слишком поздно. Ты либо сам сделаешь шаг, либо тебе помогут – прыгать все равно придется. Так и я шла по нескончаемым переходам аэропорта, не понимая, что мне дома не сиделось.

Меня должны были встречать. Судя по аккаунту в социальных сетях, мне нашли высокого, симпатичного и стильного парня по имени Кунал. Даже спустя десять минут, глядя на фото в социальной сети, запомнить его лицо было невозможно. Настолько непривычна внешность индуса. Оставалось надеяться на удачу, что он встретит и сам узнает меня.

Вышла из кондиционированного аэропорта. Жар от города с примесью разных ароматов сразу же впился в мое сонное лицо. Местные водители оживились при моем появлении. Хотя они и были за оградой, я уже попятилась назад с намерением покупки билета домой. Тут меня окрикнул Кунал. Я еще удивилась: как он узнал? Только потом вспомнила, что на рейсе была единственной иностранкой.

Под общий гул местных встречающих и мелкий дождь на улице мы поспешили в такси. Только в машине выяснилось, что забыла обменять доллары на рупии, и неизвестно, где это сделать в городе. Мы приехали на руины, которые местные считают автовокзалом. Кунал предложил попить непонятную молочную жижу в сомнительных стаканах в каком-то импровизированном кафе. Мужик на улице с чайником в окружении пластиковых стульев – все заведение. Молча села на один из них. Отхлебнула жижу. Старалась ни о чем не думать. С провожатым мне повезло. Мало того, что встретил в пять утра и оплатил проезд на такси, он поехал со мной в другой город, а это шесть часов в одну сторону. Всю дорогу он молчал или спал. На каждой остановке я мысленно надеялась, что она не моя. Снаружи был явный хаос. Провести в подобном месте даже день не хотелось, не то что полгода. Доехав до нужной остановки, вздохнула с облегчением. Относительно того, что мы проехали, оно было знакомо с достижениями цивилизации. Как минимум автовокзал оправдывал свое название. Даже был достроен и не разрушен. По сравнению с предыдущими местами там было пустынно, чисто, и многочисленные деревья вокруг несказанно радовали глаз. Даже коров вокруг не наблюдалось.

Надо было позвонить представителю компании, которая предоставила стажировку, чтобы встретили и сказали, что делать и как жить дальше. Кунал выдал свой телефон. Даже ему не смогла объяснить, что вряд ли осилю разговор. Пришлось импровизировать. Беседа в моем понимании выглядела так:

– ****

– ****

Никто ничего не понял, поэтому вручила телефон владельцу, не принимая отказов. Через десять минут после звонка за мной приехали, и мой спутник растворился в толпе, не попрощавшись. Незнакомый человек столько сделал для меня, и непонятно почему. Позже выяснилось: то же самое для него и его друзей в свое время сделала моя подруга, когда они приезжали в наш город на стажировку. Самостоятельно я бы не осилила этот путь.

Не успев толком познакомиться, меня повезли менять деньги к какому-то хорошему знакомому знакомого. И, конечно, мне выдали порванную тысячу рупий, которые, как оказалось позже, в Индии за деньги не считаются. Что с этим делать, никто не знает. Просто отмахиваются от купюры, как от огня. К тому же обычный счет в кафе может составлять двадцать рупий. Крупные суммы вообще бессмысленны, а порванные деньги никто в руки не берет. Я об этом не знала, поэтому мне ее и отдали. Вот тебе и друзья друзей.

Перед поездкой мне рассказывали, что все приезжие живут вместе. Уже предвкушала вечеринку, когда меня подвезли к трехэтажному дому. У входа меня встречала довольно взрослая женщина.

Еще перед отъездом из России меня познакомили с Раджешом. Он как раз заканчивал стажировку в моем городе. По счастливой случайности я собиралась ехать в его родной город. Не предупредив заранее, он договорился, что первые дни живу у него. Зашла внутрь дома и увидела на стене его фотографии. Несколько минут стояла в ступоре. Не ожидала такого поворота событий. Оказаться впервые в новой стране в незнакомой квартире

малоизвестного парня – это что-то с чем-то. И вот первое открытие: не все индусы живут на улице. Родителям Раджеша полностью принадлежал первый этаж дома, включая внутренний сад. Остальных жителей ни разу так и не встретила. Одну квартиру они сдавали парикмахерской, где с радостью мне разрисовали руки хной. Я еще спрашивала, зачем они так делают. Не ответили. Придумала свою версию: на руках есть линии судьбы и, делая рисунки на ладонях, на время ее можно подкорректировать. Добавить удачи, например.

Возможно, мне следовало восхищаться новыми декорациями жизни и радостно прыгать от перемен. Мне же хотелось где-нибудь свернуться клубочком, уснуть и проснуться уже дома. Увидев мое состояние, жестами мне предложили прилечь на диване, отдохнуть с дороги. Так непривычно спать без одеяла, как будто неглиже. Есть же козы, которых страх парализует, от чего они падают на бок. Так и я по приезде ни о чем не могла думать. Чувство самосохранения отключило доступ к мышлению, анализу и эмоциям. Вместо истерики или волнения я проявляла нездоровое равнодушие к происходящему. Получасовой сон помог прийти в себя и признать произошедшее как факт. Я в Индии.

Меня повели в местное кафе, забитое посетителями. От него у меня сжалось сердце. Первым вопросом было: «Почему я? Почему именно меня надо было привезти в это место?» Сама себе напоминала блондинку в розовом платье, с длинными ногтями, чья даже карманная собачка негодует от возмущения. Я брезговала зайти внутрь, не то чтобы сесть за стол трапезничать. Это как столовая заброшенного завода в черте города, забитая индусами. Коричневая потрескавшаяся краска на стенах, слабое освещение, гул и запах карри только омрачали ситуацию. Надо было делать вид, что кое-как все происходящее устраивает, но у меня это слабо получалось. Даже год в театральной студии не помог. Вечером хотела быстрее уснуть и не видеть того, где нахожусь, и главное – не думать: «Зачем я это все заварила, ведь жизнь-то, оказывается, прекрасной была». Второй и третий день прошли лучше. Выспалась, наверно, да и завтраком накормили вкусным.

Так как Раджеш учился, основное время со мной проводила его мама. Имея двух взрослых детей, сама она выглядела как подросток – жизнерадостная, энергичная, современная. Круглосуточный макияж, обтягивающие джинсы, яркая футболка были неизменными атрибутами этой женщины. В ее обязанности в качестве хозяйки домашнего очага входило приготовление еды, и то по желанию. Буквально за копейки каждый день к ним приходила уборщица и вычищала дом. По телефону можно заказать любое блюдо из ресторана/кафе с бесплатной доставкой. Даже алкоголь могли привезти за чаевые в десять рупий курьеру.

Только привыкла к новой обстановке, договорилась, что научат готовить, как за мной приехал пузатый, лысеющий молодой индус невысокого роста. Плакать хотелось. Но кое-как смирилась с происходящим – опять какие-то перемены.

Компания, которая находит стажировки, назначает каждому стажеру помощника из местной локации, который по идее должен отзываться на любой призыв. Я его не звала, сам пришел. Мне попался какой-то бестолковый. Сначала он положил мой чемодан в багажник и полчаса сам с собой совещался, то ли отвезти меня на предполагаемую работу знакомить с начальником, то ли определить место проживания. Я просто молча сидела в машине и смотрела в одну точку. Уже было не важно, что происходит.

Пока ехали в офис, еще раз убедилась в красоте города. Он – просторный, зеленый, с хорошей дорогой и клумбами повсюду. Очень отличался от моего представления. По отзывам в интернете ожидала увидеть разруху, руины. На деле, если кто был в российских деревнях, Индия не будет уж таким шоком.

Мы завернули в район, сплошь состоявший из четырехэтажных, широких по периметру квадратной формы серых зданий. С каждой стороны по двадцать входов в различные офисы. Нумерация есть, но она не поддается никакой логике. Рядом могли соседствовать номера 635 и 1417. По пути встретили рабочие места юристов и бухгалтеров. Они возятся с бумажками прямо на улице, на самодельных столах и стульях, практически под дождем.

Мы зашли в какую-то дверь. Сразу же с порога нас встречала старая пыльная лестница. Первого этажа как такового не было. На втором располагались все известные службы перевода денег. Один мужчина за всех. Надо наличные? Он достает из кармана пухлую пачку денег и из нее отсчитывает присланную тебе сумму. Вместо ксерокопии фотографирует документ на телефон. Нам нужен был третий этаж. Под громким названием «колледж» скрывалось непонятно что. Все какое-то старое, ненастоящее. Словно школьники на перемене решили поиграть в школу и поставили самодельные деревянные перегородки, сделав таким образом кабинеты. Неумелые рисунки на стенах, выполненные двадцатилетними ребятами, составили бы серьезную конкуренцию творчеству трехлетних детей.

В самих кабинетах хотя и проводится ежедневная уборка, но это не мешает крысам бегать по столам в рабочее время. От жары спасали только вентиляторы на потолке. Они, кстати, везде: в домах, в кафе, поездах, в метро и автобусах. Первая встреча с потенциальными сотрудниками была довольно забавной. Директор колледжа так старался мне понравиться. Улыбался чрезмерно. Прогулялся со мной по всем кабинетам, по пути сообщая людям, что я высококвалифицированный специалист из России. С чего он это взял? Через пару кабинетов уже сама в это поверила. Если сделаю вид, что начальник правду говорит, никто не поймает меня на притворстве. Мало ли как русские себя ведут. Предупредили, что непосредственный мой начальник – декан факультета – придет только на следующий день. Помимо меня стажировку проходили высокий накачанный программист из Бразилии Густаво и маленькая милая колумбийка Наяна. Все больше и больше не понимала, что я здесь делаю. Почему я среди этих людей и вообще в такой ситуации. Деваться или спрятаться некуда.

На улице шел сильный дождь. Мой помощник решил, что самое время погулять, перед тем как заселяться. Повез меня на местное красивое, чистое озеро. Отсутствие зонтов напрягало буквально первые пять минут. Потом это уже не имело значения. Промокли мы насквозь. Я молча терпела все происходящее. Ограниченные познания в английском не давали мне возможности объяснить, что дождь, конечно, хорошо, но тепло и сухость тоже неплохо. Тут он заметил торговца листьев и повел меня к нему. Оказалось, это популярная национальная сладость. Набор каких-то конфет, по вкусу напоминающих шампунь, кусочки скорлупы грецких орехов. Все это поливается сладким сиропом и заворачивается в лист дерева. Полученную конструкцию скрепляют палочкой. Отказываться от угощения, а после выплевывать было грубо. Поэтому молча жевала, надеясь, что не вывернет наизнанку прямо при продавце. Последней каплей была просьба помощника воспользоваться моим полотенцем. Так как все вещи были со мной, а отказывать некорректно, пришлось его доставать. Только не ожидала, что этот мальчик использует его, чтобы вытереть все свое тело. Как такое вообще возможно? До сих пор не представляю, как моим единственным полотенцем запросто вытирался чужой человек.

В машине он включил кондиционер на полную мощность. Он-то уже почти просушился, а я уже начинала простужаться. Но ничего ему не говорила. Ни в чем не упрекала. Понимала, что все равно не смогу ничего сказать. Молча мечтала доехать хоть куда-нибудь, чтобы он скрылся с глаз моих долой. Все еще простить не могла ситуации с полотенцем.

До поездки с благоговением мечтала оказаться в стажерской квартире. В моем представлении это было место нескончаемых вечеринок молодежи со всего мира. На ум приходили кадры американских комедий о весенних каникулах. На практике оказалось примерно так, но не совсем.

Меня привезли в гигантскую квартиру. Странно, что обычные люди покупают такую жилую площадь. Слишком большая. Мы к такому не приучены. Да и обитателей предполагалось больше, чем вместимость. Три спальни с двумя-тремя кроватями в каждой и в холле около семи лежаков. Там же один полуживой диван, пара стульев и пластмассовый стол. Большой удачей считалось наличие железного шкафа в комнате. Еще раз задалась немым вопросом сама к себе: «Серьезно? Тебе так нужна была эта поездка?»

Мой помощник прогулялся по комнатам, нашел свободную койку и, пожелав удачи, наконец-то ушел. Я же, промокшая насквозь, ничего не понимающая, просто молча села на спальное место. В комнате помимо меня была еще одна кровать с милой японской девочкой на ней. Напротив стоял железный шкаф, такой непривычный для нас. Больше ничего не было. Голые белые стены, вентилятор на потолке и пыльное окно. Я так и сидела, уставившись в одну точку, пока со мной не завела разговор новая соседка. Чтобы представиться, рассказать откуда я родом и зачем приехала, потребовалось время. Надо отдать должное: все стажеры в течение всей поездки были тактичными, внимательными и терпеливыми в общении. Не указывали на ошибки, слушали. Если я открывала рот и, смутившись, желала промолчать, просили закончить предложение. На любые вопросы о грамматике и правильности произношения с готовностью приходили на помощь. Свои самоучители в итоге больше не открывала, а сборник тестов где-то затерялся в пути.

Беседа вернула к реальности. Переодевшись в сухое, побежала стирать полотенце. В ванной комнате не оказалось никаких кабинок для душа или ванны: только мраморный пол, душевая лейка над головой и общий смыв в углу комнаты. То есть можно бегать, плескаться, не опасаясь, что вода на полу зальет соседей. Наличие ведра с ковшиком объяснялось следующим: зимой в ведре греют воду с помощью гигантского кипятильника, а ковшиком поливают себя. Вернувшись в комнату, была приглашена в ресторан на ужин с соседями и их друзьями. В прошлом всегда с завистью смотрела на ребят, в чьей компании были иностранцы. Казалось, это так таинственно и интересно. Будто имеешь возможность общаться с людьми с другой планеты. Теперь я одна из них. Мечты сбываются.

Меню для меня представляло собой набор неизвестных букв, поэтому выбирала наугад, тыкая куда ни попадя. Ребята, заказав еды, дружно угощались. Я же не понимала, что происходит. Местная кухня состоит в основном из риса, различных овощных подливок и лепешек, заменяющих столовые приборы. То, что удалось тогда попробовать:

– Palak Paneer – каша из шпината с кусочками то ли творога, то ли сыра.

– Paneer Bhurji – мелко рубленные помидоры с тем же рубленым сырным творогом.

– Dal Fry – острая смесь переваренного гороха с чечевицей.

– Chicken Choupsey – капуста, ананас, лапша и сухари в виде лапши с кусочками курицы.

Одной порции в чистом виде хватает на двоих. Если смешать с рисом, то на троих-четверых. Заедалось все лепешками Roti и Naan. Разница между ними в цене и размере. Вторая к тому же слоеная. Запить все это можно Lassi (соленой/сладкой). Аналог нашего 1-процентного кефира.

На обратном пути, перепрыгивая через лужи, я получила приглашение в клуб. Пойти веселиться перед первым рабочим днем казалось уместнее, чем оставаться в одиночестве в гигантской неизвестной квартиры с собственными мыслями наедине. Ребята вызвали такси-рикшу. Водителя даже не смутило, что на три сидячих места забралось семь человек. Ночь, мелкий дождь, первый вечер со стажерами. Впервые еду на рикше непонятно куда. Всегда бы так.

Каждую среду в клубе в центре города проводились вечеринки. Для иностранцев – бесплатный вход вне очереди. Стажеры были там каждую неделю. Самый лучший способ встретить всех одновременно. Осмотрев окружение, поняла, что мои соседи самые классные. Под попсовую музыку весело и энергично отплясывали японские ребята, соседка по комнате мило двигалась в сторонке, периодически флиртуя с высоким немцем, которому окружающая обстановка явно была в новинку. Как ни странно, но в Индии достаточно много интересных клубов с хорошей музыкой и атмосферой. Тот факт, что иностранцам туда вход свободный, делает их идеальными. Ко мне подходили какие-то ребята. Толку от меня было мало, поэтому познакомили с русскоговорящей девочкой из Исландии. Звали ее Вика.

Потом уже зазубрила пару стандартных фраз. Этого достаточно, чтобы френдлента в социальной сети стала оживать и разрастаться. Главное быть дружелюбной и улыбаться. Обычно все беседы происходили по одному и тому же сценарию:

– Привет! Я ***, тебя как зовут и откуда ты?

– Привет! Я ***, из ***, а ты откуда?

– Я из ***, когда приехала?

– ***, а ты?

– *** и что, как первые впечатления?

– Здорово, все очень странно.

– Да, тебе здесь понравится. Увидимся.

На таких вечеринках мало кого волнует твой внутренний мир. Зато в следующий раз вы так тепло и радостно встречаетесь, хотя понятия не имеете, кто и чем занимается. Было приятно оказаться в центре событий, когда тебя зовут на какие-то мероприятия. В России такое привычно среди друзей. Здесь же я молча сопровождала соседей, а приглашения получала персонально. Все ребята такие разные, яркие, я словно стала частью какого-то молодежного сериала! Но пора было вспомнить про карьеру.

Проснулась от того, что сосед и по совместительству коллега Густаво приглашает присоединиться к поездке на работу, а по пути позавтракать в его любимом кафе. Утро в Индии волшебно. Солнце только-только пробуждается, а воздух уже нагрет и насыщен слабыми оттенками различных ароматов. Там невозможно быть бодрым, только менее вялым.

Чтобы добраться до колледжа, нужно поменять два вида транспорта. Впервые оказалась на велорикше. Ощущения странные. Словно едешь домой, во дворец. Автоматически оказываешься выше, чем все проходящие мимо люди. Все глядят вслед, а прикрыться нечем. Ты восседаешь, будто на троне с колесами. Впереди водитель напряженно крутит педали. Так и хочется попросить прощения за ту тяжесть, которую мы ему составляем. Пожалеть его и пойти пешком. Но тогда он не получит деньги, что для него важнее. Дальше пересели на обычную рикшу, которая работает по принципу маршрутки. Кто успел, тот и сел. Кто опоздал, тот цепляется снаружи. За полчаса мы оказались около колледжа.

Выехали мы пораньше, чтобы успеть поесть перед работой. Каждое утро Густаво завтракал в кафе на соседней улице от нашего офиса. Садился на одно и то же место около окна. Включал тот же самый вентилятор над головой. Как он мне объяснял, любая стабильность в нашем случае необходима. Если, например, ты дома ходил в бассейн, очень важно и в другой стране найти его и продолжить тренировки, чтобы быстрее приспособиться. Мы скучаем не по родине как таковой, а по привычкам.

На завтрак можно выбрать два варианта. Первый – Aloo Paratha – лепешка, внутри которой мятая картошка, лук и перец. К нему подается миска полукислого йогурта Curd. Сочетание более странное, чем питательное. Со временем к этому вкусу привыкаешь и даже скучаешь о нем. Второй вариант – миска вкуснейших горячих бобов в особом соусе, к которой полагаются три воздушные лепешки. Вкусный и питательный завтрак, после такого до ужина есть не хочется.

В офисе рабочий день начинается с девяти утра, но не для моего непосредственного начальника – декана факультета. Он приходил к двенадцати. Даже для моего первого дня не сделал исключения. Офис мне показывали, поэтому свое рабочее место быстро нашла. Так неуютно сидеть в пустом кабинете с выключенным компьютером. Пароль к доступу никто не выдавал. Надо было ждать сотрудников.

Первой пришла высокая индуска с длинными густыми волосами и гигантскими серыми глазами. Очень красивая и удивительная. Она сидела справа от меня и всегда была готова прийти на помощь. Странно было обращаться к ней. Так не похоже на русскую манеру общения. У нас все просто: мышцы лица сами за себя говорят. С ней же невозможно угадать ее мысли. Полуулыбка, завораживающие глаза и покачивание головы из стороны в сторону, непонятно что означающие. Эта девушка полностью олицетворяет современный дух молодой индуски: с образованием, работает, занимается в тренажерном зале, водит машину, ухожена и свободна от обязательств.

Позже пришли остальные, в том числе и системный администратор. Он помог со входом в компьютер, но не к интернету, и сразу убежал в неизвестном направлении. Так бы мне и предстояло сидеть в ожидании начальства еще пару часов, если бы на выручку не пришел начальник Густаво Ману. Он выдал свои логин и пароль. Ману – мужчина выше среднего роста и с телосложением среднестатистического индуса, проучился три года в университете и спустя некоторое время стал начальником отдела программирования в колледже. Достаточно дружелюбный и легкий на подъем, он пару раз показывал нам с бразильцем местные бары.

Буквально перед обедом появился декан факультета – высокий, бородатый, с тюрбаном на голове под цвет галстука, со злыми глазами и улыбкой на пол-лица. В общем, ситуация, в которой тебе кто-то не нравится, а ты не понимаешь, почему. Благо, время все расставляет на свои места.

Все началось с доступа в интернет. У нас был рабочий чат, с помощью которого, собственно, я общалась со всеми сотрудниками. В том числе и с бородатым начальником. Говорить на английском была еще не в состоянии. С помощью переводчика в интернете составляла сообщение и только потом отправляла по местному чату. Какое же мое было удивление, когда после каждого предложения мой интернет отключался по воле декана, который и так видел через экран моего компьютера, чем занимаюсь: он сидел рядом со мной. Мне уже казалось, что я какая-то преступница или интернет – ценная редкая вещь. Непонятно было, зачем взрослому человеку тратить свое рабочее время на подключение и отключение доступа к интернету стажеру в первый его рабочий день. С такой же улыбкой и теми же злыми глазами он отвечал: