Основатель

Автор ни в коем случае не претендует

на историчность описываемых в книге

событий, фактов и персонажей. Все

перечисленное является фантазией,

все совпадения случайны.

Часть 1.

Глава 1. Проснуться в другом кошмаре.

Первое, что Сергей почувствовал – это адскую боль в голове. Не похмельную, а такую, будто ему по черепу проехался трактор. В ушах звенело.

Второе – запах. Резкий, непривычный. Запах пыли, конского пота, дерева и еще чего-то горького – кажется, что дыма.

Лежа на спине, он медленно открыл глаза. Над ним было не привычное потрескавшееся пятно на потолке его хрущевки, а невероятно яркое, синее-синее небо без единого облачка. И солнце, которое слепило отнюдь не по-московски.

«Где я?» – пронеслось в сознании, пока еще совсем мутном и тяжелом. Сергей попытался приподняться на локтях.

– Эй, смотрите-ка, наш Джек очнулся! – прозвучал над ним грубый голос с сильным, незнакомым, чужим акцентом. – Уже было думали, тебе конь башку отбил начисто.

В поле зрения возникло лицо, кажется, даже какое-то смутно знакомое. Лицо такое странное, немолодое, обветренное, в щетине. На голове – поношенная шляпа с широкими полями, а глаза смотрят с каким-то знакомым, похабным интересом.

«Какой, нафиг, Джек? Это что – шутка?! Я – Сергей. Сергей Иванов, инженер из Подольска».

Но он не смог этого произнести вслух – губы будто не слушались, а в голове, вместе с новой волной боли, поплыли обрывки чужих воспоминаний, картинок, лиц.

Скачущая лошадь… Выстрелы… Красивая карета или… дилижанс? Да, дилижанс на дороге… Чувство страха и злости…

– Молчишь? – «знакомец» хмыкнул и сплюнул в пыль. – Ничего, очухаешься. Повезло тебе, пацан, отделался шишкой. А шериф мог бы и пулю всадить, кабы заметил, что ты живой.

Немолодой отошел, и Сергей, он же теперь, видимо, Джек, наконец-то смог сесть и оглядеться.

Он сидел у костра посреди высохшей, желтой равнины. Рядом стояли лошади, несколько таких же загорелых и грубых мужчин в ковбойских шляпах и с кольтами на поясах. Вдалеке виднелись низкие холмы, поросшие чахлым кустарником. Никаких домов, никаких вышек сотовой связи, никаких электрических столбов с натянутыми между ними проводами – только бескрайняя пустота и небо. Одним словом, прерия.

Одежда на Сергее была чужая – грубая рубаха, жилетка, потрепанные штаны, на удивление добротные кожаные сапоги. На боку, в потертой кобуре, оттягивал ремень револьвер, такой же, как у всех остальных. Вес его был непривычный и пугающий.

Тут к нему подкатилась фляга – один из типов толкнул ее ногой.

– Пей, прочисти горло.

Сергей взял флягу в руку. Похоже, что изготовлена она была из тыквы и заткнута самодельной деревянной пробкой. Он пожал плечами, как бы соглашаясь, и сделал глоток. Крепкий, теплый и противный виски обжег горло, но прояснил мысли. И в этот момент в его голове все сложилось в ужасную, невозможную, невероятную картину.

Отрывочные знания английского из школы вдруг стали кристально ясными и полными. Воспоминания «Джека» – мальчишки, который сбежал из нищего городка и прибился к банде грабителей, – наложились на его собственные, Сергея, воспоминания. И главное – он помнил последнее, о том, как их, четверых, гнали по каньону шериф с помощниками. Как пуля срикошетила от скалы и ударила его, Джека, в висок. А он, Сергей, в это же самое мгновение выходил из метро и спотыкался на эскалаторе…

Значит, это не сон, не бред. Он где-то в Америке, но не в той, что по телевизору показывают, а в той, где правят кольт, золотая лихорадка и закон сильного. Время ковбоев и индейцев, Дикий Запад.

И он теперь не Сергей Иванов, а Джек, молодой бандит с несколькими ограбленными дилижансами за душой и, судя по разговорам вокруг, розыском от властей.

Один из ковбоев у костра, здоровенный детина с медвежьей физиономией, мрачно посмотрел на него.

– Ладно, Джек, раз живой – вставай. Шериф не стал нас преследовать, но мы тут светиться не будем, к вечеру нам надо быть у реки. Там Билл ждет с планом на новое дело.

Новое дело… Грабеж, а возможно, и убийство.

Сергей почувствовал, как холодный ужас сковал ему желудок. В его мире самой большой опасностью был злой начальник или гопник в темной подворотне. Здесь же все было по-настоящему. Здесь стреляли, чтобы убить и ограбить.

Он медленно поднялся на ноги, чувствуя, как мир вокруг – этот странный, чужой и жестокий мир – перестает быть киношной картинкой. Он стал его реальностью, единственной, которая у него теперь есть.

И первая мысль, трезвая и ясная, пробившаяся сквозь панику, была: «Выжить. Во что бы то ни стало выжить. Но для этого нужно сначала научиться быть этим Джеком».

Сергей потрогал рукоять кольта на своем бедре. Чужое, тяжелое, смертоносное железо, теперь его главный аргумент в этом новом мире.

Приключение, о котором он раньше читал в книжках, только что началось, и оно уже пахло порохом, пылью и кровью.

Глава 2. Урок стрельбы.

Дорога к реке заняла несколько часов. Сергей, а точнее его тело, управляемое чужими мышечными воспоминаниями, держался в седле уверенно. Это было странное чувство – сидеть верхом, почти не задумываясь о своих движениях. Даже лошадь чувствовала его лучше, чем он сам.

Он молчал, стараясь не привлекать к себе внимания, чтобы не проколоться, и впитывал все: разговоры бандитов, пейзажи, ощущения. Его спутников звали Лем (тот самый, грубоватый), Бен (молчаливый и злой на вид) и здоровяк с медвежьей физиономией – Гризли. Никаких фамилий, только клички, как в плохом, третьесортном вестерне. Только вот пахло все очень даже реально – по́том, кожей и пылью.

Гризли, ехавший рядом, искоса поглядывал на него.

– Ты чего такой тихий, Джек? Голова еще кружится? Или после того, как головой ударился, пугаться всего вокруг начал? – его голос звучал как скрип ржавой пилы.

«Правильный ответ, Сергей, – мысленно прошептал он сам себе. – Ты – напуганный пацан, который только что чудом выжил, так сыграй это».

– Голова раскалывается, – хрипло ответил он, стараясь копировать акцент бандитов и простоту речи. – И вспомнить толком ничего не могу – как мы от шерифа ушли… что было до того…

Лем фыркнул:

– Да ничего особенного, прокололись, вот и все. Жирный лавочник оказался шерифом, волком в овечьей шкуре. Погонял нас, пострелял, а ты умудрился свалиться с коня. Мы думали – конец тебе, ан нет, крепкая у тебя башка оказалась.

Информации было мало, но хоть что-то. Значит, его новое «я» не было закоренелым убийцей. Так, мелкий бандит, новичок-неудачник.

К вечеру они выехали к реке. У старого, полуразрушенного причала их ждал еще один человек – тощий, с острым взглядом и аккуратной бородкой. Это был Билл. Он не выглядел как бандит, скорее, как неудачливый коммивояжер. Но по тому, как все его слушались, Сергей понял – это мозг шайки и главарь.

– А, наш молодой орел вернулся, – весело, но без улыбки сказал Билл, осматривая Сергея с ног до головы. – И даже целый?

– Целый, но память подводит, – отозвался Гризли. – Говорит, не помнит ни черта.

Билл прищурился. Его взгляд стал холодным и изучающим.

– Это может быть и к лучшему. То дельце мы провалили, поэтому забудем его навсегда. Завтра – новое дело. Это почтовое отделение в Карсон-Сити, маленькое, там один старик за прилавком. Денег немного, но зато должно пройти легко.

Сергей почувствовал, как у него похолодело внутри. Грабить почту со стариком… В его мире почтальонша тетя Люда была святым человеком, он ее с детства знал.

– Я… я, может, не готов еще, – промямлил он. – Рука дрожит, голова побаливает…

– Руку набьешь, время есть немного, – отрезал Билл. – Гризли, пока мы будем планировать, займись с Джеком. Освежи ему память, чтобы к завтрашнему утру он попадал в бутылку с пятидесяти шагов, и чтобы не трясся, как девка.

С этими словами Билл отвернулся, доставая потрепанную карту, нарисованную от руки на куске желтой бумаги.

Гризли хлопнул Сергея по плечу, едва не свалив с ног.

– Пошли, пацан. Освежим твою память.

Прозвучало это двусмысленно.

Бандит отвел Сергея подальше от лагеря, к высохшему дереву, достал из седельной сумки пустые консервные банки и расставил их на засохшем поваленном дереве.

– Ну, давай, показывай, что помнишь.

Сергей, с мертвенно бледным лицом и замедлившим ход сердцем, вытащил кольт. Оружие было тяжелым и неудобным в его руке – руке инженера, привыкшей к мышке и карандашу. Воспоминания Джека подсказали стойку, хват, но тело Сергея сопротивлялось.

Он прицелился, стараясь совладеть с дрожью, и выстрелил.

Звук был оглушительным, отдача больно ударила по запястью. Пуля вошла в землю метрах в трех от пня, подняв фонтан пыли.

Гризли смотрел на него с непроницаемым лицом.

– Ясное дело, память потерял. Руки-крюки, – он подошел и грубо поправил его стойку, развернул плечи. – Не мышцами стреляй, дурень, а глазами и дыханием. Целься. Задержи дыхание и плавно дави на спуск, как будто дышишь на него.

Сергей попробовал снова. Сосредоточился. Вдох, выдох, задержка… Выстрел.

На этот раз пуля чиркнула по краю пня и срикошетила с визгом, но банка даже не пошатнулась.

– Уже лучше, – буркнул Гризли. – Но все равно плохо. Кончай жалеть порох, стреляй, пока пальцы не вспомнят, как это делается.

Дальше был кошмар. Выстрел за выстрелом, грохот, едкий дым, ноющая боль в руке. Сергей промахивался раз за разом и отчаяние накатывало волной. Завтра ему придется идти на реальное ограбление, однако, с таким «умением» его либо пристрелит какой-нибудь заезжий герой, либо прикончат свои же, как обузу.

После тридцатого, кажется, выстрела, когда в ушах уже стоял тяжелый звон, а руки онемели, случилось странное. Он снова прицелился, уже почти не думая, доверившись наработанной мышечной усталости, и его взор поймал одну из банок. Мир сузился до нее, посторонние звуки ушли. Осталось только ровное дыхание и плавное, почти неощутимое движение указательного пальца…

Ба-бах!

Банка с грохотом слетела с пня, пробитая почти в центре.

Сергей замер, ошеломленный. У него получилось!

Гризли медленно кивнул.

– Вот. Тело вспомнило, голова только мешает. Запомни это, в деле думать будет некогда, будут только глаза, руки и вот это вот, как его… чутье.

Бандит бережливо собрал не расстрелянные банки.

– Ладно, хватит на сегодня. Иди поешь и ложись спать, завтра рано вставать.

Возвращаясь к костру, Сергей смотрел на свои закопченные пальцы. Они все еще дрожали, но уже не от страха, а от перенапряжения. Он сделал первый шаг. Научился убивать? Нет, он научился выживать в теле Джека. Это было пока что единственное, что от него требовалось.

У костра Билл что-то чертил палкой на земле, объясняя всем свой план. Сергей сел поодаль, взяв миску с похлебкой, его мысли лихорадочно работали. Он не мог допустить этого ограбления, не мог стать соучастником. Но и сбежать сейчас – верная смерть, можно элементарно погибнуть в этой дикой местности или от пули «товарищей».

Он посмотрел на их лица, освещенные пламенем. Жестокие, простые, жившие одним днем. Он был среди них, но не был одним из них. В этом был и его страх, и его единственный шанс.

«Ладно, – подумал Сергей, глядя на отблески огня в стальной поверхности своего кольта, – «Дело» будет завтра, значит, у меня есть время до завтра. Надо придумать, что делать. Придумать, как инженер, как человек, который знает, чем все это заканчивается в таких историях, а не как загнанный в угол и напуганный парень».

Он отколол кусок каменного сухаря и макнул его в похлебку, чтобы хоть как-то его размягчить. Первый день подходил к концу, впереди была ночь под невероятно огромным, усыпанным звездами небом Дикого Запада. И первая в его новой жизни задача, бывшая сложнее любой стрельбы: остаться человеком в мире, где главный закон – закон кольта.

Глава 3. План для почтальона.

Ночь под бездонным звездным небом была невыносимо долгой. Сергей лежал, укрытый грубым шерстяным одеялом, слушал храп бандитов и потрескивание догорающих углей. Ему не спалось. В голове вертелся один вопрос: что делать?

Мысли метались. Сбежать сейчас? Нереально. Гризли поставил его лошадь рядом со своей. Да и куда бежать? В этой пустыне он без еды и воды протянет не больше дня. Сдаться шерифу? Но он же теперь – Джек, мелкий бандит с «послужным списком». Его могут просто вздернуть без разговоров.

Оставался только завтрашний день. Карсон-Сити, почтовое отделение, старик-клерк.

Сергей представлял себе сцену: вот они врываются внутрь, Билл что-то требует. Старик, испуганный, трясущимися руками открывает сейф. А потом… а потом может случиться все что угодно. Гризли, нервничая, может выстрелить или Билл решит не оставлять свидетелей.

«Нет, – твердо подумал Сергей. – Этого не будет, я не позволю».

Инженерный ум, привыкший искать решения в ограниченных условиях, начал работать. Задача: сорвать ограбление, не погибнув самому и не выдав, что он – не Джек. Условия: он один против четверых вооруженных и опытных бандитов. Ресурсы: знание истории (очень общее), смекалка и… неожиданное доверие Гризли, который, кажется, видел в нем просто зеленого пацана.

В голове начал вырисовываться контур плана, рискованного до безумия. Но другого все равно не было и не будет, скорее всего.

Утром Сергея разбудили до рассвета, бесцеремонно растолкав. Он молча съел свой завтрак – холодную вчерашнюю похлебку и кофе, густой как смола. Билл в последний раз обрисовал план.

– Мы подъезжаем с разных сторон. Я и Бен заходим внутрь, Лем с лошадьми – в переулке. Гризли и Джек – у входа и сбоку, смо́трите за улицей. Делаем дело и уходим, тихо, чисто и быстро.

«Отлично, – подумал Сергей. – Меня оставляют снаружи, а это уже что-то».

Они выдвинулись на рассвете. Карсон-Сити оказался не городом в понимании Сергея, а скоплением деревянных домов, салунов и лабиринтом грязных улиц. Народу было немного: пара ковбоев у лошадиной поилки, женщина с корзиной белья. Он ловил на себе взгляды – никто не смотрел на них с добротой. Здесь каждый чужак был потенциальной угрозой.

Почтовое отделение было одноэтажным деревянным строением с вывеской «U.S. Mail». Выглядело оно убого.

Все пока шло по плану. Они спешились в условленном месте, Лем забрал лошадей, Билл и Бен, натянув шейные платки повыше, чтобы скрыть нижнюю часть лица, неспешной походкой направились к двери.

Гризли кивнул Сергею.

– Ты – там, у угла стой, смотри, чтобы никто не подошел с фланга. Я буду здесь.

Сергей занял позицию там, где ему было приказано. Сердце колотилось так, что, казалось, его слышно на всю улицу. Он видел, как Билл и Бен скрылись за дверью. Все. Наступил момент истины.

Сергей дал себе время отсчитать десять медленных секунд, а потом оглянулся. Гризли, прислонившись к стене салуна через дорогу, курил самокрутку и смотрел в другую сторону.

«Действуй, Сергей. Сейчас или никогда».

Он отскочил от стены и быстрым шагом, но не бегом, потому что бег человека привлекает внимание, двинулся не к переулку с лошадьми, а вглубь улицы. На его счастье, из двери мясной лавки вышел какой-то толстяк-мясник в окровавленном фартуке. Сергей, не раздумывая, подскочил к нему.

– Сэр, сэр! – его голос звучал срывающимся и искренне испуганным. – В почтовом отделении! Там грабеж! Двое с кольтами! Ради бога, позовите шерифа!

Лицо мясника вытянулось от изумления. Он бросил взгляд в сторону почтового отделения, потом снова на Сергея.

– Ты серьезно, парень?

– Клянусь! Я видел, как они зашли! – Сергей почти кричал, активно жестикулируя. Его паника была настолько правдоподобной, что несколько прохожих остановились.

Это сработало, как спичка в пороховом погребе. Мясник, не медля ни секунды, с ревом «ГРАБЕЖ НА ПОЧТЕ!» бросился в салун, откуда сразу же послышался грохот падающих стульев и крики.

На улице началась мгновенная паника. Женщины забегали, мужчины кинулись к своим повозкам и лошадям, а кто-то побежал к зданию с вывеской «Sheriff». На все про все ушло меньше минуты.

Сергей, пригнувшись, рванул обратно к своему посту у угла. Он как раз успел увидеть, как дверь почтового отделения с силой распахнулась, и оттуда выскочили Билл и Бен. На их лицах был не шок, а холодная ярость. Они что-то кричали Гризли.

Тот, бросив самокрутку, уже был в седле. Он увидел Сергея и просигналил ему отчаянным жестом: «Садись, и по коням!»

Со стороны центра улицы уже раздавались крики: «Держи их!» и прозвучал первый, предупредительный выстрел в воздух.

Сергей добежал до своей лошади, которую Лем уже вывел из переулка, и сразу вскочил в седло. В этот момент он поймал взгляд Билла. Тот смотрел на него не просто с гневом, он смотрел с тяжелым, подозрительным пониманием, как будто складывал пазл.

Но времени на раздумья не было ни у кого. Банда, как стая испуганных волков, рванула из города, оставляя за собой облако пыли и хаос. За ними неслось несколько всадников – не шериф, а просто горожане, но стреляли они вполне по-настоящему.

Они скакали, пригнувшись к шеям лошадей, пока не скрылись за первыми холмами. Только тогда Билл скомандовал остановиться.

Все были на взводе. Лошади тяжело дышали, заливаясь потом.

– Предательство! – выдохнул Бен, оборачиваясь в сторону города. – Кто-то нас сдал! В городе уже ждали!

Все переглянулись. Взгляды медленно, но неумолимо поползли в сторону Сергея, самого молодого, того самого, «потерявшего память», того, кого оставили на улице.

Билл спокойно, почти смертельно спокойно, слез с седла и подошел к Сергею.

– Слезай, Джек.

Сергей, с каменным лицом, подчинился. Его потряхивало, колени подкашивались, но он устоял.

– Ты был на улице, – тихо сказал Билл. – Что ты видел?

Сергей сделал наивные глаза, которые накануне тренировал у ручья, глядя на свое отражение.

– Я… я стоял на посту. Вдруг слышу – крики, беготня, вижу, этот толстый мясник орет «грабеж» и бежит в салун. Я хотел предупредить вас, но тут уже выскочили вы… и… ну, мы поскакали.

– Очень своевременный крик, – медленно проговорил Билл. Его рука лежала на рукояти кольта.

Гризли, молча наблюдавший за этой напряженной сценой, внезапно заговорил.

– Билл, он – пацан, идиот. Если бы он нас сдал, то смылся бы первым, а не стал ждать, пока мы все выскочим. Да и кто его, сопляка, в городе послушает? Скорее уж кто-то из своих проболтался в салуне накануне.

Наступила тяжелая пауза. Билл не сводил глаз с Сергея. Казалось, он пытался заглянуть ему прямо в душу. Потом, неожиданно, главарь отвел взгляд.

– Возможно. Но что-то здесь нечисто, – он плюнул. – Ладно. Это место для нас теперь горячее. Уходим на север, быстро, по коням!

Они снова двинулись в путь. Сергей ехал, чувствуя, как пот струится у него по спине, но совсем не от жары. Он прошел первый круг ада. Грабеж сорван, никто не пострадал, но подозрение Билла – это мина замедленного действия. И теперь Сергей точно знал: он не может оставаться с бандитами. Следующая «работа» станет для него точно последней.

Он украдкой посмотрел на запад, где солнце начинало клониться к горам. Ему нужен был свой путь, свой шанс, и он должен найти его как можно скорее. Сегодня удача была на его стороне, не отвернувшись пока окончательно.

Глава 4. Выбор дороги.

Они скакали на север, не останавливаясь на привал до самого вечера. Молчание было тяжелым, как свинцовая туча. Все понимали, что провал в Карсон-Сити был не просто неудачей. Это был знак. Кто-то их «продал», и в маленькой банде из пяти человек это означало одно: предатель среди своих.

Лагерь разбили в каньоне, где скалы давали хоть какую-то защиту. Костра не разводили – дым мог выдать их. Сидели в темноте, жуя вяленое мясо и запивая его водой или виски. Сергей чувствовал на себе взгляды бандитов – колючие, недоверчивые, особенно взгляд Билла. Тот словно взвешивал его на невидимых весах, пытаясь понять, где правда, а где ложь.

Наконец, Билл заговорил и его голос в темноте звучал особенно зловеще:

– Планы меняются. Шериф Карсон-Сити теперь будет искать нас очень активно, поэтому нужно рассеяться. Слишком много внимания впятером.

Он сделал паузу, давая словам просочиться всем в сознание.

– Разобьемся на две группы. Лем, Бен и я идем на восток, к железной дороге. Там работа посолиднее, но нужно осмотреться. Гризли, ты берешь Джека. Езжайте на запад, к шахтерским поселкам. Пошатайтесь там недельку-другую, ведите себя тихо, слушайте новости. Встретимся на старой заставе у Пересохшего ручья через две недели.

Сергея будто ударили током. Разделение! Это был шанс. Не нужно будет бежать от всей банды, а только от одного Гризли. Риск все равно запредельный, но его шансы выросли.

Гризли лишь хмыкнул в темноте:

– Няньку приставили. Ладно, пацан. Завтра рано в путь, и смотри у меня!

Ночь прошла в тревожной дремоте. Сергей пытался строить планы. Запад. Шахтерские поселки. Это места, где закона почти нет, но где можно затеряться, если он сумеет уйти от Гризли… Там можно попробовать найти работу, настоящую работу. Кузнецом? Конюхом? Воспоминания Джека подсказывали смутные образы: он умел обращаться с лошадьми и немного ковал.

Утром, не попрощавшись, две группы разъехались. Билл в последний раз бросил на Сергея долгий, пронзительный взгляд, полный невысказанных вопросов, а потом развернул коня и ускакал.

Сергей и Гризли поехали на запад. Первый день прошел почти молча. Гризли был мрачнее тучи, явно недовольный ролью няньки. Сергей же, наоборот, внутренне ликовал – каждая миля отделяла его от Билла, от грабежей, от жизни бандита.

К вечеру второго дня они достигли окраин шахтерского региона. Пейзаж изменился: вместо бескрайних равнин появились холмы, изрытые промоинами и примитивными шахтными входами, в воздухе висела едкая пыль и запах гари. По пути начали попадаться маленькие унылые поселки из грязных палаток и покосившихся хижин.

– Здесь и поболтаемся, – буркнул Гризли, останавливаясь на пригорке с видом на один такой поселок. – Завтра спустимся, купим припасы и послушаем, что люди говорят. Ты, пацан, язык за зубами держи, никаких лишних вопросов никому не задавай, делай, как я скажу.

На следующий день они въехали в поселок с красноречивым названием «Пыльная Лопата». Место было гнилое. Пьяные шахтеры шатались у салунов, потасканные женщины с мертвыми глазами стояли в дверях, дети бегали босиком по грязи. Идеальное место, чтобы исчезнуть.

У лавки торговца Гризли слез с коня.

– Подожди здесь с лошадьми. Я зайду, узнаю, что да как, куплю нам пожрать.

Он ушел внутрь, оставив Сергея одного на пыльной улице.

Сердце его забилось быстрее. Сейчас или никогда. Сергей огляделся. Через дорогу, как по заказу, стояла кузница, слышен был звон молота о наковальню. Идея, родившаяся еще в дороге, оформилась в мгновенное решение.

Он быстро привязал лошадей к столбу, сунул руку в седельную сумку Гризли и вытащил кошелек с деньгами – их общую скромную казну. Совесть было кольнула, но он заглушил ее. Это не воровство. Это стартовый капитал для новой жизни. Но все же он оставил половину денег, по-честному.

Затем Сергей подошел к своей лошади, отцепил от пояса кобуру с кольтом Джека и, после секундного колебания, сунул ее поглубже в седельную сумку. Тащить с собой оружие бандита было опасно, так пусть оно остается в прошлой жизни.

Он перевел дух и шагнул через дорогу, в знойное пекло кузницы.

Кузнец, могучий седой мужчина с обожженными волосами на руках, приостановил работу.

– Чего надо, парень?

– Ищу работу, – четко сказал Сергей, стараясь звучать уверенно. – Умею с лошадьми обращаться, молот в руках держать могу, любой работы не боюсь.

Кузнец оценивающе осмотрел его с головы до ног.

– С лошадьми, говоришь? У меня как раз подковать нужно кобылу старателя Джо. Заплачу четверть доллара. Справишься?

– Справлюсь, – кивнул Сергей.

Кузнец махнул рукой в сторону сарая.

– Инструмент там, кобыла во дворе. Работай, деньги получишь вечером.

Это была невероятная удача. Работа, легальная работа. Сергей почти побежал к сараю, чувствуя, как с плеч спадает невидимая тяжесть. Он будет подковывать лошадь, он будет здесь. А Гризли…

Он украдкой глянул на лавку. Как раз в этот момент оттуда вышел Гризли, огляделся, и его взгляд упал на привязанных лошадей… без Сергея. Лицо здоровяка исказилось мгновенным пониманием и яростью. Он бросился к лошадям, заглянул в сумку, вытащил кошелек, потом кобуру с кольтом. Его взгляд метнулся по улице, сканируя немногочисленных прохожих.

Сергей отпрыгнул вглубь темного сарая, за груду старых тележных колес. Он видел, как Гризли, сжимая в руке кольт, несколько раз прошелся по главной улице, грубо расталкивая людей. Он подошел к салуну, что-то спросил у пьяницы у входа, получил отрицательный жест. Ярость на его лице сменилась холодной злостью.