- -
- 100%
- +
© Елена Олеговна Букреева, 2019
ISBN 978-5-0050-8828-4
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава 1.
Лепрекон на Уэйкфилд-стрит
Безобидный колокольчик над дверью, ведущей в будущее поле битвы, агрессивно брякнул. Да так агрессивно, что все покупатели, а на деле – туристы, выбирающие «что подешевле» мгновенно обернулись на источник звука. Несколько пар глаз в возмущении уставились на молодую девушку, мол, колокольчик-то тебе что сделал? Висел бы себе спокойно, и никого бы не трогал.
Но висеть сейчас будет кое-что другое. Что именно – она пока не решила, может быть, часть его роскошной шевелюры, а может, самого парня повесит на крючок, зацепив за его обожаемую фланелевую рубашку. Возмущению и злости не было предела у каждого, кто по несчастливой случайности оказался в этой, на первой взгляд, милой сувенирной лавке, которая если не в эту минуту, то однажды все равно станет опечатанным полицией местом преступления. Но решался ли кто-то пойти против слишком агрессивно настроенной девушки, влетевшей сюда пару мгновений назад? Однозначно нет.
– Сукин ты сын, Фостер!
Наконец, Его Величество оторвал свой незаинтересованный взгляд от какого-то подросткового журнала и обратил свое внимание к маленькой шатенке напротив него.
– Ты какого черта ударил Каллума?
Мягкий голосок Джульетты просто не мог воспроизводить ругательства, и уж ни в коем случае не звучал грозно и пугающе, однако в эту же минуту в магазине осталось лишь двое продавцов, которые снова не поделили мир между собой.
Небольшая сувенирная лавка на Уэйкфилд-стрит, ангелом-хранителем и одновременно названием которой служил добрый гном Лепрекон, с давних пор стала слишком мала для двоих. Добродушный мифический старичок всеми силами пытался сохранить мир на своей территории, пока его подопечные беспощадно ругались, сокрушая покупателей и свою нервную систему. Спустя пару месяцев боя двух совершенно несовместимых характеров владелец магазина принял разумное решение – поставить неразлучных на разные смены. Теперь каждый мог выдохнуть спокойно, и даже Лепрекон, которому позволили в тишине проживать свою старость на вывеске магазина, больше не казался таким угрожающе-зеленым. Тогда Джульетта и загадала у него три положенных желания, каждое из которых молило избавиться от Чарли. Прошел год, и что в итоге? Этот парень не перестает докучать ей даже на расстоянии.
– Я совсем не понимаю о чем ты, – продавец смерил девушку равнодушным взглядом и вернулся к журналу. – Я никого не бил и в ближайшие шесть часов не собираюсь.
Чарли Фостер не любил ложь. Он обожал Принглс, футбол, фланелевые рубашки, выводить из себя Джульетту, но уж точно не лгать. Однако каждый раз, когда эта маленькая шатенка разбрасывалась очень даже обидными ругательствами и осыпала его угрозами, язык Чарли непроизвольно выдавал обман. Например, в предпоследнюю их ссору, когда он съел все печенье, что коллега оставляла себе на обед, в магазине каким-то таинственным образом завелись мыши, которые не оставили после себя ни крошки. С тех пор девушка оборачивала все свои вещи в полиэтилен, боясь подцепить заразу, а Чарли мысленно сокрушался – банка с печеньем в ее заначке перестала обновляться.
Но на этот раз у Джульетты были весомые доказательства. Настолько весомые, что разбитые очки и синяк под глазом ее парня, привели некогда спокойную и уравновешенную девушку в крайнюю степень бешенства. Ей даже не пришлось выпытывать правду у потерпевшего – кому еще будет дело до ботаника во всех смыслах этого слова, кроме как ни ее коллеге. Что они не поделили – это Джульетте еще предстоит узнать, а пока пусть готовит свою очаровательную задницу к не менее очаровательным пинкам.
– Ау! – зашипел брюнет, потирая ушибленное место и мгновенно вставая в защитную стойку, готовый отразить очередной удар. – Джули, не все решается насилием!
– Ох, правда? Не забывай себе повторять это каждое утро. Как мантру!
Чарли закатил глаза и вернулся за кассу. Спорить и ругаться с ней – бесполезное занятие, такое же бесполезное, как и чтение этого журнала. Но оно хотя бы не наносит ему увечья!
Взгляд голубых глаз парня жадно впивался в каждый кричащий заголовок этой малотиражной газетенки, игнорируя любые попытки Джульетты обратить на себя внимание. А она не сдавалась. Она пришла ругаться.
– Ты бессовестный, Чарли, – вынесла вердикт она, осуждающе покачав головой.
Парень не любил этот ее тон. Он вообще не любил все, что с ней связано, особенно в те моменты, когда Джульетта не смеялась с его шуток и не поправляла свои каштановые кудряшки, смущаясь над его редкими, но меткими комплиментами. Все эти мелочи могли бы организовать прочный фундамент их дружбы, еще тогда, год назад, но Джули строго решила пойти по намеченному пути агрессора, возводя вокруг себя бетонные стены. К ней было не подступиться. Тогда подкалывания, всевозможные хитрости и попытки разбудить в этой милашке демона стали для Чарли единственным развлечением в этом скучном магазинчике на окраине Блумсбери.
– С чего бы это?
– Только бессовестные люди бьют тех, кто слабее их.
Джульетта смерила его укоризненным взглядом. Как же ее раздражал этот тип! С первых же дней знакомства, она обозначила для себя границы, сверяясь с заметками в своем телефоне – характеристикой на всех парней, от которых стоит держаться подальше. Назвала этот тип оригинально «придурки из колледжа» и послушно отшивала каждого, кто совпадал хоть с одним пунктом ее длиннючего списка. Чарли сошелся по всем. Во-первых, он был красавчиком. Это уже по всем правилам и стереотипам отбавляло ему интеллекта. Во-вторых, Фостер являлся безумным фанатиком, коллекционируя майки известных футболистов, в то время как его скромная коллекция насчитывала уже более ста двадцати трофеев. В-третьих, распускал руки. В-четвертых, найти человека, который в своей хитрости опережал бы Чарли, невозможно. В-пятых…
– Я никого не бью без явной на то причины.
– Ох, правда? Тогда в чем причина?
Чарли вскинул руки, выпуская драматичный вздох.
– Значит, биохимик твой пожаловаться успел, а уточнить детали забыл? Ах да, он, наверное, кричал их вслед, когда ты уже мчала ко мне. Верно?
– Верно! – выплюнула шатенка. В ее медовых глазах блеснула тень сомнения перед тем, как она встала вплотную к своему коллеге, выдергивая из рук парня журнал и бросая его на холодный пол. – Рассказывай.
Чарли сглотнул, пошатнулся. Рассказывать ему было нечего. Но все эти милые чашки с Юнион Джеком, фарфоровые лепреконы, изящные статуэтки Биг-Бена и футболки с признаниями в любви к Лондону, коими до отвалу была заполнена сувенирная лавка, до сих пор помнят ту встречу кулака Чарли и глаза Каллума.
– Иди и спроси у своего ботаника.
– Фостер!
Джульетта схватилась обеими руками за воротник его расстегнутой рубашки так сильно, что она расстегнулась на третью пуговицу, и ее взгляду предстала матовая кожа загорелой груди. Одернув руки, она поняла, как нелепо выглядит сейчас – какая-то коротышка держит за воротник высоченного парня, тихо хихикающего над этой ситуацией.
– Он пялился на мою девушку.
– Что? У тебя нет девушки!
– То есть если ее нет, это значит, что ему можно на нее пялиться?
Отпустив Чарли, девушка сделала шаг назад и опустила взгляд. Фостеру на секунду показалось, что она успокоилась, а на деле – считала до десяти, чтобы не набить эту его очаровательную мордашку. Какое счастье, драться она умеет.
– Не понимаю тебя, – наконец, заговорил Чарли. – Ну, ударил и ударил! Причину-то тебе знать зачем? Ты и так меня уже отпинала, я наказан, иди, утешай малыша.
– Это я тебя не понимаю! – рявкнула Джульетта. – Что такого могло произойти между вами, что ты это скрываешь?
– Ничего я не скрываю.
– Скрываешь.
– И в мыслях не было.
Девушка с укором посмотрела на Чарли.
– Ладно, – на выдохе произнес он. Сдался. – Твой тюфяк сказал, что эволюция обошла меня стороной, а мой ай-кью не больше, чем у Дональда Томпсона.
– Это еще кто?
– Откуда мне знать! Я ж тупой, по его словам, забыла?
– То есть он пришел, чтобы назвать тебя тупицей, получил от тебя в глаз и ушел?
– Так все и было, – Чарли усмехнулся.
Девушка закипала. Они снова вернулись к тому, с чего начали. Зачем Каллуму выводить из себя Чарли, зная, что тот его покалечит? И почему Фостер не называет причину, по которой ее парень явился в Лепреконе? Джульетта перевела свой взгляд на голубоглазого, который тем временем вел внутреннюю борьбу – рассказывать или нет. Наконец, Чарли сдался. Так просто эта коротышка от него не отвяжется.
– Только пообещай, что не будешь сердиться на своего придурка. Хотя… лучше сердись, – подняв с пола свой драгоценный журнальчик с интервью всяких певичек, Чарли запрыгнул на прилавок, свесив ноги. – Этот ботаник приревновал тебя ко мне, прикинь? Увидел смску, где я хвалил твою задницу или что-то типа того. И пришел выяснять отношения. Для нас в этих сообщениях ничего особенного, а для него трагедия, между прочим. Чего разозлился-то? Задница у тебя и правда…
– Я поняла, – она прервала парня и присела рядом с ним. – Это так на Каллума похоже – он даже ревновать не умеет. Ну, или умеет, но явно не к тем.
От этой фразы Чарли стало не по себе. Он уткнулся взглядом в журнал, не обращая на Джульетту никакого внимания.
– Ладно, я пойду, поговорю с ним, – она спрыгнула с их излюбленного местечка и потерла шею, не решаясь что-либо сказать парню. Градус неловкости повышался, а он все листал странички. Беззаботный. – Пообещай больше не бить моего парня.
– Угу, – подчеркнуто равнодушным тоном ответил он.
– Ладно, – девушка выдохнула, подошла к двери.
От разъяренной Джульетты, залетевшей сюда некоторое время назад, не осталось и следа. Услышанное смутило ее настолько, что она не решалась даже взглянуть на Чарли. Наверное, она бы тоже врезала Каллуму за такую чушь. Покачав головой, девушка вышла на улицу, оставляя Чарли наедине со своим журнальчиком. Но как только ее силуэт скрылся из виду, Фостер откинул в сторону этот сплетнесборник и победно вскинул руки. Какая удача: снова повеселился без особых увечий.
Не до веселья было только маленькой шатенке, что изо всех сил пыталась игнорировать потоки обрушавшегося на нее ледяного ветра. Дорога от Лепрекона до дома Каллума занимала около десяти минут, и девушка уже тысячу раз пожалела, что не вызвала такси. Бродить в таком подавленном состоянии одной по предпраздничным лондонским улицам было не лучшей идеей, однако свежий воздух выбивал из ее головы дурные мысли. В конце концов, оказавшись у дома своего парня, Джули окончательно успокоилась.
– Моли бога, сегодня я не надеру твою задницу.
Дверь со скрипом открылась, и перед Джульеттой нарисовался обладатель немалой гематомы под глазом, в удивлении уставившийся на нее.
Каллум Миллер, щуплый парнишка двадцати лет, никогда не пользовался вниманием у девушек. Учился на биологическом факультете, гордился личным микроскопом у него дома, являлся членом ассоциации ботаников и не умел целоваться взасос. Этим он и привлек внимание Джульетты. Неприметный паренек из колледжа, с которым она продолжала общаться даже после того, как забрала документы на предпоследнем году обучения, быстро завоевал ее сердце своей несуразностью. Наконец, два месяца назад Каллум решился предложить ей встречаться, подарил девушке огромный нефролепсис в знак зарождающихся отношений и впервые в своей жизни поцеловался с кем-то. Трудно было сказать, влюбилась Джульетта или нет, но ей нравилось, что он не такой, как эти «придурки из колледжа» в ее заметках.
– Я не ожидал, что ты придешь, – сказал он. – Я собирался в оптику.
– Очки подождут.
Джульетта прошла в его квартиру, которую парнишка снимал со своим старшим братом, и уселась на диван. В комнате стоял резкий запах заспиртованных водорослей.
– Сильно болит? – компресс в руках Каллума, а не огромный синяк, напомнил девушке о происшествии.
– После настойки спирулины гораздо лучше, – он сел рядом и с укором посмотрел на свою девушку. – Ты разговаривала с этим Чарли?
Она медленно кивнула.
– Надеюсь, ты ему поведала о том, что размахивать кулаками могут только люди с нездоровой психикой.
– Поведала. А он взамен рассказал, что у тех, кто ревнует своих девушек к этим психам, тоже с головой не все в порядке.
– Ты хочешь сказать, у меня не все в порядке с головой? – Каллум нахмурился. – Может, я ничего не смыслю в отношениях, но кому будет приятно видеть в сообщениях своей любимой пошлости от какого-то одноклеточного паршивца.
Джульетта засмеялась.
– Прости, Кал, такого больше не повторится. Но не стоит воспринимать каждую шутку всерьез, – она придвинулась ближе к парню и коснулась кончиками пальцев его ужасающей гематомы. Он зашипел. – Больно?
– Конечно, больно. Видишь, до чего доводят эти ваши шуточки? Не вижу в них никакого смысла, юмор для посредственных личностей. Ты посредственная личность, Джульетта?
Пауза затянулась. Пока шатенка размышляла над его словами, а Каллум менял свой компресс, прошла, кажется, целая вечность. Пребывая в скверном настроении, Миллер то и дело искал подходящий момент, чтобы уколоть свою девушку, ведь это она, отчасти, виновата в случившемся. Когда такой момент был пойман, Каллум не медлил ни секунды:
– Когда ты восстановишься в колледже?
Джульетта оторвала свой взгляд от телефона и прямо уставилась на него.
– Никогда.
– С чего бы это? – он фыркнул.
– С чего бы мне восстанавливаться? Я не собираюсь всю оставшуюся жизнь заниматься биологией.
– А зачем тогда поступала?
– Та-а-ак, все ясно.
Девушка закипала. Он прекрасно знает, почему она бросила колледж и как довольна своей жизнью сейчас, для чего эти нравоучения? Чтобы задеть? У него не вышло, но нервишки пошатнулись. Она встала с дивана, подняла сумку с пола и направилась к выходу. Каллум, недолго думая, потащился за ней, прижимая к глазу компресс.
– Успокоишься – звони. А я ухожу, – рявкнула Джули, на ходу надевая пальто.
Каллум запаниковал. Такого исхода событий он явно не ожидал. Ее рука уже коснулась ручки двери, когда парень осторожно схватил ее за предплечье, останавливая.
– Прости. Прости, Джульетта, я веду себя неразумно. Сам себя не узнаю.
Девушка обиженно закусила губу.
– Я приревновал. Признаюсь. Это на меня не похоже, я тебе доверяю, но когда увидел вашу переписку… я так не расстроился даже когда узнал, что половину световых микроскопов у нас в колледже списали!
– Зачем ты вообще полез в мой телефон?
– Только из лучших соображений. Хотел с твоего аккаунта отправить жалобу на один цветочный магазин, мой добавили в черный список.
Джульетта усмехнулась. Если его вовремя не остановить, он снова начнет свою лекцию о варварском отношении к комнатным растениям.
– Ты прощен, – резко ответила девушка.
– Прекрасно, – он улыбнулся, отложил компресс в сторону и приобнял Джули. – Я могу тебя поцеловать?
Закатив глаза, шатенка увлекла его за собой, нежно целуя в губы. Романтичный момент был прерван звонком телефона Джульетты. Не медля ни секунды, девушка взяла трубку, отстраняясь от парня.
– Джули, где ты? – по ту сторону смартфона послышался беспокойный голос отца.
Три секунды на размышление. Она прочистила горло.
– Пап, я сейчас у подруги, мы, – Джульетта бросила взгляд на компресс из водорослей, – мы с ней решили позаниматься ботаникой.
– С чего бы это? – недоуменно спросил мистер Мелтон. Видимо, он сам только вернулся домой с тренировок. – Ты ведь уже как год не учишься в колледже. Да и с каких пор у тебя подруги появились?
– Ка… мила, ну моя подруга – Камила, просила меня ее подтянуть. Вот я и подтягиваю, – стараясь скрыть смех, процедила девушка и заметила, что Каллум тоже смеется.
– Ладно, но ты случайно не у парня? У тебя же нет парня?
– Давай потом, ага? – быстро нажав на отбой, она виновато уставилась на парня. – Прости, милый, но мне пора.
Даже, несмотря на то, что этот парень являлся жуткой занудой – он имел одно очень важное достоинство: он никогда не задавал лишних вопросов. Если Джульетта скрывает их отношения от родителей, значит, так нужно.
– Как насчет прощального поцелуя? – неуверенно пробормотал парень, наблюдая за тем, как она в сотый раз натягивает пальто.
– Ты вроде умный, но такой дурачок, если честно, – она притянула его ближе к себе за воротник и тут же захихикала, вспомнив, как делала это же сегодня с Чарли и случайно расстегнула его рубашку, увидев его оголенную грудь. – Извини.
Через пару секунд ее губы уже накрыли его в трепетном и нежном поцелуе. Джульетта потом долго еще переживала из-за того, что ничего такого не чувствовала, о чем говорят во всяких некачественных мелодрамах, от которых мама безума. Но остановив себя на мысли, что это пока только их четвертый поцелуй и «бабочки» еще появятся в ее животе, девушка выдохнула спокойно.
– Пап! – протянула Джули, наконец, оказавшись дома и стянув с ног тяжелые ботинки.
Мужчина средних лет с едва заметной сединой на висках в домашних спортивных штанах и футболке, вышел из гостиной, облокотившись о дверной косяк. Его угрюмый взгляд прошелся по девушке, пока не остановился на ее глазах. Наглых, бессовестных глазах, которые научились лгать отцу. Она жутко испугалась, когда он вдруг заговорил:
– Ты была с парнем, Джульетта.
Девушка сглотнула. Его твердый голос говорил только о том, что он догадывается обо всем. Все бы на его месте догадались.
– Милая, если это какой-то хлюпик – ты можешь уже сейчас звонить ему и говорить о разрыве отношений.
Джульетта вздрогнула, не зная, что ответить. Нет, она, определенно, не могла сказать правды. Ее отец – тренер по футболу и хочет, чтобы она встречалась с кем-нибудь из придурков, которых он тренирует. Энди никогда в жизни не допустит, чтобы ее дочь была с парнем, который сам за себя постоять не может.
– Он не хлюпик, э-э-э… он занимается футболом, да. Футболист.
Если бы сейчас появилась возможность провалиться сквозь землю – Джули незамедлительно сделала бы это. До девушки пока еще не дошел смысл и последствия сказанных ею же слов, но уже отчетливо было ясно – ей конец. Тем временем, мистер Мелтон, словно бы почувствовав панику своей дочери, успокаивающе улыбнулся и заставил ее окончательно потерять бдительность. Тренер он, в конце концов, или нет?
И в эту же секунду, по своей лучшей тактике, усмехнулся и нанес контрольный удар:
– Ну и отлично, что футболист. Мы с мамой хотим познакомиться с ним, дорогая. Приводи его в субботу к нам на ужин в семь – заодно и о футболе поговорим.
Глава 2.
Принять неизбежное
Дверь с треском захлопнулась. Джульетта накрыла лицо ладонями и шумно задышала. Это был ее заслуженный выходной – и во что он превратился? Стычка с Фостером, выяснение отношений c Каллумом, а вишенкой на торте стал ультиматум отца. Кто ее за язык-то тянул? Суббота через пять дней, а ни одного знакомого футболиста у нее на примете нет.
Окинув свою комнату беспокойным взглядом, девушка не обнаружила на положенном месте своей зарядки. Чаша терпения переполнилась, и сейчас кое-кому мало не покажется.
– Колин! Мэтт! Я вас убью!
Вопрос о том, за какие грехи на бедную девушку свалились посланники из ада в виде двух ее братьев-близнецов, преследовал Джульетту уже девять лет. Так или иначе, младшие братья были отличной кандидатурой, чтобы сорвать свою злость без трагических последствий. А тут даже повод придумывать не пришлось: они снова таскают ее вещи.
Уже через минуту две русые макушки появились в дверном проеме.
– Чего тебе? – в унисон ответили близнецы.
– Где моя зарядка?
Первым очнулся старший – Колин.
– Мы ничего не брали.
– Это правда, – поддержал Мэтт.
– Так, – Джульетта достала из кармана выключенный телефон. Даже он, бедняга, не выдержал всех событий этого дня. – Даю вам четыре минуты на ее поиски.
Переглянувшись, братья решили не рисковать, мгновенно ретировались из ее комнаты, а вернулись уже с зарядкой. Девушка выдернула из их рук устройство и жестом указала на дверь.
– Это уже третий эксперимент, который ты забраковала, – обиженно фыркнул Мэтт.
– Сейчас вы сами станете частью эксперимента. У меня еще остался препаровальный набор с занятий по анатомии, кого первого разделывать будем? – хладнокровно ответила девушка, оторвавшись от телефона, но братьев уже и след простыл. Отличная угроза, всегда действует.
Наконец, после такого изнуряющего понедельника, Джульетта могла со вздохом разочарования и усталости завалиться на свою кровать. Телефон на зарядке беспощадно вибрировал, а девушка даже не могла набраться сил, чтобы ответить. Сейчас есть проблемы посерьезней, чем какой-то назойливый придурок.
Но назойливым придурком, к сожалению, оказался их с Чарли шеф – Финли Уоллис. Выругавшись, Джульетта мысленно помолилась.
«Пожалуйста, только не добивай меня плохими новостями, на сегодня лимит исчерпан!» – сокрушалась она над телефоном, пока, наконец, не ответила мужчине.
– Что еще случилось!? – расшатанные за один день нервы дали о себе знать, и она сорвалась на крик.
– Э-э-э… – повисла тишина. Финли был озадачен. – Ты чего кричишь?
Джульетта приняла сидячее положение и положила ладонь на пылающий лоб.
– Простите, я подумала, что что-то стряслось.
Шеф снова замолчал. Она запаниковала.
– Не могла бы ты прийти завтра немного пораньше? У меня есть новость.
– Вы меня увольняете?
– Что? Нет, конечно!
Секундная пауза. Озарение.
– О Господи, – радостно воскликнула девушка. – Ты услышал мои молитвы! Вы решили уволить Чарли? Спасибо, спасибо огро…
– Джульетта, стой! Никто никого не увольняет.
Разочарование тяжелым грузом рухнуло на ее хрупкие плечи. Ей нечего было ответить – так расстроена была девушка.
– Смотрю, ты не в духе, жду тебя завтра в восемь, там и поговорим.
– Но, Финли!
– До завтра, Джули. До завтра.
Когда в телефоне послышались короткие гудки, Джульетта уже была на грани. За один день ее спокойная жизнь перевернулась с ног на голову, однако разбирать вдруг навалившиеся проблемы девушка решила по мере их поступления. Первым делом приняла душ, проверила почту, подготовила душещипательную речь для отца, где должна была рассказать о том, что ее распрекрасный парень-футболист не сможет прийти в субботу, поскольку уезжает на какую-нибудь мега важную игру, где выступает еще и послом от благотворительной организации по спасению алжирских лам. Нерешенным оставался лишь вопрос с Финли, но и это девушка решила оставить: раз не уволена, хуже ничего не произойдет. И наконец, перестав прокручивать в голове завтрашний разговор с папой, новости от шефа и ссору с Чарли, Джульетта провалилась в сон.
Утром ее разбудил сквозняк. Поежившись и натянув на дрожащее тело любимую толстовку, девушка поспешила закрыть окно. Вчерашний день ее разбил, это ощущалось с каждым новым шагом, пока сонная девушка брела на кухню, где мама вовсю трудилась над завтраком. А когда она проходила мимо зеркала в гостиной, то ужаснулась: спутанные каштановые волосы, уставший взгляд медовых глаз, а под ними – синяки. Не как у Каллума, конечно, но скрыть их тоже будет нелегко.
– Джули, милая, что за вид?
Из кухни выпорхнула мама Джульетты – сорокачетырехлетняя домохозяйка, энергичная и тихая женщина. Джули всегда задавалась вопросом – откуда у матери троих детей столько энергии? Если бы у нее был хотя бы один ребенок, она бы говорила каждому о том, что она мать и несет эту тяжелую ношу с гордо опущенной головой. Айрис всегда и во всем слушалась своего мужа – Энди, поэтому, когда тот сообщил ей новость, что в субботу они знакомятся с парнем Джули, женщина лишь пожала плечами и спросила, что приготовить на ужин. Она не ставила дочери запретов и уж точно не была бы против ее союза с заслуженным ботаником колледжа, но ее доброта была лишь формальностью перед жесткой диктатурой отца.
Конечно, все они хотят лучшего для своих детей и бла-бла-бла, но футболиста-то ей где найти до субботы?
Джульетта выпрямилась, поправила вьющиеся шоколадные кудряшки и тяжело вздохнула. С этим лицом ей придется встречать сегодняшний день. Так себе перспектива.
– Не выспалась, – мрачно ответила девушка. – Папа уже ушел?
– Он повез близнецов в школу. Что-то случилось?
Джульетта мысленно выругалась и молча побрела на кухню. На столе ее уже ждал завтрак: чашка горячего кофе и оладьи с малиновым джемом. Настроение девушки взлетело до небес, а навалившиеся проблемы вдруг показались сущим пустяком. Когда с завтраком было покончено, Джульетта, все еще пребывая в добродушном состоянии, отправилась собираться. «Какую-то там новость от Финли» она решила встретить достойно: привела волосы в порядок, нанесла легкий макияж и надела свой лучший свитер с оленями. Когда отражение в зеркале оставило Джульетту более-менее довольной, она надела пальто, попрощалась со своей энергичной мамой и поспешила на работу.