"Сувениры" Смерти

В произведении упоминается название террористического батальона Азов, чья деятельность запрещена на территории Российской Федерации.

От автора.

Доброго времени суток, дорогой мой читатель. С самых первых строк своего рассказа, хочу предупредить тебя, что все описанные мною события вымышленные и не являются ничем иным, как плодом моего воображения. Привязка к населенным пунктам и датам, описание тех или иных событий, произошедших в реальности, говорит лишь об возможном варианте развития событий, которые возникли в моем воображении. Все герои и события вымышленные. Привязка к датам, людям и названиям городов, написано специально для придания реалистичности. Коим, ни в коей мере не является.

Произведение «Сувениры смерти», это своего рода крик души. Это произведение, не призыв к насилию и не призыв к экстремистским настроениям. «Сувениры смерти» – это предупреждение всему человечеству, о возможном сценарии развития событий.

Развязав боевые действия в центре Европы, столкнув два государства в смертельной схватке, люди не замечают, как меняется мир вокруг. Как последствия долгой и кровопролитной войны сказываются на всём организме планеты Земля. Словно паталогические осложнения, после тяжелой болезни, которые могут быть страшнее самой болезни. Произведение «Сувениры смерти», это предупреждение, мольба и просьба ко всем – очнуться, остановиться и снова стать людьми, пока не поздно. С каждым днём войны, с каждым погибшим солдатом, мы неумолимо приближаемся к точке невозврата. Зайдя за которую, мы уже не сможем остановить процесс конца света. Пророчества древних предсказателей полностью сбудутся.

Люди, опомнитесь, посмотрите вокруг! Что мы делаем? Мы вообще люди, после всего этого? Если не остановимся сейчас, то в полной мере получим то, что заслуживаем. Что именно? Желаю вам всем безоблачного неба на головой, чтения моего произведения в уютной и мирной обстановке и глубокого осмысления всего того что происходит вокруг нас всех.

Предисловие.

Был конец марта 2023 г. Город Мариуполь уже почти год как был освобожден от украинских националистических формирований и находился под контролем Вооруженных Сил Российской Федерации. Следы жестоких, кровопролитных боев встречались на каждом шагу. Дома были разрушены выстрелами танков и разрывами минометных снарядов. На улицах, повсеместно встречались воронки и выбоины от артиллерийских прилетов. Переживший, страшные времена город, медленно возвращался к нормальной, человеческой жизни. Девять долгих лет этот город был вотчиной и рассадником националистического батальона Азов, который в нём жил как хотел и творил что хотел. Националисты, не брезговали ничем. От бесчисленных преступлений против мирного гражданского населения, выражающихся изнасилованиями, избиениями и грабежами, до разного рода рэкета на предприятиях города и рейдерских захватов баз отдыха и пансионатов в береговой линии Азовского моря.

Во время тяжелых боёв, главный театр военных действий разворачивался на территории металлургического комбината Азовсталь. Теперь, его огромная территория напоминала съемочную площадку, с декорациями для фильмов ужасов, повествующих о возможном варианте конца света. Почти вся его территория была завалена неразорвавшимися минами и требовала долгого и кропотливого разминирования почти каждого метра. Сами же цеха, больше походили на груды ржавого, разорванного металлолома. Искореженные металлоконструкции уныло возвышались со всех сторон и лишь отдалено напоминали о том, что совсем недавно здесь был крупнейший в Европе сталелитейный, металлургический комбинат.

Огромная территория "Азовстали" осталась бесконтрольной. Старые, так называемые хозяева, спасая свои жизни и бросив своих бойцов на произвол судьбы, спешно бежали в Киев, унося свои ноги, от гнева и ответственности перед народом, который держали в рабстве долгих девять лет. Новые же хозяева, слабо понимали, что теперь им со всем этим хозяйством делать. Ясно было одно, что некогда гигантский сталелитейный комбинат, прекратил своё существование и канул в историю. Восстановлению он не подлежал. По официальной версии, конечно же и ответственные и контролирующие структуры были, но это только по официальной версии. На самом же деле всё было немного иначе. Толпы сборщиков металлолома, со всех сторон, потянулись за легкой добычей. Помимо чёрного металла они стремились умыкнуть с комбината всё, что имело хоть какую-то ценность.

Для наведения порядка требовалась силовая структура способная справиться с ситуацией. Но кто бы не заходил на объект, они быстро находили общий язык с криминалитетом и тоже начинали зарабатывать. Закрывали глаза на чёрных металлистов и несунов, которые им платили дань. Получая от них установленную мзду, ответственные лица богатели и чувствовали себя, в финансовом вопросе, совсем даже не плохо. Ну что тут поделаешь, за девять долгих лет люди уже привыкли так жить. На подобного рода феодальных порядках подросло целое поколение. Тем более что в разрушенном городе и с благосостоянием жителей была огромная проблема, да и с самой работой были определенные трудности. Работы, на которой люди могли бы себе зарабатывать на жизнь, в городе всем не хватало, так как основная часть жителей и трудилась как раз на металлургическом комбинате «Азовсталь».

Камнем преткновения, в вопросах безопасности, на территории комбината, служил один момент. Так как, совсем недавно, в этих местах проходили боевые действия, то вся территория была обильно усыпана неразорвавшимися боеприпасами. Взрывы звучали почти каждый день, извещая об ещё одной нерадивой и невезучей жертве, зашедшей куда не следовало и испытавшей на себе все прелести и последствия подрыва неприятного сюрприза.

С этим необходимо было что-то делать. Администрацией города, в поисках выхода из затруднительной ситуации, регулярно назначались охранные организации от различных охранных структур, обещающих навести порядок. Отряды ЧОПов заходили, какое-то время исправно трудились, охраняя территорию. Знакомились с местным контингентом и вскоре, все возвращалось на старые рельсы. Снова звучали подрывы и гибли люди.

Так было и в нашем случае.

Вошедший на территорию комбината военизированный отряд закрыл наглухо шлагбаум и приступил к службе по охране и контролю за объектом. Но площади были настолько огромны, что отряд с этим не справлялся, а ушлые и изворотливые местные дельцы, снова и снова лезли со всех сторон в многочисленные щели и дыры.

На этот раз, в помощь охранникам, было передано подразделение саперов, в обязанности которых входило разминирование местности и очистка территории от различного рода взрывчатых веществ.

Плодотворное сотрудничество продлилось недолго. Совсем скоро, два этих подразделения отдалились друг от друга и даже стали враждовать между собой. Охранники, получив дополнительную возможность для заработка, как и раньше, быстро сдружились с ушлыми металлистами. Местный криминалитет умудрился пропихнуть в руководство охранного предприятия своего человека и всё вернулось бы на прежние рельсы, если бы не саперы, которые выполняли свои функции и к делишкам предпринимателей-охранников никакого отношения не имели.

Они, делали свое чисто армейское дело, разминировали метр за метром и молча наблюдали как машины с похищенным металлом выезжают, сквозь центральные ворота комбината. Предприимчивые вороватые охранники, косились в сторону военнослужащих, понимая, что есть нежелательные свидетели их темным махинациям и незаконному заработку, но пока не могли ни чего с этим поделать.

Саперы, работали по своей армейской схеме. Они брали в работу здание или участок местности. Целенаправленно и методично обследовали квадрат за квадратом и таким образом, рассчитывали прошерстить, со временем, всю территорию металлургического комбината. Работы у них было очень много и по временному отрезку могло занять несколько лет. Сталкиваться с опасными сюрпризами им приходилось практически на каждом шагу. Хлопки противопехотных мин "лепестков", слышались постоянно. Горы обезвреженных МОНок (Противопехотные мины направленного действия) росли с каждым днем. Что получалось обезвредить, саперы обезвреживали, но зачастую, складывали в большую кучу и производили подрыв на месте, методом накладного заряда.

Саперы трудились с утра до вечера, но из-за колоссального объема работы, продвигались очень медленно.

Старший, у них был, коренастый мужчина средних лет. По его крепкому телосложению, жилистой шее и поломанным ушам, можно было легко догадаться об его увлечении борьбой в юношеском возрасте. Позывной у него был Камень. Звали его Андрей. Именно о нём и будет моя история и именно ему уготована роль, главного героя в моем произведении.

ЧАСТЬ 1.

Находка.

Камень сидел на бетонной плите, вывернутой взрывом и что-то разглядывал в своем смартфоне. К нему подошёл его помощник. Мужчины были приблизительно одного возраста, но отличались друг от друга полностью. Помощник, с позывным Тол, был с ярко выраженными признаками лишнего веса и следами моче почечной болезни под глазами. Если по Камню было видно и понятно, что человек живет своей жизнью и занимается тем делом, которое ему ближе всего по духу, то по Толу такого сказать было нельзя. На военного, он не был похож ну ни как. Его внешность больше вписывалась бы и смотрелась в больничном коридоре, или на скамеечке курортно-оздоровительного санатория, чем возле армейского грузовика, загруженного тоннами смертоносной взрывчатки, с которой он обращался как скрипач со скрипкой. Сапер он был, что говориться, от Бога. В его богатом опыте были и Сирия, и Ливия, и Африка. Теперь он работал в Мариуполе.

Подойдя к Камню, он присел рядом и начал разговор:

– Слушай, командир, мы такими темпами до ишачьей пасхи тут горбатиться будем.

Камень, недовольный тем, что его внимание отвлекают от смартфона, отстраненно ответил.

– Ну да, ну да, – произнес он, давая понять своему товарищу, что у него есть более интересное занятие чем пустая болтовня с подчиненным.

– У меня предложение есть, – не обращая внимание на реакцию командира, продолжил Тол.

– Какое еще предложение? Послать всех к едреней Фене и на море свинтить, купаться? – Камень, отвлекся от смартфона и улыбаясь своей шутке, посмотрел на своего зама.

Но Тол настолько был увлечен своими мыслями, что и эту издевку пропустил мимо ушей.

– Давай не по квадратам, а по объектам работать будем. Сегодня дорога, завтра цех.

– Нет. У меня установка именно квадраты зачищать. Поэтому и по срокам меня не дрючат и не подгоняют. Пойдем по объектам, сразу временные рамки нарежут и тогда всё будет так же, как и до нас, – перестав улыбаться, ответил Камень.

– Ну тогда мы тут надолго застряли, – не унимался его помощник с явной досадой, звучащей в голосе.

– А ты спешишь куда-то что ли? Работай себе в удовольствие и не парься. Войне конца и края не видать. Или ты на передовую рвешься? Смотри какая практика для наших бойцов. Пусть потренируются. Что они, за это время, тут только не увидят. С чем только не столкнутся. Мечта сапера, и всё в одном месте, и в Сирию лететь не надо.

– Может всё же по объектам, а в отчетах укажем что квадратами работали, – обреченным голосом, Тол попробовал сделать еще одну попытку, понимая, что командира переубедить у него не получится.

– Ты на что меня подбиваешь? Завтра, после нашей фиктивной работы, сторож пойдет обход делать и подпрыгнет на фугасе или "лепестке". Объясняться кто потом будет, я или ты?

Тол промолчал, а Камень продолжил.

– Вот то-то же. Иди работай, лоботряс, хватит меня в блудняк втягивать. Я вашего брата хорошо знаю. Перед нами такие же деятели трудились. Прошли, где было что интересное и ценное, подняли, а остальное бросили.

Тол вздохнул, хотел что-то сказать, но передумав, кряхтя поднялся и двинулся к парням в защитных, противоосколочных костюмах и бронежилетах, изучающих местность металлоискателями.

Камень заметил, что ему что-то не договорили, посмотрел в след своему заместителю и остановил его.

– Стой! Ну ка вернись, дружище Тол. Мне показалось или ты хотел мне что-то еще сказать? Надыбал что-то интересное, проныра? Давай, колись, старый лис, я же тебя пройдоху не первый день знаю. По ушам, сзади видно, что что-то замыслил уже.

Тол вернулся, хитро улыбнулся и сел рядом.

– Понимаешь, командир. Есть один интересный подвал тут рядом. Дверь заварена, и спрятана. Не просто завалена мусором как все остальные, а очень-очень хорошо спрятана. По всем признакам видно, что маскировали её не просто рядовые солдатики, а специалисты. Похоже, что до нас, её никто пока не находил.

– Ну так дойдем до того квадрата и займешься. Куда торопишься? Очередной могильник с гражданскими труппами раскопать спешишь?

– Наша служба специфическая. В любой момент снимут и перебросят на другой, более важный и более горячий участок. Другие зайдут и все ништяки вместо нас поднимут. Если подвал кто-то маскировал, значит, этот кто-то, переживает что его найти могут.

– Очень сильно я сомневаюсь, дружище Тол, что что-то нам тут обломится. Больше полугода прошло как азовцев выбили от сюда. Кто тут только после них не рыскал. Всё ценное давно подмородерили. Сдается мне, что ты воткнешься в очередной могильник и на этом все ништяки закончатся.

– Ну воткнусь и воткнусь, что с того. А если там не могильник?

– А, ну да, ты надеешься черную кассу батальона Азов обнаружить? С тоннами хрустящих зелененьких банкнот и золотых слитков бесконечными рядами.

– Да, надеюсь и чувствую, что где-то они лежат и ждут меня. А чуйка у сапера, сам знаешь, работает что надо. Особенно у меня.

– Значит говоришь, чуйка у тебя сработала?

Камень прекрасно знал, что такое внутреннее чутье сапера, спасавшее и его жизнь, в том числе, не один раз.

– Командир, я одного бойца возьму, и мы вдвоем тихо-тихо, эту норку вскроем.

Камень на минуту задумался и вскоре произнес:

– А вот моя чуйка мне подсказывает, что ты втянешь меня в очередной блудняк, что жалеть я потом буду очень долго и очень сильно. Я тебя пройдоху хорошо знаю и судя по твоей интонации, ты мне предлагаешь сейчас не ставить в курс, никого из начальства о нашей задумке. Верно?

– Зачем так плохо думаешь про меня командир? Я ни в коем случае не хочу тебя подставить. Мы тихо-тихо и очень аккуратно вскроем, посмотрим, а там и решим, что делать. Докладывать или нет. Может и в самом деле могильник там. Тогда доложим. А если золото бриллианты, то я бы подумал десять раз докладывать или нет.

– Я смотрю вирус воришек-охранников и на тебя распространился.

– Можно подумать те, кому ты докладывать будешь, не болеют этим вирусом. Сейчас у всех одно на уме. Прибрать к себе, что где плохо лежит…

– Подвал говоришь, – Камень, перебил товарища и задумчиво потер небритый подбородок. Предложение Тола явно начинало интересовать и его, – Хорошо. Я у Грома, командира оцепления, попрошу двух бойцов, чтобы он их туда на охрану поставил. Ты создай видимость, что мы там склад обезвреженных боеприпасов размещать будем. Взрывчатку и всё такое, что под дождём оставлять нельзя. Работай, по возможности сам, возьми себе максимум одного бойца в помощь и больше никого не посвящай. Не забудь вместо себя, на основном направлении старшего назначить.

Тол радостно растянул своё болезненное лицо в улыбке.

– Так бы сразу, командир.

Он, обрадованный и воодушевленный предстоящей интересной авантюрой, поднялся с бетонной плиты и направился воплощать свою задумку в жизнь.

Камень смотрел ему в след и внутренним чутьем сапера чувствовал, как что-то тревожное и пока не объяснимое накатывает на него, обещая какие-то новые ощущения и перемены в их размеренном и спокойном образе жизни. Он рассуждал так: отменить решение никогда не поздно, а не попробовав запретный плод, никогда не узнаешь его вкуса. Знал бы он как эта его любознательность круто перевернет его жизнь, вероятно он вряд ли так легкомысленно рассуждал и подумал бы не один десяток раз, прежде чем сделать этот свой шаг в неизвестность. Хотя всё равно, по складу своего характера, Камень, поступил бы именно так, как и предстоит ему поступить в дальнейшем. Как говорится, пути Господне неисповедимы, но сверху, всем нам предначертаны.

На следующий день, стоило только возле подвала поставить двух часовых, как начались заметные волнения среди местных сторожей. Раньше они никакой заинтересованности к работе саперов не проявляли, а тут, словно их кто-то подменил. Как будто осы, возле потревоженного осиного гнезда, они взбудораженные принялись курсировать на расстоянии, непроизвольно демонстрируя свою нервозность.

Саперы, как всегда, в строго установленный час прибыли на рабочее место. Выгрузились из армейских автомобилей УРАЛов и построились.

Камень, довел до бойцов задачу на день. Обрисовал новые направления и поручил Толу, по их задумке, организовать склад обезвреженных боеприпасов. После чего, он, отправился на обход территории, которую уже зачистили и по которой предстояло сделать отчет, в Москву.

К нему подъехал УАЗик, в машине сидел начальник службы безопасности внешнего периметра объекта. Тот самый представитель местного криминалитета, которого удалось бандитам ввести в управление охранным предприятием. Грузный, здоровенный детина, под два метра ростом, неприветливой внешности, с позывным Юг. Наглый и через чур самоуверенный.

Пренебрежительно глядя на Камня, он без приветствия начал разговор:

–Ты что ли тут старший по разминированию?

Камень посмотрел на него. Пару секунд подумал, каким тоном, ему лучше всего, следовало бы общаться с этим типом и решив особенно не церемониться ответил.

– Ты не чё не попутал, дружок? Езжай куда ехал. Я тебе не подчиненный и не твой охранник, чтобы тут доклады тебе делать.

– Вы находитесь на моей территории. Я отвечаю за неё. Поэтому давай-ка тут мне не груби.

– Ты за себя сначала отвечать научись. Где она твоя, эта территория? Если ты сюда поставлен шлагбаум поднимать, то это не говорит, что это всё твоё и ты тут разбазаривать всё добро, на право и налево можешь. Ехал бы лучше с воришек металлолома дань снимал. Вот там и твой уровень и твоя территория. А к нам, лучше не лезь.

– Слышь, ты чё, охренел в натуре? – негодованию охранника не было предела. – Да я сейчас позвоню и тебя вышвырнут от сюда, в два счета.

– Вот и отлично. Беги, звони. Там посмотрим, кто кого вышвырнет.

УАЗик резко тронулся с места и умчался.

Камень посмотрел ему в след, ухмыльнулся и произнес сам себе.

– Похоже чуйка Тола и в самом деле не подвела. Что-то есть в том подвале интересное.

После этой беседы с начальником охраны внешнего периметра, на территории Азовстали начались волнения. К его будке дежурного стали подъезжать дорогие иномарки. Крепкого телосложения парни, приехавшие на этих автомобилях, взволновано о чем-то беседовали и нервно поглядывали в сторону саперов. Но подходить по какой-то причине не решались. Спустя ещё какое-то непродолжительное время, начались телефонные звонки. Смартфон у Камня буквально разрывался. Звонили все кому не лень и администрация города, и какие-то надзорные службы. Все, ссылаясь на указания сверху, говорили примерно одно и то же. Глава района убеждал Камня:

– Вы поймите, вы саперы, вам дано указание разминировать территорию, а не подвалы.

Камень спокойно выслушивал и отвечал.

– Во-первых, мне дано указание обследовать и обезвредить взрывчатые вещества на всей территории, включая строения и подвалы в том числе. Во-вторых. Ни о каких подвалах речи пока вообще не идет. Мы работаем в квадрате, на котором находится бензоколонка и разрушенный склад ГСМ, подвалов тут нет. В другие квадраты, мы пока не заходим.

В-третьих, не вы моё руководство и с вами я свою работу, как её делать или нет, обсуждать не собираюсь.

– Хорошо. Просто поясните мне тогда, что вы делаете у инструментального цеха?

– Понятия не имею, где тут инструментальный цех. Если вы имеете ввиду, те руины, где мы оборудовали склад, обезвреженных взрывчатых веществ и взрывных устройств…

– Вот-вот, именно про это я и говорю. Не могли бы вы свой склад в другом месте оборудовать.

– Нет. Нас там всё устраивает. Да и времени таскать всё взрывоопасное барахло с места на место у нас нет. В другое место перенесем, вас что-то там не устроит. Прикажете снова перетаскивать? Нет уж, да и чего вы прицепились к этим руинам?

– Это не ваше дело.

– Согласен, не моё. Но и то, чем занимаюсь я, тоже не ваше дело. Так что давайте закончим этот пустой разговор.

– Я бы настоятельно советовал вам сделать свой склад в другом месте.

– Меня тут устраивает. А по всем вопросам, о нашей работе, общайтесь с моим командованием. Я вам не подчиняюсь. Так что всего доброго. Звоните в Москву.

Камень, отключил связь, убрал смартфон в карман и посмотрел в ту сторону, где стояли два бойца из оцепления. На удалении метров двести, за оградой, Камень заметил внедорожник. Люди, находившиеся в машине, внимательно наблюдали за работой по разминированию территории. Тол, суетливо перетаскивал ящики, всем своим видом показывая, что он, больше работник склада, чем специалист по разминированию. С его комплекцией, роль кладовщика ему подходила идеально. Его помощник, складывал аккуратными стопками принесенные Толом ящики, сооружая таким образом, своеобразную заградительную стену, от нежелательных зрителей.

– Заметил чертяка тоже что за ним следят. Ишь как хозяйственника исполняет и не подумаешь, что на сегодняшний день один из лучших саперов в мире, – с ухмылкой произнес Камень, сам себе и направился к новому складу. Теперь он был тоже, очень заинтригован таким вниманием, со стороны непонятных ему персонажей. Причем волнения происходили только со стороны гражданских служб местного самоуправления. Никакие военные, о том, что на территории комбината что-то начинает происходить, были пока не в курсе.

Подойдя к Толу, Камень произнес:

– Ну и замутил ты кашу. Работали спокойно, горя не знали, а теперь словно улей разворошили.

– А я говорил тебе, командир, что это не просто дверь.

– Сколько времени тебе надо, чтобы разобраться с ней?

– Болгаркой швы срезать не получится, эти в джипе сразу кипиш поднимут. Сейчас ящиками загородимся от лишних глаз и тихо-тихо автогеном попробую сдуть навесные петли с дверей. Вот, таскаем что нужно. Загораживаемся от лишних глаз.

– Ты поторопись, а то похоже, что нас скоро точно отодвинут в сторону, подальше от этого места.

– Как думаешь, сколько времени у нас есть?

– Думаю, максимум дня два, три. Пока поймут кому в Москву звонить надо. Пока свою претензию правильно сформулируют, может даже в финансовом эквиваленте, кому-то посылочку отправят. Пока в Москве, репу почешут и гешефт пересчитают. Пока на наше начальство выйдут. Ну а там всё, лови фашист гранату. Получим мы смачный пендель под зад и на фронт поедем.

– Да ну тебя, с твоими шуточками. Постараемся успеть.

У Камня снова зазвонил телефон.

– Достали они меня уже. Интересно кто на этот раз.

Камень посмотрел на светящийся дисплей.

– О! Сам Ветер объявился. Так что наше командование уже в курсе. Быстро они на него выйти смогли.

Ветер был непосредственным начальником Камня, находился он в Москве, знакомы они были не первый год и отношения между ними были дружеские.

– Здравия желаю, товарищ полковник! – поприветствовал Камень своего руководителя.

– Привет! – ответил ему в смартфоне знакомый голос. – Во что ты там снова вляпался? Никак не можешь без приключений?

– Работа такая. Я четко выполняю свои обязанности и действую в строгом соответствии с инструкциями.

– А что за переполох тогда?

– Подъехал бы, так просто и не объяснить по телефону.

– А ты постарайся. Мне совершенно не хочется бросать всё, и из Москвы в Мариуполь мчаться, чтобы твой геморрой с каким-то охранником разруливать.

– Тут не в охраннике дело. Похоже мы тут на схрон интересный наткнулись. Нас всячески, от него пытаются отжать в сторону. Разные клоуны, с самого утра названивают. Пугают, угрожают и представляешь себе, даже просто просят. Похоже это азовская нычка какая-то. Может бабло, может документы.