Темный сон над Столбами

– Это точно, Алекс держись нас, ну уж в туннели мы будем держаться тебя.

– Хорошо.

– Ладно, топаем.

Мы поднялись по узкой лестнице. Я до сегодняшнего дня ни разу тут не был. Лестница сделала пару пируэтов, и мы оказались у еще одной двери. Юра достал ключ, и не без усилий распахнул и ее. Выход оказался до боли знакомом мне месте. Мы вышли в бывшем цеху металлургического завода. Мы раньше много раз сюда ходили снимать запчасти с литейных машин. Сейчас же мертвые гиганты покрыты инеем и застывшие мертвым сном. Мне честно уже трудно представить, что когда-то тут кипела работа, представить, как горячий металл разбрасывал тысячи искр, освещая полумрак цеха. А сотни рабочих после смены бежали к своим семьям, принося радость в свои светлые просторные квартиры.

Вот нам на станцию столько человек, ну хоть на один день, мы бы сразу все поправили и отремонтировали и без всяких проблем жили дальше, глядишь, отстроили бы теплые корпуса на поверхности. В которые заселили бы весь город. И каждый житель мог бы забыть наш полутемный подвал и наслаждался  пусть и редким, но все же солнцем. Мы могли бы дышать полной грудью. Хотя бы мы могли умереть в комфортных условиях. Если же нам суждено пасть под бесконечными атаками тварей, то хоть сделать бы это на наших условиях. Мои мысли повели меня дальше. Может быть, идеально работающая станция помогла построить укрепления такой силы, что нападения превратились бы в рутину, в обычное дело, а не в соревнование за жизнь, с нескончаемым потоком смертей. Эх, пока это только мечты, такие же мечты как надежда на лучшую жизнь в новой станции. Я смотрю далеко, но сейчас все же нужно посмотреть под ноги и принести топливо.

Тем временем мы вышли за ворота цеха и оказались во внутреннем периметре верхнего города. Погода была безветренной. Снег, конечно, слегка пробрасывал, но не мешал глазам, как это обычно бывает. По ощущениям температура градусов пятнадцать. Даже пар изо рта сегодня придавал легкий шарм нашему походу, разрезая безветренную ночь. Сквозь редкие снежинки отчетливо было видно ночное небо, звезды тускло горели, луна казалась уж совсем маленькой. Она с каждым годом становилась все меньше и меньше, словно убегая от нашей полумертвой планеты. Хорошая ночь, чтобы жить.

Если подземная часть города уже спала, то наверху кипели очаги работы. На нескольких участках стены под прикрытием военных трудились ремонтные бригады, всего я насчитал четыре таких точки. Видимо, стену потрепало гораздо серьезней, чем я представлял. Я должен быть среди них, но сегодня сложилось иначе. Я и представить не мог, что еще вчера спокойно думал, как провести ремонтные работы и как переждать выходные, что бы снова оказаться в объятиях станции, а сегодня крадусь под покровом ночи на секретное задание. Н-да путь неизвестен пока не вступишь в его тропу.

Тем временем мы направлялись в сторону сторожевой башни, бывшее здание водоканала. Небольшое панельное здание с укрепленными стенами,  мешки песка опоясывали башню на несколько метров, и заканчивались в районе окон третьего этажа. На входной лестнице нас уже ждали.

– Дарова Юра.

– Привет, ну как там чисто?

– Да тихо совсем, тепловизоры показывают полный штиль до самого горизонта. Да не переживай, если, что прикроем. ДШК конечно дед, но свое дело знает.

– Ага, только точность у этого деда как у рогатки, да и клинит его через раз, а так конечно я и не переживаю.

Встречавший нас неловко потер шею, слегка искривив лицо, и неловко продолжил.

– Ну да клинит, да и с точностью ты прав, но сам понимаешь, если начнется заварушка, то калибр 12,7 лучший друг.

– Да понятно, ладно просто держите ухо востро. Мы быстро туда и обратно. Пошли.

Мы прошли через «башню» внутри было пять человек, нас поприветствовали одобрительными кивками, после чего проводили к выходу за стену. Я впервые оказался за стеной. Ощущение, что все кипело внутри, но я постарался подавить эйфорию, чтобы сосредоточиться на миссии. Не представляю, что может произойти. В примыкающем с этой стороны  стены районе, было большое количество разрушенных зданий. Так, что про какую пустоту до самого горизонта говорили военные, было совершенно непонятно. Да тут из каждого дома могла грозить опасность. Мы шли по дороге нависшие над нами дома казались мрачными гигантами готовые нас раздавить или плеснуть ядом на наши головы. Вообще вокруг стены весь периметр расчищали, подрывая ветхие здания, которые мешали полноценному обзору вокруг стены. Даже пятьдесят, сто метров давали время для встречи врага. Но взрывчатка была на вес «золота» от чего последнее время работы по разрушению домов производили вручную, от чего и темпы были соответствующие. Да, пожалуй, мне немного страшно, страшно погибнуть, не отправившись в экспедицию. Зачем вообще говорить какой я важный специалист и отправлять на смертельное задание в самом начале пути. Я понял это буквально, через минуты.

Возле небольшого разрушенного здания нам попался еще один отряд, он почти в полном составе разместился на крыше этого же здания. Там же на крыше красовался ДШК, за зданием начиналось открытое поле с редкими строениями. Теперь понятно, про какой горизонт они говорили.

– Нам туда.

Юра указал на небольшое здание. До него было метров сто. Мы быстро преодолели предложенное расстояние. И через минуту темный силуэт превратился в кирпичный одноэтажный дом с пристроенным длинным гаражом, который до этого не было видно с нашего ракурса. Когда приблизились совсем близко, Юра показал жестом быть тише, сам после припал к стене и слегка приподнявшись, заглянул в разбитое окно. После нескольких секунд «сканирования» кивнул жестом, что все чисто и можно двигаться дальше. Открыв деревянную дверь, оказались в небольшом помещении, было ощущение, что людей из него просто удалили самым неестественным путем. На столе стояла миска с едой, пачка сигарет и сложенные веером пятерка карт. Интересно, что произошло, точнее, понятно, что начался обвал все побежали спасать товарищей, а потом просто не было времени вернуться. Вопрос в другом, интересно, а сколько в мире таких неожиданно покинутых мест. Какие у них истории? Вот бы уметь видеть прошлое, наверное, неделями путешествовал бы пытаясь сложить мозаику конца света, через призму человеческих судеб.

Мы прошли в следующее помещение. Ночной свет, скользивший через плоские окна над воротами, помог с легкостью определить, что это действительно был гараж. Юра включил фонарь и перед нами предстал просторный гараж, на стенах висели плакаты, а на стене красовалась слегка потертая надпись Министерство по чрезвычайным ситуациям РФ. Кругом стояли протертые скамейки, но самым интересным экспонатом была, большая яма посредине гаража, из которой торчала провалившейся пожарная машина.

– Давайте за мной некогда глазеть.

Юра показал нам неожиданную дорогу, для входа в туннель необходимо было пройти через пожарную машину, вход кабина, выход цистерна. Наконец попав в туннель, смогли зажечь фонари и мы с Магомедом. Туннель оказался вполне просторным, чтобы в него загнать целый Камаз. Я посветил вдаль, но не увидел конец луча.

– Ого, какой большой, не ожидал.

– Ладно, Алекс веди нас, только не спеши.

– Да куда мне спешить я даже не знаю толком куда идти.

– Вот смотри карту, нам сюда. Судя по всему, идти около километра.

– Кажется да, Юра, а ты бывал тут раньше?

– Да, когда был совсем маленьким, отец работал на прокладки.

– А в чем смысл, строить туннель за стеной.

– Собственно когда его строили, он еще не был за стеной. Тогда решили проложить сеть подземных коммуникаций, для соединения ключевых объектов города. Все тогда только и говорили об изменении погоды и бесконечно падающем снеге. Думали, засыплет все до самых крыш домов. Ну а потом началась всем известная атака, и стену пришлось перенести, да и снег не засыпал, так что туннель не потерял всякий смысл.

– Ясно.

Через тридцать метров туннель превратился в нору, не в смысле узкую, а в том, что стены представляли, просто землю редко укрепленную деревянными арками из толстого бруса. Многие из них уже сгнили, отчего казалось, что туннель вот, вот рухнет, но на мой взгляд, все выглядит надежно, все же бесконечные морозы сделали свое дело и превратили почву в настоящую монолитную массу. На полу «норы» застыли следы от тяжелых гусениц проходчика туннелей. Воздух в туннеле казался теплым. В остальном туннель был однообразным до ужаса и вызывал только скуку. Через двадцать минут мы, наконец добрались до места. В отводе под навесом из всё того же бруса, стояли две пыльные двухсот литровые бочки.

– Ну, все момент истины.

– Хоть бы повезло.

Юра подошел к одной из бочек и слегка по ней постучал, раздался характерный для пустой емкости звук.

– Так тут пусто.

Звук второй бочки раскатился едва слышным глухим тоном. Юра, открыл крышку, поднес лицо к самому горлышку, затем посвятил фонарем вовнутрь бочки.

– Бинго парни, солярка. Около ста литров.

– Ура, не зря поморозили пятые точки.

– Давайте быстро сольем и уберемся обратно, больно не нравится мне тут.

Мы достали мягкие канистры и два шланга. Я понес шлаг ко рту и как следует, затянул, через секунды рот наполнил маслянистый вкус солярки. Гадость. Канистры стали набухать под потоком топлива. Когда мы наполнили три двадцатилитровых канистры (оказывается Юра взял целых четыре). За спиной раздался звук. Мы резко обернулись. На нас смотрел худощавый мужик в оборванной одежде и защитных очках, на поясе свисали две обглоданные человеческие кисти, кожа лица, покрытая  рытвинами, а в руках двуствольное ружье.

– Зачем вы крадете наше топливо?

– Это наше топливо, мы его оставили тут много лет назад.

– Было ваше, стало наше. Переливайте топливо обратно, и снимайте с себя одежду, а там посмотрим, что с вами дела.

– Еще чего тебе. Убери ружье и может, мы оставим тебя в живых.

– Хахахах, а вы веселые, будет даже грустно вас кушать.

– У тебя всего два патрона, а нас трое.

– Так и я не один.

Из-за угла, словно змея выбежала огромная одноглазая собака и оскалила на нас свои кривые зубы, готовая накинуться на нас по первому приказу хозяина.

Неожиданно заговорил Магомед.

– Можно пару вопросов и одно наблюдение?

– Ха, ну, давай.

– Только честно, тебе так и хочется нас съесть людоед?

– Да не особо, но понимаешь нужно кормить семью, наши люди голодают в последнее время. А мне противно вас кушать, но по крайней мере несоленых.

На этих словах он громко расхохотался. Мерзкая рожа понимала, что он хозяин положения. Мы тоже хороши, так радовались находки, что совсем забыли держать ухо востро. Да ладно бы хоть оружие было в руках, так оно лежало кучей в двух метрах от нас.

– Да, что ты сволочь мы поняли.

– Не нужно меня оскорблять, не то положение у вас.

– Хорошо. Теперь к наблюдению даже к двум: ты или не уверен, что с нами справишься, или топливо для вас настолько ценно, что боишься стрелять!

Людоед немного поменялся в лице, на нем возникло секундное смятение и злость.

– Ага, значит второе. Боишься, что топливо полыхнет. Только вот от выстрела с соляркой ничего не произойдет, а вот от этого будет еще какой пожар.

Магомед достал из кармана крепко сжатую гранату без кольца.

– По глазам вижу, знаешь, что это такое. Я тут подумал, если же выбирать между перспективой стать пищей для вас уродов, или остаться на стенках туннеля прибрав с собой тебя и уничтожить так важное для вас топливо. Выбор очевиден. И не думай, что я этого не сделаю, это топливо не единственная наша надежда, а вот ваша да. Предлагать разделить его пополам глупо. А теперь лови.

Магомед разжал руку и бросил гранату в людоеда. Он же выронив ружье, попытался ее поймать. В эту же секунду Магомед сделал резкий кувырок, и достав автомат, выпустил короткую очередь в мужика и бросившуюся на нас собаку. Они рухнули скошенные свинцом, через секунду за поворотом раздался звук свистка. Магомед бросился за угол, но тут же вернулся.

– Мелкий пацан. Ушел сволочь.

Магомед пнул труп людоеда, Встал на колено и поднял гранату. Возле меня упала знакомая до боли кисть, я взял ее и убрал в карман. Юра не заметил этого, ну а Магомед не стал задавать глупых вопросов.

– Учебная! Талисман.

– Молодец Мага, ладно, мужики времени мало, хватаем канистры и уходим. Я уверен, что скоро сюда набегут местные жители.

– Согласен.

Юра оставил под трупом пехотную мину ловушку. Мы закинули канистры за спины и направились восвояси. Когда мы отошли на тридцать метров, по туннелю раздался свист армейской ручной сирены, а после все наполнилось диким ревом собак и криками людоедов. Казалось их тут тысячи. Мы старались бежать как можно быстрее, но «ценный балласт» делал нас значительно медленнее злых и голодных каннибалов и их питомцев. Через минуту раздался взрыв мины ловушки. В голове промелькнула мысль, что у нас еще есть небольшая фора. Ну, вот наконец-то знакомая дверь пожарной машины почти «свобода». В эту же секунду за спиной показались первые преследователи с собаками. Юра открыл огонь, в ответ пару выстрелов проскочило рядом и с грохотом пробили металлическую дверь. Мага бросил гранату, в этот раз не учебную. Через секунду раздался звонкий взрыв. Мы быстро проскочили через пожарную машину, и не теряя времени выбежали на улицу и рванули к башне. Юра успел бросить еще одну мину, мгновенный взрыв и не думал останавливать наших преследователей. Через окна и двери пожарной части начали вываливаться собаки и их мерзкие хозяева. На открытой местности мы станем легкой добычей очень скоро. Юра на ходу достал сигнальный фальшфейер, красный свет озарил ночной воздух. Почти мгновенно над нашими головами полетели болванки двенадцатого калибра, это начал работу старик ДШК. Затем к органу выстрелов присоединились голоса поскромнее. За спиной раздался животный визг. Я интуитивно оглянулся, мощные патроны буквально разрывали тела собак и людоедов на мелкие части. Их вялый ответный огонь не мог защитить их от настоящей свинцовой бури. Выжившим ничего не оставалось, как попробовать спастись, снова спрятавшись в своей норе. ДШК замолк, дальше началась работа снайпера, пока людоеды не скрылись, он успел положить еще двоих. Снег на поле стал красным от крови, на котором лежали десятки трупов.

Мы добежали до башни, дверь нам открыл все тот же военный. Мы забежали я и Магомед тяжело дыша, рухнули на скамейки.

–Ну, что Юра потрепали вас немного, но я смотрю, не зря смотались?

– Ага, не зря! Спасибо Влад прикрыли. Вот принесли шестьдесят литров. Там осталось еще немного, но ради этих капель, думаю, не сунемся туда больше. Если только сжечь этих тварей. Никогда бы не подумал, что у нас под боком живет целое племя каннибалов.

– Да я удивлен не меньше твоего. Конечно, мы видели одиночных изгоев, но не придавали этому особого значения, они не трогают нас, а мы их.

– Да кажется все же тронули и еще как.

Я достал из кармана руку и положил ее на стол.

– Это что еще, трофей? Чья это рука?

– Это рука дяди моего коллеги, я узнаю ее из миллиона.

Я указал на татуировку «За ВДВ-21.обт 43 НМ», она порядком выцвела, но все еще хорошо читалась. Я продолжил.

– Так, что ждать караван из Барнаула не стоит.

– Может караван, уничтожили существа, а эти только собрали трупы. Хотя думаю, все равно стоит их сжечь. И забыть про них.

– А вот в этом я не уверен. Думаю, караван перебили они. Когда началась погоня, я четко слышал крики о помощи.

– Ты уверен? Я ничего не слышал.

– Уверен. Я годами работал на станции, слышать и слушать научился идеально. Клянусь богом, там есть живые и им нужна наша помощь. Ну а потом я согласен сжечь и забыть.

– Нда есть над, чем подумать. Ладно, передам полковнику информацию, пусть решает. А теперь давайте айда в город порадуем начальство.

– Может и медальку дадут?

– Эх Мага – Мага! Любишь ты славу.

– Ну, тут я точно виновен.

Юра взял кисть со стола, и направились в город. Обратный путь прошел в одно мгновение. Город уже начинал просыпаться. На площади мы разошлись по своим секторам.

– Алекс выспись сегодня, как следует, а к вечеру приходи в штаб. Ты сегодня заслужил отдых.

Я кивнул в ответ. Если честно единственное мое достижение, что исполнил роль мула и доставил канистру с топливом. Зайдя домой пришло осознание передряги, в которую я попал сегодня. На станции я стрелял по тварям, выполняя свой святой долг. А тут каннибалы и собаки убийцы, стрельба и бег. Проверил автомат, и к своему удивлению обнаружил, что сделал шесть выстрелов. Я даже и не помню когда нажал на курок. Раз Юра меня похвалил, видимо это были важные выстрелы. Сон манил в кровать как никогда, я сбросил ботинки и куртку после просто рухнул на кровать, без задних ног.

Записи из дневника.

День 1.

После пережитого вчера решил завести дневник. Если же чуть не сгинули возле стены, чего можно ожидать от много дневного перехода. Там уже не будет стены и отряда прикрытия, и можно остаться кровавой точкой на снегу. Если погибну, так может моя писанина развлечет кого-нибудь, ну или на худой конец послужит топливом для костра, опять же польза налицо. Ну, а если выживу… то у моей будущей семьи, появится реликвия, передаваемая из поколения в поколения. Правда, такими темпами будет ли у людей новое поколение. Чего-то меня понесло. Ну, хорошо начнем.

Проснулся в три часа дня, плотно перекусил, и по совету Магомеда отправился в штаб. Когда есть свободный доступ в военный сектор и штаб в частности, чувствуешь себя иначе, появляется чувство важности и гордости. Главное не позволить этим чувством меня поглотить.

Возле штаба меня встретили и проводили в комнату для совещаний ( видимо мне все же не положено передвигаться по штабу без присмотра).

Когда пришел, в комнате обсуждали план спасения людей от каннибалов. Как я понял, группа направится туда сегодня ночью. Наша же группа должна полностью сосредоточиться на экспедиции.

 Следом провели очередной инструктаж, правда в этот раз еще обсудили и составили список необходимых инструментов и материалов. Доставленные нами шестьдесят литров окажут существенную помощь нашей экспедиции. Да может это немного, но все же. Получил дополнительное обмундирование: компас, теплые перчатки, бинокль.

От работы на станции отстранили. Но вечером зашел Артем, я не стал ему говорить про дядю, придет время сам узнает. Он же мне рассказал, про станцию. Рассказал, что восстановление идет полным ходом и бригада в десять человек это лучшее, что происходило со станцией за последние несколько лет. Вот бы мне сейчас туда. Но

скоро в путь и приказано мной не рисковать. Все же  есть легкий испуг, сердце безумно колотилось весь вечер. Я всегда мечтал отправиться в путь по бесконечным просторам, наконец-то мои мечты сбудутся, интересно, что меня все же там ждет.

 Полночи летал в мечтах и страхах. Поспать удалось не более трех часов. Завтра ждут сборы.

День 2.

«Бесконечные сборы» и подготовка. Сегодня увидели тягач, на котором поедем. Старенький советский ГАЗ-34039 кузов с двойным утепленным металлическим тентом, в жилом модуле установлен автономный, независимый отопитель, а на крыше боевая турель с ДШК. Топливо залили полные баки, плюс несколько бочек загрузили прямо в жилой модуль плюс наши шестьдесят литров. В ремонтном цеху ходили слухи, что даже теперь топлива впритык, несмотря на, то, что для нашей миссии все же выделили по максимуму. А я понимаю, что это не слухи, а суровая реальность. Кстати сегодня первый раз побывал в «подземной» ремонтной мастерской. Так кипела настоящая работа, десятки сварщиков, механиков, кружили над танковыми автобусами. Что касается оружия, то его в достатке. Пришло осознание всей серьезности нашей миссии. Собрал ремонтный инструмент, тщательно подобрал все возможные заплатки, герметики, резиновые жгуты, также удалось достать старую щетку и не менее старый шуруповерт. 

Добавлю немного моих мыслей. Я всегда думал о названиях, в которые мы молодое поколение ничего не можем вложить, ну например ГАЗ – Горьковский Автомобильный Завод, что это для нас? Ничего! А советское оружие, еще большая загадка, Путин – кто это? Этот список можно продолжать, да мы узнаем все из учебников: животных, технику, города. Вопрос лишь в том, насколько далеко мы сможем передать эти знания. Сегодня мы имеем слова со слабым пониманием, а завтра просто слова, послезавтра мы забудем и сами слова.  

День 3.

Сборы, инструктаж. Матвей механик очень веселый парень, мне даже показалось, что он очень веселый для такой миссии. Вернулась группа, спасти удалось три человека, весь остальной караван несколько недель умирал в ста метрах от города. Каннибал все до последнего уничтожены. Настроение ни к черту. Спать пошел ближе к утру, перед сном еще раз пробежался по списку и пришел к выводу, что я вроде перестраховался на все возможные случаи жизни. Впереди надеюсь крепкий сон.

День 4

Ближе к вечеру мы отправились в путь, о нашей миссии знали только военные, чтобы избежать паники среди гражданских лиц, все было максимально засекречено. Так что провожало нас два десятка военных. Теперь задача становится "проста", мы должны доехать до станции, собрать информацию, оценить работоспособность станции и назад. Топливо должно хватить впритык, любой внеплановый маневр может быть фатальным. Но если вернуться к станции, я конечно взял пару книжек по гидроэнергетики, но это все ерунда. Я не представляю, с чем мне придется столкнуться, и не знаю, сколько у меня будет времени. Но люди на меня рассчитывают так, что я должен сделать все возможное, нет! я сделаю все возможное. Пройдя ворота, попрощался с городом. Есть стойкое чувство, что вижу его в последний раз. Как, оказалось, покидать «насиженный» дом очень тяжело даже в тот период, когда все вокруг имеет условную ценность. Прощайте друзья, прощайте станция, увидимся в новом месте. Я припал к окну, оглядывая местность, но сплошная тьма быстро возбудило чувство сна. Укутался в спальник и уснул, под глухой гул вездехода.

день 5.

 Проснулся, на улице было совсем светло. На маленьком столике в середине кунга стояло пять банок тушенки и пакет с сухарями. В самом было вполне просторно, это и понятно четыре человека ехали в кабине, один военный занимал турель, так что места хватает. Магомед сидел возле стола и орудовал ножом по банке. Он меня поприветствовал и к своей трапезе, добавил мою банку. Завтрак показался вкусным как никогда. За окном разбросался гористый пейзаж, хотя скорее холмистый. Погода радует.

14.00.  Идем через неплотную снежную пелену, напало чувство опасности и никак не покидает. Моя интуиция еще та сволочь, и почти никогда не подводит. Пейзаж пока все так же не радует, только разве, что холмы сменились лесополосой. Движемся вдоль старой федеральной трассы. Трассу, конечно, порядком засыпало, но ее очертания хорошо читались даже под толстым слоем снега. И это не удивительно ее предательски выдавали путевые столбы, торчащие из-под снега. К вечеру наконец-то пошел легкий снег. Вездеход тоже это почувствовал, и рычание двигателя превратилось в ровное дыхание. Чувствуется в нем неубиваемая надежность.

Ночевать нам предстояло сегодня по-другому с полной остановкой, сегодня в кунге вездехода будет тесно. Вездеход замер возле лесной опушки без света, чтобы не привлекать внимания сверху была накинута маскировочная сеть. Самое безопасное было двигаться днем или ночью без света, и если вчера мы шли по знакомой дороге, то в кромешной тьме на таком расстоянии от города и знакомых троп можно напрочь заблудиться. В карауле были военные, нам гражданским такое не доверили, но не страшно у нас будет еще возможность себя проявить.

день 6

Утро, завтрак, «много интеллектуальной работы», от скуки занялся чтением взятых книг, особого успеха я, не жду, но общее устройство станции подчеркнул.

Снега становится очень много, порой приходиться буквально разгребать его капотом, один раз пришлось даже объехать снежный бархан, что бы ни сесть по уши в снег. Вездеход не подводит. Матвей сказал, скорость упала, расход возрос, начинает переживать. Проехали через множество мертвых селении, порой понять, что в этом месте жили люди почти невозможно, лишь в небольших опушках читались опустелые дома. Грустно. Было же время, эти опушки были домами. Проклятые твари. Откуда же вы взялись на нашу голову, проклятый снег. Ночевка.   

день 7

Заметили черный дым справа по горизонту, сбавили немного ход и аккуратно обошли его стороной. Черный дым в таких условиях, что-то экстраординарное. Может кому-то, действительно нужна помощь и такой знак это шаг отчаяния, последняя надежда либо тебя спасут небезучастные путники, либо ты будешь растерзан десятками голодных тварей. А может это ловушка тварей… не буду забивать голову, думать о других для нас слишком большая роскошь, в любом случае дым начал удаляться, и с ним всевозможные догадки.