Пограничник. Трилогия

Глава 04

Максим возвращался домой, не изменяя себе, привычной дорогой – через парк. Небо было затянуто свинцовыми тучами, висящими низко над головой, отчего создавалось впечатление, что из них вот-вот должно хорошо ливануть. В отблесках молний, сверкающих в небе, дорожка, выглядела зловеще, словно эпизод какого-то фильма ужасов.

Максим, сделав шаг внутрь парка сразу насторожился и по его телу пробежал неприятный холодок. Внутреннее чутьё подсказывало, что за ним кто-то внимательно наблюдает. Но, пока, было непонятно, с какой целью. Он остановился и стал оглядываться по сторонам, прислушиваясь ко всем звукам. Вокруг не было ни души. Казалось, что сейчас весь мир состоит из него и молний, которые начали бить прямо в землю, сопровождаемые оглушительными раскатами грома, раздающимися прямо над головой.

Макс глубоко вдохнул и, повинуясь внутреннему позыву, шагнул к кустам, росшим вдоль тротуара. В этот же момент, прямо перед ногами в землю, сплошной стеной, ударили десятки молний. От неожиданности он оцепенел, разряды продолжали бить точно перед ним, едва не касаясь ног, словно какая-то потусторонняя сила преграждала дорогу. Отойдя в сторону, он посмотрел по сторонам: яркие вспышки проскакивали по обеим сторонам аллеи, словно ограничивая человека в выборе пути и намекая, что сворачивать с этой дорожки, ни в коем случае, нельзя.

Немного замешкавшись, Макс продолжил свой путь внутри этого коридора, наполненного яркими вспышками. Чем дальше он шёл, тем сильнее становилось чувство, что за ним непросто следят, а направляют его в нужном направлении. Максим остановился и шумно вдохнул через нос, и сразу же почувствовал запах преследователя. Зажмурившись, он продолжал глубоко дышать, словно пытаясь уловить даже мельчайший аромат, наполняющий воздух. Теперь он знал, что следящих двое. Его губы скривились в презрительной усмешке и открыв глаза, он направился вперёд.

Его глаза покраснели и теперь горели словно тлеющие угольки, зрачок из узкой вертикальной щёлки моментально расширился, приспосабливаясь к сумраку, и уже занимал почти весь глаз. Очертания окружающих предметом моментально стали чёткими, практически как днём, но их цвета стали едва неразличимыми.

Преследователи, видимо, почуяли изменения, происходящие в нём, так как Максим моментально почувствовал, как они начали проявлять беспокойство, уловив едва уловимую перемену окружающих его ароматов. Он начал улыбаться оттого, что ощущал их страх и то, что они сейчас находятся в смятении и с трудом подавляют в себе желание бежать от него. Но в то же время его это и беспокоило, было здесь ещё что-то неуловимое, мешающее загонщикам бежать прочь, повинуясь своим инстинктам, а заставляющее, повинуясь чужой воле, гнать его вперёд.

«Где-то здесь находится и третий, но он пока скрывается от меня…, если это так, то его надо уничтожать в первую очередь, – проскочила мысль, в голове Максима. – А эти загонщики, похоже, больше боятся его чем меня. Скорее всего, они находятся под его контролем, и если его убрать, то и загонщики сразу сбегут… – он остановился и посмотрел на кусты, из которых раздался шелест листьев, а спустя секунду оттуда взлетел голубь и вновь наступила тишина, – «Гончие псы», – Макса улыбнулся своей очередной мысли и, сверкнув зубами в очередном проблеске молнии, провёл по ним языком, словно проверяя их остроту, – Гонят меня на охотника. Это даже интересно. Главное, успеть перехватить инициативу, – наконец сделал он вывод из своих наблюдений». Макс сжал кулаки и из его пальцев появились острые когти. До выхода из парка оставалось метров десять, и уже видны очертания «зебры» ведущей через дорогу, к его дому.

В очередной вспышке молнии, которая ударила прямо в одну из полос «зебры», Максим отчётливо увидел силуэт, стоящий на противоположной стороне улицы. Незнакомец был одет во что-то напоминающее плащ, его голова скрывалась под капюшоном, из-под которого едва проглядывали черты лица. Он находился прямо около дома, в котором жил Максим, и стоял с закрытыми глазами, прислонившись к стене. Сначала Максу показалось, что это человек, но дующий в лицо ветер, заставил отказаться от этой мысли и он, сделав глубокий вдох, почувствовал, что там нечто другое – это и есть та сущность, на которую его гнали загонщики. Максим ощутил на себе всю злобу, которая исходит от этого существа, чувствуя, что оно в любой момент может обратиться в монстра, показав свой истинный облик, и который может оказаться совсем непростым противником.

Выйдя из парка, Максим продолжал прислушиваться к своим чувствам – присутствие гончих, всё ещё ощущалось, но они остались позади, словно преследовать его дальше не собирались. Но и уходить они тоже не собирались, продолжая оставаться незримыми свидетелями происходящего.

«Подозреваю, что они выполнили свою миссию, выведя меня именно сюда», – подумал Макс.

Существо на противоположной стороне, сложив руки в замок перед грудью и, похоже, тщательно скрывало своё присутствие. Максиму даже показалось, что оно не подозревает, что его кто-то может увидеть. «Это даже к лучшему, – проскочила у него мысль. – Раз оно уверено в своей маскировке, значит, есть шанс атаковать первым, а если удастся захватить его живым, то и побеседовать».

Приготовившись к атаке, Макс шагнул на «зебру» и в этот момент перед ним остановился Lifan X60. Окно опустилось и из салона выглянул Ефремов.

– Максим Викторович? – произнёс он. – Садитесь, надо поговорить.

«Опять этот ментал, что ему надо? – проскочила в голове Максима мысль, следом за которой задал свой вопрос и внутренний голос, – Почему ментал?». Макс мельком, стараясь скрыть свои глаза и прорезавшиеся во рту клыки, бросил взгляд на лейтенанта, а затем вновь уставился на существо, на той стороне дороги.

– Что вы там увидели? – спросил лейтенант, посмотрев в том же направлении и почти мгновенно повернувшись к Максиму, крикнул. – В машину, быстро!

Константин с озадаченным видом вышел из лаборатории, в его руках была папка с последними результатами крови Марины. Они оказались настолько ошеломительными, что он был вынужден взять из хранилища первые пробы и вскрыв их провести повторные исследования. Он ещё раз пролистал результаты и, всё ещё находясь в состоянии крайнего удивления, направился в кабинет, для доклада Кириллову.

– Товарищ капитан, разрешите? – Семёнов открыл дверь кабинета, предварительно постучав, и доложил – Готовы результаты анализов.

– А? Костя, заходи, – Кириллов поднял от бумаг усталый взгляд и кивнул в сторону стула. – Что у тебя?

– Результаты анализов, – повторил Семёнов, протягивая Вадиму папку. – Результаты очень любопытны…, я, такие изменения, объяснить не могу.

– Интересно, по первоначальному анализу, у неё всё-таки было сильное заражение, – капитан внимательно просматривал первые листы, подшитые в папку. – И обращение было неминуемо.

– Да, – кивнул Семёнов. – Но последний…

Кириллов пролистнул несколько листов и около минуты изучал напечатанные таблицы, выражение его лица изменилось, и он прошептал: – Абсолютно чисто, – оторвавшись от бумаг и, глядя куда-то в сторону двери, он добавил: – Может, Пашина кровь так подействовала?

– Не понимаю… – растерянно пожимая плечами проговорил Костя, – Но думаю, что она оставила бы в анализе свой след…

– Ладно. Как бы нам ни хотелось, но придётся идти к Уде. Собирайся, сейчас поедем, – проговорил Вадим и чуть слышно добавил. – Надеюсь, она в хорошем настроении.

– Я тоже на это надеюсь… – отвернувшись произнёс Костя одними губами.

– Удя, добрый день, – сказал Кириллов, обращаясь к миловидной девушке с длинными русыми волосами, открыв дверь архива.

– Вадим Ильич, и вы туда же, – обиженным тоном произнесла она. – Неужели трудно, хотя бы по имени обращаться? Оно ведь не такое и сложное – Ундина2…

– И не надо от меня взгляд отводить, – сказала она, быстро посмотрев на Костю. – Я не Медуза-Горгона, в камень никого не превращу, – Кириллов, услышав такое уточнение лишь едва заметно улыбнулся.

– Но… – начал говорить Семёнов.

– И свои чары на сослуживцах не использую, – она произнесла строгим тоном, затем, улыбнувшись, добавила, – Особенно в рабочее время.

Костя поднял взгляд от пола и посмотрел на девушку с правильными чертами лица хотя он и чувствовал, что она не использует свои способности, но отвести взгляд уже не получалось.

– Что смотрите, как будто первый раз увидели? – засмеялась она, и эхо отразило её смех от стен множеством колокольчиков, – Раз пришли, значит, дело срочное. Рассказывайте.

– Несколько дней назад кто-то порвал на части вукулу, – начал говорить Кириллов.

– Слышала об этом, но если вы ждёте от меня помощи в его поиске, то я не знаю кто мог такое сделать, – сразу ответила она. – Кстати, как там пострадавшая? Её уже поместили в изолятор?

– Ладно, раз ты о ней заговорила, то давай начнём с пострадавшей, – выдохнул Вадим и протянул ей папку.

Она взяла её в руки и, внимательно просматривая каждый лист, начала её листать и чем дальше она углублялась, тем серьёзнее становилось её лицо, а от улыбки уже не осталось и следа. На её волосах сначала появились мелкие кудряшки, но вскоре они уже скрутились в кольца и как пружины, подтянули волосы вверх, а их цвет стал тёмно-красным.

Костя, с трудом отвёл взгляд в сторону, и теперь смотрел не прямо на девушку, а чуть левее, на полку со старыми книгами.

– Вы уверены в результатах анализов? – спросила Ундина, отрываясь от документов.

– Абсолютно. Я лично брал образцы и присутствовал при их исследовании, – ответил Костя, – А повторные вообще лично провёл.

– Но мы же знаем, что исцеление в этом случае невозможно, – почти закричала она и её глаза из изумрудного превратились в чёрные. – Что вам ещё известно?

Вадим, молча достал из сумки ноутбук и включил видео с камер наблюдения. Чем дальше она смотрела за происходящим, тем больше хмурилась, её волосы продолжили менять цвет вместе с настроением и сейчас, они стали практически чёрными.

– Кто этот человек? – произнесла она и, не дожидаясь ответа, продолжила задавать вопросы, – Гера с ним уже беседовал? Что он из себя представляет?

– Да, они говорили, но Герман не смог ничего ни увидеть, ни почувствовать. На него вообще ничего не повлияло, – ответил Вадим, ощущая, как ему хочется съёжиться под действием её взгляда. – Нас интересует, что он сделал? Как кровь человека могла её вылечить?

– На видео Паша? – спросила она и продолжила после того, как Костя утвердительно кивнул. – Он же не человек, а охотник, а его кровь действует по-другому, но это очень опасное действие… Нужна очень точная дозировка… Но у нас нет никаких методик по её расчёту… Даже боюсь предположить, к чему такие эксперименты могут привести, – Ундина пересмотрела ещё раз кусок видео, где Соколов делает укол кровью охотника и, ткнув в изображение Макса, сказала: – Я бы хотела увидеть его вживую, – а после того как ещё немного успокоилась, добавила, – Это очень странно, что Гера ничего не почувствовал.

– Он и меня раскусил, когда я следил за ним, спрятавшись за фантомом, – добавил Костя. – Боюсь предположить, какими возможностями он обладает.

– Он смог разглядеть твоё лицо? – Ундина перевела на него свой взгляд и сверкнула глазами.

– Этого не знаю, он встал и ушёл, хотя и хотел наброситься на меня, – пояснил Семёнов, стараясь не смотреть её в глаза.

– Вадим Ильич, срочно устройте мне встречу с ним, – обратилась девушка к Кириллову.

– Гера должен доставить его к нам, – ответил тот, и посмотрев на часы, добавил. – Думаю, что сейчас, он как раз должен подъезжать к его дому.

– Я с вами, – ответила она тоном, не принимающем возражений. – Очень хочется прощупать его способности лично. Думаю, что вас ещё и его родословная интересует, – продолжила она и очаровательно улыбнулась, – Потом займусь архивами и, постараюсь, собрать всё, что удастся накопать…

– С нами только не забудь поделиться, – произнёс Вадим, облегчённо выдохнув, наблюдая за тем, как её волосы распрямляются, приобретая русый цвет, а глаза, вновь становятся зелёными.

– Долго их ещё ждать? – сгорая от любопытства, спросила Ундина. – Как думаете, этот… как его… Соколов ваш, сопротивляться не будет? Герману ничего не угрожает?

Она сидела за столом Ефремова и, практически уткнувшись носом в экран, в очередной раз просматривала видео.

– Да, вроде не должен, – ответил Кириллов, и взяв телефон, набрал сообщение. – В прошлый раз был спокойным.

– Эх, знать бы ещё к какой стихии он относится, – произнесла Ундина, рассматривая стоп-кадр Максом.

– По нашим наблюдениям, нету у него ярко выраженной стихии, – произнёс Семёнов. – Одинаково хорошо чувствует себя и со светлыми, и с тёмными.

– На моей памяти нам ещё не встречались такие особи, – прошептала она, взяв в руки распечатанный кадр из видео. – Если он в состоянии контролировать себя, то он должен работать с нами, если нет…

– Думаешь, что изолятор его сдержит? – спросил капитан.

– Сомневаюсь, думаю, что если он выйдет из-под контроля, то остановит его только полное уничтожение, – ответила она и достала из сумки упаковку таблеток и протянула её Вадиму. – Вот, примите, по одной, на всякий случай.

– Что это? – Вадим вертел в руках безымянную картонную упаковку.

– Скажем так, это противоядие.

– Отчего?

– Я не знаю, как пойдёт разговор, может, придётся воспользоваться своими чарами в полную силу… – она на мгновение задумалась и продолжила. – Жаль, что Гера под влияние попасть может, но ему, незаметно подсунуть таблетку, наверное, уже не получится.

– Скоро приедут, минут пять ещё, – произнёс Вадим, читая входящее сообщение на телефоне. – Правда, столкнулись с какими-то проблемами, но вроде всё обошлось.

– С какими проблемами? – оживился Костя.

– Не уточняет, давай дождёмся их и они сами, во всех подробностях расскажут, что у них там стряслось, – слегка нахмурившись, ответил Кириллов.

– Появились новые вопросы, по убийству в парке? – стараясь не светить клыки, спросил Максим, запрыгнув на переднее сидение и бросив взгляд на Германа.

– И это тоже, – ответил Ефремов, трогаясь с места.

Максим заметил, как стоящий у стены человек открыл глаза, которые светились, испуская белый свет, и повернул голову вслед за машиной.

– Кого там увидели? – спросил Герман, бросив, на долю секунды, взгляд на Макса.

– Странный человек там стоял, прямо у дома, – ответил Соколов, чувствуя, что выступившие во рту клыки скрылись, и теперь он ничем не отличается от обычного человека.

– Да? Не заметил, – ответил Гера, и в очередной раз усомнился в силе своих возможностей. Он, конечно, почувствовал присутствие довольно сильного существа, которое буквально давило на мозги, но заметить его не удалось. Больше всего его расстраивало то, что и в разум этой твари залезть не удалось. Единственное, что он успел почувствовать это то, что существо смотрело на него практически в упор.

– Странно, довольно приметная личность, – произнёс Макс, и почувствовав попытку проникнуть ему в голову – заблокировал её. «Да, что же за изменения со мной происходят, – подумал Максим, глядя в окно на начинающийся дождь и, мельком посмотрев на Ефремова, продолжил размышлять, – Может, они знают что-то обо мне, раз проявляют столько интереса. А если они решат, что я представляю опасность?..».

Герман уверенно вёл машину вперёд и развернувшись в конце улицы, он направился обратно, в сторону парка. Максим, пристегнувшись ремнём безопасности, продолжал смотреть вперёд на приближающийся пешеходный переход. Странный человек, продолжал стоять возле стены дома и наблюдать за приближающимся автомобилем, всё ещё светящимися глазами.

Максим почувствовал движение, идущее со стороны парка, словно кто-то несётся, не разбирая дороги наперерез автомобилю и судя по ощущениям это был кто-то из загонщиков. По окнам автомобиля уже сплошным потоком текли струи воды, а дворники едва справлялись с поставленной на них задачей. Макс посмотрел на Германа и заметил, как тот напрягся и вцепился в руль так, что костяшки пальцев побелели. Ефремов выжал газ, желая поскорее проскочить это место и автомобиль, взвыв мотором, начал разгоняться, вдавив людей в кресла.

Неожиданно, из кустов, на дорогу выскочил крупный волк и бросился под колёса. Герман резко затормозил и, стараясь уйти от столкновения, крутанул руль. Но было уже поздно и в салоне раздался глухой звук, от удара в левое крыло, а автомобиль, подпрыгнув, переехал животное. Lifan, на мокрой дороге пошёл в занос, но Герман справился с управлением и выправив траекторию движения, остановился у тротуара.

– Надо посмотреть, что с животным, – проговорил он, всё ещё не отпуская руль, а, наоборот, сжимая его крепче.

– Валить надо отсюда, – практически закричал Максим, когда в зеркало заднего вида, сквозь потоки воды увидел, что в сторону автомобиля неспешно направляется существо со светящимися глазами. – Этот тип идёт к нам.

– Какой тип? – не понял Герман.

– На которого я смотрел, когда ты подъехал. Вон он идёт, у него ещё глаза светятся, – прокричал Максим, закипая изнутри.

– Никого не вижу, – замотал головой Ефремов, словно пытаясь стряхнуть чужое влияние. – Но, кажется, чувствую его злость и… – Герман замолк и посмотрел на Максима, – Ему нужен именно ты. Рассказывай, в какую историю ты ещё влип?

– Просто гони отсюда, пока он до нас не добрался, – продолжал закричать Максим, но Герман его не слушал, продолжая трясти головой, – внезапно глаза лейтенанта расширились, а на висках выступили вены. Герман неестественно дёрнулся и резко вдавил педаль в пол так, что голова Макса дёрнулась, ударившись в подголовник.

– Валим отсюда, он пытается взять меня под контроль, – закричал Герман, приходя в себя, пока автомобиль с пробуксовкой на мокром асфальте набирал скорость.

– Вроде отпустило, – заявил Гера, через пару минут, останавливаясь на светофоре. – Оказывается, малоприятного, когда твои мозги начинают кипеть от получаемых команд.

Максим лишь усмехнулся про себя, стараясь не выдавать того, что он уже несколько раз не позволял проникнуть в свой разум.

Телефон, лежащий на панели, пиликнул, Ефремов, взяв его в руки, прочитал сообщение и быстро набрал ответ. Дождь за окном почти прекратился и Герман, наблюдая за светофором, выключил дворники, а когда загорелся зелёный – спокойно тронулся с места.

– Нас уже ждут, – пояснил он Соколову. – И вопросов становиться всё больше…

– Ты сказал, что ему нужен я, – перебил его Макс и стал засыпать вопросами, в надежде на то, если получит на них ответы, то никто не заподозрит, что он об этом догадывался заранее. – Как ты это узнал? Зачем я ему нужен? Почему ты его не видел…

– Подожди, сейчас приедем в отделение, там получишь ответы на свои вопросы, – ответил Герман, слегка дрожащим голосом, а со стороны было видно, как его тело бьёт мелкая дрожь. Ефремов и сам, с трудом сдерживался, чтобы не начать расспрашивать Максима о его сущности, но он понимал, что, находясь в автомобиле это опасно делать, так как он не может читать мысли Соколова и в случае чего он даже не успеет среагировать. В отделении хотя бы Вадим с Костей будут, да Пашку, вроде уже выписали.

Герман внимательно смотрел на дорогу и думал о том, как человек может закрыться настолько, что практически невозможно уловить даже его эмоции. «Видимо, эта его особенность и не позволила, этой сущности, остаться незаметной для Соколова», – думал Ефремов, радуясь тому, что хотя бы смог почувствовать её.

Вопросов становилось всё больше, а Герман продолжал медленно ехать вперёд. Изредка он бросал взгляд на Максима, удивляясь тому, насколько спокойно он выглядит, со стороны даже создавалось впечатление того, что события, которые произошли пару минут назад, были для него обыденными и ничего сверхъестественного не произошло.

Человек в чёрном плаще, склонился над бездыханным телом волка и, приложив к нему руки, начал что-то шептать. Сначала вокруг волка появилась едва заметная пульсирующая аура, свечение которой с каждой пульсацией усиливалось. Вскоре оно превратилось в яркое и ослепляющее сияние, вспыхнув последний раз, аура впиталась в руки человека, а на асфальте вместо волка оказалось мужское тело.

– Твоя смерть, Прохор, не была напрасной, – проговорил человек, вставая на ноги и глядя светящимися белыми глазами на труп, добавил: – Ты сделал всё, что от тебя зависело. Мы отомстим за тебя.

Он подошёл к голове погибшего и положил руку на его темя. В районе касания появилось яркое свечение, а воздух наполнился запахом горелых волос. Сияние стало растекаться по всему телу и, словно кокон, окутало его тонкой оболочкой. Затем, по поверхности кокона пробежали мелкие вспышки, напоминающие молнии, после чего тело осыпалось на дорогу, превратившись в прах. Порывшись в нём, человек нашёл нечто, напоминающее браслет, и отряхнув его, положил себе в карман. Оглянувшись по сторонам, он отошёл в сторону и посмотрел вслед скрывшейся за поворотом машине.

Из глубины парка донеслось одинокое волчье завывание, а с дороги в небо поднялся крупный ворон. Резкий порыв ветра перемешал прах человека с дорожной пылью, а продолжающийся ливень смыл его в ливневую канализацию, не оставив на асфальте ни единого следа, после чего резко закончился.

Глава 05

Угольно чёрный ворон сел на ветку берёзы около заброшенного ангара на окраине города и, несколько раз взмахнув крыльями, принялся вертеть головой, наблюдая за происходящим. Ветер гонял пыль, по разбитой дороге ведущей к воротам здания. Вокруг не было заметно ни единого движения и лишь минут через пять, кусты на другой стороне дороги зашевелились и из них выскочил крупный волк, который направился дверям ангара. Когда до здания было ещё метров десять, он начал перевоплощаться. Задние лапы начали удлиняться и он, встав на них, продолжил движение уже на двух человеческих ногах. Передние лапы тоже начали терять шерсть и видоизменяться, превращаясь в руки. Голова начала меняться последней, и когда она приобрела человеческий вид, полностью обнажённый мужчина находился как раз на пороге ангара и, открыв дверь, скрылся внутри здания.

Ворон, с высоты дерева ещё раз изучил обстановку и, не заметив ничего, что могло вызывать беспокойство, подлетел к ангару и устроился на отливе, возле открытого окна, прислушиваясь к идущим изнутри звукам.

– Бечёк3, ты один? – раздался женский голос из глубины ангара. – А где Прохор?

– Прохора больше нет, он погиб, когда пытался остановить нашу цель, – проговорил другой голос.

– Как погиб? – женский голос стал взволнованным. – Ойуун же обещал, что никто не пострадает…

– Мне кажется, что ойуун4 обманул нас, обещая лёгкую прогулку. Наша цель совсем не человек, – произнёс мужчина и замолчал.