Проект "Лабиринт"

А потом случилось неожиданное.

Шестнадцатого ноября, утром, руководство потребовало от него немедленный рапорт о проделанной работе.

Запрос пришёл в 8:47 утра по Гринвичу, с пометкой «Срочно. Лично главе проекта». Санжен не спал уже вторую ночь — глаза покраснели, пальцы дрожали от кофеина, но адреналин ударил в кровь с новой силой, разгоняя сон. Он наспех подготовил доклад на восьми страницах, вычитал его дважды, проверил цифры, перепроверил ссылки на источники — ничего лишнего, только сухие цифры и обоснованные прогнозы.

Часы на компьютере показывали 9:03, когда он нажал «отправить».

«Что-то случилось», — подумал Санжен, откидываясь на спинку стула. Потёр переносицу, пытаясь прогнать остатки бессонницы. — «Что-то срочное. Иначе бы не дёргали».

Его рапорт предполагал стандартное в подобных случаях коммерческое развитие за счёт туризма. Аномальная зона плюс легенда о «проклятом километре» — это же готовая золотая жила для экстремального туризма. Поставить наблюдательные вышки, запустить виртуальные туры с эффектом присутствия, продавать сувениры «Я выжил на 243-м километре», открыть гостиницу для искателей острых ощущений. Прибыль — сотни миллионов в год. Простая, понятная, проверенная схема.

Но тут было что-то не так.

Санжен чувствовал это нутром, той самой интуицией, которая помогла ему пройти отбор в компанию, когда сотни других кандидатов отсеивались на каждом этапе. Всё это напоминало ему Бермудский треугольник, только в миниатюре. Но аномальная зона здесь была не треугольной, а квадратной. Именно тот участок, где не работал ни один прибор. И стеной обнесли территорию по периметру именно в форме квадрата. Санжен даже промерил по спутниковым снимкам — отклонение от прямого угла не превышало 0,3 градуса. Слишком точно для случайности.

Данный случай имел для Эссе какое-то другое сходство. Что-то старое, что он слышал давным-давно... Ещё в колледже, на лекции по истории древних цивилизаций, которые он посещал как факультатив, потому что профессор тараторил так скучно, что половина курса засыпала, но факты всё равно откладывались в голове. Какая-то ассоциация билась в подкорке, но никак не выходила на поверхность.

Ответ от руководства пришёл через двадцать минут.

Тема: Re: Рапорт по проекту «Лабиринт» От: kewzak@corp.global К: esse@corp.global

Уважаемый мистер Эссе,

Благодарю за качественную и оперативную работу. Ваш анализ принят, рекомендации по туристическому использованию зоны будут рассмотрены на плановом совещании. В качестве поощрения вам назначена премия в размере 20% от месячного оклада.

Все материалы по данному делу прошу срочно вернуть в отдел проекта. Доступ к файлам будет закрыт сегодня в 18:00.

С уважением, Дж. Кьюсак, глава проекта «Лабиринт»

Вот тут Санжен и заподозрил неладное.

За три года работы в компании он усвоил главное правило: если тебя хвалят и дают премию — это хорошо, но не удивительно. Если просят срочно вернуть материалы и закрывают доступ — это значит, что либо проект закрыт, и о нём забывают, как о неудачной инвестиции, либо... либо хотят отстранить того, кто слишком много знает. Отсечь информационный след, чтобы никто не задавал лишних вопросов.

Санжен не был параноиком. Параноики долго не задерживаются в корпорациях — их вычисляют на втором раунде психологического тестирования. Но он был аналитиком. Аналитики не верят в совпадения. Аналитики верят в причинно-следственные связи, в статистику и в то, что за любым необъяснимым явлением стоит либо чей-то умысел, либо чья-то ошибка.

Он решил в последний раз пробежаться глазами по документации, пока доступ ещё открыт. Просто на всякий случай. Вдруг что-то упустил?

За эти три дня ему прислали ещё одну папку — небольшую, с грифом «Для служебного пользования. Дополнение №4». Санжен поклялся бы, что этого файла не было вчера вечером. Кто-то добавил его сегодня утром — возможно, по ошибке, возможно, намеренно. А может быть, система просто сбоит. В любом случае, он ещё не успел его посмотреть.

Санжен открыл первую страницу.

ДОПОЛНЕНИЕ №4 К ПРОЕКТУ «ЛАБИРИНТ» Дата: 16 ноября 2177 года

За отчётный период (12–15 ноября) произошло несколько событий, требующих особого внимания.

1. Стена, которой была обнесена аномальная зона, самопроизвольно увеличилась до девяноста метров в высоту. Процесс занял примерно 6 часов и сопровождался низкочастотной вибрацией, не фиксируемой сейсмографами, но ощущаемой персоналом как «дрожь внутри костей». После завершения роста на верхней грани стены образовалась крыша — монолитное перекрытие без швов и стыков. Объект приобрёл форму идеального куба с ребром 90 метров.

2. Спектральный анализ показал, что новая стена и крыша состоят из неизвестного материала, по составу и структуре очень похожего на магматическую лаву, но затвердевшую при аномально низких температурах (около 80°C). Радиоуглеродный метод датировки невозможен — материал не содержит углерода. Предположительный возраст — от 5000 до 8000 лет.

3. На 24 часа все входы в зону оказались заблокированы — стена «заросла» изнутри, образовав монолит. Любые попытки проникнуть внутрь странного сооружения оставались безуспешными. Имеющихся средств явно не хватало. Стены оказались очень прочными и не поддавались сверлению, дроблению и даже контролируемым взрывам (использовался состав C-4, заряд 2 кг — результат нулевой).

4. Когда подвезли необходимое оборудование (лазерный резак военного класса), в стене неожиданно образовался дверной проём. Спонтанно, без какого-либо внешнего воздействия. Проём оказался настолько узким (ширина 43 см, высота 210 см), что в него мог пройти только один человек. Края проёма — ровные, без следов плавления или механической обработки.

5. Группа рабочих-техников немедленно направилась к проёму, но войти внутрь успел только один — мужчина 32 лет, гражданин САК, имя в отчёте опущено по этическим соображениям. Как только он пересёк порог, стена тут же закрылась, и прорваться сквозь неё не удалось даже с помощью специальной техники. Через два с половиной часа после инцидента дверь вновь открылась. На пороге лежало мёртвое тело рабочего.

6. Причина смерти — острая сердечная недостаточность, осложнённая множественными переломами и травмами, несовместимыми с жизнью. Следов борьбы не обнаружено. Лицо погибшего застыло в выражении абсолютного, животного ужаса.

7. Случай был настолько пугающим и непонятным, что рабочие (13 человек из 15) отказались от дальнейшего участия в проекте, опасаясь за свои жизни. Остались только отчаянные храбрецы и верные своему делу люди — четверо, включая руководителя технической группы.

8. После формирования куба от него пошли непонятные волны, вызывающие у всего живого леденящий душу ужас и страх. Эффект имеет градиент: чем ближе подходишь к чёрному провалу в стене, тем страшнее становится. На расстоянии 200 метров — лёгкое беспокойство, учащённое сердцебиение. На 50 метрах — холодный пот, дрожь в коленях, иррациональное желание развернуться. На 10 метрах — непреодолимый ужас, ноги не слушаются, рассудок мутится, человек с криком бросается прочь. Один из испытуемых (сотрудник службы безопасности) пытался преодолеть барьер на стимуляторах — прошёл на 3 шага дальше, после чего потерял сознание и отбыл на две недели в психлечебницу.

9. Благодаря рентгеновским лучам (удалённое сканирование с безопасного расстояния) удалось извне просканировать образовавшийся куб. Выяснилось, что он имеет три яруса в высоту, каждый примерно по тридцать метров, и несколько идеально квадратных комнат, связанных между собой узкими коридорами. Точное количество комнат установить не удалось — предположительно девять, но некоторые могут быть многоярусными. Общая протяжённость коридоров, по оценкам, составляет от 8 до 10 километров.

10. Узнать, что именно находится внутри комнат, так и не получилось. Посланный в строение робот (модель «Скорпион-М», радиоуправляемый, с тремя камерами) не смог передать никакой информации — сигнал пропал через 18 секунд после входа. Последнее переданное изображение — размытое пятно серого цвета. Робот не вернулся.

11. Оставлять всё в таком виде руководство компании не собиралось. Куб необходимо было изучить как можно тщательнее. Учитывая невозможность использования электроники внутри и психотропное воздействие на людей, было принято решение послать внутрь куба добровольца из числа тюремных заключённых. Основная цель — заснять всё происходящее на аналоговую видеосистему (плёнка 35 мм, механическая камера). Предположительно, аналоговая техника должна работать даже в аномальной зоне, так как не зависит от электромагнитных полей.

12. Проект по подготовке человека и его отправке внутрь куба получил кодовое название «Лабиринт». Срок реализации — 48–72 часа. Финансирование — неограниченное. Решение принято руководством 16 ноября сего года.

Санжен перелистнул страницу.

Вместе с новыми данными пришли фотографии со спутника, рентгеновские снимки куба — очень чёткие, с высоким разрешением, — и небольшой видеоролик необычного строения: съёмка с дрона с высоты 500 метров, куб выглядел как чёрная точка на красной земле, отбрасывающая тень, которой не должно было быть.

Он бросил беглый взгляд на эти снимки — и замер.

Что-то щёлкнуло в голове. Та самая ассоциация, которая билась последние три дня, наконец вырвалась на поверхность, как пробка из бутылки шампанского. Пальцы Санжена бешено забегали по клавиатуре — он открыл базу данных по древним цивилизациям, ввёл ключевые слова: «пирамида», «квадрат», «комнаты», «три яруса», «страх», «майя», «Шибальба».

На экране монитора высветилась картинка. Изображение древней пирамиды в Паленке — той самой, которую построили майя. Рядом — реконструкция внутреннего устройства на основе данных подземного сканирования. Три яруса. Квадратные комнаты. Узкие коридоры, соединяющие их в шахматном порядке.

Санжен прочитал всю статью под изображениями. Затем открыл ещё три, пять, десять. Сравнил рентгеновский снимок куба из Африки со схемой пирамиды майя.

Совпадение было почти идеальным. За исключением масштаба — куб был в десять раз больше. Но структура, пропорции, расположение пустот — всё совпадало с точностью до процентов.

На лбу Эссе бисеринками выступил пот. Глаза расширились, зрачки сузились. Он почувствовал, как по спине пробежал холод, а зубы застучали в мелкой дроби. Воздух в кондиционированном офисе показался ему ледяным, хотя термостат показывал комфортные 22 градуса. Или это кровь отхлынула от лица? Или просто испуг?

— Но это же невозможно, — прошептал Санжен. Голос сорвался, прозвучал чужим, хриплым. Он откашлялся, но голос не стал увереннее. — Этой пирамиде пять тысяч лет. А этот куб... он сформировался месяц назад. Как? Зачем? Кто?

Он перечитал ключевую фразу из статьи, которую когда-то законспектировал на лекции и даже не подозревал, что она пригодится:

«Пирамида майя в Паленке — не усыпальница. Это ловушка. Внутри неё, по легендам, заточён демон Вукуб-Какиш — Семеричный Попугай, пожиратель памяти. Жрецы запечатали его в квадратной клетке из трёх ярусов. Девять комнат — девять уровней Шибальбы, подземного мира. Тот, кто войдёт и выживет, станет новым стражем. Тот, кто умрёт — навсегда останется внутри, кормом для тени».

— Необходимо срочно связаться с руководителем проекта, — вслух сказал Санжен, хотя в кабинете никого не было. — Нужно, во что бы то ни стало, остановить всё это. Они собираются послать человека внутрь живой ловушки. Они не понимают, что открывают дверь, которую нельзя открывать.

Он посмотрел на часы. 15:47 по Гринвичу. До закрытия доступа к материалам оставалось два часа тринадцать минут. До отправки добровольца в куб — по данным из отчёта, запуск был запланирован на завтра, 17 ноября, в 16:00. У него есть время.

Санжен встал, прошёлся по кабинету. Нужно действовать. Позвонить. Предупредить. Убедить. Даже если придётся лететь туда самому.

Дрожащими пальцами молодой аналитик нашёл номер временной базы в служебном справочнике — тот самый, который был указан в шапке дополнения. Набрал. Трубка загудела длинными гудками.

Раз, два, три, четыре.

— Алло! — сказал Санжен, когда на том конце ответили. Голос звучал слишком громко, слишком нервно. Он заставил себя выдохнуть. — Здравствуйте, меня зовут Санжен Эссе, я аналитик центрального офиса. Мне срочно нужно связаться с руководителем проекта «Лабиринт»!

В трубке повисла пауза. Слышно было только далёкое потрескивание — помехи от аномальной зоны, хотя база находилась почти в полукилометре от куба.

— Мистер Эссе, — ответил наконец голос — холодный, официальный, без тени эмоций. — Глава проекта в настоящий момент недоступен. Могу я узнать причину вашего звонка?

— Передайте ему, — Санжен сглотнул, чувствуя, как пересыхает горло. — Передайте, что куб — это не аномалия. Это древняя ловушка майя. И если они пошлют туда человека, они могут выпустить то, что сидело взаперти пять тысяч лет.

Длинная пауза. Санжен услышал, как на том конце что-то щёлкнуло — возможно, запись разговора.

— Я передам, мистер Эссе. А вы... вы откуда знаете про майя?

— Я аналитик, — ответил Санжен, стараясь, чтобы голос звучал твёрже, чем он себя чувствовал. — Это моя работа. Я нашёл связь. У меня есть доказательства. Спутниковые снимки, рентген, сравнение структур. Я могу выслать файлы. Пожалуйста, просто покажите их Кьюсаку.

— Я передам, — повторил голос. — Спасибо за информацию.

Связь оборвалась.

Санжен опустился на стул и уставился в монитор, где на рентгеновском снимке куба проступали очертания девяти комнат — точь-в-точь как на древних схемах Шибальбы, которые он нашёл в университетской базе данных.

Он посидел так минуту, другую. Потом закрыл все файлы, кроме одного — с адресом временной базы в Африке. Открыл сайт авиакомпаний. Нашёл ближайший рейс до Найроби. Завтра утром, с пересадкой в Лондоне. Последнее место в бизнес-классе — дорого, но у него есть накопления.

— Плевать, — сказал он себе и нажал «купить».

Затем открыл почту и написал Кьюсаку короткое письмо:

Уважаемый мистер Кьюсак,

Я провёл дополнительный анализ и обнаружил неопровержимые доказательства связи куба с древними сооружениями майя. Прошу вас рассмотреть возможность отложить запуск добровольца до моего прибытия на базу. Я вылетаю завтра утром и буду на месте через 14 часов.

С уважением, Санжен Эссе

Отправил.

Потом подумал и добавил в копию своего непосредственного начальника, и начальника Кьюсака, и ещё трёх человек из отдела безопасности, с которыми когда-то пил кофе. Пусть знают. Пусть будет запись.

Он не знал, поможет ли это. Но сидеть сложа руки и ждать, пока кто-то умрёт, — не в его характере.

Санжен откинулся на спинку стула, закрыл глаза и попытался представить, что чувствует человек, который завтра шагнёт в чёрный проём куба. Страх? Отчаяние? Надежду?

Или ничего — потому что он не будет знать, куда идёт.

Он почувствовал, как холодок пробежал по спине. Он поёжился, потёр плечи и вернулся к изучению кодексов майя.

Времени до вылета было всё меньше, а вопросов — всё больше.