Илья Олегович Снигирёв

Что, если каждый сон — не случайность, а путь? Что, если лес из детства скрывает ворота в другие измерения — не мира, а души? В этих снах я возвращаюс…

После падения загадочной световой бомбы человечество не погибло, но осталось без памяти. Ни имён, ни прошлого, ни языка — только живые тела и пустота …

В глубине заброшенной деревни Шептуново, на краю безмолвного леса и зловонного болота, начинается история, которую нельзя рассказать вслух. Артём — об…

Что, если каждый сон — не случайность, а путь? Что, если лес из детства скрывает ворота в другие измерения — не мира, а души? В этих снах я возвращаюс…

Мир рушится под шагами тех, кто пришёл из паучьей тьмы. Люди забыли, кто они, но не забыли, как бороться. Пять странников скитаются по пепелищу прошло…

В глубине заброшенной деревни Шептуново, на краю безмолвного леса и зловонного болота, начинается история, которую нельзя рассказать вслух. Артём — об…

После падения загадочной световой бомбы человечество не погибло, но осталось без памяти. Ни имён, ни прошлого, ни языка — только живые тела и пустота …

Мир рушится под шагами тех, кто пришёл из паучьей тьмы. Люди забыли, кто они, но не забыли, как бороться. Пять странников скитаются по пепелищу прошло…

В тёмных галереях Одинокой Горы, куда не проникает солнечный свет, юный гном Гимли учится главному ремеслу своего народа — слушать камень. Для гномов …

Мы прячем тяжёлые воспоминания, потому что боимся, что они сломают нас. Но в мире, где реальность держится на швах из памяти, именно эта боль становит…

Мы прячем тяжёлые воспоминания, потому что боимся, что они сломают нас. Но в мире, где реальность держится на швах из памяти, именно эта боль становит…

В старом чемодане нет ничего особенного: выцветшее платье, стопка писем, деревянная лошадка, стёршаяся от прикосновений. Но стоит крышке приоткрыться …

В старом чемодане нет ничего особенного: выцветшее платье, стопка писем, деревянная лошадка, стёршаяся от прикосновений. Но стоит крышке приоткрыться …